Заклинатель 8

Глава 11

11.

Уклоняйся от боя с сильным противником, и атакуй, когда он слаб. Так говорил древний полководец, и в определенном смысле он был прав. В нашем случае: избегай врага, обладающего неизвестной силой и возможностями, которые могут оказаться гораздо больше твоих.

— Божественная аура? Хотите сказать у них на борту жрецы или что-то подобное? — Вайс несказанно удивился.

В его понимании такое могло происходить где-то на суше, где есть святилища и храмы, но не в открытом море.

— Сами же говорили, что на таких кораблях приносят человеческие жертвоприношения и проводят запретные ритуалы, посвященные темным богам, — огрызнулся я.

Проклятая морская болезнь опять дала о себе знать, желудок протестующе заворочался, будто принимая удобное положение, когда палуба под ногами начала мерно раскачиваться. Чертова смена курса, а затем еще одна, вызвали качку, вновь напоминая о плохом самочувствии.

— Да, но я не думал, что это дает какое-то результаты, скорее дурь, которой занимались идиоты, нанюхавшиеся тэнхской пыли, — он взглянул на маячивший парус на горизонте, ставший за последнее время намного ближе, и нахмурился: — Разве такое вообще бывает?

— Вы о силах божественного порядка? Еще как бывает, — мрачно изрек я.

Перед мысленным взором мелькнули картины знакомства с сущностями Верхних и Нижних миров с которыми пришлось столкнуться в ходе путешествия по материку в сторону побережья. Как правило ничем хорошим такие встречи не заканчивались.

Я пригляделся к защите чужого корабля. Структура с бесконечным движением ореола гипнотизировала, погружая взгляд в транс. Проявились детали странной конструкции, медово-желтым и золотистым оттенком обладали лишь линии, создававшие контуры «дыр», перетекающих друг из друга, в центре властвовал сплошной антрацит, словно куски первозданного мрака, ведущие в бездну.

— Хорошая новость — кажется жрец-капитан, или кто там устроил это безобразие, сам толком не понимает, как работает эта сила. Подозреваю, он либо услышал где-то о ритуале, либо увидел и повторил, как мог, используя скудные знания, почерпнутые из неизвестных источников, — задумчиво проронил я и пояснил в ответ на недоумевающий взгляд Вайса: — Защита пожирает сам корабль и всех кто на борту, медленно, но ощутимо. Не знаю сколько уже это длится, но оно не могло не оказать негативного воздействия на команду.

Глаза капитана Морского змея вспыхнули:

— Значит они ослаблены?

Я кивнул.

— Скорее всего. Такая концентрация темной энергии Нижних Миров не могла не оставить след в человеческом организме. Кажется, эти сумасшедшие использовали алтарь, посвященный темному божеству, и открыли в нашу реальность прямой канал, который и питает эту странную защиту, — заметил я, подумал и нехотя признал: — Хотя это дает определенные преимущества — с ходу такую конструкцию обычными заклинаниями не пробить.

Стоявший молча Сорен шевельнулся:

— Вы сказали это хорошая новость, значит есть и плохая?

По моему лицу скользнула ухмылка.

— Она же и плохая. Если люди на борту знают, что им осталось недолго, то не будут жалеть ни себя ни нас, бросятся в атаку, как только представится возможность и будут драться с безумием обреченных.

— Нанюхавшись тэнхской пылю, от которой полностью сойдут с ума, — мрачно буркнул Горбун, весь разговор маячивший неподалеку. — Я уже видел такое, если доза велика, то человек не чувствует боли и убить его очень сложно.

Прозвучало прочувственно, словно калека делился впечатлениями, основанными на личном опыте.

Вайс кивнул.

— Это правда, под действие пыли люди становятся неуправляемыми, у них исчезает страх смерти, и бой становится непредсказуемым.

Команда Морского змея уже сталкивалась с такими отверженными кораблями? Или дело происходило на суше? Впрочем, какая разница, главное они хотя бы примерно представляют с кем придется столкнуться.

— В общем, защиту чужака не пробить, не здесь и не при таких обстоятельствах, — честно признал я.

Вайс бросил в мою сторону быстрый взгляд.

— В смысле не на палубе корабля, где нельзя нарисовать пентаграмму?

Намек на случившееся у разрушенного маяка в Тернионе, когда была уничтожена пиратская эскадра? Выжженную в земле пылающую пентаграмму тогда видела половина города. Повторить такое в нынешних условиях, разумеется, не получится.

— Вроде того, — туманно проронил я, не вдаваясь в подробности.

При этом не имелось уверенности, что даже такой собранной мощи хватило бы, чтобы пробить странную защиту вражеского корабля. Силы божественного порядка порой обладали странными свойствами, не похожими на действия обычных заклятий. Кто знает на что способна переливающаяся золотистым и оранжевым структура с текучими черными впадинами из антрацита. Может она легко поглотит любое количество энергии, выпущенное в форме атакующих чар. Такое вполне могло быть, обитатели иных измерений в этом отношении были ненасытны, поглощая все до чего могли дотянуться, в том числе магические конструкты.

— Значит абордажу все-таки быть, — мрачно изрек Вайс и посмотрел на приближающийся чужой корабль.

— Скорее всего. И вашей команде думаю стоит подготовиться.

Капитан хмыкнул, явно собираясь сказать что-то вроде: не учи ученого, колдун, однако не стал этого делать, вместо этого коротко кивнул и повернулся к Горбуну. Старший помощник и по совместительству боцман выслушал распоряжения капитана и отправился предупреждать остальную команду вооружаться и готовиться к бою.

Доставались кольчуги и панцири, кожаные куртки с нашитыми поверх кусками металла и проволоки, на поясе занимали место короткие мечи и топорики, какими так удобно орудовать в стесненных пространствах нижних палуб. Парочка матросов вооружалась мощными на вид арбалетами, встав на носу и корме, чтобы увеличить сектор обстрела.

Горбун и капитан тоже дополнительно экипировались. Вайс надел блестящий нагрудник, к обычному изогнутому клинку у бедра присоединилась парочка длинных кинжалов, левую руку морского волка скрыл панцирный рукав, выполнявший роль дополнительной защиты. Старший помощник выглядел не столь грозно, но на скрюченном теле тоже серьезно прибавилось заточенного железа, в первую очередь состоящее из метательных ножей и топориков. В ближнем бою от калеки мало толку из-за ограниченных физических возможностей, зато на расстоянии он мог доставить немало проблем.

Я взглянул на Сорена:

— Ты тоже готовься. И посмотри, что там с рыжей девчонкой, предупреди, чтобы не высовывалась из каюты, пока все не закончится. Дай ей какой-нибудь клинок, пусть забаррикадируется и ждет.

Рыцарь кивнул и направился к лестнице, ведущей вниз. Я бросил вдогонку:

— И скажи, что если поймет, что битва проиграна, в плен пусть лучше живьем не сдается. Сам понимаешь, что ее в таком случае ждет.

Гвардеец обернулся и коротко кивнул.

— Я прослежу, чтобы она все поняла, — пообещал он и скрылся под палубой.

Я медленно вздохнул и неспешно выдохнул. Взгляд скользнул за бортик в море на вырастающий в размерах вражеский корабль. Свечение вокруг корпуса усилилось, словно нагнетаемое изнутри.

Да, женщинам (да и мужчинам, наверное) в плен к этим психам лучше не попадать. Сначала скопом изнасилуют, а затем замучают на алтаре, принося в жертву своему божеству.

Интересно, что за бог, кстати, то что кто-то темных из Нижних Миров видно по антрациту в окутывающей ауре корабля, но какой именно?

— С другой стороны, какая разница, защиты от сил божественного порядка все равно нет, — я проронил вслух и занялся собственной подготовкой к будущему сражению.

В первую очередь магический облик, нужно напитать как можно сильней оболочку, чтобы энергетические каналы пропускали, как можно больше силы за раз. Сумеречный Круг должен сиять, и заклятья мгновенно срабатывать, перезаряжаясь как можно скорее.

Короткий вздох и резкий глубокий выдох. Отринуть мысли, погрузить сознание в холодную пустоту. Стать сильней и быстрей себя прежнего, разогнать скрытые резервы организма до максимума, используя Средоточие. Позволить энергии свободно течь внутри тела, наделяя новыми свойствами. На некоторое время стать чем-то гораздо большим, чем обычный человек и даже маг, обладающий колдовским даром. Превратиться в существо иного порядка, чтобы если не на равных, то хотя бы приблизительно суметь противостоять божественному влиянию.

Это сложно, неприятно, провоцирует внутренний дискомфорт, но это необходимо, если хочешь выжить.

На какое-то время я поднялся на очередную ступень собственного могущества. Ненадолго, но этого должно хватить, чтобы получить в будущем сражении необходимое преимущество. Я стал лучшей версией себя прежнего, как и заведено в постулатах мар-шааг.

— Ваше магичество, — рядом раздался голос, заставив резко открыть глаза.

Склонившийся надо мной Горбун испуганно отшатнулся, пожалуй впервые в жизни в глазах калеки мелькнул искренний страх.

— Ва-а… ва-аа-ши… — заикаясь попытался что-то сказать он.

Калека, не отрываясь смотрел в мои глаза, и я знал, что он сейчас там видел — водовороты тьмы, в глубине которых медленно проступали фиолетовые искры.

Стыд за собственный страх заставил Горбуна быстро прийти в себя, он злобно ощерился и отступил назад, не сводя с меня напряженного взгляда, будто боясь поворачиваться спиной.

Позади простучали по палубе сапоги капитана, которые за время плаванья я научился распознавать. Вайс не видел моего лица, поэтому спокойно заметил:

— Кажется у них там что-то происходит, — смотрел он в сторону приближающегося корабля.

Я тоже поднял взгляд и взглянул в том направлении, и почти сразу нахмурился. На высокой корабельной надстройке, где стоял штурвал, что-то происходило. Больше всего это напоминало черное солнце, чье мерцание оказалось столь велико, что прорвалось сквозь магический фон в реальный мир, став видным для простых человеческих глаз.

— Во имя всех богов, что это? — голос Вайс стал хриплым.

У меня не имелось ответа на этот вопрос, я и сам не понимал, что происходит. Темное мерцание сгустилось и усилилось, пульсируя в такт словно невиданное черное сердце. Оно создавало колебания, и они расходилось подрагивающими волнами вокруг корабля. Он сблизился настолько, что даже без подзорной трубы стало возможно рассмотреть, что происходит на палубе. А происходило там нечто странное. Кучка людей, похожих на оборванцев, но вооруженных до зубов, двигались в такт мерцанию черного света. Они напоминали марионеток, которыми дергали за невидимые веревочки.

Наверху стоял человек в неряшливом балахоне, перед ним находился большой камень, небрежно стесанный по краям, на поверхности виднелись густые потеки, напоминающие кровь.

Алтарь.

— Что они делают? — рука Вайса машинально легла на рукоять клинка на поясе.

— Не знаю, но думаю ничего хорошего, — откликнулся я, в первую очередь наблюдая за происходящим через магический взор.

Там творилось невероятное, словно темные мазки ложились на окружающее пространство, изменяя его при помощи собранной мощи, буквально бьющей фонтаном из установленного на верхней палубе камня.

В какой-то момент сила сконцентрировалась в виде вытянутого копья с нестерпимым сияющим наконечником. Внутри медленно зарождался раскаленный шар из белого пламени. Все это резко контрастировало с черными провалами чистого антрацита и сияющими золотистым и оранжевым линиями.

— Какого… — Вайс вскрикнул, поведя дикими глазами вокруг корабля.

«Морской змей» ощутимо сбавил в скорости и теперь медленно останавливался. Он словно застывал в море, которое стало походить на густой кисель. Матросы не отставали от вожака, изумленно таращась на воду вокруг, ставшую вдруг упругой и плотной. Корабль практически прекратил движение, напоминая попавшего в жидкий воск муравья.

— Всеблагие праведники, что это, — голос одного из матросов дрогнул, он попытался нарисовать перед собой отвращающий от зла знак, но не смог завершить жест до конца, потрясенный увиденным.

Я и сам испытал изумление. Воздействие такого масштаба на материальный облик мира требовало чудовищных по силе затрат. По сути, кусок пространств выпал из реальности, перестав подчиняться привычным законам. И это было совершенно дико, потому что с помощью такой мощи можно было уничтожить десяток таких кораблей, как «Морской змей». Все равно, что микроскопом заколачивать гвозди.

Совершенно нерациональное расходование силы, с таким же успехом можно сбросить ядерную бомбу, чтобы уничтожить простой муравейник. Кем бы не являлся жрец, он явно находился не в себе или под действием наркотика, потому что ничем иным объяснить столь глупые манипуляции нельзя.

Между тем наконечник так до конца и не сформировался, в какой-то момент произошла очередная метаморфоза, и он вдруг брызнул во все стороны, разлетаясь осколками, расщепляясь на дополнительные части с изломанными шипастыми гранями.

А потом все это внезапно резко собралось вместе, словно гигантский бутон, поднимаясь на огромную высоту, произрастая из алтаря будто причудливый цветок странной формы, ставший в свою очередь тоже стремительно изменяться.

Но и цветок начал терять изначальную форму, растекаясь во все стороны в виде ткани. Больше всего это походило на колыхающееся покрывало из тончащего грязно-серого шелка. Невесомого, воздушного, но при этом создающего странное ощущение тяжести готовой упасть сверху гигантской бетонной плиты.

А потом оно лопнуло. Разом. Вдруг. Распалось на множество нитей, брызнувших в разные стороны. И начало падать сверху. Часть накрыла дергающихся оборванцев на борту чужака, но часть достигла и нас.

Кто-то из матросов дико заорал, нить упала на кожу руки и словно въелась внутрь, становясь частью человека. К счастью, остальные успели избежать соприкосновения с чуждым образованием. Крик раненного стремительно затихал, попавшая в тело нить расползалась серыми прожилками по венам подобно заразе.

— Руку! Рубите ему руку! — бешено заорал Вайс.

Горбун и один из матросов подскочили с двух сторон к зараженному, третий взмахнул клинком. Удар и на палубу шлепнулась отрубленная конечность. Хлынула кровь, раненый обмяк, потеряв сознание.

На несколько мгновений все внимание оказалось приковано к изувеченному матросу. Но снаружи корабля еще ничего не кончилось, бутон из тончащей серой ткани вновь набухал, на этот раз нацелившись на «Морского змея». Похоже первая попытка оказалась неудачной из-за отсутствия опыта у жреца, направлявшего действия алтаря, но в этот раз все могло получится.

— Сейчас снова ударит, — спокойно сказал я, раскручивая восприятие.

Вайс меня услышал, дикий взгляд капитана метнулся к вражескому кораблю. Море все еще напоминало густой кисель, но это почему-то не мешало чужаку становится с каждой секундой все ближе.

— Сделай что-нибудь, колдун! — яростно заорал капитан, увидев, как в материальном мире вновь проявляется всполохи чужого колдовства в виде грязно-серого бутона из невесомой ткани.

Стало понятно, что еще секунда и, как в предыдущий раз, он тоже распадется, выбрасывая в сторону «Морского змея» новую порцию нитей, способных проникать в человека, подчиняя и превращая в нечто отличное от разумного существа.

Счет пошел на секунды.

Перед моим мысленным взором вспыхнул Сумеречный Круг.