Балаклава Красная

Глава 35 Посольство в Грузию

Посольство к эмиру Иверии и царю Грузии Ашоту, возглавляемое доцентом Гурским, прибыло в порт Поти, расположенный на побережье эмирата Иверия (тогдашнее название Грузии) 3 сентября 823 года. В городе наняли лошадей, повозки и двинулись в путь. Наместник города бей Зауроб уже имел дело с херсонскими купцами, торговый караван которых сопровождал военный корабль балаклавцев. От купцов он уже слышал о чудовищной мощи корабельных орудий пришельцев. Поэтому, Посла он принял с почетом и уважением. И выделил эскорт для проезда в столицу княжества. Фирман Халифа даже не пришлось предъявлять.

Среди ученых — историков, оказавшихся в Балаклаве в момент переноса, специалистов по Закавказью не было. Гурский специализировался по Средневековой Европе. Общими усилиями профессора и доценты вспомнили, что в 822 году Грузия вроде бы была независимым царством. В те времена и Армения и Грузия поочередно захватывались то арабами, то византийцами, то отвоевывали на какое-то время независимость.

Послы в Итиле и Багдаде выяснили у тамошних властей, что в настоящее время Армения полностью входит в эмират Армения, а большая часть Грузии входит в эмират Иверия, вассальные Халифу. Лишь небольшая часть современной Грузии, примыкающая к юго-восточному углу Черного моря, сохранила независимость. Эта часть именовалось княжеством Тео-Кларджети. Царь княжества Ашот, опираясь на поддержку Византии, сумел несколько лет назад изгнать арабов и получил формальную независимость.

В настоящее время положение Ашота было весьма сложным. Византия раскололась, причем граничащая с княжеством восточная часть империи, контролируемая Фомой Славянином, поддерживалась Халифом, враждебным Византии императора Михаила. Михаил никакой поддержки оказать Ашоту не мог, поскольку в море господствовал флот Балаклавы. На суше Грузия Ашота была окружена землями эмира Иверии и фемами Константина.

Его до сих пор не раздавили только потому, что у Халифа были большие проблемы с Хорезмом и средиземноморскими эмирами, а у Константина — война с императором Михаилом. Сейчас Ашот находился в состоянии вооруженного нейтралитета с соседями: эмиром и Константином.

Исходя из этого, Президиум и выработал свою позицию в отношении царя Ашота. Сохранение независимой Грузии было в перспективе выгодно Республике. В случае, если Халиф или эмир Армении соблазнятся рудами металлов и захотят отобрать у Республики жизненно важные рудники в Гяндже, Грузию Ашота можно будет использовать в качестве союзника и плацдарма для наступления на Гянджу.

Однако же, в настоящее время ссориться с Халифом и его эмирами было крайне не желательно. Поэтому, было решено установить с Ашотом дипломатические отношения и помаленьку торговать с ним, позволяя ему заработать на посредничестве в торговле товарами из Балаклавы.

Кроме того, порт Батум, находящийся на территории княжества был удобен для поставок нефти из Баку и руд из Гянджи. Послу были даны директивы наладить дружественные отношения с эмиром Грузии Хизамом и нейтральные с Ашотом.

Исходя из этого, Посольство направилось из Поти к столицу эмирата Иберия город Тифлис. По пути заехали в город Кутаиси, столицу княжества Эгриси, вассальное эмиру. Благодаря фирману халифа в Кутаиси, как и во всех попутных городах посольство принимали с почетом. С князем Мровели заключили договор об открытии торгового представительства в порту Поти.

Херсонский купец Фемистоклюс, выкупивший у Республики монопольное право торговать зеркалами и оконными блоками в Грузии, начал строить зеркально-оконный заводик при торгпредстве.

До Тифлиса горными дорогами добирались две недели. Благодаря фирману эмир Хизам принял посла уже через день. Поднесли эмиру стандартный набор подарков. Произведенные в Республике товары эмира и его советников удивили. Как всегда, больше всего поразили зеркала и оконные блоки. Понравилось холодное оружие и крепленое вино. С эмиром заключили договор о торговле. Оговорили размеры торговых пошлин. Пригласили купцов эмира приезжать в Республику за товарами. Эмир взялся обеспечить безопасность караванов с рудой и нефтью на пути из эмирата Армения в Поти. Республика обязалась охранять торговые караваны из Поти в Херсон и обратно. Гурский сообщил эмиру, что постоянное посольство в Закавказье будет размещаться в Гяндже, а торговое представительство — в Поти. Обе стороны остались довольны результатами переговоров. Эмир надеялся на серьезные доходы от транзитной торговли, а Посол обеспечил безопасность торговых караванов в Грузии.

Из Тифлиса посольство направилось в обратный путь, но, не доезжая до Поти, свернуло на юг вдоль берега моря и двинулось в столичный город царя Ашота Артануджи. Фирман обеспечил беспрепятственный проезд через границу.

Ашот, наслышанный о победах балаклавского флота над византийцами, принял Посла наилучшим образом, оказав максимум почета и уважения. Царь надеялся заключить военный союз и получить защиту Республики.

Посол Артамонов разочаровал Ашота, пояснив, что Республика поддерживает императора Константина, имеет дружественные отношения с Халифатом и Каганатом. Рисковать конфликтом с Халифом из-за маленького и слабого княжества Республика не станет.

Однако, порекомендовал Ашоту разорвать контакты с Михаилом, которые по факту уже прерваны флотом Республики, и заключить договор о союзе с Константином, которого поддерживают и Халиф и Республика. Тогда правительство Республики сможет защитить интересы княжества перед Константином и эмирами Халифа. А после несомненно последующей вскоре победы Константина, княжество получит поддержку от Византии и сможет обезопасить себя от возможного нападения арабов. Ашот пообещал серьезно подумать над сменой своих внешнеполитических приоритетов.

Тем не менее, с ним заключили договор о торговле и взаимной защите торговых караванов. Купец Дмитриос, прибывший с посольством, выкупил у Республики право торговли крепленым вином в Грузии. На кораблях посольства он привез купленные в Балаклаве сахар и спирт. Закупив на месте грузинское сухое вино, купец подсластил его, добавил спирта и получил 20 градусное сладкое вино. Вино грузинам понравилось. Как обычно, при заводе открыли торговое представительство Республики.

В конце октября посольство отправилось в обратный путь на вызванных из Балаклавы кораблях. Посол Гурский поставленные Президиумом задачи решил.

Граждане, с пониманием воспринявшие режим «чрезвычайного положения», объявленный Советом после переноса, весь год упорно трудились, не покладая рук и не считаясь со временем. Однако, поскольку за прошедший с момента переноса год ничего особо страшного с Балаклавой не случилось, в народе проявилось брожение. Многие в частных беседах высказывались против обязательной трудовой повинности и девяти часового рабочего дня.

Президиум, осознав итоги похода на Валахию, сделал все возможное, чтобы снова мобилизовать граждан Республики. Редакция радиовещания ежедневно и единственная газета «Известия Совета депутатов», выходящая еженедельно, доходчиво разъясняли гражданам и подданным всю серьезность внешнеполитического положения. Начавшие было, после побед флота над византийцами и армии над болгарами, расслабляться, балаклавцы снова напряглись. Как и год назад после переноса.

Подданные тоже поняли, что Республика схватилась с крайне опасным противником — болгарским ханом Омуртагом. В случае, если болгары одержат победу, все херсонцы, кто выживет, попадут в рабство и будут проданы византийцам. А стариков и малых детей болгары просто перебьют. В отличие от хазар, кочевники болгары, завоевав славянские земли к югу от Черного моря, не расслабились, а сохранили первобытную свирепость. Расслабиться им не дали постоянные войны с Византией, франками и славянскими князьями.

Граждане и простые подданные Республики продолжили работать в том же напряженном ритме. По 9 часов в день и по 6 дней в неделю.

Зимой 23–24 годов наращивание военной мощи Республики продолжалось. Все семь пограничных фортов были построены и вооружены по штатам. В гарнизон каждого форта вошли взводгвардейцев в составе: отделение стрелков, отделение крепостных ружей и отделение бомбометов; артиллерийская батарея в составе: 5–6 крепостных пушек и 1–2 картечницы. Балаклавцы в гвардии служили стрелками, командирами отделений гладкоствольного оружия, командирами и наводчиками орудий. На остальные должности зачислили херсонцев, прошедших обучение в учебных ротах. Чтобы не путаться, воинов, вооруженных гладкоствольными ружьями, в уставах поименовали стрельцами.

В гарнизон каждого форта входил также армейский друнг в составе: центурия трапезитов, центурия скутатов — мечников и центурия скутатов — лучников и арбалетчиков. Трапезиты и скутаты выполняют функции пограничной стражи. В армейских подразделениях балаклавцы служили центурионами и комиссарами друнгов. Комиссары, как водится, внушали солдатам веру в Коммунизм. Боеприпасами гарнизоны снабдили по штатам. Численность гарнизона форта составляла около 400 человек, из них три десятка балаклавцев.

Строительство крепостей в городах продолжалось весной и летом 24 года. Военные заводы в две смены производили оружие и боеприпасы для армии и флота. К лету следующего 825 года Президиум планировал вооружить армию и флот полностью по новому штату. Правда, вместо одной дивизии президиум решил сформировать две равноценных бригады при той же общей численности личного состава. Первую бригаду решено было расквартировать в Херсоне, а вторую — в Судаке. Тем самым, две бригады перекрыли два наиболее уязвимых стратегических направления.

Бригада по штату будет состоять двух пехотных полков в составе двух батальонов скутатов, батальона лучников — трапезитов, гвардейского батальона стрелков с огнестрельным оружием, гвардейского артиллерийского полка в составе дивизиона нарезных пушек, и трех дивизионов гладкоствольных пушек. Всего в полку должно быть 6 картечниц, 9 нарезных и 48 гладкоствольных пушек. В стрелковый батальон вошли взвод стрелков с винтовками численностью 30 человек, две роты по 60 стрельцов с гладкоствольными ружьями и рота из 15 бомбометов. В штат вошли саперный батальон и служба обеспечения. Личного состава в бригаде будет 6 500 человек, из них 240 балаклавцев.

Херсонские регулярные войска составят две тагмы с холодным оружием численностью по тысяче человек, также дислоцированные в Херсоне и Судаке. При необходимости можно будет созвать ополчение из 7 тагм стратиотов.

Было завершено строительство водохранилищ на Балаклавке и на Восточном Улу-Узене. Их спроектировали под полный объем паводковых весенних вод, учитывая, что вода будет неизбежно фильтроваться в рыхлый крымский известняк, из которого были сложены крымские горы. Герметизацию ложа водохранилищ произвели слоем глины толщиной четверть метра. Глина должна была впитаться в пористый известняк и в определенноймере сделать его водонепроницаемым. Министр строительства Серегин рассчитывал, что с такой герметизацией водохранилища сохранят до летних месяцев не менее половины накопленной воды. В дальнейшем, когда для пережигания известняка на цемент можно будет использовать каменный уголь из Углегорска, Серегин планировал забетонировать ложе всех водохранилищ.

Накопленные запасы гидроэнергии позволили увеличить расход воды на всех плотинах вдвое. На плотинах установили по второму водосливу и по второму колесу. Колеса подключили к генераторам новых электростанций и к приводящим валам новых цехов.

Это позволило беспрепятственно наращивать промышленный потенциал Республики. Ремзавод и Металлургический комбинат наряду с выпуском гладкоствольного оружия увеличивали производство станков всех типов. К следующей зиме производство всех видов продукции должно было возрасти минимум вдвое.

На металлургическом заводе запустили два паровых молота, прокатный стан, трубопрокатный стан и бессемеровский конвертор. Благодаря запуску трубопрокатного стана к зиме 25–26 годов удалось полностью обеспечить войска и резервистов гладкоствольными ружьями. Бомбометы и ружья изготовили из труб собственного производства.

Лаборатория Дьякова приступила к отработке технологии оружейной стали. Первым делом, после получения стали приемлемого качества, решено было наладить производство нарезных револьверов. Их стволы можно было сделать и потолще. Револьверами решили вооружить всех военнослужащих — балаклавцев.

На стекольном заводе запустили второй стеклопрокатный стан. К лету 25 года производство черного пороха, кирпича, черепицы, цемента, пиломатериалов, мыла, вина, стекла и бумаги выросло в два — три раза по сравнению с первой зимой.

Патронное и снарядное производство каждый месяц росло на 10–15 %. К лету все стрелянные гильзы были переснаряжены. Для ружей и картечниц было накоплено по 100–150 боеприпасов на ствол, для бомбометов — по 30 гранат и патронов на ствол. Для 95-миллиметровых пушек произвели по 90 выстрелов, а для трехдюймовых — по 120 выстрелов.

К лету 25 года Республика была готова отразить нападение стотысячной орды.

Царь Ашот, пораскинув мозгами и посоветовавшись со своими ближниками, решил прислушаться к советам балаклавского посла и направил посольство к императору Константину. Грузия Ашота заключила с империей Константина военный и торговый союз. Михаил лишился союзника.