Семья напрокат (СИ)

Глава 14

— Это обязательно? — уточнила на всякий случай, мало ли.

— Я бы сказал, что это просто необходимо, — ответил герцог.

— Кому необходимо? — да, я сегодня почемучка.

— Нам с вами, чтобы закончить церемонию. Это такая себе точка. После нее мы сможем отсюда уйти. Или вы желаете простоять тут весь день?

Нет, подобного желания у меня нет. Похоже, придется-таки целоваться!

— Ладно, только давайте по-быстрому, — сказала и закрыла глаза, сделав губы уточкой.

Ждала. И еще ждала. И еще. Так, я не поняла, а где поцелуй?

Приоткрыла один глаз. Герцог на меня смотрел с какой-то смесью любопытства и недоумения.

— Если вы не знаете, как это делается, моргните правым глазом, я помогу, чем смогу, — не сдержалась, съязвила.

И вот я еще не успела закрыть рот, когда айсберг оттаял и поцеловал меня. Ну что тут скажешь? Как для такого замороженного индивидуума, целовался он удивительно горячо. Казалось бы — просто губы. Но если уметь ими пользоваться, а герцог явно умел, то обычный поцелуй становится чем-то гораздо большим.

— Я знаю, как это делается, — сказал, когда отодвинулся.

— Да, я только что имела честь в этом убедиться, — хмыкнула.

— Волей, данной мне богами, объявляю вас мужем и женой. Да не разрушат людские законы то, что соединили божественные.

Герцог еще что-то обговаривал с Верховным, я же присела рядом с Алисой.

— Здесь так красиво, — сказала девочка. — И вы красивые. Вдвоем.

— Спасибо, моя хорошая.

К нам подошел мой муж… да уж… странно это произносить и даже думать так странно.

— Готовы ехать в имение?

— Нет, — ответила, вызвав проблеск недовольства в льдистых глазах герцога. — Я бы хотела забрать вещи от тети и заехать еще в одно место. И…

— Хорошо. Берите карету, кучер отвезет вас куда скажете и поможет с погрузкой вещей. Я тоже еще не домой. Ужин в семь часов. Успеете?

— Да, ужин мы с Алисой ни за что не пропустим, — пошутила.

— Прекрасно. Тогда на нем и увидимся.

И ушел. Идеальный муж, так если задуматься. Не навязчивый, хорошо целуется, не орет без причины и вообще очень спокоен. Как там было у Штирлица? «Характер нордический, выдержанный».

Ладно, отдохнули, а теперь к тетке. Будем надеяться, там обойдется без проблем. К дому тетки мы подъехали с тем же боевым настроем, с каким Наполеон когда-то шел на Москву. Правда, его поход закончился не очень удачно, надеюсь, мой будет успешнее.

Кучер — крепкий мужик лет пятидесяти с добродушным лицом — помог нам выбраться из кареты и спросил, не нужна ли помощь. Я отказалась, попросив его подождать. Взяла Алису за руку и пошла к двери.

Стучать не стала. Дверь была не заперта, что уже насторожило. Обычно тетка запиралась на все засовы, как в крепости. Толкнула створку и замерла.

В коридоре валялись наши вещи. Вернее, то, что от них осталось. Платья разорваны. Чулки в дырах. Белье… ну, оно вообще превратилось в какие-то тряпки для пола.

Алиса схватила меня за руку сильнее. Я почувствовала, как девочка дрожит.

— Всё хорошо, — сказала ей, хотя сама не верила в эти слова. — Сейчас разберемся.

Зашла внутрь. Из гостиной донесся смех. Противный, злорадный.

Прошла туда. В гостиной сидела тетка. Рядом с ней — кузен Мудкис с перевязанной головой. Оба смотрели на меня с таким триумфом, будто выиграли в лотерею.

— А вот и она! — радостно заявила тетка. — Наша воровка вернулась!

— Воровка? — переспросила я, чувствуя, как внутри поднимается знакомое тепло. То самое, которое недавно чуть не взорвалось в магазине. — Что я украла?

— Веревку! — тетка ткнула пальцем в мою сторону. — Ты украла веревку из моей комнаты! Специальную, дорогую! С магической нитью!

Я посмотрела на нее. Потом на кузена. Потом снова на тетку. Видимо, та веревка, которой я перевязывала комнату не совсем со стальной нитью была. Ла-адно…

— Вы серьезно? — спросила. — Из-за веревки вы изорвали все наши вещи?

— Из-за веревки⁈ — взвизгнула тетка. — Ты еще и дерзишь⁈ Эта веревка стоила три серебряных монеты! Три!

— И вы испортили вещей на… — я прикинула примерно, — на десять серебряных монет минимум. Отличная арифметика.

— Да как ты смеешь! — тетка вскочила со стула. — Я тебя приютила! Кормила! А ты!..

— Вы меня никогда не кормили, — перебила я спокойно. — Дядя кормил. Вы только и делали, что гадости мне подстраивали. И, между прочим, та веревка лежала в моей комнате. В ящике комода. Еще с тех времен, когда я здесь жила. Это мой дядя мне ее дал.

— Врешь! — рявкнула тетка.

— Не вру. И если хотите, можем пойти к судье. Пусть разбирается, кто врет, а кто нет.

Тетка побледнела. Кузен тоже. Можно было бы учинить скандал, но мне сейчас вообще некогда, да и желания особого нет. Понятное дело, что я этого так не оставлю, но не сегодня. Развернулась и вышла в коридор. Присела перед разорванными вещами. Алиса села рядом.

— Мы заберем это? — спросила девочка тихо.

— Нет, — ответила. — Это уже не наше. Это — мусор.

Порылась в куче тряпок. Нашла то, что искала — маленького зайца Арнольда. Его, к счастью, не тронули. Видимо, не заметили. А куклу, сидящую в кресле, наверное, просто побоялись портить, оценив ее стоимость.

Отдала зайца и куклу Алисе. Девочка прижала игрушки к груди.

— А больше ничего не возьмем? — спросила она.

— А больше нечего брать, — сказала честно.

Встала. Отряхнула юбку. Взяла Алису за руку.

— Пойдем отсюда. Тут все провоняло.

Мы вышли на улицу. Кучер ждал у кареты.

— Вещи погрузить? — спросил он.

— Нет, не надо, — ответила. — Вещей не оказалось. Давайте просто заедем в еще одно место и можно будет ехать в имение.

Мы вернулись на рынок, где я видела еловые ветки. Оставив Алису сидеть в карете и играть с куклой, вспомнила, что для веток мне надо бы какой-то мешок, не в руках же их нести, чай не букет новобрачной?

И тут мне на помощь пришел кучер, жестом фокусника вытащив откуда-то отличный и очень вместительный мешок из какой-то плотной, крепкой ткани.

Я рысью припустилась к тому месту, где видела «сокровища». К счастью, их еще не успели выбросить. Поэтому я, поминутно оглядываясь, быстро запихала все ветки, какие могла, в мешок и потащила его к карете.

Брови кучера взлетели и застряли где-то в шапке, когда он меня увидел:

— Я прошу прощения, а это…

— Те самые вещи, которые надо было забрать, — сообщила, радостно улыбаясь. Деньги герцога — это, конечно, хорошо. Но и синица в руках не помешает, пока журавль долетит. Свой бизнес лишним не будет.

Мы снова погрузились в карету и на этот раз поехали в имение. Подъехали прямо к главному входу. Красиво горели желтым огнем фонарики на двери. В проеме гордо распрямив спину стоял импозантный мужчина с красивыми усами и седой шевелюрой а-ля Бетховен.

Кучер помог нам вылезти и поставил рядом со мной мешок.

— Добро пожаловать домой, Ваша Светлость, — обратился ко мне седой.

Я даже дернулась с непривычки и оглянулась. Там где-то герцог за спиной спрятался? Нет. Это ко мне обратились. Смешно получается. Герцогиня с мешком.

— Спасибо эм…

— Баховен, к вашим услугам. Я служу экономом в доме герцога. Позволите взять ваши… вещи, — почти Бетховен бросил взгляд на мой не самый чистый мешок, весь в снегу из-за того, что я его тащила.

— Да, благодарю.

Мы с Алисой зашли в открытую дверь. Следом за нами ввалился эконом, волоча увесистый мешок. И как раз в нужный момент часы пробили семь часов, а с первой ступени лестницы отозвался знакомый мужской голос:

— Позвольте поинтересоваться, что у вас в этом мешке?

— Как что? — я улыбнулась самой своей радостной улыбкой. — Приданое.

Визуалы

Неугомонная Света)

Чудесная Алиса)