Темное божество из СССР [3]

Глава 21 Хоу-хоу-хоу!

Люди, многотысячной толпой обступившие палатки «Черной карты», наконец, дождались начала. Но начала чего именно, никто и предположить не смел:

— Хоу-хоу-хоу, епта! — Нараспев прочистив горло, Паша улыбнулся во все тридцать два, хотя никто этого и не заметил из-за густой накладной бороды. — До белых брызг рад всех приветствовать. И завистников, чтоб вас кочергой без вазелина драли. И тех, кто распускает дурные слухи, свежесцеженного говна вам на языки. Люблю вас ребят. Благодарственных подарков не предусмотрено, но если есть желающие, могу завернуть пососать не отходя от кассы.

Здоровяк вульгарно похлопал по паховой области микрофоном, из-за чего по всему рынку разнеслись гулкие постукивания.

В ответ по толпе прокатился возмущенный ропот. На лицах мужчин и женщин отразился гнев.

Дело не столько в непосредственно оскорбленных, сколько в хорошо воспитанных взрослых, которым подобные перфомансы совсем не по душе. Советский союз на дворе, пусть и на заре своего коллапса. Сейчас даже материться постыдно и порицаемо. Не говоря уже о настолько возмутительных публичных высказываниях.

Молодежь же засвистела, явно желая добавки. И она ее получила:

— Что касается тех, кто искренне надеялся на благополучие кооператива Черной карты… Спасибо вам большое от всего моего гнилого капиталистического сердца. Раздутого от стероидов, жажды наживы, и ненависти к социализму. Так ведь меня презентуют политические проститутки из газет и новостных программ? К сожалению, я не телепат и не в состоянии отличить кто есть кто, но не волнуйтесь. Рано или поздно я вычислю всех злословов, и жестоко анально покараю на глазах у их родственников. — Холодный прищур Павла отразился в объективе камеры, выводящей изображение на полтора десятка экранов. Все, кто наговаривал на кооператив Черной карты, почувствовали пронизывающий взгляд, от которого сфинктерное кольцо начало тревожно сжиматься. — Но да не будем об обоссанцах. Вы ведь совсем не жалобы мои пришли выслушивать. Новый год на днях! Праздник! Радость! Веселье! И что может украсить его лучше, чем кокаи…? В смысле, подарок! Конечно подарок! Будь-то близким, или восхитительному самому себе.

Повернувшись к рядам черных палаток, Паша сбросил мешок и обвел свободной рукой прилавки, ломящиеся от товаров.

Взгляды людей рассредоточились по одежде, бижутерии, инструментам, бытовой технике, и электронике.

Глубокое внутреннее возмущение переросло в равнозначное любопытство к продукции Черной карты.

Внутренний диссонанс того, как должен вести себя нормальный продавец, на подсознательном уровне поднимал ценность товаров.

Казалось, тот, кому настолько наплевать на чувства покупателей, не должен продавать откровенный мусор? Иначе в чем вообще смысл?

Пока люди отвлеклись, он проделывал дополнительную работу — записывал аудиопометки для продавцов-консультантов.

Отключив беспроводной микрофон, он достал из грудного кармана диктофон.

— Только что в силу вступила первобытная психология проявления статуса. Бросает вызов — значит силен. Не прислушивается к мнению — значит уверен. Безразличен к последствиям значит — смел. Уверен в себе — значит надежен. — Здоровяк говорил быстро, шепотом, но достаточно разборчиво. Чтоб Витек потом не беспокоил с просьбами пояснить услышанное. — В рациональном мире те же проявления могут иметь десятки других значений, и даже диаметрально противоположенные вышеупомянутым. Однако на инстинктивном уровне именно бабуинистое поведение является ярким индикатором высокого статуса. А высокий статус поднимает ценность всего, на что распространяется. В том числе и на продаваемые вещи.

Данный урок Павел усвоил вовсе не из бизнеса. А из отношений. Как говорится:

«Окружи женщину заботой, и она плюнет тебе в лицо. Смешай с дерьмом, и она будет любить до конца жизни».

Ремарка для сотрудников длилась меньше десяти секунд, и тянуть дальше, рискуя потерять внимание толпы, юноша не посмел:

— У нас вы найдете все, чего только можно пожелать! Кроме второй половинки. Сами понимаете, торговлю людьми на городском рынке довольно сложно организовать. Но если есть желание… и деньги… мы постараемся. — Поиграв клееными бровями, Паша многозначительно замолчал, позволяя всем переварить услышанное. А затем вернулся к презентации: — В первую очередь хочу представить новинки! Барабанная дробь… Та-да-да-да-дам! ТЕЛЕВИЗОР!!

Торжественно объявил великан, и указал на многочисленные экраны, выводящие самодовольную рожу на обозрение толпы.

Разумеется, люди не слепые. Они давно заметили ненормально тонкие и красочные экраны, горя желанием потыкать в них копьями.

— Как мы все, образованные люди, знаем, телевизор устроен просто: Строится короб, внутри развивается экосистема, подселяются крошечные человечки, которым по радиоволнам выдаются сценарии. — Со всей серьезностью и ответственностью выдал лекцию Павел, просвещая народ. Чтоб обыватели не верили этим всяким… шарлатанам. — Они играют различные пьески, будь то новости, телепрограммы, или даже фильмы. Питаются продуктами, выращенными благодаря электропитанию от вашей розетки. А если начинают плохо работать, и появляются шумы. Достаточно постучать по коробу, чтоб человечки взбодрились, и картинка нормализовалась.

В толпе кто-то сдавленно хихикнул, запуская цепную реакцию смеха.

Всего несколько слов, и первоначальное напряжение начало спадать.

Демьян Александрович, временно ответственный за организацию продавцов-консультантов, закрыл лицо рукой.

«Это ж надо такое ляпнуть, Господи благослови».

Народная радость длилась недолго.

Мероприятие такого масштаба не могло остаться незамеченным властями.

Сначала подъехала пара милицейских жигулей. Два сержанта, вылезшие из машин, попытались пробиться к виновнику вакханалии. Но наткнулись на сплошную стену из охранников.

— Посторонитесь! Вы мешаете сотрудникам милиции. — Возмутился представитель исполнительной власти, когда не смог растолкать живую изгородь.

Группа мужчин в длинных черных дубленках не шелохнулась.

— Вам сюда путь заказан, товарищ сержант. — Глухо отвечал Фуницын, организовавший оборонительный строй.

Мент потянулся за табельным, но его подхватили под руки двое молодцев, деликатно обезоружили, и аккуратно, но неумолимо выставили за периметр толпы.

Люди рядом пучли глаза от шока и неверия, но не разбегалась. Наоборот, зрелище унижения власти лишь подогревало всеобщий экстаз.

Зеваки, наконец, осознали, что в этом месте действуют другие законы. Законы Черной карты.