Балаклава Красная

Глава 23 Передышка

Поход за нефтью дался Виктору тяжело. Особенно тяжелы были первые дни погрузки нефти на баржи, пока процесс не наладился. Тяжелы были и последние дни, когда полностью загруженные баржи спускали вниз по Яломице. Река постепенно мелела, поскольку дождей в конце лета выпадало мало. На ботах радиостанций не было, а логистический процесс перевалки нефти из телег в малые баржи, их спуск ниже по реке и последующая дозагрузка нефтью лодками до полной емкости, затем их дальнейший спуск и перевалка нефти в средние баржи был весьма сложным. На реке постоянно намывались новые отмели, на которые садились баржи. Стаскивать их с мелей приходилось дополнительным ботом. Виктор постоянно носился вверх и вниз по реке на самом быстроходном боте, пропихивая баржи вниз. Питался всухомятку и спал урывками. Работали непрерывно все светлое время суток, от рассвета и до темна, благо летние ночи коротки.

Лишь вверх по реке пустые баржи, буксируемые ботами, шли, как правило, без проблем. Плюс постоянная опасность набегов болгар. К счастью, эту проблему решил Суздальцев, грамотно расставив в проблемных местах стороженные посты и организовав конную разведку, в которой задействовал и трапезитов и скутатов. Весь личный состав эскадры, и матросы и конвой вымотались тоже.

Впрочем, пока эскадра спускалась вниз по Дунаю и шла по морю, удалось отоспаться и даже слегка отъесться. Перед входом в Балаклавскую бухту Виктор приказал экипажам побриться, привести в порядок корабли и форму одежды. В бухту корабли входили утром «при параде», гудя сиренами.

А командование устроило эскадре торжественную встречу. Все жители города, не занятые по работе, высыпали на набережные. Из репродукторов на пристани неслись революционные мелодии: Интернационал, Варшавянка, По долинам и по взгорьям. Сирена пограничников гудела в ответ. И даже колокола на церкви весело звенели. Священнику удалось с помощью прихожан сохранить два малых колокола от сдачи в переплавку.

Корабли пришвартовались к причалам, команды выстроились вдоль бортов. Экипажи портовых ботов помогли пришвартовать баржи. Виктор спустился по трапу на причал и отдал рапорт присутствующему в полном составе Президиуму. Начальники пожали ему руку и поздравили с успешным окончанием похода. Белобородько взял на себя все хлопоты по разгрузке барж и разрешил всем экипажам, кроме вахтенных, сойти на берег.

Фрегер назначил на следующее утро подробный отчет Родионова и Суздальцева Приезидиуму. Засим торжественная часть закончилась. Виктор направился в штаб флота, чтобы узнать последние новости.

За месяц отсутствия мегадука Родионова флот Республики добился серьезных успехов. Мошки каплея Алферова очистили от византийского флота акваторию Черного моря от Крыма до устья Дуная. Известие о разгроме эскадры, видимо, еще не достигло Константинополя, поэтому византийских кораблей Мошкам попалось довольно много. Они утопили четыре галеры и пятнадцать торговых судов. Одну бирему и семь судов взяли в плен. Когда у катера заканчивался период автономного плавания, он подбирал одно — два судна и конвоировал их в Балаклаву. Теперь катера Алферова находились в базе на отдыхе.

Два дня назад Волга и Мошка-5 после возвращения из Трапезунда и трехсуточного отдыха приняли на борт посольство в Хазарский Каганат с охраной и двинулись к Керченскому проливу.

Верфь переоборудовала Мошку-4 в одномоторный вариант и взяла в работу Мошку-6. Кроме того, был введен в строй еще один военно-транспортный корабль, переоборудованный из большой биремы. Вооруженный пулеметом ДШК корабль нарекли «Днепром». По плану развития флота ему предстояло стать кораблем снабжения катеров. Верфь взяла в работу еще одну бирему.

Убедившись, что все во вверенном ему флоте в порядке, Мегадук Родионов пошел домой. Вскоре в дом пришли Вера с девочками. Как раз закончились занятия в начальной школе, где супруга Виктора работала учительницей. Главу семейства затормошили, зацеловали, и закормили обедом. О подходе эскадры к Балаклаве Вере заблаговременно доложили подруги, жены командиров, работавшие в штабе машинисткой и шифровальщицей.

Потом довольный папаша плавал с дочерьми на пляже, гулял по окрестным холмам. Дочери с гордостью демонстрировали отцу возникшие в городе за время его отсутствия плотины, электростанции с водяными колесами, оборонительные башни, новые жилые дома и лагеря для пленных. А вечером, когда дочери заснули, жена устроила ему настоящий праздник.

Утром Родионов с Суздальцевым были в кабинете Фрегера.

— С вашими рапортами мы ознакомились, теперь хотелось бы услышать ваши впечатления о походе и ваше мнение о возможности повторной экспедиции следующим летом. — Обратился Автократор к вошедшим командирам.

— Должен прямо сказать, что нам сильно повезло. — Начал Виктор. — Мы недооценили сложность задачи. Во-первых, повезло в том, что боты с малыми баржами дошли до нефтепромыслов. В июле в Карпатах прошли сильные дожди и уровень воды в Яломице был выше обычного. Если бы не это обстоятельство, пришлось бы возить нефть вниз по реке в бочках на лодках. Речка Яломица оказалась меньше, чем мы представляли со слов купцов. На лодках и малых ладьях они там плавают свободно.

Во-вторых, суточный дебет нефти в колодцах нефтепромысла оказался даже выше, чем мы ожидали. К тому же, мы забирали нефть из испарительных котлованов. Поэтому, удалось заполнить все наши емкости за неполных три недели.

В-третьих, болгарский хан оказался в Константинополе, в семистах километрах, а его заместители в болгарской столице Плиске послали против нас отряд всего в тысячу воинов, который нам удалось разбить на переправе. Если бы хан был в Плиске, в двухстах километрах от нефтепромысла, он бы успел выслать новое войско, тысяч в пять — десять воинов. Тогда бы нам пришлось спешно уходить с нефтепромысла, не закончив погрузку.

Подъитоживая, скажу, что нам удалось успешно закончить поход, только благодаря внезапности, нахальствуи удаче. Болгары сначала не осознали опасность, а потом промедлили с отпором.

— Так какое будет Ваше мнение по возможности повторения похода следующей весной, когда уровень воды в Яломице будет максимально высоким? — Задал вопрос Белобородько.

— Думаю, поход невозможен. Даже по высокой воде. Болгары и византийцы будут готовы. Им не составит труда подготовить нам засаду. Яломица у нефтепромысла имеет ширину всего метров тридцать. Они могут поставить камнеметы за кустами в сотне метров от реки и закидать наши корабли горшками с греческим огнем. А потеря даже одного катера для нас не допустима. С воды мы эти камнеметы за кустами не увидим, пока они не начнут стрелять. А если берег будет высоким, то мы их не достанем ни пушками, ни пулеметами.

— А вы как считаете, товарищ Суздальцев? — Поинтересовался Асташев.

— Совершенно согласен с товарищем Родионовым. Эту тысячу конницы мы разгромили только потому, что она скопилась перед бродом, и мы ударили по ней всеми пулеметами. Если бы их было побольше и они переправились бы в разных местах, то в полевых боях они бы нас раздавили внезапными атаками.

— И как же мы, в таком случае, будем добывать нефть? — задал важнейший вопрос Фрегер.

— Считаю, что единственный способ — это захватить всю левобережную Валахию от Прута до Дуная и до крупной реки Олт, что впадает в Дунай выше Яломицы. И строить оборону по этим водным рубежам. Но, для этого нужна крупная местная армия.

— Какие силы нам будут там противостоять? — спросил Асташев.

— Дружины валашских князей серьезным противником не являются. У них от силы по сотне человек в дружине, плохо вооруженных. Князь Бакарест, которого мы разбили, был одним из самых сильных, у него была дружина в триста человек. Так что единственный противник — болгары. После того, как мы захватим левобережную Валахию, хан Омуртаг на нас навалится большими силами. Возможно и Византия какое-то войско пришлет. Вряд-ли большое. Они с Фомой серьезно воюют. Нам нужно будет задействовать несколько тысяч местного воинства и весь наш полк. Тогда в генеральном сражении мы болгар разобьем.

— Добавлю, мы силами флота можем изрядно пощипать болгар при переправе через Дунай. — Дополнил Родионов. — А если удастся заранее разведать их подход к реке и стянуть катера к месту переправы, то и вообще, сможем уничтожить большую часть войска и не допустить переправы.

— Понятно. — Заключил Фрегер. У моряков еще есть связь с посольством?

— Есть, через ретранслятор в Судаке мы до них еще достаем, они сейчас в Азовском море. — Ответил Родионов.

— Я прямо сейчас напишу краткую директиву, что бы послы предложили Кагану принять участие в походе на Валахию будущей весной. Пообещаем ему всю левобережную Валахию, а за собой оставим только княжество Букареста с месторождением и устье Дуная. Директиву передайте срочно, пока связь есть, а то придется ее катером отсылать.

Президиум поручает вам, товарищи военные, подготовить силовой захват левобережной Валахии следующей весной силами республики. Возможно участие на нашей стороне хазар.

— Думаю, наших сил хватит, чтобы внезапным ударом захватить эту территорию. А для ее удержания понадобятся силы флота и дополнительные местные войска. Наших херсонских маловато будет. Хазары нужны, или какие другие. — Ответил Асташев. — Можно нанять тех же хазарских беев с дружинами за деньги и долю в добыче, если Каган не согласится участвовать.

— Если дополнительные местные силы привлечь не удастся, можно, как и в этот раз, удержать территорию на один месяц, набрать нефть в танкеры и отступить. — Дополнил Родионов. — После зимы все испарительные котлованы будут заполнены сырой нефтью.

— Пусть будет так. Готовьте планы операции в нескольких вариантах: с хазарами и без них, с удержанием территории и с отступлением.

Теперь по другим делам. Мы заключили с Фомой, то бишь, с Императором Константином, торговое соглашение и военный договор. По договору мы обязались до зимы очистить от византийского флота все Черное море.

Виктор Иванович! Завтра утром ждем от Вас конкретный план по этому делу.

Кроме того, по торговому соглашению мы обязались всю торговлю с Византией вести через земли Фомы. У нас в портах скопилось более полусотни торговых кораблей с грузами, которые мы пока придерживали. Теперь настала пора их отправить в Трапезунд. По этому делу тоже готовьте предложения.

— Все ясно! Планы к завтрашнему утру представлю.

— И последнее. За успешное выполнение задания по обеспечению Республики топливом, Президиум решил присвоить Вам. Виктор Иванович, звание адмирала флота и назначить Вас на должность Мегадука, командующего военным флотом республики.

— Служу трудовому народу Республики, — встав из-за стола и вытянувшись во фрунт, браво отрапортовал бывший капитан-лейтенант.

— Готовьте предложения по присвоению новых званий всем флотским командирам.

— Есть!

Из кабинета Фрегера они вышли вместе с Асташевым.

— Поздравляю тебя, Виктор Иванович! Адмирал и командующий флотом, это мощно! — Прокомментировал назначение Родионова Авткратор. — По присвоению новых званий в армии я свои предложения в Президиум уже дал. Сам я стану генералом, командующим сухопутными войсками.

Ты, Суздальцев, как командир гвардейской пулеметной роты, станешь майором гвардии. Это на две ступени выше армейских званий.

Надо бы твое новое назначение, Виктор Иванович, обмыть, но тебе сегодня некогда будет. Сам время и место назначай.

На этом военные расстались. Виктор пошел в штаб отряда готовить приказы.

Посоветовавшись с начштаба, решил дать всем экипажам два дня на отдых и день на подготовку к выходу.

Отряд кораблей в составе Днепра, Мошки-7, Мошки-8, Букашки-3 и Букашки-4 под своим командованием решил направить на запад, с задачей очистить от византийского флота акваторию от устья Дуная до Босфора, от Босфора до порта Эрегли и приступить к блокаде пролива. Малая автономность Букашек и Мошек больше не служила препятствием для дальних походов. Опираясь на Днепр, как на корабль снабжения, они теперь могли оперировать по всему Черному морю.

После отдыха команд Мошка-1 и Мошка-2 под командованием Алферова пойдут к южному берегу моря, получив задачу истреблять византийский флот в акватории от Эрегли до Трапезунда. Там у византийцев имелись довольно крупные порты Синоп, Самсун и Зонгулдак. Большая автономность модернизированных катеров позволит им действовать в отрыве от базы. После выхода с верфи третьей биремы она отправится с горючим, водой и продовольствием к отряду Алферова.

За июль и август в Херсоне, Судаке, Корчеве и Таматархе накопилось большое количество товаров, доставленных из каганата. Все это время купцов в море не выпускали, поскольку там господствовал флот Михаила. Теперь положение кардинально изменилось. После отдыха Комендор, Мошка-3 и Мошка-4 возьмут под охрану три крупных каравана торговых судов, каждый из двух — трех десятков кораблей и выйдут из портов в направлении Трапезунда. Комендор с караваном из 32 судов выйдет из Херсона. Мошка-3 поведет караван из 23 судов из Судака. А Мошка-4 подберет 13 судов в Таматархе и 12 судов в Корчеве.

На патрульной службе в акватории Республики останутся первая и вторая Букашки и все боты.

Эти планы Президиум утвердил. 15 и 16 сентября все отряды кораблей и все торговые караваны вышли в поход.

На каждом торговом корабле, помимо традиционных товаров, находились первые образцы промышленной продукции Республики: по бочонку сладкого крепленого вина и по ящику мыла. Опробование товаров на гражданах Херсона дало хорошие результаты. Непривычные к крепкому вину мужики упивались полулитром вдрызг. А их жены оценили удобство купания и стирки с мылом. Купцы горели желанием апробировать эти новые товары в Византии.

Караваны взяли курс поперек моря прямо на Трапезунд, а не вдоль кавказских берегов, как было принято в это время. При благоприятных ветрах шли и ночами за флагманом, при встречных ложились в дрейф. Ночами на всех судах зажигали масляные фонари: один на клотике фок-мачты и два на корме на расстоянии два метра друг от друга. Кормовые фонари позволяли оценивать расстояние до впереди идущего судна. Утром флагманские корабли обходили караван и собирали отставших. Переход до Трабзона занял от 5 до 7 дней.

Выгрузив товары вместе с купцами, караваны сразу двинулись обратно, в херсонских и хазарских портах еще оставалось много грузов и живого товара. До осенних штормов все эти товары нужно было вывезти.