Уроки любви и ненависти

66

Больше всего меня поразило не то, что посреди леса у заброшенного замка с подозрительной нежитью мы встретили знакомых мне некромантов, а то, что они были такие опрятные, такие ухоженные, чистенький и благоухающие парфюмом, как будто тут за соседним пнем был портал в их личные покои, где они только что несколько часов кряду начищали перышки.

— Эмбер? — приподнял брови некромант.

На его красивом лице удивление смотрелось особенно изящно.

— Что ты тут делаешь? — взял себя в руки Киррел.

— Могу спросить тебя о том же, — я скрестила руки на груди, не горя желанием предаваться светской беседе с подозрительным типом.

В комплекте к моему знакомому некроманту, кстати, шли трое незнакомых. И вот если Киррел выглядел готовым к диалогу, остальные даже не пытались изобразить дружелюбие.

— Здесь небезопасно, — нахмурился Киррел.

— Это дикий лес, полный магического зверья. Естественно, здесь небезопасно, — раздраженно произнес Норон.

Обычно в академии во всех стычках Маркуса было не заткнуть, но сейчас он молчал все начало диалога, будто оценивал противников. И лишь придя к каким-то умозаключениям, решил вступить в диалог.

— Ты не понял, маг, — процедил один из приятелей Киррела. Причем процедил таким тоном, будто «маг» было синонимом «попрошайки». — Здесь опасно.

Сложно сказать, что там было в душе у парня, но выглядел он крайне агрессивно. Не знаю, как Маркус, а я почувствовала острое желание драпать.

— Здесь действительно опасно, — нахмурился Киррел. — Несколько студентов некромантии были отчислены, но сбежали до нанесения запирающих меток. Мы долго искали их укрытие и нашли. Но там кто-то уже побывал, спалив все умертвия.

И некромант посмотрел на меня так, будто это я — те самые некроманты-недоучки. Все вместе в одном лице.

— Ну не люблю я нежить, — недовольно передернула плечами, не собираясь отрицать очевидное. — Тем более они обижали Мантишу.

— А Мантиша у нас кто? — не понял Киррел.

— Мантикора, — с ехидцей произнес Норон.

Тут, наконец, внимание все присутствующих обратилось на нашу мантикору, которая старательно пыталась прикинуться ветошью, а поняв, что не выйдет, приняла вид крайне воинственный. Ну и троица малявок вместе с ней, куда ж без них. Высунулись вперед мамки, шерсть распушили, крылья растопорщили. Стоят, шипят. Мантиша аж на мгновение растеряла всю грозность. Аккуратно задвинула мелочь лапой и снова недобро уставилась на непрошенных гостей.

— То есть вы спалили все умертвия? — уточнил третий некромант. Он был не так озадачен, как Киррел и не так грозен, как второй парень. Было в нем что-то нездоровое, дерганное.

— Все, — подтвердил Норон. — До единого.

— И ничего не нашли больше? — с подозрением спросил нервный тип.

— Ничего, — уверенным тоном произнес Маркус. — Ну, кроме мантикоры.

Некроманты переглянулись за спиной у Киррела, пока тот задумчиво рассматривал нас всех.

— Наверное, это убежище было давно заброшенным, — наконец, проговорил Киррел.

— Наверное, — равнодушно пожал плечами Маркус. — Мы особенно не осматривались. Эмбер так ныла, что ей страшно, пришлось хватать мантикор и спешно уходить.

Все-таки графское образование было не зря. У меня ни один мускул на лице не дрогнул, слушая этот вольный пересказ событий. Спустя еще четверть часа, обменявшись любезностями и заверениями во всенепременной помощи, некроманты, наконец, отчалили. И едва шум их шагов стих, все это время внешне расслабленный Маркус чуть не схватился за голову.

— Хартман, у нас проблемы.

Ну, я была девочкой умной, недаром Норон на меня ставки делал, а потому рискнула предположить:

— Нас сейчас будут убивать?