Охота на чародея

Глава 42

Глава 42

Медведи до севера так и не дошли.

- Значит так, - я стал объяснять собравшимся товарищам. – Эти граждане являются английскими спецназовцами. Поэтому прошу проявлять максимум внимания. У них достаточно высокая боевая подготовка. Надо быть готовым ко всяким сюрпризам.

- Ты, пацан, что сказать-то хочешь? – угрюмо сказал один из кгбшников. – Что мы с ними не справимся? Ты справился, а мы нет, так что ли?

- Не справишься, Филипп, - подхватил Устинов. – Не справишься, от слова совсем. Слушай, что тебе говорят.

- Делаем так, - продолжил я. – Я их по одному освобождаю от паралича, но прежде вы на них надеваете наручники или что там у вас…

- Ага, кандалы… - вставил тот же чекист.

- Филипп, ты договоришься… - пообещал Устинов.

- Ой, да ладно!

- Заткнись! – к нам подошел еще один товарищ в черном пальто, пыжиковой шапке и, судя по возрасту, из начальства. – Делать, как он говорит! А вас, товарищ капитан, после мероприятия прошу зайти ко мне.

Говорливый Филипп сразу сник.

- Начальник отдела контрразведки полковник Борисенков, - шепнул Устинов.

Так мы и поступили. Я по очереди выводил задержанных из паралича, но прежде на них надевали «браслеты», заводя руки за спину. Устинов потом по секрету сообщил, что за наручниками пришлось заехать в УВД. На всё Управление КГБ оказалось всего 4 пары «браслетов».

Потом их загружали в «автозак», который приехал минут через тридцать.

- Как ты с ними жестко, - заметил Денис, наблюдая за состоянием загружаемых в автозак англичан. Состояние у них, мягко говоря, было явно не совсем здоровым. О чём говорить, если они провели на холоде, лежа на снегу в одних полушерстяных кителях около часа.

- Меня они вообще в гробу везли, - усмехнулся я. – Пусть радуются, что живы остались. В конце концов, я их сюда не звал, греть и лечить не нанимался.

- Одной машины мало будет, - заметил подошедший полковник Борисенков. – Я позвонил дежурному, попросил еще пару машин организовать. Антон Николаевич, вы не возражаете, если задержанные пока посидят в «рафике»?

Я удивленно поднял брови, но потом понял. В «рафике» сидела Наталья Михайловна.

- Может, пока ваши водители свободны, Наталью Михайловну отвезут домой? – предложил я. – Полчаса на дорогу туда-обратно за глаза хватит.

Устинов согласно кивнул. А вот Наталья Михайловна развела руками:

- Куда я поеду? У меня сумка с вещами у тебя осталась в машине. Хорошо, ключи от квартиры в кармане были…

- Езжай домой, я за машиной вечером сгончу, сумки тебе привезу попозже! – пообещал я, вытаскивая из внутреннего кармана сложенные купюры. – Держи на всякий случай!

В отличие от неё, я своё таскал с собой: деньги, документы, ключи – у меня всё было распихано по карманам.

Отдельная группа товарищей занималась изъятыми мною вещами: документами, оружием, мелочевкой. Особо они заморачиваться, как я понял, не стали: сложили барахло по отдельным сумкам – большим, зеленым, которые из-под парашютов – и уложили по машинам.

К нам подошел Борисенков:

- Антон Николаевич! С вами дама хочет поговорить!

- Какая дама? – не понял я. Наталья Михайловна уехала с водителем минут десять назад.

- Задержанная, - Борисенков показал рукой в её сторону. – Вон стоит. Очень хочет. Прямо рвётся пообщаться.

Я кивнул, подошел к ведьме. Была молодая симпатичная женщина, а сейчас лицо уже изрезали морщины, на коже появились пигментные пятна.

- Верни мне силу колдун! – хрипло попросила она. – Я тебе, что захочешь за это сделаю!

Глаза у неё были черные, словно бездна, зрачок от радужки не отличишь. Внешняя часть ауры полыхала ярко-багровым огнём ненависти, внутренняя была сама чернота. Мне почему-то вспомнилась та цыганка с Химика. Очень похожая аура у обеих.

Я отрицательно покачал головой.

- Они ничего вам не скажут! – злобно заявила она. – У них у всех в голове запрет стоит. Верни мне силу!

- Я сниму у них запрет, - усмехнулся я. – Или ты сомневаешься?

- Сними! Я ведь сдохну! – простонала она и вдруг бросилась на меня, легко порвав цепочку наручников, устремившись пальцами к моему лицу. Я успел заметить только черные длинные, словно когти, острые ногти на пальцах. Мышцы сработали рефлекторно: мой кулак, мгновенно подпитанный «живой» силой, врезался ей в подбородок. Ведьма будто бы подлетела от удара, рухнула навзничь и, вытянувшись, замерла.

Ко мне подбежал Киструсс:

- Что это она?

Увидел порванные звенья «браслетов», присвистнул:

- Бракованные что ли?

- Не бракованные, - покачал головой я. – Силища у неё просто неимоверная.

- Ну, она жива?

Он хотел нагнуться к ней.

- Нет! – крикнул я. – Не сметь!

Киструсс чуть ли не отскочил.

- Что?

- Они так просто не умирают, - вполголоса сообщил я и наугад ляпнул. – Ей лет пятьсот, не меньше.

- Что? – Киструсс открыл рот.

- Этой ведьме лет пятьсот, - повторил я.

- Не может быть! – он недоверчиво покачал головой. – Вот что. Давай, собирайся, едем с нами. Расскажешь, всё как было!

- Не поеду, - я отрицательно мотнул головой. – Я сейчас за своей машиной. А к вам завтра с утра приду. Часам к 10.

- Завтра суббота, - напомнил он. – Выходной.

- Ну, и что? – ответил я. – вы ж теперь без выходных будете работать.

- Да, - согласился он. – Пока их всех не оформим, выходных нам не видать. На чём собираешься ехать за машиной?

- У вас попросить хотел, - засмеялся я. – Откажете?

- Наглец! – сказал генерал. – Бери тогда мою. А я с помощником со своим уеду.

- А тётка, похоже, всё-таки концы отдала, - заметил Устинов. Пока мы разговаривали, он наклонился к ней (упустил я этот момент!), пощупал пульс на шее.

- Ты ей шею, что ли свернул?

- Дайте команду, - вдруг попросил я, - чтобы эксперты её ногти проверили. Мне почему-то кажется, на них должен быть яд. И осторожнее с её телом.

- В смысле? – не понял Киструсс.

- Это старая ведьма, - сказал я. – Очень старая. Какие она сюрпризы оставила, чёрт её знает?