Семья напрокат (СИ)

Глава 33

— Вы сегодня особенно ослепительны, леди Иветта, — произнес герцог.

В его голосе было столько тепла, столько искренности, что у меня перехватило дыхание. Это было не просто комплиментом. Это было... признанием. Почти.

— Спасибо, — только и смогла из себя выдавить. — Вы тоже… кхм… хорошо выглядите.

Он протянул руку. Медленно. Словно боялся, что я исчезну, если он сделает резкое движение.

— Позволите?

Я положила свою ладонь в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих — крепко, надежно. Тепло его руки обожгло даже через перчатку. Он не отпускал моей руки. Просто стоял, глядя на меня, и в его глазах плясали те самые золотые огни.

— Мы опоздаем, — тихо сказала я, хотя сама не хотела двигаться. Хотела стоять вот так, под его взглядом, чувствуя тепло его руки в своей.

— Не страшно, — ответил он, и в голосе послышались новые нотки. Что-то вроде восхищения. — Мне нужна еще минута.

— Для чего? — прошептала я.

— Чтобы запомнить, — его взгляд снова скользнул по моему лицу, задержался на губах. — Вас. Вот такой.

У меня перехватило дыхание. Что-то в его словах, в его взгляде заставило сердце биться быстрее. Это было больше, чем просто восхищение платьем или причёской. Это было... очень личным.

Он поднес мою руку к губам. На секунду замер. Потом медленно, не сводя с меня глаз, поцеловал мои пальцы через тонкую ткань ажурной перчатки.

Прикосновение его губ, даже через ткань, обожгло. Я почувствовала этот поцелуй всем телом — волна жара прокатилась от пальцев вниз, к животу, ещё ниже.

— Готовы к бою? — спросил он тихо, все еще держа мою руку у своих губ.

— Всегда, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Не получилось. Вышло хрипло. Словно где-то ворона каркнула.

Герцог это птичье пение никак не прокомментировал. Медленно опустил мою руку, но не отпустил. Развернулся, укладывая мою ладонь на сгиб своего локтя.

— Тогда пойдёмте, — сказал он. — Покажем им, на что способна новая герцогиня Вэлтор.

Мы направились к выходу, где нас ждала карета. Его рука накрыла мою, лежащую на его локте. Крепко. Собственнически. Словно он боялся, что я сбегу.

Или не хотел отпускать.

Кто и когда укутал мою фигуру меховым палантином — понятия не имею. Обратила на него внимание, уже когда села в карету. Ехали мы в полном молчании, но это была не тягостная тишина, а какая-то... предвкушающая.

Карета остановилась перед особняком герцогини Розанны Блекмур. Я выглянула в окно и ахнула. Здание было огромным — три этажа белого камня, украшенного колоннами и лепниной. Окна сияли тёплым светом, на крыльце стояли слуги в ливреях, а от входа к улице был проложен красный ковер.

— Впечатляет, — выдохнула.

— Это ещё что, — Северин помог мне выйти из кареты. — Внутри еще интереснее.

Герцог не преувеличил. Холл встретил нас сиянием хрустальных люстр, мраморным полом, по которому мои каблучки зацокали особенно звонко, и огромной лестницей, ведущей на второй этаж. Повсюду были люди — дамы в роскошных платьях, кавалеры во фраках, слуги с подносами.

И все — абсолютно ВСЕ — обернулись, когда мы вошли.

Я почувствовала на себе десятки взглядов. Оценивающих. Любопытных. Завистливых. Осуждающих. Словно меня раздели взглядом, препарировали и составили мнение за три секунды.

Хотелось сжаться. Спрятаться за спину герцога. Но я вспомнила слова мадам Бланш: "Осанка — это все". Выпрямила спину. Подняла подбородок. Положила руку на локоть герцога и улыбнулась так, будто этот особняк уже завтра станет моим.

— Северин! — раздался уже знакомый голос.

Навстречу нам вышла герцогиня Розанна. В платье цвета бордо, с жемчугами на шее и в волосах. Величественная, как королева. Мы перекинулись парой приветственных реплик, и нам было предложено пройти дальше, чтобы пообщаться с остальными гостями. Такая себе перспектива, если спросить мое мнение.

Мы вошли в бальный зал, и я снова чуть не ахнула. Огромное помещение, залитое светом сотен светильников. Паркетный пол, отполированный до зеркального блеска. Стены, украшенные картинами и золочёной лепниной. И люди. Много людей. Человек сто, не меньше.

Все они, как по команде, повернулись к нам. Снова взгляды. Ясное дело — оценивающие. Ощущение, что я какой-то заморский деликатес, который каждому хочется откусить. Я крепче вцепилась в руку герцога.

— Не бойтесь, — тихо сказал он, накрыв мою ладонь своей. — Я рядом.

— Я не боюсь, — соврала. — Просто не ожидала, что будет столько людей.

— Привыкайте. Это ещё небольшой приём. На балу во дворце бывает в три-четыре раза больше.

К нам начали подходить. Сначала один лорд, потом дама, потом ещё, и ещё. Кланялись, здоровались, поздравляли с браком. Но эти липкие от любопытства взгляды... хотелось срочно найти ближайший туалет и умыться, а лучше — принять душ.

— Леди Иветта, как вы очаровательны! — фальшивая улыбка в довесок к комплементу.

— Герцог, вы счастливчик! — неприкрытая лесть.

— Такая красивая пара, это так чудесно!

Я улыбалась, кивала, благодарила. Северин не отходил от меня ни на шаг. Его рука на моей талии, крепкая, надёжная. Словно якорь, который не дает меня унести в глубокие воды светского океана, где уже поджидали зубастые акулы с фальшивыми улыбками и настоящими бриллиантами.

Музыка стихла. Герцогиня поднялась на небольшое возвышение.

— Дорогие друзья! — объявила она. — Благодарю, что откликнулись на моё приглашение. Сегодня мы собрались по особому поводу. Все вы знаете, что под моим патронатом числится несколько городских приютов для сирот. И сегодня у нас будет вечер сбора средств, так что готовьтесь к очень интересному аукциону. Уверена, вы все будете в восторге. И конечно же, я хочу, чтобы вы все поприветствовали и поздравили молодожёнов и моих хороших друзей, которые присутствуют здесь — герцога Северина Вэлтора и его прекрасную супругу, леди Иветту!

Раздались аплодисменты. Вежливые, для виду. Я улыбалась, чувствуя, как горят щёки.

— А теперь — первый танец! — герцогиня махнула рукой музыкантам.

Заиграл вальс. Северин повернулся ко мне.

— Позволите? — протянул он руку.

— С удовольствием, — положила свою ладонь в его.

Мы вышли в центр зала. Все расступились, образуя круг. Боже, они что, будут смотреть?! Конечно будут! Это же первый публичный танец новобрачных!

Северин развернул меня к себе лицом. Его левая рука легла чуть выше моей талии. Правой он по-прежнему держал мою ладонь. Я положила свободную руку ему на плечо, чувствуя под тонкой тканью фрака твёрдые мышцы.

Он притянул меня ближе. И его пальцы на моей талии скользнули чуть выше, туда, где заканчивалось кружево и начиналась голая кожа спины. Я дёрнулась от неожиданности. Его прикосновение обожгло. Буквально. Словно искра пробежала по коже.

— Простите, — прошептал он, но руку не убрал. Большой палец слегка, едва заметно провёл по позвоночнику. Вверх. Вниз. Совсем чуть-чуть.

У меня перехватило дыхание.

— Не смотрите на них, — его голос стал ниже, тише. — Смотрите на меня.

Я подняла глаза. Встретилась с его взглядом. Льдисто-голубым, но сейчас... сейчас там плясали золотые огоньки. Яркие. Горячие.

— Я не умею танцевать, — призналась я шёпотом, чувствуя, как горят щёки. — Мадам Бланш в отчаянии.

— Я знаю, — его губы чуть дрогнули. — Просто следуйте за мной.

И мы закружились.

Раз-два-три, раз-два-три.

Он вёл уверенно, крепко. Когда я сбивалась, он мягко направлял. Когда путалась в ногах — придерживал. Мы кружились по залу, и постепенно я перестала думать о шагах, о людях вокруг, о том, что могу опозориться.

Смотрела только на него. На его лицо, такое сосредоточенное. На глаза, в которых плясали золотые искорки.

— Вы прекрасно танцуете, — сказал он тихо.

— Вы лжёте, — фыркнула я. — Я наступила вам на ноги уже три раза.

— Всего три? Мне показалось, больше.

Музыка стихла. Мы остановились. Зал взорвался аплодисментами — на этот раз более искренними. Северин медленно, словно нехотя, отступил. Но его пальцы напоследок скользнули по моей спине — от лопаток до талии. Медленно. Обжигающе. Я еле сдержала дрожь.

Он поклонился. Я присела в реверансе, чувствуя, как дрожат колени.

— Вы справились, — прошептал он, отводя меня к краю зала. — Отлично справились.

— Только благодаря вам.

— Нет. Благодаря себе, — он задержал взгляд на моём лице. — Вам все по плечу, леди Иветта.

У меня перехватило дыхание. Но ответить я не успела, потому что к нам подошёл какой-то лорд.

— Герцог, позволите пригласить вашу супругу на танец?

Северин напрягся. Едва заметно, но я почувствовала.

— Разумеется, — ответил он ровно. Потом наклонился ко мне и прошептал: — Помните: три танца — только со мной. По одному — с другими. Если кто-то настаивает на повторном — отказывайте. Не стесняйтесь звать меня, если будут проблемы.

— Справлюсь сама, — заверила я. — Мы с мадам Бланш полдня тренировались осаживать наглецов.

Герцог хмыкнул.

— Не сомневаюсь. Но помните: вы не можете отказать без уважительной причины. Это будет грубым нарушением этикета.

Я кивнула, мысленно уже лихорадочно придумывая "уважительные причины".