Темное божество из СССР [3]

Глава 55 Разногласия

— Вот так просто позволишь ему уйти? — Как только великан вместе с брюнеткой покинули станцию, Вектор повернулся к Ворону с явным недоумением на лице.

То же самое можно сказать и о других агентах, сопровождавших спину Коновалова хмурыми взглядами.

Нарочитое пренебрежение Красным серпом, уничтожение улик, вербовка члена террористической организации, захват и вывоз останков эволюционистов… Да за любую из перечисленных причин у людей обычно появляется лишняя дыра в голове, аккурат под диаметр пули. А тут ни слова поперек.

— За что мне его арестовывать? — Ворон сделал вид, будто не понимает, в чем суть претензий. — Парень выполнял задачу, столкнулся с оперативниками Когтя, устранил угрозу государственной безопасности.

Если бы смущение можно было извлечь из человека и взвесить, то у Ворона результаты показали бы отрицательные значения. Уж слишком давно он на «ты» с экзистенциальными угрозами, чтобы думать о сохранении лица.

— Да хотя бы за это… — Вектор указал на разбросанные останки тел. Повсюду кровь, кишки, ошметки плоти. То, что никто из персонала Красного серпа не блеванул, и не упал в обморок, столкнувшись с воплощенным чистилищем, свидетельствует об их исключительных психологических качествах. — Этот твой Коновалов явно больной на голову маньяк. Стольких людей перебил, а на лице ни страха, ни раскаяния. Даже мне не по себе, а я многое повидал… Если такая тварь будет среди людей ходить, чем, думаешь, закончится? Резней? Этого ты ждешь? Чтоб медаль и повышение за устранение очередной угрозы получить?

Ворон промолчал, доставая сигарету, и подкуривая от потертой зажигалки.

Вектор не унимался:

— И не надо про основания для ареста. Мы оба знаем, как контора работает… — В словах эволюциониста слышалась как насмешка, так и обида. Тем не менее, мотивом резко высказываться в адрес Коновалова все же выступала тревога за простых людей. Тех, кого он охраняет вовсе не по долгу службы, а по призванию. — Ты посмотри. Материала тут на пять пожизненных, и три расстрела хватит. Чем не повод запереть психопата в клетке, или хотя бы держать от гражданских подальше? Ладно не за убийство террористов, так за препятствие следственному процессу и уничтожение улик.

Вдохнув горячий дым, и продержав в прокуренных легких несколько секунд, майор устало выдохнул.

— Потому что электромагнитное излучение камеры номер три не действует на него. А ученые, кто должен разобраться с проблемой, прибыли сегодня. Их троих только что наружу вывели. — Ворон отвечал спокойно, не оправдываясь и не упрекая, просто донося нейтральную информацию.

Глаза Вектора поползли на лоб.

«…электромагнитное излучение камеры номер три… не действует?».

Он тоже мог игнорировать облучение, создав барьер из перенаправляющих векторов. Однако если речь шла о камере номер три… даже он тут бессилен. Слишком мощное, хаотичное, всестороннее и проникающее воздействие оказывало оборудование, вмурованное в бетонные стены. Неужели тело здоровяка настолько особенное, что проявляет изолирующий эффект? Это явно ненормально.

Становилось понятно затруднительное положение Серпа. Могущественный эволюционист, игнорирующий главные методики сдерживания… беда.

Будь на их месте военные, они бы решали вопрос прямым применением силы. В крайнем случае, отдали бы приказ Красному Молоту. Однако зная контору, они будут изучать проблему до тех пор, пока не найдут ответ, чтобы избежать подобных случаев в будущем. И только после возьмутся за устранение, даже если затягивание приведет к жертвам невинных.

— Чтоб вас… — Вектор чертыхнулся, проклиная методы ненавистной организации. — Тогда почему агента Когтя отпустили? Не верю, что ты настолько готов закрывать глаза на его произвол.

И действительно, у Ворона репутация человека, который привык держать ситуацию в плотной хватке.

— Может, ты и прав насчет того, что Коновалов — маньяк. — Майор выглядел задумчивым.

Вокруг двух высших фигур Молота и Серпа повисла тишина, пока персонал, притворившись глухонемым, занимался очисткой места преступления.

— Думаешь, он это нарочно?.. — Вектор без труда разглядел недосказанности собеседника, но сомневался, что Коновалов решился забрать агента Когтя из-под носа Серпа из-за возможной ответной реакции террористов. Не может же он быть настолько кровожадным.

Больше похоже на то, что великан падок на способности эволюционистки менять облик.

— Не знаю. Но Коготь явится за ним, независимо от того, прав я или нет. Если они преуспеют, устранят для нас угрозу Коновалова. Если потерпят неудачу, это ослабит террористов. Так почему я должен мешать парнишке уводить новую пассию? — Ворон улыбнулся, затушил окурок о тыльную сторону ладони и положил в карман. Мужчина не стал упоминать о возможных жертвах в результате нападения Когтя. Которые наверняка будут, ведь Коготь даже на фоне безжалостного Серпа не скован никакими правилами и догмами. Все-таки это радикальная организация, вышедшая из лона радикальной организации. — Наша задача –донести информацию о предательнице собственным сотрудникам. Пусть шпионы Когтя непременно узнают, кто повинен в провале похищения ученых, кто уничтожил боевую группу, и кто переманил их сотрудницу.

Вектор, услышав безразличные слова Ворона, часто задышал. Пылинки, хаотично летающие в свете прожекторов, вдруг начали организовываться в вихрящиеся потоки вокруг эволюциониста.

Ворон не дрогнул, шли секунды, молчаливое противостояние постепенно сошло на нет. Сотрудники выдохнули.

— Ты же знаешь, что именно за это я тебя и ненавижу? — Бросил Вектор, пристально глядя в темные глаза Ворона.

— Пока выполняешь свою работу, можешь хоть глаза моим фотографиям выцарапывать. — Махнув рукой на прощание, Ворон направился к выходу из подземелья, по пути забирая из рук ожидавшего помощника короткий письменный отчет по происшествию.