«В доме генерала Моравиа произошел несчастный случай. Учитель дочери генерала несколько часов назад упал с лестницы и сломал себе шею. Его тело обнаружил дворецкий, который прибежал на шум. Хозяев в этот момент дома не было. Обстоятельства трагедии выясняются. Но слуги полагают, что он просто оступился», — прочитала я, выдыхая. Все, отбой тревоге. Это про учителя.
Ну что ж. Бывает. Жаль, конечно.
Я перелистнула страницу, пробегая глазами вакансии и раздел: «Продам». Ничего нужного не было, а на ерунду тратить деньги не хотелось.
— Спасибо, — кивнула я Лите.
Спустившись вниз, я подошла к палате. Я была уверена, что там, кроме нее никого нет, как вдруг услышала голос генерала.
— Я на все готов, — услышала я голос Янгара. — Лисси, милая моя… Я готов на все… Только очнись… Папа не будет тебя ругать. Папа обещает… Он даже слова тебе плохого не скажет… Только открой глазки… Папа очень по тебе скучает… Папа не знает, что делать…
Я услышала шумный вздох.
— Я не знаю, что делать… — прошептал генерал. — Я бы все отдал, чтобы ты очнулась. Если бы нужна была жизнь, я бы ее отдал… Я знаю, что я — никудышный отец. Я ведь ничего не умею, кроме как убивать.
Мне казалось, что отчаяние захлестнуло его.
— Если бы твоим единственным родителем осталась твоя мама, то она бы точно знала, что делать!
Я отошла от двери, понимая, что генерал вернулся на свой пост.
Поднявшись наверх, я быстро разделась и искупалась. На все ушло минут десять. Я тут же нацепила рубашку и халат и упала на постель, пытаясь побороть чувства в своей груди.
Это было словно глоток весны. Словно после долгой стужи я снова вдыхала запах сладкой липы, любовалась на яркое небо и слушала пение птиц. Все внутри оживало, а я боролась с этим как могла.
Я уснула, но не сразу. А когда провалилась в сладкую вату сна, внутри все расслабилось, и я чувствовала, словно на лугу порхают бабочки. Тепло разливалось по телу, а я, словно нежилась в кровати, как кошка.
«Никто не запрещает тебе любить! Но так, чтобы он об этом никогда не узнал! А так можешь любить кого угодно!», — слышала я поучительный внутренний голос.
«Как же плохо, что мы не встретились раньше…», — думала я, чувствуя, как дрема перерастает в сон.
— Вставайте, — послышался голос Литы. Она снова заступила на дежурство.
— Да, да, — проворчала я, вставая с кровати и видя на голове жуткую жуть. Вот что бывает, когда спишь с мокрыми волосами.
Быстро пригладив волосы и нацепив платье, я повязала белый фартук и стала спускаться.
— Все хорошо. Никаких происшествий, — отрапортовала Лита. — Я приняла смену в пять утра.
Пройдя по коридору, я увидела Ниала, который вышел из очередной палаты.
— Ниал, — позвала я. — Есть разговор.
Мы отошли, а я посмотрела в его глаза.
— Ты зачем сказал девушке про стоимость магических услуг? — спросила я.
— Она спросила, а я не привык лгать, — заметил Ниал. — Но я уже понял свою ошибку. Нужно было просто промолчать… А с другой стороны, это же обман? Не так ли?
— Иногда нужно выждать время, чтобы сообщать человеку дурные новости, — произнесла я. — И не всегда стоит говорить диагноз. Мы стараемся приободрить пациента. Ведь от этого зависит выздоровление.
— То есть, вы предлагаете мне лгать? — спросил Ниал, шумно вздохнул.
— Иногда ложь работает во благо. Мы не всегда сообщаем диагнозы пациенту. Иногда мы просто сообщаем их родным. Особенно, если они неутешительные. И благодаря этому пациент не проводит свои последние дни в унынии и страхе.
— Но ведь он мог бы привести дела в порядок? Отписать наследство? — спорил Ниал.
— Да, но разве это того стоит? — спросила я. — Все эти бюрократические формальности стоят улыбки на лице? Счастливых дней? Месяцев? У нас уже были такие случаи, когда не зная о диагнозе, пациенты жили намного дольше, чем если бы узнали о нем сразу. Тут все индивидуально. А ты имел дело с девушкой, которая никак не могла смириться с тем, что какой-то подонок изуродовал ей лицо. Она могла прикрывать это макияжем, пока не соберет деньги…
— Она не собрала бы, — спорил упрямый Ниал.
— Почему? — спросила я. — Люди иногда способны на настоящие чудеса, если у них есть цель. Главное — подарить человеку цель. И она станет для него первым смыслом новой жизни. И так, шаг за шагом, он ее достигнет. Ты никогда не знаешь, как повернется судьба. Быть может, какой-то маг будет искать ту, на которой стоит потренироваться в исцелении шрамов. И сделает все бесплатно. А потом будет показывать ее, как пример своей работы. Я знаю, что многие начинающие маги так делают, особенно на публику. Им же нужно показать свои таланты и умения. Или мы немного подсобираем денег, чтобы помочь ей с первым взносом. Или она встретит человека, который полюбит ее такой, какая она есть. И они уже вместе соберут деньги и исправят ее шрамы.
— Я вас услышал, — мрачно пробурчал Ниал.
Я хотела сказать еще что-то, но вдруг услышала как по коридору цокают каблучки.
— О, доброе утро! — улыбнулась мне жена генерала. С ней был какой-то мужчина в возрасте, который смотрел на все вокруг с брезгливостью аристократа в ночлежке. — А мой супруг там?
— Да, — кивнула Лита.
— Мне нужно с ним поговорить! — улыбнулась красавица — генеральша, направляясь в сторону палаты моей белоснежки.