Плохое путешествие 4

Глава 3 Гребаный флэшбэк

— Что? Думаешь, надел кольцо и можешь мне приказывать? Так? Не угадал! — Сариэль сверкнула глазами, полными небесного гнева. — Я — ангел Господень! А ты всего лишь жалкий червь преисподней! Хочешь что-то сказать? Говори! Я перед тобой! Или… — В её голосе скользнула холодная, как металл стилета убийцы, угроза. — Может, боишься гнева небес? Трусливый червяк!

С этими словами она ткнула пальцем прямо в лоб Хью, отчего его лицо сморщилось, как печёное яблоко.

Конечно, это был не настоящий Хью — лишь кривая рожица, нацарапанная углём на подушке. Но для разъярённой ангелицы и этого хватало.

Стоит отметить, что если бы кто-то увидел это «произведение искусства», то сразу понял — на небесах явно не преподают изобразительное искусство. Уши торчали из подбородка, один глаз был вдвое больше другого, а нос… Нос и вовсе напоминал не то гриб, не то нечто неприличное.

— Не нравится? — Сариэль гордо подбоченилась, задирая нос так высоко, что казалось, вот-вот потеряет равновесие. — Знай своё место, демон! О, ты не знаешь, где оно? Позволь мне просветить тебя!

С торжественным видом, будто совершая священный ритуал, она швырнула подушку на пол и с достоинством уселась сверху — двумя белоснежными, мягкими ангельскими полупопиями.

На тот момент ей показалось это отличной идеей.

— Сам виноват! — выпалила она.

И тут же покраснела, как маков цвет.

Потому что осознала: она сидит. А он смотрит. Прямо в упор. И даже не моргает!

— Проклятый… демон… — прошипела она, чувствуя, как жар разливается по щекам. Абсурдность ситуации была очевидна, но… почему-то легче не становилось!

После нескольких минут «возмездия» ангелица вдруг осознала: сидеть на лице Хью, пусть даже нарисованном, — это ниже достоинства небесного создания. Ей чудилось, будто с высот рая за ней наблюдают миллионы неодобрительных взглядов, а архангелы разочарованно качают головами.

«Негоже дочери небес предаваться столь недостойным деяниям», — громыхал небесный хор, звучавший в её сознании, как орган в переполненном соборе.

— Проклятый демон! Тысячу раз проклятый! — внезапно вскочила Сариэль, а затем сердито топнула ногой по подушке. — Ты именно этого и добивался, не так ли⁈

Нарисованная рожица хранила стоическое молчание. Лишь угольные черты слегка размазались от недавнего контакта, но в целом подушка-Хью проявлял завидную выдержку — особенно учитывая, что за свои пять минут существования успел: получить тычок в лоб, услышать несколько богохульств, увидеть ангельскую… э… «аудиенцию» с высочайшего ракурса, и теперь ещё получить ногой по «лицу».

Для наспех нарисованного изображения демона — весьма насыщенная биография.

Сариэль скрестила руки на груди, нервно постукивая пальцем по локтю.

— И почему я вообще должна с тобой разговаривать? — фыркнула она, но через мгновение уже склонилась над подушкой. — Хотя… если ты сейчас извинишься…

Тишина.

— Ну и ладно! — Сариэль резко выпрямилась, с гневным шелестом расправив крылья. Белоснежные перья взъерошились, несколько пушинок медленно опустились на пол. — Надеюсь, это унизительное наказание послужит тебе уроком, демон!

С достоинством развернувшись, она направилась к своей лежанке, на ходу сбрасывая сандалии. С размаху плюхнулась в центр груды подушек, раскинув руки-ноги и крылья в совершеннейшей позе «морской звезды после шторма».

Прошла минута.

Внезапно ангел резко поднялась, снова взметнув облачко пуха. Топочущими шагами вернулась к подушке-Хью, с ожесточением перевернула её «лицом» вниз, затем с чувством выполненного долга кивнула самой себе.

— Так тебе! — удовлетворённо пробормотала она, возвращаясь на лежанку, на этот раз аккуратно укладываясь и подгибая под себя крылья. Через мгновение уже ворочалась, пытаясь найти удобную позу.

Однако заснуть ей было не суждено. Отдых ангела был прерван шорохом у входа. Шторка шатра дрогнула, и в щель показалось бледное лицо с огромными, полными страха глазами.

— Сестра? — шёпот прозвучал так тихо. — Сестра, ты здесь?

Сариэль молнией развернулась, вскочив на ноги. Первое мгновение — радость узнавания, но тут взгляд упал на крылья незнакомки, и сердце ангела сжалось.

Былые белоснежные перья теперь напоминали грязный снег — посеревшие, с чёрными проплешинами, лишь кое-где сохранившие первозданную чистоту.

— Да, я ангел. Как и ты. — Иллюзия на секунду поплыла, демонстрируя истинный облик. — Но ты падшая.

— Я… Ниссамэль… — Девушка сжалась, прижимая исхудалые руки к груди. Её голос дрожал, как тростинка на ветру. — Я так мечтала найти тебя…

— Твои крылья… — Перебила Сариэль, указывая на очевидное, и в её глазах вспыхнуло отвращение, смешанное с ужасом.

Ниссамэль нервно провела пальцами по испорченному оперению, словно пытаясь стереть позорные пятна.

— Демоны… не щадят никого… — Её голос сорвался на надтреснутый шёпот. — Но когда я узнала, что ты здесь… Не смогла не прийти. Прости, если потревожила…

Серебристый свет хлынул из ладони Сариэль, формируя изящный клинок с лезвием в локоть длиной и толщиной в палец. По своей форме он скорее напоминал огромную иглу. Увидев его, Ниссамэль ахнула и отпрянула, как от удара.

— Сестра Милосердия! — В её глазах вспыхнуло узнавание, а вместе с ним первобытный страх. Этот клинок знали все падшие — оружие ангелов-чистильщиков, приходящих за своими.

— По милости небес, — Голос Сариэль стал холоден, как зимний ветер. — Не двигайся. Я освобожу тебя от скверны.

— П-постой! Подожди! — Ниссамэль упала на колени, протягивая дрожащие руки. — Фисар Агнес… Он держит в плену ещё одну — Мирариэль! Она ещё чиста! Но скоро… — Слёзы оставили блестящие дорожки на её грязных щеках. — Ты должна спасти её! Это твой долг! Долг ангела милосердия! Убивать падших, спасать чистых! Она чиста, Сариэль! Её ещё можно спасти!

Клинок в руке Сариэль дрогнул. Это была правда, и если Нисса погрязла в скверне, то, как она утверждает, Мира была ещё чиста, а значит, её нужно было спасти. Любой ценой.

— Почему ты сама… — начала она, но Ниссамэль перебила, рыдая:

— Мы стали его игрушками! Рабынями! Он… он делает с нами такое… — Её пальцы впились в плечи, оставляя кровавые царапины. — Но Мирариэль… Она сопротивляется! Помоги ей, прошу! Ты наш единственный шанс на спасение! Не позволь демону опорочить её душу!

Пламя надежды в глазах Ниссы было страшным — как у неизлечимо больного, которому принесли лекарство от всех болезней.

Сариэль закрыла глаза, сжав кулаки. «Не покидать шатёр» — приказ Хью висел в её сознании, словно кандалы. В любой другой ситуации она бы послушалась — не из страха, а просто потому, что сама не рвалась наружу. Но сейчас речь шла о долге. О сестре.

Она бросила взгляд на подушку с нарисованной рожицей, валявшуюся лицом вниз. Ниссамэль проследила за её взглядом, но так и не поняла, на что именно смотрит Сариэль.

«Почему демону должно быть дело до моего долга? До ангельского долга! Смешно даже думать, что он поможет».

— Хорошо, — наконец сказала Сариэль, разжимая пальцы. — Но мне понадобится твоя помощь.

Лицо Ниссы озарилось надеждой.

— Конечно, сестра! Всё, что скажешь! Я сделаю что угодно, лишь бы спасти Мирари! Она не заслужила такой участи!

— Ты, наверное, уже догадалась, — Сариэль коснулась бедра, — что я не могу просто так выйти.

— О… — радость на лице Ниссы сменилась отчаянием. — Тогда… что же нам делать?

«Какая эмоциональная…» — мелькнуло в голове Сариэль. — «Как жаль, что скверна уже пустила в тебе корни».

— Мне нужно… — Ангелица оглядела шатёр, ища лазейку.

«Мне нельзя выходить. Нельзя покидать. Нельзя выползать…» — в голове звучал строгий голос Хью.

И тут её осенило.

«Мне нельзя… Мне… Но другим можно!»

— Точно! — щёлкнула пальцами Сариэль, стремительно хватая одеяло и раскладывая его у входа.

— … Что? — Ниссамэль смотрела на неё, не понимая.

— Я сажусь сюда, — Сариэль устроилась посреди ткани, поджав ноги. — Ждёшь немного… ну, полминуты. А потом просто вытягиваешь меня наружу.

— И… это сработает?

— В теории.

Ниссамэль сомневалась, но план сработал на удивление безупречно. Сариэль не выходила. Сариэль не выползала. Сариэль ничего не делала. Сариэль невинный ангелочек.

— Конечно получилось! «Ведь это же я!» — не хватало только этих слов. — Но меньше разговоров, больше дела. Нам нужно успеть до того, как Хью… — Она резко замолчала, будто само имя демона могло его призвать. — В общем, пока меня не хватились.

Две ангелицы двинулись к хвосту каравана, петляя между шатрами. Сейчас здесь было пустынно — большинство демонов столпились у арены, жадно впитывая зрелище дуэли.

Сариэль шла, напряжённо озираясь. Последний раз, когда она доверилась падшему, это закончилось знакомством с раскалённым железом. Но Ниссамэль… казалась безобидной.

Слишком безобидной.

Сариэль пристально изучала крылья Ниссамэль — некогда ослепительно белые, теперь они напоминали испорченный пергамент с кляксами скверны. Но больше всего её настораживало равнодушие проходящих мимо демонов.

— Как они могут просто игнорировать тебя? — прошептала она, сжимая кулаки.

Ниссамэль горько усмехнулась, проводя дрожащей рукой по испорченным перьям:

— Мы… стали частью интерьера. Как мебель. Все знают, что мы принадлежим Фисару. Он демон с двумя именами, а с такими приходится считаться.

— Но как ты выбралась? — Сариэль огляделась, проверяя, нет ли слежки.

— Хех, чудом. Слухи о тебе, потом дуэль. Фисар бросил всё и умчался куда-то. — Нисса резко остановилась, обернулась и обхватила пальцами ладони Сариэль, с надеждой глядя в её глаза. — Мы были в плену так долго, но теперь у нас есть шанс! Мы можем спасти Мирариэль, поквитаться с Фисаром, а потом… разберёмся с твоим хозяином.

— Посмотрим по ситуации. — после короткой паузы ответила ангел.

Миновав несколько платформ, они наконец добрались до нужного шатра — с виду ничем не примечательного, разве что чуть более ухоженного, чем остальные.

— Подожди секунду, я проверю, — прошептала Ниссамэль, крадучись подбираясь к входу. Осторожно отодвинула шторку, заглянула внутрь — и тут же обернулась, сияя. — Удача! Фисар ещё не вернулся! Заходи скорее!

Сариэль прошла следом за Ниссамэль. Шатер казался обычным… пока взгляд не скользнул по деталям. Да, здесь были те же сундуки, те же подушки, те же ковры, что и у Хью. Но помимо них — орудия.

Много орудий.

Одни напоминали дьявольские станки для растяжки — с ремнями, крюками, рычагами. Другие выглядели как извращённые предметы мебели: одно «кресло» было явно предназначено для сидения лицом вниз, другое — в позе буквы «Г», третье — стоя, с фиксаторами для запястий и лодыжек.

На стене висели плётки, ошейники с шипами, цепи… и кое-что ещё. Фаллосы. Обычные. С ремешками. С шипами. Один даже дымчато переливался, словно был сделан из какого-то магического материала.

Сариэль почувствовала, как по спине пробежали мурашки.

— Он… пытал вас? — её голос дрогнул.

Ниссамэль проследила за её взглядом, содрогнулась и быстро закивала:

— Ещё как! Без остановки! Это кошмарный демон! Ужасный демон! — её голос сорвался на шёпот. — А иногда… он заставляет нас пытать друг друга…

Она стыдливо потупилась, и в этот момент… Из клетки в углу раздался смех. Заливистый, почти истерический. Сначала — сдавленное кхыканье, будто кто-то изо всех сил сдерживался, потом — срыв в полный, неудержимый хохот.

Девушка напряглась, а в её руке материализовался серебристый клинок.

— Что тут происходит?

Ткань с клетки сорвалась с резким движением, и перед Сариэль предстала Мирариэль.

Чёрные, как сама бездна, крылья расправились с театральным размахом. Длинные смоляные волосы, зачесанные набок, падали на плечо неестественно идеальной волной. Её наряд состоял из кожаных трусиков, лифчика с шипами и множества ремешков, обвивающих тело так искусно, что казалось — они не сковывают, а подчёркивают каждую линию.

Ее губы, выкрашенные в чёрный глянец, растянулись в ухмылке. Глаза, обведённые густой тушью, сверкнули насмешливым блеском.

— Ну что, сестрёнка? — Падшая томно потянулась, звеня цепями, которые почему-то были пристёгнуты так, чтобы их можно было легко снять. — Понравилось представление?

— Ты… — голос ангелицы стал тихим и опасным. — Ты никогда не была пленницей. — Взгляд скользнул на Ниссамэль. Была надежда услышать какое-нибудь объяснение происходящему, кроме того, где её безбожно облопошили. Опять. Но на лице Ниссы не осталось и следа робости или хотя бы дружелюбия.

— Прости, Сариэль, — сказала она, но в ее голосе не было ни капли раскаяния. — Фисар очень хотел с тобой познакомиться. Да и мы не против, если наш дуэт превратится в трио.

— Браво, Нисса! Бра-а-аво! — раздался ещё один голос, но уже за спиной. — Я в тебе не сомневался, моя прелесть. Такой улов заслуживает отдельной награды.

Сариэль обернулась и увидела Фисара собственной персоной. Напыщенный пафосный ублюдок в красной мантии улыбался во все тридцать два, демонстрируя два ряда идеальных зубов.

— Предлагаю познакомиться поближе. Меня зовут Фисар Агнес, и я вскоре стану твоим новым хозяином.

Сариэль в свою очередь вместо разговора предпочла действие. Ангел бросилась к выходу, крылья распахнулись в отчаянном порыве — белоснежные перья вспороли воздух, как паруса перед бурей. Но не успела она сделать и шага, как руки Миры и Ниссы обхватили её со всех сторон.

Черные когти падшей впились в тонкие запястья, обжигающе горячие пальцы обхватили ее талию, прижимая спиной к груди другой ангелицы.

— Куда так спешишь, чистюля? — прошептали ей в ухо губы, вымазанные черной помадой. Голос был сладким, как яд. — Мы же только начали веселиться…

Сариэль дернулась, но хватка была крепкой. Слишком крепкой.

— Отпусти! — её голос дрогнул, но не от страха — от ярости.

— Ой, сестрёнка, ты правда думаешь, что можешь нам приказывать? — засмеялась падшая, а ее пальцы скользнули под одеяние ангелицы, касаясь кожи, будто проверяя, насколько та уже дрожит.

Глаза Фисара вспыхнули алым, когда он увидел Сариэль в руках своих слуг.

— Ну вот и познакомились, — улыбнулся он, медленно снимая перчатки. — Как мило.

Сариэль попыталась вырваться, но падшие лишь сильнее прижали ее, одна — обхватив ее грудь, другая — запустив пальцы в ее волосы, откидывая голову назад.

— Не дергайся, — прошептала Ниссамэль, но теперь в ее голосе не было и тени прежней «робости». — Будет больно… Но потом ты скажешь спасибо. Поблагодаришь. Будешь всю ночь благодарить до самого изнеможения.

Фисар подошел ближе, доставая из складок мантии шприц с черной жидкостью.

— Что это⁈ Что ты собираешься делать⁈

— Это демоническая кровь, — объяснил он. — Тебе должно быть известно, как ангельская кровь действует на демонов, но мало кто знает, как демоническая кровь действует на ангелов. Она снимает барьеры. Для вас это грех в чистом виде. С ней ты почувствуешь то, что по воле небес чувствовать тебе не дозволено.

— Не смей! — ангелица дёрнулась, её крылья хлопнули в попытке вырваться, но падшие только усилили хватку.

Игла вошла в шею. Сариэль вскрикнула, но не от боли, а скорее от неожиданности.

«Горячо. Слишком горячо».

Сердце начало биться быстрее, голова закружилась. Она задышала чаще, чувствуя, как по венам разливается настоящий огонь.

— Как ощущения? — прозвучал ласковый шёпот Миры.

— Хочешь спастись? — Фисар подошёл в упор и сдавил подбородок Сариэль пальцами. — Скажи, как зовут твоего хозяина?

Ангел стиснула зубы. Голова кружилась, в мыслях был полнейший бардак. Каждое услышанное слово эхом продолжало звучать, повторяясь раз за разом.

— Х… Хью… Манвар… — вырвалось у нее против воли.

Фисар засмеялся.

— Видишь, как просто? Он провел когтем по ее губам. — А теперь… последний штрих.

Демон взглянул на пол, где валялось ангельское оружие. Для правдоподобности стоило нанести рану именно этим клинком, однако, как оказалось, Фисар не мог даже прикоснуться к нему. Стоило поднести руку ближе чем на несколько сантиметров, как в груди появилось жгучее и необъяснимое чувство страха, которое буквально кричало о том, что если он попытается дотронуться до клинка, то это ничем хорошим для него не закончится. Пришлось обходиться подручными средствами.

— Ну вот и следы нападения. — удовлетворённо проговорил Фисар, любуясь нанесённым себе ранением, а затем взглянул на Сариэль. Ангел уже с трудом стояла на ногах. — Займитесь ей, только сильно не увлекайтесь.

— А не рано? — удивилась Мира. — Она ещё не принадлежит вам.

— Это не надолго. — усмехнулся демон и покинул шатёр.

Шатёр был наполнен тяжёлым дыханием и влажными звуками. Сариэль, прикованная к пыточному станку в позе распятой, вся дрожала. Её крылья были растянуты, зафиксированы кожаными ремнями, а то немногочисленное, что недавно было её одеждой, уже валялось на полу.

— Почувствуй момент. — Мира провела языком по её шее, заставляя Сариэль содрогнуться. — Первый раз самый яркий.

Её пальцы скользнули по животу, ниже, к самому чувствительному месту.

— Отпустите меня… — прошептала Сариэль, но её голос дрожал, а тело предательски реагировало на каждое прикосновение. — Мы ещё можем сбежать.

— Ох, но тебе же нравится, — Нисса ухмыльнулась, сжимая грудь ангела, щипля и крутя сосок между пальцев. — Ты вся горишь…

Сариэль стиснула зубы, но не могла подавить стон, когда Мира резко ввела в неё два пальца, растягивая и исследуя каждую складку.

— Какая же ты тугая… — прошептала падшая, наслаждаясь тем, как ангел вздрагивает. — Но это мы исправим.

Она достала чёрный обсидиановый фаллос, покрытый пульсирующими рунами. Холодный камень дымился, смазанный маслом, которое шипело при контакте с кожей.

— Это… что? — Сариэль попыталась отстраниться, но ремни не давали ей пошевелиться.

— Твой новый лучший друг, — Мира провела им между её ног, заставляя ангела сжаться. — Он поможет тебе… привыкнуть.

Нисса тем временем прижалась губами к её уху:

— Скоро ты забудешь, что когда-то была чистой…

Мира медленно ввела обсидиановый стержень, и Сариэль закинула голову назад, ее крылья напряглись до предела. Руны вспыхнули алым, и волна демонической энергии прокатилась по ее телу, заставляя ее выгнуться в немом крике.

— Видишь? — Мира ускорила движения. — Твое тело уже принимает нас…

Сариэль сопротивлялась изо всех сил. Она чувствовала, как что-то внутри нее меняется, как темная энергия проникает все глубже, разжигая постыдное, неконтролируемое желание, но продолжала бороться.

Нисса прижалась к ней, ее пальцы скользнули вниз, растирая клитор Сариэль в такт движениям Миры.

— Кончай, ангелочек, — прошептала она. — Покажи, как ты хочешь…

И Сариэль не выдержала. Ее тело вздрогнуло, волны удовольствия накрыли с головой, смешиваясь с жгучим стыдом. Плоть сжалась вокруг каменного фаллоса, пытаясь сдавить инородный объект. Выгнать. Но Мира продолжала удерживать его.

— Не расслабляйся, Сари. У нас здесь ещё очень много интересных штуковин, которые тебе предстоит испытать на собственной шкурке. Твой день только начинается.

Прим. автора: Где-то на середине я подумал о том, что стоило это всё сократить, но было уже поздно.