Плохое путешествие 4

Глава 24 Последствия

Ситуация полностью вышла из-под контроля. Взгляд Страпонелли метался из стороны в сторону, не зная, за что хвататься. Разъярённая толпа буквально взорвалась адским рёвом и устремилась во все стороны, тесня наёмников и гвоздей. Да, численное преимущество всё ещё было на стороне всадников, однако опыт и, как бы это странно ни прозвучало, желание устроить кровавую баню со стороны гладиаторов полностью это перекрывало.

Тут не было тех, кто привык к пафосным речам и дуэлям по правилам. Демоны, что дрались на стороне Хью, были закалёнными в боях вояками, привыкшими сражаться один против всех. На арене нет правил, нет союзников, что прикроют спину. Моргнул лишний раз и обнаружил в своей башке топор, в спине копьё, а в жопе хер, причём далеко не факт, что его владелец будет жив. Есть вероятность, что ничего кроме хера ты не обнаружишь. Было два пацана, стало ни одного.

Зашёл на арену — и тебя на целый час закрывают с такими же головорезами, как ты. В лучшем случае как ты, но обычно это сотня, может пара сотен, отмороженных дебилов, которых всю сознательную жизнь били молотком по голове. Прихватило живот во время боя? Сри прямо на ходу. Вывалились кишки? Подбирай и беги, дерись, сражайся, а иначе сдохнешь.

— Ну на хер! — выкрикнул гвоздь, стоявший рядом со Страпонеллой. — Что б я ещё раз связался с грёбаными аристократами!

— Стой! У нас был уговор! — рявкнула демоница.

— Уговор был на поимку одного демона! Мы не подписывались на драку с толпой гладиаторов!

— Я тебе приказываю!

— Сраке своей приказывай! — крикнул он в ответ и спрыгнул с крыши.

Страпонелла собиралась последовать за ним, но в этот момент на одном из флангов прозвучала целая череда взрывов.

Мимолётный взгляд, и она увидела, как на крыше в паре десятков метров выстроилась вереница демониц в красных робах, а позади них расхаживала ещё одна с указкой в руке.

— Сосредоточились, создали схему, высвободили энергию, сплели заклинание, отпустили. — повторяла Стеллара. — Маргарет!

— Да, леди Стеллара!

— Выше локти. Сифона, не жадничай маны, лей больше.

— Да, леди Сталлара!

— Не забывайте контролировать окружение. Помните, что мёртвый маг колдовать не может. — наставляла она менторским тоном.

— Да, леди Сталлара! — хором ответили демоницы.

Секунда, и перед ними единовременно возникли яркие пентаграммы. Ещё несколько мгновений, и на главный тракт пятьдесят пятого кольца со свистом обрушился настоящий огненный ливень, погребая под собой наёмников и гвоздей. Падая, камни отрывали конечности, ломали хребты, взрывали головы, разбрасывая по округе обожжённые куски мяса вперемешку с каменной крошкой, разбавляя адскую симфонию криков и лязг металла.

С другой стороны, отряды под командованием всадников подготовились чуть лучше. Вооружились щитами и даже поставили баррикады, чтобы хоть как-то замедлить нападающих. Этим направлением командовал Калеб. Перед самым столкновением всадник дёрнул за поводья, поставив лошадь на дыбы, и вскинул меч. Выглядел он чрезвычайно круто и бесконечно пафосно.

— Держать строй! Слушать мои команды! — прозвучал его грозный голос.

Однако едва его конь начал опускаться вниз, как перед ним возник Крокс. Ящер поднырнул под передние копыта, упёрся плечом в грудь, а затем оттолкнулся, переворачивая кобылу на спину. Калеб слетел с седла и завалился прямо на щиты обороняющихся. Конь попытался подняться, но демоны тут же схватили его за задние ноги, потащили к себе. Один тянул в одну сторону, другой — в другую, выкручивая и заламывая конечность лошади. Послышалось надрывное ржание, которое оборвал жуткий хруст. Кобылу просто забили и разорвали на две части вдоль жопы.

— Помнишь меня, сучий выродок⁈ — орал Крокс, расталкивая наёмников, направляясь к Калебу. — Иди сюда, тварь! Сюда! Ко мне!

Его булава с гулом врезалась в щиты, сминая, а иногда отрывая их вместе с руками. Ломались кости, крошились черепа, кровь лилась рекой, заполняя щели между камнями в мостовой. Тут и там раздавались вспышки от взрывов огня и молний. В ярости и под усилением ящер был страшным противником. Рядом, мастерски орудуя двуручным топором, кромсала наёмников огромная рыжая демоница. Она кружилась подобно урагану, прорубая себе дорогу.

— Мадам Петит! Вот так сюрприз! — хохотнул Крокс.

— Гра-ар! Крокс! Костяная жопа, когда долг отдашь⁈ Я тебя больше не пущу!

— Ха-ха, могу помассировать плечи!

— Принимаю только наличку! — кричала фурия в ответ, не отрываясь от мясорубки.

Толпа гладиаторов была подобна бурному, кипящему потоку магмы, что сметал всё на своём пути. Они толкали, теснили и перемалывали наёмников, выгоняя их с главного тракта, зажимая в узкие улочки.

Глядя на всё это, Страпонелла понимала, что победителями из этой ситуации им не выйти. Её взгляд рассеянно блуждал по сражающимся, пока не остановился на Хью. Демон с ухмылкой следил за происходящим, а затем их глаза встретились. Парень ещё раз хохотнул, взял бутылку с земли и сделал глубокий глоток.

— Пусть другие потерпели поражение, но ты… Тебе конец.

Сквозь клокочущую в груди и голове ярость у неё проскочила мысль, что нужно сдерживать себя, чтобы не убить этого поганца. Страпонелла желала этого всем сердцем, но понимала, что возвращаться с пустыми руками и девятью трупами обратно — это вообще не вариант. Хотя… какие девять? Двое не вернулись из логова арахны, а тех, что сейчас сражаются здесь… Их даже не собирать по кусочкам, а скорее отскребать от камней придётся.

Тем временем Хью снова поставил ногу на борт крыши, взглянул на Страпонеллу, ткнул себя в грудь, а затем в неё и поманил пальцем. Это выглядело как приглашение на бой, впрочем, демоницу дважды упрашивать не надо.

Да, рядом стояла его подружка с топором, но едва ли у неё хватит скорости, чтобы среагировать.

Демоница раскинула свои огромные крылья, припала к земле, уперевшись руками и ногами в крышу, и чуть отклонилась назад.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда я доберусь до тебя. — тихо проговорила она, а затем резко рванула вперёд.

Толчок был такой силы, что половину крыши просто разворотило. Мир на секунду превратился в смазанную кляксу. Где-то рядом с головой пролетело что-то чёрное, а в следующее мгновение её рука сомкнулась на шее парня.

— Хью! — в унисон прозвучали голоса демониц, что были с ним на крыше.

Ещё один взмах крыльев, и Страпонелла утаскивает парня на несколько колец дальше.

— Я буду драть тебя, пока… — начала она очередную пафосную речь, когда Хью, сложив губы трубочкой, резко выдохнул…

— Пфу-у-у-у-у!

Струя вискаря ударила ей прямо в лицо, заливая глаза, нос, а половина так ещё в рот попала.

— Ах ты… кха-кха! Падаль! Тварь! — взревела демоница и попыталась прикрыться свободной рукой, и тут же об её голову внезапно разбилась бутылка. Послышался треск, во все стороны полетели осколки. Завоняло спиртягой.

Её рука невольно разжалась, и последнее, что демоница увидела, как Хью падает спиной вниз, широко распахнув глаза и показывая ей два средних пальца.

— Отсо-о-оси-и-и-и! — раздался удаляющийся крик.

Нет, летать я, конечно же, не умел, но так уж вышло, что у меня были мои чудесные барьеры, которые можно ставить где угодно и когда угодно. Спасибо сестре за то, что в своё время научила.

Долбанувшись об один из них спиной, тут же перекатился в сторону и начал спрыгивать вниз, создавая под собой платформы на удобной для меня высоте.

— Я убью тебя! Плевать на всё! Тебе конец, ты слышишь⁈ — ревела моя проблема над головой.

А это значит, что виски ей не понравился.

— ТЫ СГОРИШЬ! — снова раздался её голос, как раз в тот момент, когда я коснулся земли.

Позволив себе оглянуться, увидел, как она раскинула руки, и в каждой из них загорелось по крупному огненному шару.

И вдруг у неё внезапно вспыхнуло лицо. Я аж подавился с такого поворота.

— А-а-а-а! ТВА-А-АРЬ! Я ненавижу тебя! Ненавижу! — демоница забарахталась в воздухе, пытаясь стряхнуть с себя пламя. Не думаю, что оно ей навредит, но… это смешно. Как минимум, это было смешно.

Я бы дальше наблюдал за её успехами, но у меня был план, которого нужно было придерживаться.

Забежав в ближайший переулок, направился в сторону выхода из города, петляя между домов.

— Печать королей! Печать война! Печать праведника! Печать лекаря! Печать инквизитора! Печать… сука! — перед лицом взорвалась какая-то лачуга, а в нескольких метрах на землю упало это крылатое нечто, держа в руках два изогнутых клинка.

К слову, печати-суки не существует, а вот всё остальное мне было очень нужно. Каждая из них служила своеобразным бафом, но, кроме того, они необходимы для финального номера.

— Далеко собрался, малыш? — осклабилась рыжая.

Что я ей скажу? «От тебя подальше»? Вообще не наш метод.

В ответ крякнул и спросил:

— А где брови?

— А-А-А-АА-А-А!!!111

Едрить, её перекосило.

Я только успел подумать о том, что мне нужно резко, ловко, шустро, проворно скользнуть в переулок, как в меня что-то врезалось на огромной скорости. Аж пополам сложился от такой удачи.

За первым ударом последовал ещё один. Оказалось, что мы пробили какой-то дом насквозь. Естественно, что эта тварь не успокоилась и продолжала тащить меня вперёд.

По ощущениям, это родео длилось около пятнадцати минут. Мной ломали дома, пробивали стены, поливали огнём, молниями и холодом. Плевать она хотела на случайных прохожих.

Почему я не пытался вернуться к трактиру? Потому что демонам её уровня точно так же плевать на всех окружающих — растопчут и даже не заметят. Свои, чужие — всё равно. Однако была ещё одна причина.

Очередной взрыв, меня снова подкидывает в воздух, переворачивает и швыряет о землю плашмя. В ушах звон, голова кружится, перед глазами цветные круги, правый бок ноет… Погода, видимо.

Чувствую, как на исцарапанную спину осыпается пыль и падает каменная крошка. Рядом валяется два разорванных трупа, которым повезло меньше, чем мне. Возможно всё-таки стоило взять с собой Дуру, но я дал ей понять, что справлюсь сам. Вопрос: Кто из нас теперь дура?

— Кхе… Кхе…

С трудом встаю на карачки и тут же краем глаза замечаю яркую голубую вспышку. Я даже толком не знал, в какую сторону уворачиваться, лишь бы не оставаться на месте. И в следующую секунду в землю ударило несколько электрических разрядов, каждый из которых был способен раскалить и раздробить камень в мелкую крошку.

Нет, такими темпами я точно откинусь. До края города было ещё около семидесяти колец, и мне почему-то кажется, что она грохнет меня раньше.

— В чём дело? Устал? — усмехнулась демоница, и в её руках снова появились клинки. То есть когда надо достаёт, когда не надо убирает. Артефактные, наверное. Впрочем, помимо них, я вдоволь успел распробовать разницу в скорости и силе между нами. Быстрая, еб*нутая, с богатым багажом заклинаний, так ещё и по физическим параметрам значительно превосходит.

— Как жа-а-аль, щеночек. Я рассчитывала на нечто большее.

Небрежным движением стряхну пыль с плеча.

— Хочешь большего? Ладно. — Я вскинул руку и продолжил читать заклинания из книги инквизитора. — Печать монаха! Печать рыцаря!

С каждым моим выкриком в воздухе загорались новые символы, которые спустя мгновение впитывались в моё тело оставляя на нём след и укрепляя его каждый по-своему.

Страпонелла склонила голову набок и, прогнав клинки, скрестила руки.

— Какая интересная магия, щеночек. Неужели думаешь сравнять со мной?

— Печать ангелов!

— Печать ангелов? — Рыжая вскинула бровь. — Ты никак головой ударился? Это святая магия и такому как ты…

Она осеклась на полуслове, когда увидела золотистое сияние вокруг меня. В этот момент до неё начало доходить, что дело пахнет жареным. В ту же секунду перед ней засверкало сразу несколько пентаграмм, судя по цвету связанных с огнём, молнией и льдом.

Пора начинать играть серьёзно.

Пользуясь техникой второго горла, выкрикиваю заклинание.

— Барьер!

Сразу с десяток зеркал выстраивается в стену между нами. Едва ли они её задержат, но хотя бы помогут отгородиться от хаотичного дождя из её магических атак.

— Сдохни!

Скрестив клинки перед собой, фурия буквально выстреливает в мою сторону. Но я уже ждал этого.

— Молот света!

Из ладоней вырывается ослепительный снаряд. Страпонелла мгновенно разворачивает силовой барьер — при столкновении грохает оглушительный взрыв, и всё вокруг заливает слепящее сияние. Искры, похожие на расплавленное золото, разлетаются во все стороны. Даже зажмурившись, невозможно смотреть — настолько ярко.

— Эта магия… Как⁈ Это невозможно!

— Небесный колокол! — выкрикиваю следующее заклинание, не давая ей опомниться. — И последнее… ПЕЧАТЬ НЕБЕС! А теперь… АНАФЕМА!

Демоница резко бьёт крыльями, пытаясь взмыть вверх, но её тело вдруг сковывают золотые цепи. Она камнем падает вниз, поднимая тучу пыли.

Но это ещё не конец.

— Святая… — начинаю я, но в этот момент из пыльного облака внезапно вырывается голова дракона — настоящая, чешуйчатая, с пылающей пастью. Пришлось резко уходить в сторону, пропуская её мимо себя. В итоге она пронеслась дальше, оплавляя под собой землю, и проглотила какую-то глиняную избушку, превратив её в горку оплавленной породы, похожей на шлак.

— Барьер! Барьер! Барьер!

Вокруг нас вырастает целый лабиринт из зеркальных щитов.

— Дважды это не сработает!

Её клинок рассекает воздух — и всё, что я создал, рушится одним ударом.

— Святая земля!

Вонзаю в грунт кинжал Сариэль. Голос эхом разносится по площади, и почва под ногами вспыхивает золотым светом. Не знаю, как это действует на демонов, но, судя по её широко раскрытым глазам, эффект ей не нравится.

— Небесные врата!

Из-под земли с грохотом вырываются девять сияющих колонн, образуя круг.

— Лик святого! Ангельский лик!

Страпонелла яростно бьёт крыльями, но не может взлететь — будто её тело стало в тысячу раз тяжелее.

— Жалкие фокусы! Пламя скверны поглотит тебя! — демоница скручивает пальцы, и перед ней вспыхивает ядовито-зелёный магический круг.

Колонны захрустели, покрываясь трещинами того же мерзкого оттенка. Из щелей выползают языки адского пламени.

Лишь бы продержались…

— Я уничто… жу… — Страпонелла вдруг замолкает, уставившись на меня.

Я тоже, если честно, немного охренел от того, какой эффект создали последние два заклинания.

Коротко?

Моя демоническая морда теперь облачена в сверкающие доспехи, обзавелась нимбом прямо поверх рогов и отрастила два белоснежных крыла.

Полная безвкусица.

— Что ты такое…

Я бы ответил, но слишком уж хотелось посмотреть, как выглядит финальный этап этого сложного заклинания из целой кучи ступеней и других заклинаний.

— Дориме! Аминус! УДАР СЕРАФИМА!

Мой голос, усиленный небесным колоколом и техникой второго горла, гремит, как приговор Высшего суда.

Время останавливается.

Один удар сердца.

Второй.

Я жду масштабных и эпичных спецэффектов, но ничего не происходит. Реально, блин. Мы с этой сучкой, как два дебила друг на друга смотрим и будто ждём сцены после титров.

А затем…

Колонны с грохотом рассыпаются. Нимб гаснет. Ангельские доспехи испаряются. Всё исчезает — кроме эффекта святой земли.

— Ха… Ха-ха… Ха-ха-ха-ха!

Сначала неуверенно, а затем Страпонелла закатывается в истерическом смехе, хватаясь за живот.

— Удар серафи-и-има! Ха-ха-ха! Свята-а-ая земля-я, ха-ха-ха! Да ты никак умом тронулся!

Она смахнула слёзы, всё ещё давясь от хохота, и шагнула в мою сторон.

Я молча смотрю на свои руки и пытаюсь понять, где ошибся. Ошибся ли вообще? Ведь уверен, что всё сделал правильно. Может, эмоциональный код подобран неверно? Может, мне как демону оно попросту недоступно?

Если так, то нужно что-нибудь придумать и желательно быстро.

Однако, как оказалось, я не ошибся. Мы это поняли, когда небо над городом разорвалось.

Не вспышка, не молния, а будто само пространство не выдержало тяжести того, что должно было обрушиться на нас. Свет хлынул сквозь трещину в небесах, ослепительный, ненастоящий, словно кто-то вырвал кусок солнца и швырнул его вниз. Он не просто светил — он давил, выжигал воздух, превращая его в раскалённый свинец.

Мышцы свело, кости скрипели под незримым гнётом, а глаза, даже зажмуренные, горели. Сквозь веки я видел, как луч — нет, столб, монструозный, шириной с башню, — вонзился в землю там, где только что стояла моя противница.

Звука не было.

Точнее, он был, но не тот, что слышат уши. Это был рёв в костях, в плоти, в самой крови — низкий, вселенский гул, словно земля кричала от боли.

Демоница попыталась сопротивляться. Её барьеры — сплетённые из пламени скверны, тьмы, ненависти и тысяч проклятий — вспыхнули на миг… и тут же рассыпались. Не сломались — испарились. А затем её пригвоздило к земле. Не лучом — весом этого странного света.

Я отвернулся, не в силах смотреть на это. Глаза слезились, кожа покрывалась волдырями, а в голове что-то ломалось, будто разум отказывался воспринимать происходящее.

Это не был свет.

Он имел массу. Плотность. Он не просто палил — дробил, вминая демоницу в землю, разрывая её плоть, заливая трещины в камне жидким сиянием. Казалось, вот-вот ад расколется пополам.

Я сполз в первую попавшуюся расщелину, накрылся барьером и зажмурился. Не помогало. Свет проходил сквозь веки, сквозь кожу, сквозь мысли — выжигая всё, что попадалось у него на пути.

Минуты? Часы? Время перестало иметь значение.

А потом… тишина.

Я шевельнулся, почувствовал, как со спины осыпалась земля. Шорох казался неестественно громким в этой новой, мёртвой тишине.

Немного выждав, высунулся из укрытия, и первое, что пришло в голову, когда я увидел последствия удара, была стерильность.

Воздух был пустым. Не чистым — пустым. Без запаха серы, без привкуса крови, без привычной демонической грязи. Как будто кто-то выжег из него саму жизнь.

Небо полностью затянулось, не оставив ни следа трещин или всполохов — просто серое полотно, будто ничего и не происходило.

А в центре площади, посреди идеально гладкой воронки — тёмный силуэт.

Точнее, отпечаток. Контуры демоницы, вдавленные в землю, будто её намазали чёрной краской и один раз шлёпнули о дно воронки. Всё остальное вокруг — пепел. Серый, холодный, безжизненный. Я наклонился, зачерпнул горсть. Пыль просочилась сквозь пальцы, а между ними — осколки. Кости? Металл? Неважно. Они рассыпались при малейшем нажатии, превращаясь в тот же мёртвый прах.

Однако! Какой бы жуткий капец ни случился, стоит радоваться! Ведь у меня есть охренительный для этого повод!

— Что ж… — голос предательски сорвался в хрип. — Главное, что не меня.

Даже нашёл в себе силы улыбнуться. Однако, стоило мне подняться, как я замер, поскольку почувствовал, что мне в спину смотрит кто-то очень страшный. Существо, от которого инстинкты вопили, требуя бежать, пасть ниц, умереть — лишь бы не встречаться с ним взглядом.

Я медленно, очень медленно и без резких движений начал поворачиваться и чем больше видел, тем сильнее охреневал от происходящего.

Золотые доспехи, сияющие, будто отлитые из самого света. Крылья — не перья, а пластины сияния, каждый взмах которых резал воздух с тихим звоном. Лицо — слишком идеальное, без эмоций, без морщин, без чего-либо живого.

А его взгляд… Полное безразличие. Ни ненависти, ни гнева или хотя бы презрения. Просто — ничего. Как если бы человек смотрел на муравья, которого вот-вот раздавит. Он выглядел как ангел, но в моём понимании Сариэль — это ангел, а это скорее…

— Архангел? — выдавил я.

Он не ответил.

— Кто ты? — прозвучало вместо того.

Голос не был громким. Он был везде. В костях. В зубах. В самой крови. Будто внутри меня звонил колокол, от которого трещали ребра.

Может, если я притворюсь мёртвым, он просто понюхает меня и уйдёт? Говорят, с медведями прокатывает…