Темное божество из СССР [3]

Глава 4 Луч

На хищном лице потусторонней шла ожесточенная борьба. В ней смешались презрение к смертным, жажда жизни, ненависть к мучителю, и здравомыслие. Воительница чувствовала омерзение от одного лишь факта, что человечишка смеет выдвигать требования. Но к своему глубокому несчастью не могла просто плюнуть низшему созданию в лицо, указав на его место.

Немые стенания растянулись на десять минут, за которые Паша успел убрать овощную смесь с огня, оставив на конфорке только мясо. Он бы и дальше продолжал готовить, если бы не разошедшийся по палатке шепот:

— Освободи меня, и можешь задавать свои вопросы. Смертный… — Наконец, произнесла Пленница, согласившись на непростую сделку. В первую очередь, с собственным достоинством.

Не говоря ни слова Паша высвободил глефу из жетона на запястье. Острые изогнутые лезвия на двух концах грозно сверкнули, прежде чем со свистом прорезать воздух, и разрубить цепи.

Элементальный абсорбатор не почувствовал сопротивления толстой кованной стали, что снова заставляло задуматься о прочности бирюзовой энергии великанши.

Оружие быстро вернулось обратно под контролем кремния, хранящегося внутри. Оно сжалось до размеров зубочистки, исчезнув в жетоне.

— Совсем не боишься меня?.. — Потирая запястья, закованные в наручники из темного металла, потусторонняя нахмурилась. — Ты странный.

Она подняла недоумевающий взгляд на человека, ненормального во всех смыслах. Необычайно крупный по меркам смертных, он выделялся массивной мускулатурой, не уступающей в силе и прочности таковой у элинов. Мог контролировать песок, создавая из него опасные конструкты. Источал энергию, родственную паразитам эмантир, но с явными отличиями. Обладал чрезвычайно разрозненным духовным запахом, что косвенно свидетельствовало о полном хаосе внутри головы. Однако при этом умел мгновенно стабилизироваться, как дюжину минут назад, при раскрытии своей цели. Если бы такой индивид родился в их племени, урода бы наверняка сбросили в пустоту. От него буквально несло неправильностью.

— Конечно странный. — Паша фыркнул, вытаскивая из казана подрумянившийся кусок мяса, с которого обильно стекали капли жира и оливкового масла. — Это же у меня по три пальца на конечностях, волосы-тентакли, и четыре пары клыков в минетной зоне… Для меня ты, и тебе подобные куда страннее, чем я для тебя. Уж поверь. По крайней мере, ты о людях знаешь в разы больше, чем я о потусторонних. И это нужно категорически тотально срочно исправлять, андерстенд?

С наигранным возмущением выдав речь, Паша засунул в рот большущий стейк, и начал с наслаждением жевать. По квадратному подбородку потек горячий сок, при виде которого у потусторонней в очередной раз скрутило живот в приступе голода.

— Что ты хочешь знать? — Спросила пленница, сглатывая слюну, и скорбно провожая исчезающий кусок мяса.

— Все, что можешь рассказать о Зуу’эр… Хотя начнем с насущного. — С легкой улыбкой Паша достал из шкафа две большие металлические тарелки, после чего принялся накладывать тушеные овощи и мясо. — Как избавиться от запаха души? Да и вообще, скрыть себя от восприятия подобных тебе.

Оценив приготовленное блюдо, он без удовольствия отметил, что даже в школьной столовке стряпня приличней. А ведь на Гордона Рамзи замахивался.

— Смертные ничтожества разучились мыться? — Скривила губы пленница, собираясь принять протянутую тарелку с едой. Однако рука человеческого юноши остановилась на полпути, в то время как на лицо наползла тень досады. — Какой обидчивый… Нужно омыться кипящей водой Зуу’эр. Собьет след чужой крови. Для смертных в самый раз, но тебе такой способ не поможет. Омерзительный сот’ха эмантир… их запах, въелся в твою плоть и кости.

Помедлив, Паша все же передал тарелку. Как оказалось, напрасно. Неблагодарная гадина широко распахнула рот, и забросала мясо, а тушеные овощи демонстративно вывалила прямо на пол.

— Не подавись. — У юноши дернулось веко, и одновременно появилось дикое желание влепить иномирной твари по роже. Желательно с ноги. А то и с двух. Но как ей приходилось мириться ради выживания, так и ему требовалось идти на уступки ради информации. — И как, скажи на милость, мне подавить свой запах?

Потусторонняя перешагнула через кучу овощей, с которой поднимались облачка пара, оказавшись напротив юноши.

— Я отвечу на вопрос, если дашь съесть троих людишек. — Бросила она с хитрым блеском в глазах.

Атмосфера в палатке мгновенно накалилась. Казалось, даже штормовые порывы ветра, пытающиеся содрать палатку с земли, утихли.

— Так не делается, дамочка. — Паша отложил тарелку, и высвободил глефу, непрозрачно намекая на недружелюбный настрой. — Мы уже обговорили цену. Ты отвечаешь на вопросы. Взамен — жизнь. Хочешь людей жрать? Что ж… не вопрос. Спущу штаны, и накидаю к мяску особой приправы. Там этих людей, ух… заколебешься сглатывать.

На треклятом острове из людей только его подчиненные. Паша не стал бы скармливать с трудом найденные кадры прожорливой твари.

— Наглый смертный! За кого ты меня принимаешь⁈ — Потустороння рыкнула, не испугавшись странного копья с изогнутыми лезвиями на двух концах. — Когда я отвечу на все вопросы, то стану не нужна. Ты убьешь меня. Гарантировать жизнь мне можно только одним способом, позволив восстановить силы. Либо так, либо…

Вдруг мощный толчок из-под земли прервал ультиматум пленницы. Ослабевшие ноги не удержали высокое тело, и она рухнула на колени. Что там, даже Паша зашатался, широко расставив ноги, и воткнув глефу в землю.

Удар оказался настолько мощным, что немногочисленная мебель, включая газовую плиту с казаном мяса, перевернулась.

Палатку затрясло, осветительные приборы слетали с крепежей. А газовый баллон, с которого сорвало шланг, опасно зашипел.

— Куэс’каталь… — В бирюзовых глазах потусторонней зажегся первобытный ужас. Она поползла к выходу из палатки, пытаясь устоять на четвереньках во время непрерывных толчков. — Бежать… Смертный, мы должны бежать!

Разодрав когтями водонепроницаемую ткань, и оказавшись под дождем, потусторонняя почувствовала хватку на шее. Павел появился позади, и массивной ладонью сжал затылок беглянки. Однако в это же время, в нескольких десятках километров впереди, произошло нечто невероятное. В небо ударил мощный луч изумрудного света, за которым поднимались клочья земли и камня. Луч накренился, словно пизанская башня, и толчки усилились.

— Какого?.. — Паша недоверчиво смотрел на то, как луч начал быстро двигаться по странной траектории. А когда он прошел всего в десяти километрах от палаточного лагеря, стало ясно, почему потусторонняя так напугана. Луч, бьющий из-под земли, словно словно лазерный резак рассек горный хребет. К счастью, он двигался в сторону от лагеря, деля остров напополам.