Глава 20

— Послушай, — заметила я, стараясь ее отговорить от этого глупого и отчаянного шага. — Тут не так высоко, чтобы умереть, но вполне достаточно, чтобы на всю жизнь остаться калекой. Парализованной со сломанным позвоночником и шеей. И вот тогда точно никто не возьмет тебя замуж! Никому не охота выносить из под тебя горшок, кормить тебя с ложечки и всю жизнь смотреть, как ты лежишь в кровати без движения. Поверь мне. Это страшнее, чем шрамы на лице. Так что давай, иди сюда, я налью чай, и мы все обсудим.

— Я не хочу жить уродкой, — ревела девушка, а я понимала, что сейчас она пребывает в состоянии отчаяния. И не слышит ничего, кроме голоса внутренней боли. — Меня все считали красавицей… Я работала в магазине! Меня взяли только потому, что я милая… А сейчас я останусь без работы… Или мне придется идти прачкой, а я не хочу-у-у…. Моя мать была прачкой… И это ужасно!

— Никто не говорит тебе, что обязательно нужно быть прачкой, — убеждала я, подбираясь к ней шаг за шагом. Вот, блин! Поспала, называется! — Ты можешь работать у нас медсестрой… Можешь освоить какую-нибудь профессию. Например, печь пироги!

Я так злилась на нее, чувствуя, что из-за того, что старалась зашить раны как можно аккуратней, опоздала на вызов. И из-за этого моей помощи не дождался ребенок. Но в то же время я понимала ее трагедию. И осознавала, что злится на нее нельзя.

Осторожно, чтобы не спугнуть, ведь каждое мое резкое и неверное движение может спровоцировать девушку на глупость, я продвигалась по коньку крыши в ее сторону, чтобы успеть схватить ее в случае глупого и отчаянного шага..

— Что случилось? — послышался голос медсестры, а она высунулась в дверь, чуть не ахнув.

«Уйдите, уйдите все…», — прошептала я, пытаясь убрать лишних людей, которые способны напугать

— Давай мы поступим так, — продолжала я, опустив глаза на свои ботинки, которые стояли на скользкой крыше. — Никто тебя ни от чего не отговаривает. Ты всегда можешь закончить начатое. Но давай мы сейчас все обсудим, попьем чай, и тогда решим, стоит или не стоит. Если после разговора ты решишь, что стоит, то я обещаю, что не буду тебе мешать. Договорились?

Мне просто нужно было выиграть чуть-чуть времени и затащить ее внутрь. А вот с Ниалом у меня будет очень серьезный разговор.

Девушка смотрела на меня, а потом переводила взгляд вниз. Я понимала, что она сомневается. И это уже — хороший знак…

— Нет! Не надо! — закрыла уши руками несчастная и скривилась. — Вы так говорите, потому что хотите меня отговорить!

— Никто не хочет тебя отговаривать, — убеждала я, а до нее оставалось шагов пять. — Мы просто все обсудим, и тогда… Я даже дверь не закрою на крышу. Ты сможешь взять и завершить начатое.

«Ну да! Конечно не закрою! Да амбарный замок повешу!», — пронеслось в голове.

— Не подходите ко мне, — выставила вперед руку в упреждающем жесте несчастная. Она стала пятиться от меня, как вдруг…

Я видела все, как замедленной съемке. Неловкий взмах руками, бледное, испуганное лицо, искаженный гримасой ужаса.

— А! — послышался визг.

Я лишь успела протянуть руку и чуть не потеряла равновесие, пытаясь ухватить ее хотя бы за рубаху. Но не успела. Белая фигурка упала.


Загрузка...