Защитник Драконьего гнезда. Том второй

Глава тридцать третья: Изабелла

Глава тридцать третья: Изабелла

Он слушает с таким серьезным выражением лица, будто я рапортую ему о наших финансовых успехах. Ну, или неудачах, что пока ближе к делу.

— А потом он сказал, что придет за ней, - говорю под конец рассказа. - И потому проснулась.

Анвиль молчит, уставившись в окно, но, как мне кажется, ничего там не видит. Весь взгляд устремлен внутрь самого себя.

— И больше ничего не говорил?

— Ой, - несмотря на изначальную яркость, кошмар почти выветрился у меня из головы. По совести, даже не знаю, зачем о нем вообще рассказываю. - Сначала он сказал, что я - это не она. Все, теперь точно все.

— Тебе знаком его голос?

— Нет, - отрицательно мотаю головой. - Точно нет. Я подумала, что это Великий Магистр, но... ну, мне кажется, это не он.

— А кто?

— Не знаю, - я аккуратно касаюсь рукой его плеча. - Это же просто сон. Ну, чего ты? С тех пор он не повторялся. Наверное, просто был плохой день. Ну, знаешь, магнитные бури на Солнце, Венера не в тот дом заползла.

Его взгляд намекает, что не нужно мне в такие моменты пытаться шутить и использовать непонятные выражения из своего прошлого мира. А что? Мне и так не по себе, что поддалась порыву рассказать о ерунде, которую мой драконяка почему-то принял неожиданно серьезно. Не так должна встречать жена своего мужа. Не глупостями - это уж наверняка. Эх, учиться мне еще и учиться быть хорошей женой. Непросто это, оказывается, когда язык иногда выдает что-то, пока мозг еще обдумал.

— Сон-сон-сон, - протяжно повторяет Анвиль.

Он едва заметно улыбается, но в его глазах по-прежнему искрится глубокая задумчивость. Он точно не здесь и не со мной. И это немного напрягает. Да чего уж там - это сильно напрягает, заставляет подобраться и ожидать очередных неприятностей. Боже, да сколько же можно?

— Ты была в башне Лаэрта? - неожиданно меняет тему разговора.

— Да, там полно всяких бумаг, чтобы все их сразу разобрать. Понадобится немало времени. А еще книги, карты. А еще на стене там есть странная схема. Насколько я поняла, магическая, чтобы определить места... силы, - говорю неуверенно, боясь напутать, но дракон только кивает. — А еще у меня снова было видение. Там, в башне. Я видела их разговор… Теперь я знаю, откуда у меня этот шрам. А еще я нашла дневник Лаэрта. Он короткий, но очень емкий.

Ну вот, хоть больше не строит из себя каменного мыслителя – явно удивлен таким потоком информации, вон глаза какие большие стали. А вот приятно, да, не буду скрывать.

Я молодец.

— Расскажешь?

И я с воодушевлением начинаю рассказывать, как мы пытались открыть дверь, как я не знала, за что взяться, когда попала внутрь башни, как нашла какие-то имена, которые приняла за возможных осведомителей Лаэрта. Все-все рассказываю, а он слушает, лишь изредка делая небольшие уточнения.

Наверное, мне бы хотелось от него немного больше эмоций. Даже не знаю. Больше хороших эмоций, чтобы хоть разок улыбнулся глазами. Ну не так уж у нас все плохо. Или нет?

— Мне кажется, легенда о Глотке Арташа – всего лишь выдумка. Последствие сильного извержения, что действительно произошло много лет назад. Ничего определенного шаман не сказал. Я вообще едва несколько слов из него вытащила.

Заканчиваю - и снова молчание.

Четное слово, будто наяву слышу, как крутятся шестерёнки в его голове.

— Что-то не так? Не молчи. Я должна знать, даже если все совсем плохо. Или я что-то упустила?

Он поднимает на меня взгляд, а потом притягивает к себе. Сильно, горячо, как будто даже немного отчаянно. И я не знаю, чего мне хочется больше - разреветься от переполняющих меня чувств или просто тихонько посидеть и помолчать.

Нет, молчать точно нельзя.

И реветь нельзя.

Значит, надо говорить.

— Кое-что случилось, - нарушает молчание Анвиль и немного отстраняется. - Но я пока ни в чем не уверен, - усмехается, - кажется, впервые за всю жизнь. Не хочу рождать слухи, мне нужно все проверить.

Он пытается подняться на ноги, но я висну на нем, точно обезьяна на дереве.

— Все равно рассказывай. Что случилось? Что-то еще, кроме взрыва в замке Фарвурда? Мне нужно знать! Понимаешь? Нужно!

— А если я не прав?

— Значит, ты не прав. И это будет хорошо, насколько я понимаю. Правильно?

— Возможно.

— Вот и рассказывай. Пусть лучше ошибешься, чем я буду слепой мышью в комнате с огромным котом.

— Вы никогда не слагали стихи, Ваше Величество?

— В глубоком детстве, как и все королевы. Рассказывай, а то не слезу с тебя, так и знай.

Судя по хитрой драконячей улыбке, мысли его в этот момент возвращаются сюда, в нашу спальню. И это очень здорово. Честно, я бы с удовольствием заездила его так, чтобы не мог выбраться из постели. Ну вот почему у нас нет хотя бы небольшого медового месяца? Хотя бы медовых пары дней, когда можно сколько угодно заниматься сексом и не думать о нуждах королевства.

Но сейчас у нас столько времени точно нет. Слишком о многом надо позаботиться. Слишком много людей там, за стенами, которые нуждаются в помощи. Наверное, со стороны это может показаться высокопарно, но я реально чувствую себя ответственной за их будущее. Даже понимая, что кто-то из них, вполне возможно, совсем недавно приходил к этим стенам с вполне себе кровавыми мотивами.

— Рассказывать придется издалека. Иначе нет смысла. Возможно, ты и права, возможно, ты со стороны увидишь то, чего не увидел я. Или посмотришь на все под другим углом.

— Готова смотреть под всеми углами, - усаживаю его обратно на кровать и сама забираюсь туда с ногами. – Я вся внимание. Но теперь, наверное, придется немного поторопиться.

— Я буду краток. Насколько это возможно, - вздыхает дракон. – Тем более, часть истории ты уже так или иначе знаешь. Пусть и кусками.

Сижу тихо, как та самая мышь, только пялюсь на широкую спину своего мужчины во все глаза.

— Я действительно должен был встретиться с Изабеллой в монастыре пресвятой Евгении.

Охренеть! Простите за мой французский.

Я, конечно, ожидала чего-то подобного, но не прямо сразу и в лоб.

— Но встречи не было.

Я пытаюсь уловить интонацию его голоса, не очень приятно это осознавать, но я ревную. Действительно ревную своего мужа к той, другой, которой он долгое время меня считал. Любит ли он ее до сих пор? Не лег ли со мной только в поисках хоть какой-то замены?

Фу! Нет, я бы это точно почувствовала.

— Что-то случилось?

— Да. Горный обвал, - скорее слышу, чем вижу, что Анвиль усмехается. - Чертова гора решила, что слишком долго стоит на этом месте и просто развалилась.

— Но ты же мог просто долететь. Стать туманом и долететь.

— Я уже был в монастыре, уже ждал Изабеллу. Обвал случился на ее пути. Я не знал.

— Ой... - только и могу сказать.

— Я прождал пять дней - и уехал. Решил, что Изабелла передумала. Много позже до меня дошли слухи, что королева все же добралась до монастыря.

— Ты жалеешь, что вы тогда не встретились?

Это очень неправильный и не к месту вопрос. Но он слетает с моих губ сам собой.

— Я очень ждал ту встречу, - отвечает дракон, но в его голосе нет сожаления. Или я не хочу ее слышать? - Потом, когда Изабелла не приехала, был зол. Решил, что она опять меня обманула. Несколько дней после возвращения вовсе не помню... снова пытался выбросить ее из головы. А потом, когда обо всем узнал, решил, что хватит искать счастье там, где его не может быть. Нет, я не жалею.

— Можно спросить, почему Изабелла вышла замуж за Лаэрта, а не за тебя?

— Ты не знаешь? - смотрит на меня с явным удивлением.

— Откуда? Таких видений у меня не было.

— Все просто. Род Лаэрта гораздо богаче моего. На его землях есть золотоносные и железные шахты. На моих землях их нет. Мы с Изабеллой знали друг друга с самого детства. Мои родители часто гостили в Драконьем гнезде - и так получилось, что мы быстро сошлись с Ее Высочеством. Думаю, через меня в планах моих родителей было породниться с королевской семьей. И все бы получилось, если бы спустя время на землях будущего короля Лаэрта не нашли золото.

— И она выбрала более богатого, - делаю очевидный выбор.

— Она поступила, как и должно поступать королеве. Благо для государства первостепенно.

Я бы могла задать еще много вопросов, вроде, как сильно переживал Анвиль их разрыв? Зачем пошел на встречу в монастыре, если к тому времени у Изабеллы уже была дочь? Просто увидеться? Почему не навещал ее в замке, когда уезжал Лаэрт, если мог банально в окно к ней залететь? Неужели в монастыре они бы просто за руки держались? Почему, в конце концов, после всего прилетел ко мне, на то злосчастное собрание?

Вопросом много - толку в них мало? Я же сама себе говорила, что прошлое моего мужчины не должно меня волновать. Так что теперь происходит? Проклятая ревность! Ну, уж нет, под зад коленом ей, и чтобы летела вниз с самой высокой башне. Этот драконяка мой - и точка!

— Что было потом?

— Потом Лаэрт пришел ко мне с войском.

Еще раз охренеть!

— То есть он все же не врал Изабелле, когда сказал, что убьет тебя и сделает твои земли не пригодными для жизни?

— Не врал. Официальное обвинение: государственная измена, сотрудничество со шпионской сетью иных государств. Разумеется, все ложь, никаких доказательств. Но, справедливости ради, про его планы отравить мои земли я не знал, иначе бы даже разговаривать не стал.

— И ты его убил?

— Да.

Вот так просто, даже не пытается обелить себя?

— Я не знал причину, по которой он пришел именно тогда. Сейчас, после твоего видения, уже понимаю... - он снова становится задумчивым. – А теперь, Би, слушай очень внимательно: Слушай и накладывай на свое видение и на дневник Лаэрта. Я хочу услышать твой вывод. собственный мне очень не нравится.

— Я всегда тебя внимательно слушаю, - протягиваю руку и касаюсь его щеки.

Он улыбается уголком губ.

— Я приказал крестьянам идти по домам и ждать исхода. Понимал, что своим решением ставлю себя вне закона. А когда господа рвут друг друга на клочки, простому люду лучше держаться в стороне. Со мной осталось только несколько десятков верных воинов, но и их я отправил из замка прежде, чем к его воротам подошло королевское войско. У нас оставалось условленное место, куда я бы мог добраться, если б мне понадобилась помощь. Я просил их следовать туда. Не знаю, зачем Лаэрт притащил с собой армию. В этом не было никакого смысла. Такие как мы, обычно, выясняем все вопросы в поединке. И Лаэрт это знал.

— Боялся? – предполагаю я.

Анвиль отрицательно качает головой.

— Лаэрт был кем угодно, но только не трусом. Как бы то ни было, но после его предложения добровольно сдаться на его милость, и моего отказа – мы сцепились. Прямо в моем замке. Сначала в его дворе, потом, когда перестали быть людьми, над его стенами – и выше-выше. Мы полосовали друг друга когтями, вырывали куски плоти, поливали друг друга потоками пламени. И так получилось, что постепенно все дальше и дальше отлетали от замка. Сначала к горам, потом в открытое море.