Темное божество из СССР [3]

Глава 24 Цикада

Выехав за город и, сделав несколько поворотов по проселочной дороге, буханка уперлась в монументальное бетонное строение.

Имеющее простую кубическую форму, здание оказалось лишено изысков: Гладкие стены, узкие ставни, с решетками на окнах. Практически бомбоубежище. Лишь кроваво красный железный серп расположился над двухстворчатыми дверьми, словно занесенный над головами всех входящих.

— Честно говоря, думал, сначала к ментам заедем. Я — то, понятно: резкий, дерзкий, попшикался Саважем. Ни во что никого не ставлю. Но вы — собратья правоохранители, почему не дали ребятам сохранить лицо? Над ними теперь только ленивый потешаться не будет. — Вывалившись из тесной кабины, Паша встретил Ворона насмешливой речью. Тот никак не прокомментировал. А вот один из сотрудников нервно подошел к здоровяку с наручниками. — Ты в эти игры со своим парнем играть будешь, БДСМщик хренов. А ну дай сюда.

Выхватив из рук ошеломленного агента наручники, Паша сунул их в карман.

Двести грамм нержавейки на дороге не валяются, можно потом пойти, сдать на металлолом. Как говорится, копейка рубль бережет.

Бойцы вокруг подтянулись к пистолетам. Однако ворон покачал головой. Движения прекратились, но напряжение продолжало висеть в воздухе незримым стягом.

— Пройдемте. — Майор, ростом метр семьдесят пять, без страха приблизился к здоровяку, едва ли не вдвое больше него самого. После чего указал на ржавые двери, свидетельствующие то ли об излишней скромности, то ли о недостатке финансирования.

Створки со скрипом распахнулись, словно отреагировав на приглашение.

Группа захвата, с великаном по центру, не переговариваясь вошла внутрь.

Нельзя сказать, что убранство базы главной секретной службы страны сильно отличались от типичной ментовки.

Слева встречала решетка, за которой сидела женщина, занимающаяся приемом гостей и открытием ворот по сигналу. Справа-гардероб для верхней одежды.

На полу простая бетонная мозаика с лучевыми узорами. А на стенах стенды с фотографиями преступников, ну или выдающихся сотрудников. Кто их различит без униформы.

Группа здесь не остановилась, и путь продолжился вглубь здания, где проявились первые отличия. Вместо того, чтобы подниматься на второй этаж, агенты вошли в просторный грузовой лифт, и спустились вниз.

Движение продолжительностью более пяти минут, явно указывало на серьезную глубину подземных этажей.

Павел задумался:

«Амбициозные ребята, пытающиеся завоевать мир, предпочитают высотки. А скрытные манипуляторы окапываются в подземках, охраняя свои тайны от чужих глаз».

Прикинув, к какому типу относится сверхъестественная организация, и соответственно, ее характерные сотрудники, юноша определил для себя стратегию переговоров. Если таковые вообще предвидятся…

Подземный этаж оказался еще более скудным на детали. Аркообразный бетонный коридор, ветвящийся словно муравьиный дом, привел группу к круглой толстенной двери с метровыми ставнями.

Такую Павел видел разве что в фильмах об ограблениях, в банковских хранилищах.

Он напрягся, не горя желанием входить внутрь. Однако, когда увидел, что стены просторного куполообразного помещения тоже сделаны из бетона, расслабился.

Цемент, в зависимости от марки, может отличаться по составу. Но в девяносто девяти процентах случаев он состоит из оксида кальция, и диоксида кремния. С добавлением оксида алюминия и железа. Но металлы тут скорее для ускорения процесса затвердевания, и устойчивости к перепадам температур. Содержание их минимально.

Так уж вышло, что элементальные способности юноши распространялись как раз на кальций и кремний.

Запереть Павла в бетонной тюрьме — все равно что пытаться удержать огнедышащего дракона в соломенной хижине.

«Не знаю, совпадение ли это, но мои сверхспособности идеально подходят для битв в городских условиях. Сила, скорость и рефлексы велики, но их недостаточно, чтобы выступить против серьезного врага в открытом поле. А вот с укрытиями в виде стен, и автомобилей я почти неудержим. Кальций и кремний превращают бетонные джунгли в бесконечный запас оружия и брони. Сила смерти позволяет поглощать души, восстанавливать атму, и усиливать себя. Да и обретенный недавно фокус с подавлением жизни отбрасывать не стоит. Такое чувство, будто кто-то лепит из меня гуманоидную мясорубку для зачистки густонаселенных мест».

Подумав о демонических евреях, Паша мысленно покачал головой. Откуда бы этим ребятам по ту сторону пространства времени знать, что экстракт инициации зверя будет использован для обретения атмы смерти? Просто совпадение.

Когда здоровяк вошел внутрь вместе с вороном, и присоединившейся на одной из развилок, женщиной, агенты облегченно выдохнули.

Все это время они были как на иголках. Гадая, решится ли гуманоидное чудовище оказать сопротивление. К счастью, худшее позади. Капкан захлопнулся, и им больше не нужно рисковать.

Массивная дверь медленно закрылась, оставив троицу в практически полностью пустом помещении. За исключением железного стола с несколькими стульями по центру.

— Присаживайтесь Павел Сергеевич. — Ворон указал на стол, и не дожидаясь собеседника, сам уместился на одном из стульев. Женщина в строгом сером костюме, с подвязанными под конский хвост каштановыми волосами, устроилась рядом. — Позвольте представиться еще раз, майор Ворон, служба Красного серпа. Моя помощница — капитан Цикада… Не удивляйтесь, нам запрещено разглашать реальные имена, вот и пользуемся псевдонимами.

Паша, подозрительно оглядевший стол, все же уместился напротив агентов. Странность этого места трудно описать словами. Буквально все здесь бессмысленно. Огромная площадь с баскетбольную площадку занята единственным столом и стульями? Неужели для допросной требуется столько места? Или это тюрьма? Тот же вопрос, нахрена столько строить? И зачем здоровенная дверь?

Стены, судя по ощущениям, около пяти метров толщиной, а пол и того больше.

Единственный вариант, который приходил на ум — бомбоубежище. Которое еще не успели обустроить, и временно использовали в качестве допросной. Но за исключением единственной лампы на потолке, сюда не проведены ни электро, ни гидрокоммуникации. В таком бомбоубежище только подыхать и остается.

Есть еще странные объекты, вмурованные в стены, которые Павел ощутить не мог. Они, видимо, не включали в состав кремний и кальций.

В общем, странно.

Но Майор, казалось, так не считал, и спокойно вел беседу:

— Рад, что вы сотрудничаете с нами, и не пытаетесь оказать сопротивление. Это… усложнило бы задачу. — Почесав густую и жесткую щетину ногтями, Ворон постарался выдавить улыбку. Получалось вымученно, неестественно. Он явно нечасто пользовался лицом для демонстрации эмоций. — Вы человек, судя по всему, прямой. Давайте перейдем к делу. Мы зададим ряд вопросов. Постарайтесь отвечать правдиво.

Эхо равнодушных слов отскакивало от округлых стен, перекликанием возвращаясь к центру.

Прервал отголоски хлопок толстых бумажных папок, водруженных на железный стол капитаншей.

— Начнем с главного. Какие отношения вас связывает с Айрон мун, и Нилом Армстронгом? — И действительно, Ворон не стал кокетничать, бросая в лоб самую тревожную тему.

Павел, с тревожным любопытством оглядывающий пустое помещение, в попытках понять, для чего оно предназначено, нахмурился.

— Отношения? Если отношениями можно назвать попытку убить меня… дважды. Тогда да, у нас отношения. — Здоровяк откинулся на спинку перфорированного металлического стула, едва не погнув ее. — Какие они? Ну, не сказать, что приятные.

Эхо вновь загуляло под куполом, и вновь ему противостояла Цикада.

Женщина с правильными чертами лица, лет двадцати семи — двадцати девяти, начала отбивать ноготочками странный ритм по краю железного стола.

Некоторое время прислушиваясь, Ворон вновь сосредоточился на собеседнике.

— Вы не до конца честны, Павел Сергеевич. — Майор возложил локти на стол, и сцепил ладони, чтобы водрузить на них щетинистый подбородок. — Впредь попрошу отвечать по существу, правдиво, без всяких двусмысленностей, и без возможности как-то иначе интерпретировать ваши слова.

Серьезный тон Ворона совсем не смутил Коновалова. Напротив, тот иронично усмехнулся.

— Какой вопрос, такой ответ. — Равнодушно раскидавшись с майором, он сосредоточился на помощнице.

Кажется, она могла определять правду и ложь. А ведь юноша совсем не ощущал вторжения в разум. Благодаря Лене и Артуру Димченко, с этим он неплохо знаком.

— Спрошу иначе. Продукция кооператива Черной карты получена от Айрон мун, Нила Армстронга, его посредников, союзников, представителей, или произведена по технологиям кого-то из перечисленных? — Лицо Ворона от начала и до конца оставалось неизменным. Однако, судя по повысившемуся тону, поведение Голиафа ему явно пришлось не по вкусу.

Майору казалось, будто сопляк-переросток не воспринимает ситуацию как опасную для себя. И это не могло не раздражать. Как глава Горьковского отделения самой влиятельной и могущественной секретной организации Советского Союза, он привык держать ситуацию полностью под своим контролем. Определять судьбы людей, их жизнь и смерть. А тут какой-то вылупившийся из подворотни маргинал со сверхспособностями пальцы гнет.

— Нет. Продукция моего кооператива никак не связана ни с Нилом Армстронгом, ни с Айрон мун, ни с кем-либо из их прихвостней. — Павел ответил четко и ровно, даже одарил собеседника вежливой улыбкой. Он остался доволен тем, что Агент задал именно такой вопрос. А не что-то вроде: «Получена ли продукция Черной карты из внешних источников?». Или: «Сами ли вы производите все продаваемые товары?». И чтобы избежать опасных уточнений, юноша поспешил дополнить: — Все товары, которые у меня есть, целиком и полностью заслуга самой Черной карты.

Чистая правда. Каждый товар, заказанный в онлайн-шопе — заслуга Черной карты и ее пространственно-временных свойств.

Цикада в очередной раз отбила ритм, после которого между бровей Ворона образовались глубокие складки.

— Исчезновение Михаила Шустрина как-то связано с вами? — Неожиданно Ворон сменил тему, заставив Павла отбросить прежнее веселье.