Мёртвые души 5. Руины древних

Глава 12

Как предупредить? Вернуться к военным? Но кто мне поверит? Одинокий адепт, проникший в логово сектантов под иллюзией? Подумают — провокатор.

Оставить послание? Передать через охотников? Вряд ли кто-то рискнёт с ним идти. Разве что… самому добраться, на пределе. Но до рассвета — считанные часы. А колонна фанатиков уже почти готова. Ещё немного, и они двинутся.

Можно сорвать всё сейчас. Поджечь храм. Устроить взрыв. Паника, хаос, задержка — всё пойдёт на пользу. Но и риск огромен. Если они взорвутся здесь — эпицентр может снести полгорода. Если нет — я могу не выбраться.

Я глубоко вдохнул. Выдохнул. Снова посмотрел на трибуну.

— Ну что, братья по вере… — пробормотал я, глядя на сияющего в магическом зрении фанатика. — Устроим вам настоящее вознесение.

И я не стал дожидаться финала проповеди.

Пока фанатики в зале выкрикивали лозунги, возносили молитвы и впитывали пафос, я аккуратно закладывал ядра четвёртой ступени в основание колонн. Старые, проверенные приёмы: немного рун, немного волшебства, и даже самая стабильная структура становится миной замедленного действия. На этот раз я не просто хотел разрушить здание — я хотел снести их центр связи, точку управления этим сраным культом.

И ядра у меня были подходящие. Две бомбы — как те, что я применил в первом круге, когда пришлось стирать в пепел укрепление, где вызвали зверя. Только тогда был риск. Сейчас — уверенность.

Я касаюсь пальцами рун, отпускаю на них импульс активации. Время пошло.

Секунда. Другая.

Я уже за пределами храма. Молча бегу по узким улочкам, прикрывая себя иллюзией. Городу будет сложно оправиться после такого. Они всё равно собирались на бой — я просто ударил первым.

Позади раздаётся глухой, но мощный взрыв. Земля вздрагивает. В следующее мгновение — грохот, треск, крик.

Я оглядываюсь.

Храм больше не храм. Груда обломков, витающая пыль, и багровое пламя в центре развалин. Похоже, рухнули не только колонны — магические нити между фанатиками тоже порвались. Никакой симбиот не выдержал бы такого.

— Минус штаб, — тихо сказал я и двинулся прочь от города, не сбавляя темпа. — Осталось только, чтобы они не поняли, кто это был.

Хотя, если и поймут — пускай приходят.

Утро встретило меня едким дымом и хрустом пепла под ногами. Я устроился на одном из холмов, откуда открывался хороший обзор на разрушенную крепость. Ну как разрушенную… Я-то думал, храм сравняло с землёй. А фанатики, как тараканы, повылазили из-под завалов, отряхнулись, кто-то даже подлатался, и — снова в строй.

Я наблюдал, как сектанты, уже без речей и пафоса, но с куда большей решимостью, покидали крепость. Три отряда. Примерно по полторы сотни в каждом. Во главе — трое. Те самые «главные», к которым тянулись магические нити. Сердце этого симбиоза.

— Прекрасно, — пробормотал я. — Даже после взрыва они в строю. Выходит, энергия распределяется между ними. Гидра с тремя головами.

Я не чувствовал радости от разрушения храма. Там погибло много… фанатиков, конечно. Но фанатик — это не всегда выбор. Иногда — это среда, воспитание, безысходность. Плевать. Я сжёг узел, а оно, кажется, расползлось.

Теперь вопрос: что делать дальше?

Города. Их четыре, не считая изгоев. Военные, учёные, торговцы и… фанатики. Одних я уже пнул. Учёных — сжёг, оставив без "защитников". Торговцы пока сидят тихо. Военные — единственные, кто потенциально способен остановить наступление, если предупредить их вовремя.

Я тяжело вздохнул.

— Кажется, выбора особо и нет. Если и помогать, то сначала военным. Они хотя бы не забьют тревогу от моего имени и не начнут пытаться меня приручить. А если попытаются — пускай сначала переживут встречу с армией фанатиков.

Я развернулся и пошёл по склону вниз, прочь от мёртвого храма, в сторону укреплений, где всё ещё оставалась надежда на разум. Пока ещё.

Я ускорил шаг, почти перешёл на бег.

Проклятье. Не вовремя я уничтожил верхушку города учёных. Учёные… Да, они были гнильцой, проводили опыты на живых, на разумных. Они заслуживали того, что получили. Но сама инфраструктура города уцелела. Остались дома, склады, системы связи, оставшиеся жители — большинство из них просто пытались выжить. Остался потенциал… но без управления он бесполезен.

Если бы я тогда… Нет. Не стоит.

А теперь фанатики идут именно туда. Через город, который уже обезглавлен. Через тех, кто вряд ли сможет организовать оборону. А я сам виноват, что расчистил дорогу этим безумцам.

Три отряда, каждый по полторы сотни. Всего чуть больше четырёх сотен. В теории я мог бы справиться. В теории. Но в реальности... Не хотелось бы проверять. Особенно с учётом того, как они двигаются. Без шума, без споров. Как единый организм, в котором у каждого своя роль. Без страха, без сомнений.

Симбиот. Тот самый, который опутывает нити разума. Тот самый, что подчинил секту и вывел её в поход.

— Чёрт, — выдохнул я, оглядывая горизонт. — Если я не успею…

Город военных — ближайший. И, возможно, единственный, кто способен не просто пережить нападение, а дать отпор. Да, у них строгий порядок. Да, они не любят чужаков. Но если объяснить ситуацию… Или хотя бы показать.

Я вспомнил, как эти фанатики вылезли из-под завалов храма, словно ничего не случилось. Как будто у них не тела, а марионетки, и боль для них ничего не значит.

— Ладно. Договариваться — не моя сильная сторона. Но если придётся — покажу, что именно к ним идёт. Пусть сами решают, жить дальше… или пасть перед чужой волей.

Я ускорил шаг. У меня ещё был шанс. У них — может, тоже.

Я добрался до ворот города военных как раз под утро. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, бросая тусклый свет на каменные стены. Город жил своей обычной жизнью — караулы сменялись, патрули прохаживались вдоль периметра, в воздухе витал запах оружейного масла и дисциплины. Всё выглядело спокойно. Слишком спокойно.

— У вас проблема, — сказал я первому попавшемуся солдату у входа.

Он смерил меня взглядом. Осторожно. Недоверчиво.

— Из города религиозных вышли три отряда фанатиков. По полторы сотни в каждом. Один из них движется в вашу сторону.

— Источник?

— Я был у них. В их храме. Видел, как они вылезали из-под завалов, как активировались после взрыва. Они не просто вооружённые фанатики. Это армия. Управляемая армия. У каждого отряда — глава, к которому стянуты энергетические нити. Всё работает, как единый организм.

Солдат не стал спорить. Просто скрылся за воротами. Через пару минут глухо лязгнули створки — город закрыли. На стены начали подниматься воины, но, если честно… это был не лучший состав. Обычные дозорные, возможно, новички. Даже внешне без особого воодушевления.

Я покачал головой.

— Вы не понимаете, с чем столкнётесь, — сказал я, когда ко мне подошёл кто-то повыше по званию.

— Полторы сотни… — начал он, и я уже знал, что услышу. — Против полноценного гарнизона? Не смеши, чужак.

— Это не просто люди, — перебил я. — Они переполнены энергией, связаны с тем, кого называют главой. Я видел, как они поднялись из-под завалов, будто ничего и не произошло. Они не чувствуют страха. Они не думают. Их ведут, как инструмент.

Он насупился, но вслух ничего не сказал.

— Моё дело — предупредить, — добавил я. — Сделал. А теперь мне нужно дальше. Это только один отряд. Остальные два идут в других направлениях. Кто знает, сколько времени у тех городов осталось.

Я не ждал ответа. Развернулся и пошёл прочь. Если они не воспринимают угрозу всерьёз — это их выбор. Но, может быть, где-то дальше кто-то ещё прислушается. Может, я успею.

Город учёных встретил меня тишиной. Мёртвой, вязкой тишиной. Ни криков, ни шума, ни дыхания ветра среди руин — лишь пепел, гарь и обугленные камни, на которых ещё ощущалось тепло недавнего пожара. Я сделал несколько шагов вперёд, чувствуя, как под ногами хрустит обугленная крошка некогда великого центра знаний.

— Поздно, — прошептал я себе.

Ни единой души. Даже намёка на выживших. Всё было уничтожено подчистую, до фундамента. Храм знаний, лаборатории, хранилища — теперь просто груды расколотого камня. Даже воздух казался другим, тяжёлым, словно пропитанным болью и смертью.

Фанатики ушли. Уже давно. Следов боя почти не осталось, как будто всё произошло в один удар — и город исчез. Но нет, это не была внезапная атака. Я чувствовал: бой был. Короткий, яростный, неравный. И закончившийся слишком быстро.

Я стоял в центре бывшей площади, среди гор пепла, и понимал: этот город я ослабил сам. Я уничтожил лаборатории, я вырезал учёных, оставил без головы их систему. Я разрушил их возможности защищаться… и всё же, не жалею. Кто ставил эксперименты на живых — не заслуживает жалости.

Но даже так… здесь жило две, может, три тысячи разумных. Пусть не все бойцы, пусть не все готовые сражаться, но кто-то должен был попытаться. Где стража? Где маги? Где хоть какое-то сопротивление?

— Неужели фанатики и правда настолько сильны? — выдохнул я.

Либо их мощь недооценена всеми, включая меня… либо эта армия давно уже превратилась во что-то иное. Не просто секту, не просто толпу безумцев, а в нечто куда более опасное. В инструмент. В оружие.

Я посмотрел на уходящие вдаль следы — их было много, и они вели в разные стороны. Один отряд, видимо, ушёл обратно. Возможно, за новой партией бойцов. Остальные? Вполне могли направиться к следующему городу.

Я развернулся. Теперь не было времени на раздумья и сожаления. Остался ещё один шанс — предупредить последний из городов третьего круга. Может, они успеют приготовиться. Может, у них получится то, что не смогли ни военные, ни учёные.

А если нет… что ж, я всё ещё здесь. И пока жив — буду сражаться.

Город торговцев встретил меня неожиданным… порядком. Ни следа разрушений, ни пепелищ, ни битв на улицах. Улицы чистые, дома целы, торговые лавки — закрыты, но целы. И всё же в воздухе витала тревога — липкая, невидимая, настораживающая.

Я пробрался ближе, скрываясь под покровом иллюзий. На центральной площади собралась толпа — сотни разумных, притихших, словно затаившихся. Впереди, перед ступенями главной палаты совета, стояли главы города. На коленях. Склонив головы. Униженные. Сломленные.

Перед ними, возвышаясь над толпой, стоял он — главный из фанатиков. Всё тот же алый плащ, всё те же тонкие нити энергии, исходящие от него. Он говорил негромко, но его голос, усиленный магией, разносился по всей площади:

— …вы сделали правильный выбор. Мир важнее гордости. Служение важнее гордыни. Ваши лавки вновь откроются, ваша торговля вновь оживёт. Всё, что мы просим — верность. И кровь. Немного. Во имя Великого Вознесения.

Их верность. Их кровь.

Я сжал кулаки. Не военные. Не воины. Им, видимо, проще было склонить головы, чем защищать свои дома. Я даже не знал, что хуже: сожжённый город учёных или вот эта живая тень, принявшая ярмо добровольно. Альтернатива — смерть… или служение фанатикам. Кто сказал, что последнее лучше?

Оставаться здесь не имело смысла. Я был один. Одного удара по городу будет недостаточно, а открытая схватка — глупость. Если и помогать — то там, где ещё есть шанс.

Я развернулся. Пора возвращаться к городу военных. Возможно, он стал последним бастионом. Возможно, там ещё остались те, кто готов биться. Кто готов умереть — но не встать на колени.

Пока я жив — они не одни.

Я успел как раз вовремя.

С холма открывался отличный обзор. Город военных, с его чёткой архитектурой, прямыми улицами и массивными укреплениями, казался монументом решимости и порядка. А у ворот — уже стояли они. Сектанты. Алые, как запекшаяся кровь, фигуры в плащах. Их было много. Чересчур много. Отряды фанатиков выстроились в полукольцо у стен, и прямо сейчас один из них взмыл в воздух, вытянув руки вперёд.

Из его ладоней вырвался огненный сгусток. Пульсирующий, живой, багровый — он стремительно набирал скорость, рассекая воздух и оставляя за собой след, будто пущенный из катапульты раскалённый метеор.

— Видимо, не договорились, — хмыкнул я.

Шар ударил в невидимую преграду над городом — и вспыхнул, расплескавшись по куполу ярким облаком пламени. Барьер дрогнул, но выдержал.

Военные всё же не дураки. Подготовились. Укрепили защиту. Надежда ещё жива.

Я выдохнул — и в этот момент поймал себя на мысли, что рад.

Рад, что не всё потеряно. Рад, что фанатикам дали отпор. Рад, что есть ещё с кем сражаться — на одной стороне.

И тут же мысленно споткнулся: как может радовать смерть? Как может утешать то, что скоро здесь начнётся бой, где полягут сотни, если не тысячи?

Но радость была. Горькая. Тлеющая где-то глубоко в груди. Не за смерть. За шанс.

— Ну что, твари… — я разминаю пальцы, ощущая, как энергия оживает под кожей, — ...значит, повоюем.

Я спустился с холма и направился к городу.

Мне было куда спешить.

Я подошёл на нужную дистанцию и остановился, чувствуя, как энергия закручивается внутри меня, словно ожившая буря. Вытянул руки вперёд, и воздух над ладонями мгновенно охладился. Первые стрелы начали формироваться — тонкие, острые, прозрачные, как стекло. Десятки ледяных копий, ждущих приказа. Я напитывал их энергией, придавая каждой смертоносную силу.

Но тут краем глаза заметил движение.

Один из сектантов вышел вперёд. Его силуэт начал дрожать, будто он не выдерживал давления той самой силы, что наполняла его изнутри. К нему тянулись нити — десятки, сотни, от всех остальных. Яркие, переливающиеся. Симбиоз. Коллективное жертвоприношение ради силы одного. Их энергия ощутимо просела — я даже почувствовал лёгкое изменение в общей ауре отряда.

Они готовили нечто серьёзное.

Я не стал ждать. Пальцы сжались — и стрелы рванули вперёд, с тихим свистом рассеивая воздух.

Одновременно с этим из рук фанатика вылетел огромный, пульсирующий шар. Он нёс в себе сгусток разрушения, плотный и мерзкий, словно сгустившийся яд веры. Мысли о последствиях на мгновение пронеслись в голове, но было поздно — обе атаки уже не остановить.

Стрелы ударили первыми.

Щит вокруг фанатиков вспыхнул багровым светом, будто прогоревшая бумага, и стрелы с тихим шипением начали таять, исчезая одна за другой, как будто мир сам отказывался признавать их существование.

Следом ударил шар фанатиков. Щит над городом дрогнул, мигнул… и снова вспыхнул. Он выстоял — но видно было, что защита не вечна. Она трещала, как лёд под ногами. Ещё одна такая атака — и она рухнет.

— Н-да, — пробормотал я. — Весело начинается…

Их щиты сработали. Наш — едва выдержал. И разница между «едва» и «не выдержал» может стоить тысячи жизней.

Мой взгляд скользнул по рядам фанатиков. Они снова начали движение. Медленно, размеренно. Без эмоций. Они не чувствовали страха. Им он был неведом. Только цель, только путь, только их извращённая вера.

— Придётся быть креативнее, — выдохнул я и снова потянулся к энергиям.

Игра началась по-настоящему.

Я поднял руки, чувствуя, как по венам проносится жар. Воздух вокруг меня задрожал, наполнившись первобытной энергией. Слева вспыхнул огонь — пламя жадное, жаждущее разрушать. Справа — смерч, хищный и неуправляемый. Я закрутил их вместе, сплетая вихрь из огня и воздуха, придавая ему форму, вес, ярость. Он завывал, словно живое существо, словно сам дух бури проснулся внутри меня и требовал выхода.

Я вложил в него больше половины своей энергии. Почти всё, что успел накопить за последние недели. Оно того стоило. Это должно было сработать.

— Лети… — прошептал я.

И вихрь сорвался с места, срывая куски земли под собой и устремившись вперёд, в сторону фанатиков. Пламя внутри него ревело, ярость — почти физическая. За секунду до удара я почувствовал резкий выброс энергии — сектанты снова атаковали.

Их новый огненный шар был больше предыдущего, насыщеннее, плотнее. Он летел к городу, и в этот раз я знал — щит может не выдержать.

Я обернулся в сторону стены и успел увидеть, как защитный купол мигнул, покрылся сетью трещин… и рухнул.