Третья жена генерала – дракона

Глава 46

— Вы обещали! — строго произнесла я. — Помните про ваше обещание.

Я видела как напряглись его руки, как он захрипел, словно зверь, которому не дают добычу.

— Вы знаете, кто мог «заказать» вашу дочь? — спросила я. — Лучше подумайте не о нем. А о том, кто мог это сделать? Может, у семьи есть враг? Если вы его сейчас убьете, то не узнаете правды! Поэтому дайте ему время прийти в себя и…

— С дороги! — произнес генерал, а я вцепилась в него, обнимая обеими руками. Дракон дышал яростью. И эта ярость казалась неконтролируемой, дикой и страшной. Испепеляющая ненависть в его глазах говорила о том, что он готов нарушить слово, лишь бы поквитаться с обидчиком доченьки. И, в глубине души, втайне, я была бы рада, если бы правосудие свершилось, но…

— Вы обещали, — прошептала я, видя, как он замер, только сейчас я заметила, как глажу его лицо своей рукой, словно пытаясь успокоить. Я понимала, что он чувствует. Понимала, как рвется изнутри ненависть. Но в то же время понимала, что добром это дело не кончится. — Вы мне пообещали… Пока он здесь, вы ничего с ним не сделаете…

Внезапно меня обняли, поднимая на руки.

— Вы пообещали, — напомнила я, а генерал сжал меня в своих объятиях, заставив сердце рухнуть вниз. От его взгляда по коже был мороз.

Через секунду, не дав мне опомниться, он поцеловал меня. В этом поцелуе было столько страсти, столько ярости, столько чувств, что у меня закружилась голова. Ощущение чего-то запретного, сладкого затопило душу и сердце. «Нельзя… Нам нельзя…», — шептала я, когда губы отрывались от меня. — «Вы женаты…».

Но я ничего не могла поделать. Страсть внутри меня рвалась наружу, а я понимала, к чему это приведет.

— Один поцелуй… Еще один, — жадно шептал его голос. — Прошу… Умоляю…

И я сдавалась. Так невозможно! Так нельзя… Он покрывал поцелуями мои губы, щеки, шею.

— Не надо, — выдохнула я. — Я прошу вас…

— Один поцелуй… — прошептал генерал.

Его рука скользила все ниже — туда где билось мое трепещущее тело под тонкой тканью платья; пальцы сжимали мою грудь сквозь тонкую ткань. Вот еще секунда или две пройдет мимо моего сознания, и оно уже будет принадлежать ему целиком без остатка вместе со всем остальным телом под этим небом над головой… Мне показалось, или вдруг стало темно? Или просто потемнела моя душа, жаждущая разрушить чужие священные узы брака.

— Нет, — произнесла я. — Нет!

Меня отпустили с такой неохотой, что я вдруг почувствовала прилив жгучего стыда.

— Я прошу вас. Не надо. Нам стоит оставить между нам все как есть, — строго произнесла я, но почти не слышала своего голоса из-за оглушительного биения сердца. — Хотя бы ради Элисиф. Она искренне любит вашу жену и, думаю, что ваша измена, разорвет ей сердце. Не надо так с ней. А по поводу Нейта не переживайте. Как только он очнется, я тут же позову стражу, и пусть уже закон решает, какое наказание ему присудить.

— Вам самой не кажется, что даже десять лет тюрьмы мало за Лисси? — спросил генерал.

— Кажется, — кивнула я. — Но я не имею права идти против закона. Поэтому я прошу вас не делать глупостей, и помнить про ваше обещание.

С этими словами я вышла и направилась досыпать. Оставалось спать два часа. Раньше для меня два часа казались: «Ой, как мало!», а сейчас это, почти целая ночь!

Я устроилась на подушке, но сон не приходил. Наверное, он отправился к другим, так и не дождавшись меня. На сердце было неспокойно. С одной стороны у меня было слово генерала. А с другой стороны я понимала его чувства. И понимала, что такие чувства почти невозможно сдержать внутри.

— Ладно, — пошла я на компромисс с совестью, а сон, который только-только прибежал, тут же разочарованно вздохнул и отправился к другим.

Я встала, расправила платье, накинула халат и собрала скромную прическу.

Открыв дверь в сонный коридор, я стала спускаться по лестнице вниз. Из комнаты герцога и герцогини доносился оглушительный раскатистый храп чудовища. Казалось, человек так храпеть не может.

Дойдя до палаты, где лежал новоприбывший, я приоткрыла дверь, как вдруг увидела генерала и…

— О, боги! — дернулась я, глядя на Нейта.