Темное божество из СССР [3]

Глава 61 Мутная схема

— Мы с Аленой пойдем пошепчемся. — Катя встала на цыпочки и закричала в ухо Павлу, пытаясь пробиться сквозь гул мощных колонок. — Если подойдет какая-нибудь дура, скажи, что я рядом, и все вижу.

Великан усмехнулся и кивнул, жадным взглядом пожирая слегка вспотевшую после длительных танцев, снежную королеву.

Еще раз угрожающе оглядевшись, чтобы предупредить девушек вокруг, Катя взяла Алену за руку и покинула актовый зал. Сегодня она чувствовала себя по-настоящему счастливой. Семья не давила на мозги, парень рядом, удалось наладить контакт с Аленой, можно даже сказать, подружиться. Впервые за долгое время она ощутила вкус утраченной жизни, отнятой догмами Акке, и ненавистной сестрой. Огорчало лишь поведение куриц, липнувших к Павлу как жвачка к волосам.

В отличие от парней, не рисковавших здоровьем ради знакомства с ней, девушки не чувствовали угрозы со стороны Кати. За первые десять минут пребывания на танцполе к Павлу подходили трижды, с предложением потанцевать, выпить, и даже с намеком уединиться.

Как никак, Коновалов — главная знаменитость Горького, чрезвычайно богат, да к тому же огромен как скала. Не всех привлекала такая внешность, но любительниц внушительных габаритов оказалось тоже не мало.

А уж что пошло дальше, даже описать трудно. Девушки буквально вились вокруг, изгибаясь словно змеи. Не то чтобы это странно, учитывая место, музыку, и атмосферу. Просто… Катя не могла объяснить, но она буквально чувствовала, как грязные самки отчаянно пытаются привлечь внимание Коновалова.

Потому девушка поспешила сделать свои дела в компании Алены, и вернуться назад.

Пока Витек, воспользовавшись свободной минуткой, тоже позвал начальника потрещать.

Они вышли из актового зала и устроились на широком подоконнике в холле. Отсюда виден гардероб, и сам актовый зал, но музыка доносилась приглушенно. Вполне достаточно для разговора, без повышения голоса.

— Ну? — Павел вытянул длинные и массивные, словно дубовые стволы, ноги, поворачиваясь к Фомину.

Он давно заметил, что юный трудоголик последние минут двадцать не уделял внимания Алене, то и дело поглядывая на него. Не будь они хорошо знакомы, подумалось бы что-то дурное…

— О банке. — Витек сразу взбодрился, словно хлебнул энергетика. — Слушай, мы с Мариной Аристарховной прошерстили все сберкассы. Людей набрали, на три филиала хватит. Можем хоть сейчас открываться. Так вот я к чему, у тебя же пятнадцатого выставка?.. Так? Приедут представители разных предприятий, будут заказывать станки. Что если сделки, которые ты заключишь, провести через новосозданный банк?

Паша вскинул бровь, не совсем понимая, к чему клонит отличник, и какая от этого выгода.

— Прекрасно же знаешь, в какой ситуации сейчас находятся большинство производств. В стране кризис, денег выделяется мало, на покупку большого количества оборудования, при всем желании, ни у кого средств не хватит. — Заметив недоумение собеседника, Виктор терпеливо объяснил, чувствуя себя немного гордым за то, что сумел разглядеть лазейку, упущенную Коноваловым. — Мы могли бы через банк предложить предприятиям кредиты с нулевой ставкой… Подожди злиться! Чтобы в случае неустойки получить их имущество, заводы, автомобили, склады, и земли.

Мотив Фомина прояснился. Независимо от результатов кредитования, Черная карта могла вернуть либо деньги, либо имущество, необходимое для расширения кооператива в регионы, где находятся производства. Проблема в том, что подобную сделку вообще невозможно провернуть.

— Ты где травы нашел, чтоб так накуриться? Имущество производств — ГОСУДАРСТВЕННОЕ. Ни гендиректора, ни кто-либо еще не может распоряжаться станками, машинами, уж тем более заводами, и землями. Это тебе не запад с частной собственностью. — С трудом удержавшись от желания отвесить Витьку затрещину, Паша покрутил пальцем у виска.

Ему следовало лучше контролировать учебные пособия зама. Видимо книжек он начитался зарубежных, не разобравшись в законодательстве собственной страны.

— А вот тут ты ошибаешься. Имущество казенное, но с прошлого года госпредприятия могут выпускать акции для мобилизации финансовых ресурсов, создавать дочерние структуры, передавать имущество в аренду, и участвовать в создании концернов и ассоциаций с кооперативами. — Фомин улыбнулся во все тридцать два, склоняясь к Павлу и понижая тон голоса. — Директорам завода от лица банка мы предлагаем кредит на развитие на выгодных и, главное, оперативных условиях, без бюрократии госбанков. Сейчас госбанки, хоть и перешли на хозрасчет, все еще неповоротливы и работают по старым инструкциям, часто затягивая процедуры оформления на месяцы. Критическое время для предприятий, находящихся в кризисной ситуации. На их фоне наше предложение будет крайне привлекательно.

Слушая Витька, Паша задумался… Тем временем отличник продолжал:

— Мы можем кредитовать аренду наших собственных станков этим предприятиям. С условием полного выкупа после погашения долга. И вот тогда Черная карта нанесет удар. Мы завалим их рынки сбыта продукцией, которую производят те самые заводы, снизив выручку предприятий до нуля. Завод останется без средств существованию, без возможности выплачивать зарплаты, и с огромным кредитом. — На лице Витька появилась плотоядная ухмылка. Казалось, пребывание в среде кооператива трансформировало невинного юношу в жестокого капиталиста. — Предприятие не может расплатиться. Мы предлагаем цивилизованные варианты решения проблемы: Конвертация долга в акции. Поскольку завод имеет право выпускать акции, банк Черной карты соглашается «простить» долг в обмен на крупный пакет. На этом этапе мы уже являемся опосредованными владельцами завода, а также тех самых станков, которые отдали им в аренду. То есть, получаем их имущество бесплатно. Мы уже можем пользоваться ресурсами предприятия на благо Черной карты, будь то склады или автомобили. Но мы пойдем дальше. Используя пакеты акций для дробления предприятия на совместные кооперативы, в управление которых будем ставить своих людей. А куски, что не будут под нашим контролем, задавим экономически, или попросту перекупим держателей. Несколько таких дроблений, и вот у нас весь завод в кармане.

Тихая, но полная страсти речь Витька закончилась, оставив Павла в глубоком молчании. Он странно посмотрел на отличника, думая, что парнишка восемнадцати лет оказался куда более приспособленным для капитализма чем он, прошедший сквозь две жизни.

— Не забудь напомнить выписать тебе премию. — В конце концов здоровяк вздохнул, откидываясь назад, и головой упираясь в холодные бетонные откосы. Ему предстояло много о чем подумать.