Семья напрокат (СИ)

Глава 60

— Кто это? Что происходит? — спрашиваю взволновано, наблюдая, как этот высокий подходит к Северину и что-то ему говорит.

Мой муж сначала слушает удивленно, потом хмурится, бросает на меня обеспокоенный взгляд.

— Это мой вестник. Через него я сообщаю свои требования, — ответила демоница.

— Какие? Чего вы хотите?

— Сейчас твоему избраннику сообщили, что ты забрала проклятие на себя. Но, благодаря сну, умрешь не сразу. Герцогу предлагают провести ритуал, в котором он обменяется жизненными силами с тобой. Ты очнешься, а он — умрет. Тут же. Ну что, посмотрим, насколько он тебя любит сейчас, когда стало понятно, что проклятие над ним больше не властно?

В голосе демоницы прозвучало злорадство. Она на сто процентов уверена, что Северин воспользуется возможностью выжить. Я же… верю, что он согласится на ритуал.

— Его нужно провести прямо сейчас? — спрашивает он у посланника жрицы.

И мое сердце замирает. Неужели…

— Да, — звучит категоричный ответ.

— Отсрочить нельзя? — настаивает Северин, и я на секунду начинаю сомневаться в его чувствах ко мне.

— Нет.

— Я хотел попрощаться с Алисой. Но раз так, то давайте проводить.

— Вы поняли, что умрете вместо своей жены? — уточнил вестник.

— Я похож на слабоумного? Конечно, понял. Дайте мне минуту и приступим.

Северин присел возле меня, взял мою руку в свои ладони, погладил. Склонился низко-низко и прошептал:

— Я люблю тебя, моя Вета. И сделаю все, чтобы ты жила долго и счастливо. Спасибо тебе за эти последние дни. Я давно не жил так полно. Если боги позволят, встретимся с тобой в следующей жизни.

И хотя я была далеко от кровати, я слышала каждое слово, которое сказал Северин. Не сразу поняла, что плачу. Сердце сжалось от боли. Как же так… мы могли бы стать такими счастливыми…

— Проводите ритуал, — мой муж дал отмашку вестнику жрицы.

Тот дал Северину какой-то пузырек.

— Выпейте это и ложитесь рядом с женой.

Герцог, не задумываясь, в один глоток опустошил пузырек, поставил его на тумбочку и лег, положив свою ладонь на мои пальцы.

— Вы убьете его? В этом заключается проверка? — не выдержала, задала вопрос, стоящей рядом со мной демонице. — Он же согласился, он же подтвердил, что любит и готов пожертвовать собой ради меня! Прошу, не убивайте его!

— Помолчи! — отозвалась жрица, подняв руку.

— Нет, я не буду молчать! И не надо на меня шикать! Это мой мужчина! Моя любовь!

— Да умолкнешь ты, наконец, или нет?!

— Нет!

— Это просто невозможно, — скривила лицо демоница. — Скандалистка!

— Да как угодно называйте, только заканчивайте уже вашу проверку и дайте нам нормально жить!

— Ох, утомила!

Щёлк! И мы опять в храме.

— Ну что ж… твой избранник прошел испытание, — сообщила жрица, при этом радости на ее лице почему-то не наблюдалось. Я думала, она хочет освободиться. Возможно, ошибалась. — Теперь ты можешь вернуться в свой мир.

— Что? — мне показалось, что я услышала какую-то чушь.

— Говорю — теперь ты можешь вернуться к себе. Ты сделала то, для чего пришла. Я верну душу Иветты в ее тело, а ты — отправишься туда, где твое место — в свой мир. Они будут счастливы, у нее останутся твои воспоминания и чувства. Ну а ты… ты будешь жить дальше, счастливая, что спасла своего любимого. Готова вернуться?

— А… подождите… а почему я не могу остаться?

— Ты — блуждающий дух. Ты не принадлежишь этому миру, — сказала демоница тоном, словно я маленькая или туповатая.

— А если я хочу жить здесь? С Северином.

— Это невозможно. Выбирай: или ты уходишь и твой избранник живет дальше с Иветтой. Или ты остаешься, но герцог умирает. Надо восстановить равновесие. Один дух пришел, другой должен уйти.

— То есть… мы все равно, при любом раскладе не можем быть вместе? — спросила, чувствуя, как разбиваются все мои немного наивные мечты в счастливое будущее и семейную жизнь.

— Именно так. Выбирай.

— Хорошо. Возвращай меня в мой мир. Пусть Северин живет. Долго… — сглотнула комок непролитых слез, — и счастливо.

— Да будет так.

Эхо разнесло голос жрицы по всему храму, отозвавшись колокольным звоном в моей голове.

— Помни, что ты — огонь, Света. Просто гори! И… благодарю тебя.

Последние слова я уже почти не слышала. Резко накатила тошнота, я дернулась и открыла глаза. И первое, что увидела — любимое лицо Северина.

— Вета! — он сграбастал меня с кровати к себе на колени, прижал так, что я едва могла дышать. — Боги! Я думал, уже никогда не увижу твои прекрасные глаза. Милая моя, любимая.

Слова перемежались поцелуями. Я и сама то смеялась, то плакала, не в силах поверить, что мы прошли испытание, доказали чувства. Ведь настоящая любовь — это когда о счастье любимого думаешь больше, чем о своем личном.