Мёртвые души 5. Руины древних

Глава 1

Интерлюдия. Песчанный мир. Ищейка.

Песок внезапно перестал шевелиться.

Не потому что стих ветер — он продолжал выть, цепляться за скалы, выстукивать по броне сторожевых башен свой бесконечный ритм. Просто в одной точке мира всё — замерло. Пыль застыла в воздухе, звук задохнулся на полуслове, даже самые прожорливые песчаные черви не осмелились двигаться под землёй.

Ищейка появилась не из портала. Не из руин. Не спустилась с неба.

Она просто была.

Никто не мог бы сказать, сколько времени прошло между «до» и «после». Пространство не распалось, не треснуло — оно, скорее, отступило. Подчинилось.

Существо — человекоподобное, но лишь отдалённо — стояло на краю высохшего ущелья. Его силуэт был покрыт гладким, почти стеклянным слоем чёрной материи, без швов, без линий. Лицо — отсутствовало. Там, где должна быть голова, слабо пульсовала бледная маска — невыразительная, без глазниц, с почти невидимыми гравировками, читаемыми только теми, кому читать запрещено.

Под её ногами песок не оставлял следов.

Она не дышала. Не двигалась. Только смотрела — хотя глаз у неё не было.

Где-то вдалеке вспыхнул одинокий символ — чернильный знак в воздухе, сложный, как клетка для души. Через него прошёл импульс, ища ответ.

Ищейка склонила голову набок.

— Всематерь активна, — сказала она. Голос её не звучал — он распространялся, как запах или холод. — Здесь. Ближе, чем прежде. Нарушения множатся. Следы ведут сюда.

Пауза.

— Поиски начнутся в этом мире. Возможно, они уже начались.

Она развернулась, исчезая не в вспышке, а в уменьшении — будто становясь всё менее значимой для восприятия. И исчезла вовсе.

Только песок, наконец, упал вниз, и воздух снова вздохнул.

Но теперь мир уже знал: он стал полем охоты.

Я вернулся в город под вечер. Стены по-прежнему на замке, стража напряжённая, но уже не такая угрюмая, как во время утренней паники. Меня, как обычно, впустили молча, без лишних вопросов. Лишь один из стражников бросил короткое:

— Живучий ты, смотрю.

Я не ответил. Устал. И злился.

Добравшись до административного здания, которое здесь называли Домом Глав, я остановил первого же охранника.

— Мне нужна встреча с кем-то из верхушки. Срочно.

Он смерил меня взглядом — обычный адепт, немного пыльный, немного потрёпанный, ничего особенного.

— Главы заняты. Им не до встреч с каждым оборванцем, у кого есть желание. —

Усмехнулся, уже собираясь развернуться.

Я сделал шаг вперёд и, понизив голос, бросил:

— Ну что ж. Если они хотят, чтобы на город через пару дней навалилась орда мелких тварей с коллективным щитом, как двадцать лет назад, — то пусть продолжают быть "заняты".

Стражник напрягся.

— Угрожаешь?

— Я? — Я усмехнулся. — Нет. Просто делюсь новостями. Я наблюдал орду. Они уже строят лагерь. Десятки тысяч. И это только начало.

Он открыл было рот, но закрыл. Глянул на здание, потом на меня.

— Подожди здесь. Я передам. Может, кто-то и найдёт минуту.

— Не спеши, — хмыкнул я. — Я не в обиде, если проигнорируют. Это их город. Их проблемы. Мне от вас толку чуть.

Он ушёл внутрь, а я остался стоять на крыльце. Сквозняк тянул пыль с улиц, где уже начали зажигаться магические фонари. Я смотрел, как мерцают их огоньки, и думал о том, что если главы не захотят слушать — я не стану заставлять. Но тогда пусть потом не визжат, когда город будет гореть.

Меня провели в кабинет приёмов — просторный, но без излишеств. Сидящий за столом торговец выглядел вымотанным до предела: тёмные круги под глазами, нервные движения пальцев по поверхности стола.

Он смерил меня взглядом и без всяких приветствий бросил:

— Если ты пришёл сюда шутки шутить, или, не дай Пустота, решил воспользоваться ситуацией и выманить что-то у города — лучше уходи. Сейчас не время. Ещё один такой "предложенец", и я кому-нибудь голову оторву. Возможно, тебе.

Я не сел. Только посмотрел на него спокойно, ровно.

— Мне тоже не до шуток. Я не идиот, чтобы играть с торговым центром третьего кольца..

Я сделал паузу, затем добавил:

— У меня предложение: я устраняю угрозу в виде орды, что копится у ворот. Вы платите. Сто ядер пятой ступени.

Он поперхнулся, захрипел, вытащил флягу, сделал глоток.

— Сто? Ты с ума сошёл? Ты знаешь, сколько это…

— Знаю, — перебил я. — Но и вы знаете, чего стоит этот город. Люди, запасы, репутация. Я не прошу больше, чем стоит жизнь тысяч разумных и ваших капиталов.

Он всё ещё кашлял, но уже не так яростно.

— И почему ты решил, что справишься с ордой, с которой двадцать лет назад еле-еле справились четыре города?

— Потому что тогда было четверо, а теперь я один. — Я слегка улыбнулся.

— И ещё кое-что. У вас час. Меньше. Предложение действует до тех пор, пока я уверен, что смогу их остановить. Если ситуация изменится — я подожду. А заплатят мне другие. Например, соседи. Или их остатки.

Он встал, отошёл к окну, уставился в темнеющий город. Потом, не поворачиваясь:

— Приходи через час. Я не могу решать такие вещи один.

— Через час, — кивнул я. — И запомните: это не шантаж. Это шанс.

В следующий раз меня встретили не столь доброжелательно. Пригласили, конечно, в тот же кабинет, но на этот раз там сидели сразу трое. Судя по выражениям лиц — я им не понравился ещё до того, как вошёл.

— Мы обсудили твоё предложение, — начал один, седовласый, с кольцом гильдии на пальце. — И готовы предложить тебе компенсацию: двадцать ядер пятой ступени и двести четвёртой.

Я приподнял бровь.

— Это всё?

— Ты хочешь больше? — буркнул второй, лысоватый и с прищуром хищника. — У нас в городе сложная ситуация. Большая часть запасов недавно ушла на закупку крайне редких и ценных материалов.

— "Неужели мяса дракона?" — чуть не сказал я, но удержался. Лишь усмехнулся.

— Это не обсуждается, — буркнул третий, что помоложе. — Никто не платит наобум. Оплата — только по факту. Гарантий у нас нет, и верить первому встречному…

— Да-да, первый встречный, — перебил я. — Который сам предложил спасти ваш город от того, что вас всех сожрёт. А вы вместо благодарности ещё и торгуетесь, как на распродаже.

Я вздохнул.

— Ладно. Закроем тему. Тридцать ядер пятой ступени и три сотни четвёртой. Соглашаетесь — я выхожу прямо сейчас. Если нет — можете начинать писать завещания.

Главы переглянулись.

— Хорошо. Тридцать и триста, — ответил седовласый. — По факту. Удачи, парень. Ты её не то чтобы заслужил… но она тебе понадобится.

— Лучше молитесь, чтобы я вернулся, — бросил я и вышел, не дожидаясь провожающих.

Я вернулся к лагерю ближе к закату. Монстры тем временем отстроили нечто среднее между военным лагерем и колонией термитов. В центре пульсировала аномалия, из которой продолжали вылезать новые твари, но поток заметно уменьшился — похоже, мелкая шушера там заканчивалась. На поле перед лагерем копошились десятки тысяч. Меньше, чем было утром, но всё ещё чересчур много.

Я приглушил своё энергетическое поле до минимума и создал вокруг себя искажающий пузырь. Почти невидим. Если кто-то не смотрит прямо на меня — не заметит.

Вокруг лагеря, на глубине полуметра, аккуратно разместил семьдесят пять ядер четвёртой ступени. Каждое — активированная артефактная бомба. Работа кропотливая, но за время жизни в руинах я научился терпению. Ядра слегка посерели — признак того, что они близки к разрушению.

Следом — рунная вязь. Огромная, замкнутая по кругу, с резонансными опорами и троекратным переплетением. Пять ядер пятой ступени питали её, стабилизируя контур. Эта вязь — не просто барьер. Она ловушка, суть которой — запереть энергию. Всё, что слабее ядра пятого порядка, не сможет её пробить… некоторое время. Хватит, чтобы я закончил дело.

Работа заняла несколько часов. Пространство немного дрожало от напряжения. Ещё бы — столько концентрированной силы. Я проверил конструкцию — швы плотные, поток энергии идёт стабильно, ядра не перегреваются. Всё должно сработать.

Отошёл чуть в сторону, лег на живот на холме, глядя на то, как копошатся внизу эти обезьяноподобные.

«Посмотрим, как вам понравится сюрприз», — подумал я и позволил себе короткий, хищный оскал.

Я активировал артефактные бомбы, вложив в плетение ключ запуска. Земля вздрогнула — даже в момент активации чувствовалось, сколько мощи я вбухал в этот проект. Не дожидаясь фейерверка, я отпрыгнул в сторону, а потом рванул бегом, уходя на пару километров. На одном из холмов остановился, забрался повыше и уселся поудобнее. Можно было и попкорн навернуть, но я решил не мелочиться — просто наблюдал.

Сначала вспыхнули волны огня, будто кто-то поджёг само пространство. Коллективный щит над ордой мигнул — а потом второй, тот, что охватывал весь лагерь, наложился сверху. Они не разрушились — начали отражать волны друг от друга, как зеркала в бесконечном коридоре. Пламя не утихало. Наоборот. Оно будто накапливало мощь, усиливалось с каждой отражённой волной.

Спустя пару часов — бах.

Не резкий взрыв, а скорее гул, как будто мир содрогнулся. Щиты лопнули одновременно, словно две мыльные плёнки, перегруженные давлением. Волна огня ворвалась внутрь, мгновенно накрывая всё — сгорающие тела, паника, вопли, хаос. Внутри стало светло, как днём. Над самой аномалией медленно поднимался столб огня — правильной формы, почти идеальный… ядерный гриб. Классика. Не уверен, почему, но вышло красиво.

Я сидел и смотрел, пока пламя не начало стихать. Прошло ещё часа два, прежде чем я понял — внутри не осталось никого. Ни одного энергетического следа, ни единого визга боли, даже духи мёртвых не пытались вырваться наружу. Чистая зона. Зона смерти.

Я встал, отряхнулся, хмыкнул.

— Миссия выполнена. Пора идти за деньгами.

И пошёл обратно. Пожалуй, впервые за долгое время с чувством выполненного долга.

Я добрался до города под вечер — ворота всё ещё были закрыты, но стража меня уже узнавала. Пропустили без лишних вопросов, даже взглядов сочувствия не кинули. Видимо, кто-то передал, что я не только вернулся, но и вполне живой.

Первым делом направился к зданию совета. Впустили, но ненадолго.

— Главы заняты, — устало сообщил дежурный. — Сегодня приёмов больше не будет. Приходите завтра с утра.

Я приподнял бровь:

— Уверен, у них найдётся время для того, кто спас город.

— Уверен, найдётся, — кивнул тот. — Завтра.

Я стиснул зубы, но спорить не стал. В конце концов, я тоже был не в лучшей форме. Хоть и не получил ни царапины, но энергетический расход и общее напряжение давали о себе знать. Да и пахну я, наверное, как поле боя. Гостиница казалась разумным выбором.

Пробираясь через толпу, я поймал себя на мысли, что никто из горожан даже не догадывается, насколько близко они были к гибели. Торговцы снова спорят, кричат на площадях, обвешанные побрякушками, а обычные жители тащат ящики и ругаются из-за цен. Всё как обычно. Будто ничего и не произошло.

Добрался до гостиницы. Администратор, как только увидел меня, выпрямился и постарался не показывать удивления. Видимо, моё “исчезновение” не осталось незамеченным. Я просто протянул руку:

— Номер. Потише, без соседей. Желательно с ванной.

Он кивнул так быстро, будто я был его начальником, и через пару минут я уже захлопывал дверь за собой.

Сбросил доспех, улёгся на кровать, даже не раздеваясь. Закрыл глаза и пробормотал:

— Завтра получу своё. Сегодня — спать.

Утром я проснулся не в лучшем настроении. Слишком уж сладка показалась вчерашняя победа, слишком легко далась цена за уничтожение целой орды. А когда что-то даётся слишком просто — это всегда тревожный знак.

Позавтракав, я направился в здание администрации. Те же угрюмые стражи, тот же усталый приёмщик. Меня провели в приёмную, где меня встретил один из глав — тот самый, что ещё вчера договаривался со мной об оплате.

— Доброе утро, — сказал он с выражением равнодушия, как будто я ему вчера гвозди в дверь вбивал. — Цель визита?

— С памятью у тебя всё хорошо? — спросил я, прищурившись. — Мы вчера заключили сделку. Я устраняю угрозу. Вы платите. Всё просто.

Он вздохнул и развёл руками.

— Сделки не было. Подписанных договоров — тоже. Да, ты пришёл, пообещал помочь… и действительно помог. Город благодарен. Но ни о каких сотнях ядер речи не шло. И, пожалуйста, не устраивай сцен. Нам сейчас совсем не до этого.

Я молча уставился на него. Несколько секунд назад у меня ещё были варианты: напомнить детали, попытаться вызвать совесть. Но сейчас я видел — человек просто переобулся. Без капли стыда.

— Это несмешная шутка, — тихо проговорил я.

— Здесь никто не шутит, — сдержанно ответил он. — И если ты продолжишь вести себя неподобающе, охрана тебя выкинет отсюда. Неважно, чем ты помог.

Улыбка медленно исчезла с моего лица. Всё стало на свои места. Ответка. Карма за мясную аферу. Но тот акт тоже был попыткой проучить торгашей. Видимо одной истории им было мало.

Я развернулся и вышел, не говоря больше ни слова.

Разнести город в щепки? Идея, конечно, красивая. Но не самая умная. Город, может, и не такой сильный, как кажется… но слишком много нюансов. Слишком много невиновных. И к тому же — я всё ещё хотел получить свою выгоду. А пепелище пользы не приносит.

Ну что ж. Раз они решили сыграть в долгую — значит, будем играть в долгую.

Жадный, как известно, платит дважды. А иногда — с процентами.

Я покинул город без лишних слов, не бросая прощальных взглядов на крепкие стены и надменные лица стражи. Два дня ушли на размышления, настрой и подготовку нового образа. В этот раз я выбрал не роскошь, не скромность и не притворство. Я стал кем-то промежуточным — тем, кого никто не запоминает. Нищий адепт без клана, потерявший отряд, в поисках заработка и крыши над головой. Такой не вызывает подозрений, но всегда рядом с нужными местами.

В город я вернулся вечером. Закат плавно скользил по черепичным крышам и подсвечивал башни купцов в мягком медном свете. Ворота открыты, охрана привычно усталая, взгляд скользит мимо, даже не задерживаясь. Я вливаюсь в толпу, словно был здесь всегда. Переулки, шумные лавки, запах приправ и кожи, гул голосов — всё на месте.

Теперь у меня была цель. Не месть, нет. Убивать — это слишком быстро, слишком просто. А я не ищу простых решений. Я хочу, чтобы они почувствовали то же, что пытались навязать мне — несправедливость, бессилие, злость.

Сокровищница.

Торговцы могут притворяться, что они “управляют городом”, но я уже давно видел их суть. Это банда. Умная, организованная, хорошо вооружённая, но по сути — шайка, набившая сундуки за счёт доверчивых и неосторожных. Я мог бы стереть их с лица земли, но зачем? Можно просто… вернуть должок. С процентами.

Вопрос один — где они прячут всё самое ценное? Я не сомневался, что у главных есть свои личные хранилища, но меня интересовало общее: ядра, редкие артефакты, ресурсы, которые приносят им реальную власть. Не просто золото, а рычаги влияния.

Ответов не было, но я и не торопился. Иногда победа принадлежит не сильнейшему, а терпеливейшему. Я снял угол в дешёвой таверне, по вечерам бродил по рынку, а днём слушал, запоминал, прикидывал.

Они забрали у меня обещанную оплату. Теперь я заберу у них кое-что поважнее — иллюзию неприкосновенности.

Пусть считают, что отделались.

Пусть думают, что победили.

А я пока подумаю, с какой стороны подойти к их "святому хранилищу".

Теперь это дело принципа.

Плетение оказалось непростым. Я потратил почти полдня, разбираясь в структуре заклинания "магическое зрение", и ещё пару часов — на осторожную практику. Оно требовало высокой концентрации и устойчивого канала подачи энергии, но результат того стоил. Когда я активировал плетение, мир изменился.

Словно кто-то сорвал с него покрывало.

Всюду — потоки. Нити энергии скользили по улицам, завивались в спирали, собирались в узлы. Простые лавки — тусклые отблески, легкие контуры защиты и сигналки. Жилые дома — ещё бледнее, почти неощутимы. А вот особняки купцов — уже поинтереснее. Некоторые плетения явно были сделаны на заказ: охранные, связывающие, даже блокирующие воздействие на разум.