Шелест кукурузы

Глава двадцать вторая

– Я боюсь, – тоненько произнесла Джилл и сжала руку Луизы.

Ломиться в главный церковный вход они не собирались: это могло быть опасно, хоть и не было никакой уверенности, что секта собирается именно в церкви. С другой стороны… разве могло быть менее подозрительное место, чем Божий дом?

Церковь казалась пустой, но в ее силуэте чудилось что-то зловещее. Луиза сжала губы.

Там Шейн. Она была в этом уверена. И, если верить Джилл, он в опасности. Рядом с опасностью, что грозила ему, меркло все.

– Я тоже боюсь, – ответила девушка.

Было страшно. Так, что холодный пот выступал на позвонках, стекал по линии позвоночника к пояснице, проскальзывал за резинку белья. Руки, несмотря на липкую летнюю жару, покрылись мелкими мурашками.

Луиза сглотнула вязкую слюну.

Если бы девушка могла обратиться к кому-то за помощью, она бы обратилась. Но единственный человек, которому она доверяла, был там, внутри. Возможно, и бросивший их старина Джек тоже был там и необязательно – живым.

Ей хотелось развернуться и гнать до самого Аллайанса, как они планировали. Но кто поможет Шейну?

«Не дури, чем ты вообще сможешь ему помочь? Нужно было вызвать полицию!»

Только вот ее вызов направят шерифу Гудману и его помощникам, а они могли быть замешаны в этой секте, о которой говорили Шейн и старый Джек. В Хаммерфорде никому нельзя было верить.

А значит, и Джилл везти домой было опасно. Оставалось надеяться, что в машине она сможет спрятаться и ее не найдут.

– Сиди в машине, – тихо произнесла она. – Не вздумай выходить! Они только этого и ждут. Я скоро вернусь.

Луиза знала, что не стоит давать обещания, которые, возможно, не сможет выполнить. Но Джилл ждала от нее именно этих слов.

Оставив сестренку в машине, она прокралась к заднему входу в церковь. Все вокруг будто замерло, поражаясь их наглости. Красться в дом Господа, будто она вор! Только вот Луиза предполагала, что Бог давненько в этот забытый уголок не заглядывал.

«Пусть она будет открыта!» – мысленно взмолилась Луиза, осторожно касаясь ладонью дверной ручки.

И пусть там никого не будет и не придется убегать и прятаться.

Просить убежища хоть у кого-то в этом городе было опасно. Хоть старый Джек и говорил, что лишь семьи основателей Хаммерфорда участвуют в этом жутком культе, но это вовсе не означало, что остальные ничего не знали.

Ей повезло. Дверь приоткрылась, издав скрип, и Луиза невольно замерла. Ткань платья на спине взмокла и прилипла к коже.

Что, если их ждут?.. Что, если кто-нибудь был внутри, совсем рядом, и услышал скрип этой двери?

Но никто не выскочил, чтобы втащить ее внутрь. Никого там вообще не было, и Луиза проскользнула внутрь церковных помещений.

Служебные помещения церкви пустовали, однако в них повис густой запах крови. Взглянув вниз, Луиза ощутила, как ужин рванул к ее горлу горькой тошнотой.

Тело старика Джека лежало почти у нее под ногами. Грудную клетку будто разворотило изнутри. Луиза крепко зажала рот ладонью, сдерживая рвущийся наружу вскрик. Нельзя было привлекать внимание. Но ужас стиснул ей горло, мешая дышать, и она зажмурилась на мгновение, считая про себя до десяти.

Не кричать.

Не кричать…

Господи, его ребра торчат наружу!

Не кричать. Она не должна кричать, иначе ее обнаружат, но, Боже, как страшно…

В животе свело спазмом, и ей стоило больших усилий сдержаться и не выблевать все, что было у нее в желудке.

Дышать. Дышать.

Один. Два…

Почувствовав, что она может дышать, Луиза вновь открыла глаза. Запах крови окружал ее, как липкое, приторно-сладкое и вонючее облако. Но она должна была справиться. Не паниковать. Для этого еще будет время.

Откуда-то из общих помещений для прихожан раздались голоса.

Стараясь не глядеть на труп, Луиза прокралась поближе.

Говорил мистер Тейт. Его спокойный, чуть насмешливый и покровительственный тон узнавался с ходу. Прислушавшись, она уловила только финал его речи.

– …его до сих пор нужно кормить и смазывать защитные символы кровью, иначе Хаммерфорду не видать благополучия. Неужели тебя не волнует судьба родного города?

– И кто же защитит вас, если вы так верите в эту сраную магию символов? – голос Шейна Луиза тоже узнала, и ее сердце сжалось в ужасе, а руки похолодели. Значит, Джилл не ошиблась… Он был там. И мужчина был в опасности. – Вам не страшно?

Луиза пыталась дышать ртом и не позволять панике, смешавшейся с ужасом и запахом крови, завладеть ею. Шейн был там, но что она могла сделать, чем помочь? Вокруг не было ничего, что сошло бы за оружие, а их там слишком много, и…

Она должна будет действовать по ситуации.

Сделав шаг назад, Луиза снова едва не споткнулась о старого Джека. Зажмурилась, глубоко вдохнув через рот.

«Простите меня, – подумала она покаянно. – Вы не должны были мне помогать и, быть может, остались бы живы…»

Еще шаг, назад, в темноту. Может, у пастора есть хоть что-то, способное сойти за оружие?

Кто-то там, в основном церковном помещении, повысил голос.

– …хранитель должен получить свою жертву.

Мистер Тейт.

Боже, они действительно в это… верили?

Луиза инстинктивно шагнула назад, вглубь служебных помещений. Паника разрасталась в груди, словно плесень, мешая дышать. Она должна была найти хоть что-то… для защиты или чтобы спасти Шейна… хоть что-то. Но в полутьме она мало что могла разглядеть.

Шаги приближались. Людей было несколько. Достаточно много, быть может, с десяток, и их шаги гулко отдавались в ушах и в голове.

Из укрытия было видно только их спины. По шевелюре Луиза узнала Тома Тейта. В руках у него был обрез, и его ствол упирался в плечо Шейну.

Господи…

– Он не может выйти оттуда. Но ты можешь войти туда, – произнес мистер Тейт.

Луиза поняла: они хотят убить Шейна прямо сейчас. В панике начала озираться – ну хоть какое-нибудь оружие, хоть что-нибудь, иначе она кинется на них голыми руками, вдруг удастся застать врасплох Тома, отнять обрез?! – и тут кто-то схватил девушку сзади, ладонью зажал рот.

– Надо же… – прошипели ей в ухо. – У него сегодня будет пир…

Задергавшись, Луиза попыталась освободиться – ей даже удалось засветить локтем в живот нападавшему, но он был сильнее – сдавил ее так, что перехватило дыхание и затрещали ребра. Толкнул в спину, выпихивая ее прямо на свет.

– Эй, я тут кое-кого встретил!

Их было не так уж много, и все – члены семей-основателей Хаммерфорда. Луиза сглотнула, чувствуя, как сжимаются горло и желудок от страха, будто сдавленные чужой рукой.

– Мисс Миллер, – мистер Тейт расплылся в приветливой улыбке. На деле она больше напоминала оскал. – Как славно, что вы решили нас навестить! Я уж думал, мистер Картер останется в одиночестве.

Сердце бухало в груди отбойным молотком. Луиза часто и мелко задышала, стремясь успокоиться, но это почти не помогало. Какое тут, к черту, спокойствие, если их вот-вот собираются убить, и ни она, ни Шейн ничего сделать не могут?!.

Хоть бы Джилл никто не обнаружил, хоть бы она догадалась спрятаться на полу машины, хоть бы все обошлось…

Шейн смотрел на нее, и Луиза понимала его разгневанный взгляд.

«Какого хрена ты не уехала?! – спрашивал он. – Почему ты притащилась обратно?! Неужели ты здесь с Джилл?!»

На его месте девушка и сама на себя бы злилась. Они в дерьме и понятия не имели, как спастись. Только если у Шейна не было какого-нибудь плана. Хоть какого-нибудь…

Луиза позволила себе уцепиться за эту надежду, но та разбилась, когда послышался голос Джилл:

– Отпустите, больно же, ай! Отпустите!

О господи…

У Луизы подкосились ноги. Она почти осела на пол, но мужчина, который держал ее – судя по голосу, это был муж Вики, Джим, хотя Лу почти не помнила его с подростковых лет, – не позволил упасть. Перехватил еще крепче, рыкнул на ухо:

– Не двигайся!

У него не было оружия, а у Луизы – сил, чтобы вырваться. Слезы брызнули из-под зажмуренных век.

Джилл… Господи, она ведь просила сидеть тихо и прятаться!

– Все в сборе, – хлопнул ладонями мистер Тейт. – Я даже и не надеялся на такую удачу, хотя собирался сотворить ее. Однако вы все сделали сами. Замечательно!

Джилл вырывалась, но Вики держала ее крепко. Вики, которая, по словам Шейна, потеряла маленького ребенка. Вики, у которой была младшая сестра.

– Попыталась убежать, но я ее догнала. – Она втолкнула Джилл в руки кого-то из присутствующих здесь мужчин.

– Лу! – закричала Джилл, увидев сестру. – Лу, я правда… Я хотела… Я не смогла убежать! – По ее лицу текли крупные детские слезы, она шмыгала носом и всхлипывала. – Я должна была спрятаться, я… – Она заплакала от страха.

Луизе сдавило грудь от желания броситься к ней, обнять, прижать к себе. Спрятать от этого кошмара, в который они попали, заслонить собой. Не нужно было привозить ее обратно в Хаммерфорд, но если бы Луиза не вернулась, они бы не успели…

«Что? Помочь Шейну? Так и сейчас не помогли! Какая же я дура!»

Мужчина тоже смотрел на Джилл, и у него кривилось лицо.

– Ничего… – прошептала Луиза, глядя на сестренку. – Ты молодец, ты все сделала правильно. Все будет хорошо, Джилл, слышишь? Все будет хорошо…

В это было трудно поверить. Не сейчас.

У Вики, притащившей Джилл в церковь, дрогнули губы.

– Может быть, не надо?.. – начала Сесилия. Она была бледной, как мел, и Луиза поняла, что та совсем не хочет смерти племянницы. Знает, что должна хотеть, но не хочет. – Может, я заберу Джилл? Я ей все объясню, она поймет.

– Ничего я не пойму! – выкрикнула Джилл. – Из-за вас умерла мама! – Она продолжала реветь, и, сделав шаг, мистер Тейт размахнулся и влепил ей пощечину. Такую, что голова у нее мотнулась в сторону.

– Не трогайте ее! – Луиза вновь рванулась вперед, но муж Вики перехватил ее и, рванув за волосы, скрутил ей за спиной руки так, что девушка взвыла от резкой боли в предплечьях, обжегшей мышцы огнем.

– Стоять, придурок! – Кажется, Шейн тоже рванул к Джилл. Звук взведенного курка остановил его. Картера потряхивало от ненависти и злости, от невозможности что-то сделать.

Как и саму Лу. Сердце обливалось кровью, а на затылке выступил холодный пот, пропитывая стянутые в хвост волосы.

Джилл держалась за щеку и тихо всхлипывала. Под ладонью расплывалась краснота, и Луиза, чувствуя, как слезами заливает глаза, плюнула в сторону мистера Тейта. Он и бровью не повел, только пожал плечами.

– Раз уж теперь мы все успокоились и поняли, что лучше не делать резких движений, а в идеале – вообще захлопнуть рот, я в двух словах скажу: вы обе выбраны хранителем не случайно. Порой ему требуется сожрать кого-то из потомков семей-основателей города, и так уж вышло, что в этом году других кандидатур, кроме вас, не нашлось. Сильнее кандидатур не нашлось. Особенно сильнее тебя, Джилл. Ты должна гордиться, что он тебя выбрал.

Губы у Джилл дрожали. Она сама крупно дрожала, будто у нее вот-вот начнется истерика, но малышка держалась, как могла, и Луиза одними губами прошептала:

– Прости меня… – Девушка тоже старалась держаться, но внутреннее напряжение скручивало мышцы.

– …и если бы Кэтрин не решила покончить с собой, то вам, девочки, не пришлось бы за нее отдуваться, – закончил сити-менеджер. – Я позаботился, чтобы вы не узнали обо всем слишком рано, и даже нашел дневник вашей матушки. Она была дурой, раз все доверила бумаге. Хотя, быть может, он все равно захотел бы полакомиться Джилл, но не берусь утверждать. Никто из нас не может до конца знать, чего он хочет. Например, Адама он выбросил, даже не доев.

Джил тонко вскрикнула.

– Папа…

Луиза почувствовала, что немеет. Отчаяние захватило черной волной. Они убили почти всю их семью, кроме нее, что, мать вашу, эти твари еще могут сделать?.. Даже мама умерла не из-за собственной трусости, она просто надеялась, что их оставят в покое!

Девушка вспомнила, как Шейн показывал ей обгоревший кусок водительских прав. Значит, все же Адам… Господи. Господи.

– Что ж, – мистер Тейт почесал подбородок, – ему все равно, в каком порядке вас съесть, но либо кто-то решается и идет первым, либо придется кидать жребий, и тогда это может быть кто угодно.

«Кто угодно… кто угодно… кто угодно…» – слова эхом отдавались в голове у Луизы.

Кто угодно.

Даже малышка Джилл.

Она видела, как дернулась верхняя губа Шейна. Сердце захолонуло: неужели он собирается?..

Нет. Нет, нет, нет.

– Да бросьте, – Шейн криво усмехнулся. – Я пойду. Мужчина я или нет?

Колени у Луизы вновь подкосились. Нет. Нет. Нет!

– Мистер Тейт, – Сесилия шагнула вперед, прикрывая Джилл, – пожалуйста, прошу вас, можно я заберу ее? Она ничего и никому не расскажет, она умная девочка, и она поймет, что все это мы делаем только на благо города. Ей не обязательно умирать, Шейна и Луизы достаточно.

– Еще чего! – Джилл замотала головой. Она уже не всхлипывала, слезы просто текли по ее лицу. – Ни за что! Ты – врунья!

Мистер Тейт развел руками.

– Я был бы не против, но сама Джилл не хочет, так что… Шейн будет первым, потом Луиза, и потом, если хранитель захочет – Джилл. Но я думаю, что он захочет. Он очень голоден в этом году, а кукурузы выросло много. Том, – сити-менеджер кивнул в сторону двери. – Открывай. Мистер Картер уже никуда не денется.

Том опустил обрез, и Шейн расправил плечи.

Луиза ощутила, что руки и ноги стали какими-то неповоротливыми, а голова отяжелела. Она хотела помочь ему, но сделала все только хуже. Идиотка. И теперь… теперь…

– Шейн, пожалуйста… – всхлипнула девушка. – Не надо…

Какое «не надо», Луиза и сама не понимала. Они были в полном дерьме, из-за нее – в полном дерьме.

Шейн обернулся и подмигнул ей. Неуместный жест, который совсем не успокаивал.

Дверь в подвал скрипнула протяжно, как в фильме ужасов, и открылась. В подвале было темно, только вот…

Темнота шевелилась. Или Луиза просто сходила с ума.

Джилл замерла. Она будто прислушивалась к чему-то, а потом отпрянула, врезавшись спиной в Вики, и замотала головой, закрывая уши руками.

Оттуда пахло кровью, стухшим мясом и смертью.

А затем что-то прыгнуло на Тома из темноты и вцепилось зубами в его глотку.