Защитник Драконьего гнезда. Том второй

Глава шестьдесят четвертая: Изабелла

Глава шестьдесят четвертая: Изабелла

Мы торопимся так, как только это возможно. И все равно получается слишком медленно. Каждый день пеняю самой себе, что все еще недостаточно привычна к долгим и, что главное, интенсивным конным переходам. Да, тело уже немного адаптировалось, но к вечеру я все равно никакая и едва способна переставлять ноги.

Утром немного оживаю, но лишь спустя время, которое трачу на подобие растяжки. Для этого приходится вставать немного раньше, но зато к моменту, когда надо снова лезть в седло, мои мышцы и связки уже разогреты и готовы к работе.

С запозданием понимаю, что так надо было делать сразу, когда еще выехали из Драконьего гнезда, но тогда, вероятно, я была слишком сильно занята мыслями о предстоящей встрече с ллисканцами. Не знаю, сейчас, вспоминая те дни, ловлю себя на мысли, что большую часть дороги прибывала в какой-то отстраненной прострации.

Понимая, что одинокий специально подготовленный для этого всадник в любом случае намного опередит нас, отдаю распоряжение отправить в Драконье гнездо гонца с вестью, что вопрос с ллисканцами решен. Без подробностей, только факт. О подробностях расскажу сама, а пока для Анвиля важно само понимание, сработал мой план или нет.

Судя же по отголоскам сведений в Превратной крепости, войска Магистра все еще находятся в пути. И это очень хорошо, потому что у меня с собой ценнейший ресурс, который может в значительной степени помочь нам в обороне замка – селитра. Правда, здесь же кроется и проблема – подводы со столь нужными нам припасами движутся, точно черепахи. И ничего здесь не поделать.

Принимаю решение оставить их и продолжить дорогу налегке.

Понимаю, что в случае осады, проку от меня в Драконьем гнезде будет немного, но я хочу быть рядом с дочерью и мужем. Я должна быть радом с ними и рядом с теми, кто доверился мне, кто не переметнулся на сторону Магистра и по-прежнему верит в законность текущей власти.

И это доверие – своего рода каменная стена за спиной, которую, даже если захотеть, не пробить. А мысли развернуться и уйти до сих пор время от времени посещают мою голову. Да, сейчас гораздо реже и гораздо менее остро, но тем не менее.

Я не хотела этой власти, да и сейчас ее не хочу. Я никогда не хотела такой ответственности, меня к ней не готовили. Глупо надеяться, что обычный человек, брошенный в пекло грандиозных событий, сможет совладать с ними и должным образом возглавить. На такое способен один из тысяч. И я явно не такая, надо адекватно смотреть на вещи.

И в то же время, я не могу бросить доверившихся мне людей. Просто собрать сундук с золотом, забрать с собой Амелию и Анвиля и свалить в закат, в какую-нибудь тихую теплую страну, откуда нет выдачи. Наверняка здесь такие есть. И оставшуюся жизнь провести в спокойствии, занимаясь чем-то далеким от государственного управления. Кто бы меня за это осудил? Честно говоря, многие. А есть ли мне до них дело? И вот это главный вопрос, на который у меня есть совершенно четкий ответ.

И именно поэтому мы стараемся обогнать ветер.

К сожалению, Г’рах Тара с нами нет – шаман едет в одном из подводов. Сильно ослабленный, но стабильный. Времени на восстановление ему понадобится гораздо больше нескольких дней, но и оставлять его у ллисканцев смысла нет.

Количество последних, к слову, которые отправились со мной, не так велико, как виделось изначально. То есть добровольцев оказалось действительно большое количество, но мы решили, что сильно оголять болото все еще рано. Если отброшенные мятежники попытаются штурмовать его еще раз, нужно, чтобы было, кому встать у них на пути.

И все же три десятка лучших охотников у меня есть.

Когда до Драконьего гнезда остается не более полудня пути, на дороге появляются патрульные разъезды.

И вот здесь новости уже не столь радужные – осада королевского замка если еще на началась, то начнется вот-вот. Мятежники совсем близко, а их летучие отряды уже видели в окрестных деревнях.

Народу на дорогах почти нет. В деревнях, что проезжаем, тоже пусто. Несколько более людно становится к самому Драконьему гнезду, люди выглядят напряженными, сосредоточенными, многие вооружены копьями и щитами.

Мы останавливаемся только у патрульных разъездов, всю остальную часть пути проделываем на одном дыхании.

Что-то похожее на пронзительный свист слышу уже когда до стен Драконьего замка рукой подать. Там, дальше, со стороны пристани, что-то сверкает, слышатся отрывистые щелчки.

Быстрее. Вперед.

Мы проникаем в замок через небольшие хорошо укрепленные задние ворота, которые тут же с лязгом захлопываются за нашими спинами.

Нам бы еще хотя бы неделю тишины – и все могло быть иначе. Впрочем, сразу узнаю, где сейчас находится Анвиль, бегу туда.

Он на одной из башен.

Проклятые бесконечные ступени, их тут, наверное, миллион.

Когда, вконец запыхавшись, вываливаюсь на открытую площадку, едва могу дышать.

Он стоит спиной ко мне в окружении нескольких воинов.

Ого, да это же у них целая настоящая подзорная труба. Или даже телескоп?

— Ваше Величество… - выдавливаю из себя сквозь отчаянное дыхание и безумно бьющееся сердце.

Он резко оборачивается. И, кажется, это один из самых невероятных моментов, когда лица твоего мужчины, насупленного и сосредоточенного, будто касается луч солнца, из-за которого оно разглаживается и вновь наполняется теплотой.

— Би, - скорее понимаю, чем слышу единственное слово.

И он уже рядом, уже обхватывает меня обеими руками и прижимает к себе.

Я плакса. Я это знаю и уже давно даже не пытаюсь скрыть.

— Я немного задержалась, - говорю в его широкую грудь, в которой отчетливо слышу неспокойное биение сердца. – Но старалась, как могла. Честно-честно.

Собственный голос звучит очень глухо и вообще смешно. Да и не об этом сейчас надо говорить. Только остатки своего красноречия я, похоже, истратила в общении с ллисканцами. Совсем ничего не осталось для дома.

— Я скучал.

Скупое и мужское, но такое родное и желанное. Потому что я скучала и переживала так сильно, что сейчас, растворяясь в его объятиях, с ужасом понимаю, что если бы тогда, еще совершенно ничего не понимающая в происходящем, от безнадеги не предложила ему взять меня в жены, мы бы сейчас вот так не стояли вместе и не обнимались. Казалось бы, ерунда для сотен тысяч пар, которые видятся каждый день и даже не понимают, как это важно – просто иметь возможность обнять любимого человека и почувствовать, как он обнимает тебя в ответ.

— Как у вас дела? Как Амелия? – спрашиваю, когда он все же ослабляет объятия.

Кажется, на мгновение по его лицу пролегает тень озабоченности. И мое сердце пропускает один удар.

— У нас тут незваные гости, как видишь, - улыбается Анвиль. – Скоро пойдут на штурм. Пока прощупывали крепость замка магическими ударами. У нас крепкие стены. Амелия в замке, с ней все хорошо. Вела себя отлично, была послушной и вообще умницей.

Мне кажется, что где-то в чем-то он лукавит или недоговаривает. Но, возможно, это просто усталость с долгой дороги.

— У нас есть шансы? – спрашиваю напрямую.

— Мы почти наверняка устоим против обычного штурма. У нас достаточно людей и оружия, достаточно провизии. Но у нас нет магов. Это серьезная проблема.

— Возможно, у нас есть нечто вроде магии, но не сейчас, через несколько дней. – Смотрю ему прямо в глаза. – Нам надо продержаться несколько дней.

— Что с твоими снами? – вместо ответа спрашивает он. – Что с Пожирателем?

— Снов не было давно. Но у меня есть вопросы. И есть мысли. Нам есть, что обсудить.

Он притягивает меня к себе и легонько целует в губы. Этого очень мало. Этого катастрофически мало.

— Сейчас, Ваше Величество, отдохните с дороги, а потом обязательно поговорим и все обсудим. Еще немного времени у нас, полагаю, есть.

Как бы в отместку обнимаю его изо всех сил – из меня конечно так себе обниматель, но пусть хотя бы отдаленно почувствует, как мне его не хватало.

Анвиль притворно стонет, будто ему очень больно, а потом прощается со мной очень изысканным поклоном головы. В нем точно куда больше всего этого королевского этикета, чем во мне. Раз эдак в тысячу. Наверное, если на трон посадить простую служанку, она и то будет знать больше обо всех этих реверансах и экивоках. Хорошо, что я – королевишна, всегда можно какую-то слоноподобность обосновать эксцентричностью.

Когда ухожу, вдруг понимаю, что лицо Анвиля, когда я выпустила его из объятий, было молочно-белым. Один раз только видела его таким бледным – после той самой схватки, когда он один вышел против всего воинства лорда Фарвурда, когда истекал кровью и был едва живой. Но сейчас-то с ним все хорошо… или нет?

Оборачиваюсь, но Анвиль уже снова возле воинов. Те что-то говорят и показывают вдаль руками. Я бы точно вернулась, но, муж прав, если хотя бы немного не отдохну – просто перестану соображать. Да и снова отвлекать его от совещания – идея плохая. Хорошо, но я все это запомнила и не забуду.