Повернулась на голос и оторопела. Стоящая невдалеке дама была… впечатляющего вида. Высокая, метра два точно. Красивая, но такой… холодной, высокомерной красотой. Кожа смуглая, золотистая, волосы — огненные, рыжие. Необычное сочетание. Одежда на ней — тонкое светлое платье-туника, наподобие моей, только из дорогого материала. Но апофеозом всего для меня стала ее прическа. Вернее не так… то, что венчало прическу. Длинные, чуть загнутые назад, сияющие, как отполированные, черные рога! Кажется, вопрос, где я нахожусь становится особенно острым.
— Я в аду? — уточнила на всякий случай, вдруг повезет.
Барышня высокомерно скривила губы.
— Нет. Мы не имеем отношение к этой религии.
— Тогда где я?
— Ты путешествуешь сама и не знаешь куда? — в голосе демоницы послышались нотки интереса.
— Ну… я не то, чтобы сама путешествую. Первый раз случайно как-то получилось… ребенка спасала, который э-эм… как оказалось, не тонул вовсе. А сейчас просто отрубилась, наверное, под влиянием большого количества мужских феромонов.
— Ты не просто отрубилась. Если нашла храм и смогла пробудить меня, пожертвовав кровь, значит, пришла намеренно. Не пытайся юлить, дух.
Ну и что мне теперь? Доказывать, что не ослица? И кому? Той, которая так и не представилась, зато разговаривает со мной, как с чем-то грязным и противным, вроде таракана. Поэтому я не стала оправдываться, просто молчала и смотрела на высокомерную барышню.
Та тоже не спускала с меня глаз. И в какой-то момент в них что-то блеснуло, а потом демоница снизошла к подобию улыбки.
— Зачем ты здесь, Света? — внезапно спросила она, назвав мое родное имя.
— Я не знаю, — ответила правду. — Говорю же, отрубилась. И оказалась в темноте, а сюда не знаю… как-то дошла. Просто выбрала направление и увидела храм. Пить очень хотела, выпила воды в фонтанчике и зашла посмотреть, вдруг повезет кого-то найти. Нашла вас.
— И как тебе вода из фонтана? — вопрос явно был с подвохом.
— Вкусная, — ответила без паузы. — Сладковатая. И сразу утолила жажду.
После этих слов демоница бросила на меня уже не такой высокомерный взгляд, как раньше, а более внимательный, изучающий.
— Любишь его? — спросила.
И я почему-то сразу поняла, о ком она спрашивает.
— Да, — ответила.
— Это тот самый храм, над которым надругался предок твоего любимого и недостойного. А я — та самая жрица, которая ценой своей жизни прокляла воинов.
— Мне жаль… — только и смогла из себя выдавить.
— Оставь себе свою жалость. Мне она не нужна. Я, как и раньше, жажду отмщения.
— Уже столько невинных умерло. Неужели вы еще не удовлетворены?
— Это только начало, — горько усмехнулась жрица.
— Нет. Это конец. Северин не оставил после себя наследника, на нем все и остановится.
— Уверена? — и демоница хитро посмотрела на мой живот.
Я инстинктивно прижала к нему руку и удивленно ахнула.
— Нет… но это же…
— Что? Не может быть? — жрица рассмеялась. — Еще как может. И внутри тебя будет мальчик. У них всегда рождаются только мальчики.
— Так нельзя! Мой ребенок ни в чем не виноват. И Северин ни в чем не виноват перед вами! — Бросилась на защиту любимого. — Он благородный и добрый. И никогда бы ничего такого не сделал. И он любит меня, а я — его. Прошу… не разрушайте нашу семью. Я все сделаю, просто скажите, что нужно…
— Ты — да. У тебя хватит силы и огня сделать все ради любимых. А вот твой мужчина, у него хватит огня? — задала провокационный вопрос демоница.
— Хватит! — ответила решительно.
— А давай проверим? — усмехнулась жрица так, что стали видны ее огромный клыки. — Если ему хватит огня, если он действительно тебя любит, а не думает, что влюблен, то проклятие разрушится, и я, и этот храм, наконец-то уйдем за грань, получим свободу. Если же нет — не обессудь. Твой мужчина умрет, и ты умрешь, сразу после родов, заплатишь за обман.
— Договорились! Давайте вашу проверку.
Демоница сделала рывок вперед, я ощутила на своем предплечье ее когтистую руку, и в следующее мгновение мы очутились в герцогской спальне. Я, или вернее, мое тело лежало на кровати, рядом сидел Северин, бледный и взволнованный, а надо мной склонился уже знакомый лекарь.
— Я умерла? — спросила у демоницы.
— Нет. Твое тело спит. И это продлится до самых родов, если твой избранник не выберет любовь.
— Но что ему…
Договорить я не успеваю, дверь в спальню открывается и заходит какой-то странный человек — высокий, в белой хламиде.
— А вот теперь начинается самое интересное, — сказала демоница, и в голосе ее прозвучало нетерпение наполовину с чем-то странным… надеждой?