Темное божество из СССР [3]

Глава 40 Переполненная квартира

Паша, с кучей вопросительных знаков над головой, стоял перед смущенной блондинкой. Прежде чем та успела объясниться, великан сделал шаг назад.

Он заглянул за приоткрытую дверь, и убедился, что номер соответствует его квартире. Да и на Верхне-Волжскую набережную не сворачивал, чтобы настолько ошибиться. В чем же дело? Как здесь Снежная королева заспавнилась?

— Я к тебе пришла. Тебя дома не было. Мама твоя затащила меня сюда. — По пунктам отчиталась Димченко, проявляя чудеса структурности повествования и лаконичности для представительницы своего пола. И все же в ровном тоне проскакивали отголоски обиды, словно во всем виноват негодяй напротив. — На надо погово…

— О чем сплетничаете? — В разговор вмешалась Карина, вышедшая из кухни с полотенцем в руках. Она небрежно прошлась вафельной тканью по тонким пальцам, избавляясь от следов муки. На губах татарки играла легкая ухмылка, а голубые глазки хитро щурились. — Твоя Катенька в гости пришла, поздравила с наступающим, такая хорошая девочка. А ты нас с ней так нормально и не познакомил. Этому я тебя учила?

Юноша напоролся на претензии двух дам, не успел даже ступить за порог. Понятно, почему мужчины оборудуют себе гараж и безвылазно сидят в нем. Кто бы такое выдержал на постоянной основе?

— В горшок срать ты меня учила. По поводу знакомств с девушками у нас вообще разговоров не было. — Со вздохом ввалившись в квартиру, великан скинул сумки с вещами в сторону. Не заметив, что в прихожей как-то слишком много пар обуви, даже с учетом гостьи. — Познакомиться хочешь? Мам, это — Катя Димченко, с недавних пор — боль моя дырка задница. В переводе на женский, у нас вроде как отношения. И не надо цепляться к словам «вроде как», придумывая себе тройные смыслы, о нежелании, неуверенности, бла-бла-бла…

Последнее предложение адресовалось возмущенной Кате. Которую больше покоробило «боль дырка задница», нежели «вроде как». Правда стребовать объяснений ей не дали. Девушке пришлось отбежать к Карине, чтобы нечеловеческая махина удосужилась снять верхнюю одежду в тесной прихожей. Его макушка едва не касалась потолка, а протиснуться в двери не боком, и не в полуприседе вообще не представлялось возможным. Вот настолько тяжело житие сверхчеловека.

— Как же тебя так угораздило? Бедняжка… — С сочувствием пробормотала Карина, заставляя Павла удивленно обернуться. Неужели в кой-то веки, татартайсон проявляет понимание? Однако мама смотрела не на него, а на Катю. Значит, и слова утешения предназначены ей.

Раньше Карина оберегала нерадивого сына от всяких глупостей. В том числе, ранних отношений. Не хватало бабушкой стать в свои-то года. Тем более она не хотела, чтобы Пашка связывался с высокомерной четой Димченко. Уж слишком разное социальное положение и воспитание. Непросто придется паре из двух совершенно разных миров.

Но после всего пережитого татарка искренне считала, что ее плоть и кровь — не чудаковатый парнишка, а настоящее воплощение зла. Сатана, выбравшийся из преисподней, чтобы сеять хаос в мире, а заодно трепать близким нервы. Появление у него девушки больше — не проблема, а чудо из чудес.

Кто знает, найдется ли еще дурочка, которая повторит столь ужасную ошибку? В таком свете, Катя, из какой-бы неподходящей семьи ни была, являлась исключительной возможностью пристроить зловредного гоблинобуса. Так что оставалось лишь оберегать и заботиться о ней, чтобы глупый зайчик не вырвался из силков.

— Бедняжка? В смысле бедняжка? — Паша пристально уставился на мать, осмелившуюся предать родную кровь. Однако та проигнорировала сына, подхватила девушку под руку, и они вдвоем отправились на кухню. — Это я — тут бедняжка, ясно? От меня общество требует платить, защищать, возить, решать проблемы, думать о жилье, де… да ну нафиг. Пойду в ванну гляну, не появилось ли лишней щетки, и не началась ли экспансия.

Махнув рукой на женщин, забывших о его существовании, Паша почапал по коридору. Но когда шел мимо прохода в кухню, краем глаза зацепил ненормальную оживленность. Чуть скорректировав положение головы, он обнаружил нечто противоестественно-ненормальное.

«Да вы, блин, издеваетесь…».

Пока мама показывала Кате, как лепить пельмени, над деревянным листом с тестом и мукой пыхтела тучная женщина. Марина Коновалова, собственной персоной, позвякивала составными золотыми серьгами, пока раскатывала кругляши теса. Вместо того чтобы… быть в гребаном Подмосковье! Ну или вращаться где-то на орбите, своим гравитационным полем регулируя приливы с отливами.

Тем временем тетушка будто невзначай обратила внимание на великана. Хотя и до этого наверняка знала о его приходе, и слышала весь разговор. Квартира-то не пол тысячи квадратных метров, однако отыгрывала дамочка, будь здоров.

— Господи боже, как ты так вырос⁈ — Со смесью шока и ужаса воскликнула Марина. Ведь Паша действительно вырос на три десятка сантиметров с последней встречи. Да и мускулами оформился так, что в облегающей толстовке напоминал бугристый валун, с таким же рубленым прямоугольным лицом. — Неужели правду в газетах пишут?..

Последующий вопрос отразился недовольством на лице Карины, которое она и не попыталась скрыть.

«О моем сыне хотя-бы пишут, а о тебе только сейсмологи вспоминают».

Пака татарка тихо закипала, стекленная дверь в зал, где вовсю гремели новогодние передачи по старенькому телевизору, распахнулась. По очереди вывалились двое похожих, но в то же время совершенно разных мужчин. Высокий и тощий Сергей, а за ним, низкорослый и коренастый Олег. На персонажей с разными характеристиками будто налепили одно и то же лицо. Даже линия срастания бровей одинаково неравномерна, и смещена вниз, к переносице.

— Все хорошее — правда, все плохое — как комплименты вашего мужа. — С отсутствующим интересом юноша дал ответ, не сводя недовольного взгляда со счастливого отца. — Бать, а че вы ни словом не обмолвились, что родственники приедут? Если это такой новогодний подарок, от меня кроме крема для лобковой депиляции в ответ ничего не дождетесь.

Великан всерьез подумывал отвезти новенькую волгу в поместье, на службу логистическому отделу. Потому что такой щедрости родители не заслуживают.

— Ахаха, Паш, ну ты скажешь, конечно. Мы без приглашения приехали. — Поспешил объясниться Олег, пожимая руку хмурому племяннику. Чтобы смотреть ему в глаза приходилось задирать голову под самый потолок. От такого положения не просто неловко, но и чревато зажимом нервов в шейных позвонках. — А комплименты Маринке я от чистого сердца делаю. Так что не надо тут.

На этих словах даже Сергей, души не чаявший в родном брате, едва глаза не закатил. Но спорить не стал.