Охота на чародея

Глава 25

Глава 25.

В город, на побывку

Домой мы выехали около десяти часов. Я позавтракал яичницей с поджаренной колбасой и луком, выпил чашку кофе с молоком. Сходил к соседям деду Пете и бабе Вере, Селифану, поинтересовался, что им надо привезти из города. Старики попросили сливочного и растительного масла, свежего хлеба, соленой рыбы. Кроме того, дед попросил привезти пару бутылок пива, бабка – «сладенького» вина. Еще дед попросил привезти ему новые резцы по дереву. Дескать, эти, которые у него были, уже не годятся. Истуканы лежали у него в сарае почти готовые.

Селифан махнул на мой вопрос рукой, сходил в дом и принес мне сумку:

- Держи! Гостинец. Баранина.

Мысленно я решил его отблагодарить водкой. Ему она была постоянно нужна: то ли в качестве валюты, то ли для микстур-настоек. Сам-то он был абстинентом, то есть не употреблял спиртное совсем.

Наталья Михайловна, кроме двух объемных, но легких сумок, с собой ничего не взяла. Как я понял, в них была грязная одежда.

- Я по тебе соскучился! – сразу сообщил я, как только мы выехали за пределы деревни на «короткую дорогу» до Коршево. В ответ она развернулась ко мне, взъерошила мои волосы, притянулась ко мне и чмокнула в щеку. Потом села на место и вздохнула.

- Вспоминаю школу, - сообщила она. – Даже не верится, что это всё со мной было: уроки, учебники, конспекты, суета… Ты, который для меня был обычным школьником-малолеткой, как все… А сейчас всё вдруг так повернулось, что и подумать страшно.

- В смысле? – уточнил я.

- В прямом, Антошка, в прямом! – усмехнулась она. – Всё это колдовство, магия, чародейство. Как я раньше без этого жила? И ты… Тётка Цветана говорит, что ты сильномогучий чародей. Так и говорит ведь – сильномогучий. Не колдун, не ведьмак, а чародей.

Она снова развернулась ко мне. Я бросил взгляд в её сторону. Её глаза буквально горели.

- Знаешь, что она мне рассказала?

- Что? – мне стало любопытно.

- Что старые боги, которые ушли: Перун, Велес, Дажьбог, Хорс, Макошь и все остальные – это чародеи, которые достигли небывалого могущества. Представляешь? Как ты! Только ставшие могучими!

Она засмеялась, села снова ровно.

- Мечтаю полежать в ванне! – Наталья Михайловна сменила тему. – Целый месяц мечтаю о горячей ванне!

- А что ж ты в баню ко мне не сходила? – удивился я. – Федул бы истопил. Авдей Евсеевич чаем бы угостил.

Мы выехали на трассу. Я прибавил скорости. Дорога была нормальной, не скользкой, несмотря на минусовую температуру. Мела легкая поземка. В машине было приятно тепло. Печка работала отлично. Я даже расстегнул куртку, а Наталья Михайловна скинула дубленку.

- Не знаю, - ответила Наталья Михайловна. – Как-то неудобно было.

- Ну, и зря, - сказал я. – Мои домочадцы тебя очень даже уважают, хозяйкой будущей считают.

Я улыбнулся. Намёк был более, чем откровенен. Хотя, если она вдруг «включила обратку» и посмеялась бы, я ответил бы, в свою очередь, что имел ввиду её будущее предназначение. И тут же поймал себя на мысли, что у меня как-то поутихло влечение к ней, как к женщине, несмотря на то, что она совсем не перестала мне нравится и вызывать желание.

Чёртов Герис! Стоило ему очухаться, как он тут же залез в мою личную жизнь!

Я нахмурился и умолк. Наталья Михайловна посмотрела на меня, удивленно поинтересовалась:

- Ты на меня обиделся, Антон? Мы же договорились… Мне сейчас ну никак нельзя.

- Да я не про это, - отмахнулся я с досадой. – Про своё подумал.

- Про что, про своё? – игриво поинтересовалась она. Чесслово, она со мной заигрывала!

- Да так, о делах, - уклончиво ответил я и сменил тему. – У тебя деньги-то есть? А то сейчас домой явишься, а холодильник пустой…

Наталья Михайловна сразу замолчала и нахмурилась.

- Понятно! – я криво усмехнулся.

На въезде в город, на посту ГАИ после села Бурлаково, навстречу машине шагнул, лениво вздымая жезл, гаишник. Мой «блатной» номер был в грязи. Видимо, он его не увидел. А, может, машин было просто мало. Дорога совсем пустая. Я уже притормозил, приготовился достать документы. Однако Наталья Михайловна взмахнула рукой в сторону милиционера. Он тут же отвернулся и пошел обратно на пост.

- Едем, едем, - сказала она.

- Класс! – оценил я. – Я так не могу!

Действительно, я мог его парализовать, отключить, погрузить в сон, но что вот так, на ходу.

- Отвод глаз?

- Ага, - согласилась она и хитро улыбнулась. – Нам же некогда, правда?

До Химика мы добрались достаточно быстро, часа за два. Я вышел из машины, открыл дверь, церемонно подал Наталье Михайловне руку:

- Прошу Вас, сударыня!

Она выпорхнула наружу. Я достал из багажника её сумки, занес в квартиру.

- К себе не приглашаю, - отрезала Наталья. – Представляю, какая у меня сейчас грязища…

Я протянул ей с десяток двадцатипятирублёвок, сколько ухватил в кармане, столько и вытащил.

- Держи!

Она нахмурилась, но деньги взяла.

- Наташ, - я притянул её к себе. – Мы вроде, хоть и не семья, но всё-таки не чужие. Поэтому не обижай меня отказом. Это ж от чистого сердца.

Она улыбнулась и чмокнула меня в губы.

- Спасибо.

- В понедельник утром жди!

У подъезда меня ожидал сюрприз в виде Сашки Помазкова, стоявшего возле моей машины в модной заграничной «аляске» с новеньким «дипломатом» в руке.

- О! Тоха! Здорово!

Он радостно подскочил ко мне, протянул руку, которую я всё-таки пожал, несмотря на прежние взаимоотношения.

- Твоя? – он обошел машину кругом, пнул по колесу.

- Моя! – подтвердил я.

- Это ты Наташку привёз?

- Я.

Он озадаченно замолчал, немного огорошенный этой новостью.

- Да не парься! – я, смеясь, хлопнул его по плечу. – Мы вместе работаем! В одном отделе на «Базальте». Сегодня короткий день!

- А, понятно! – он с облегчением вздохнул. У него наши взаимоотношения в голове не укладывались, наверное.

- А ты на «Базальте» работаешь? – с едва скрываемой завистью спросил он. Я неопределенно пожал плечами. Он оглядел меня, вздохнул, глядя на мою роскошную кожанку на меху, почти новую норковую шапку – трофеи с читинских приключений – скривился, усмехнулся, покачал головой.

- А я в педе учусь, - сообщил Санёк. – На истфак поступил. История и английский. Хочу куда-нибудь потом экскурсоводом пристроиться. Тётка обещала в «Интурист» в Москву пристроить, если прописка будет. Говорят, что с первого курса студентов в армию забирать будут. Кроме политеха, там военная кафедра есть.

- Повезло Мишке, - кивнул я. – После института лейтенантом будет.

- Он сейчас дома, - сообщил Помазков. – Мы с ним вместе в автобусе ехали.

- Зайду, - показно лениво буркнул я и протянул руку. – Давай, пока. Увидимся.

- Увидимся!

Он зашел в подъезд, я – в машину. Завел, тронулся, подъехал к Мишкиному дому. Машину припарковал в сторонке, чтобы не загораживать проход.

Одноклассник мой оказался дома и, похоже, как и я, обрадовался встрече. Мы поздоровались, обнялись. Мишка отшагнул назад, осмотрел меня, оценивая мой «прикид»:

- Клёво, клёво, ничего не скажешь!

- Помазок тоже заценил, - хохотнул я. – Только что с ним поздоровался.

- Его, наверное, всего перекосило, - поддержал Мишка. – Кофе будешь?

- Буду!

Я разулся, разделся. Прошел вслед за одноклассником на кухню. Видимо, Мишка собирался обедать. Чайник был горячим.

- Только растворимый, - виновато сообщил он, выставляя на стол блестящую жестяную банку «Москва».

- Пойдёт!

Мы сели за стол.

- Рассказывай! – приказал Мишка.

- Сначала ты, - потребовал я.

- А что я? – он развел руками. – У меня учёба с утра до вечера, включая субботы. Правда, по субботам «сампо» - самоподготовка. По идее сидим в библиотеке и там грызем гранит науки. Пару раз декан сходила, проверила, потом выписала всем люлей. Но это так…

- Наших кого видел? – поинтересовался я.

- Андрэ здесь. У него режим полегче моего. Он уже в два часа дома. Технарь есть технарь. Помазок, как ты уже знаешь, в пединститут поступил. Я с Алёнкой опять замутил. Только, - Мишка поморщился, - времени нет да и денег тоже. Раз в неделю на дискотеку ходим. Этим всё и ограничивается. Возможно, опять разбежимся и на этот раз окончательно.

Мой приятель вздохнул, развел руками.

- А Андрэ как? С Лариской не сошелся?

Мишка заржал:

- У Андрюхи роман с моей двоюродной сеструхой! Прикинь?

- Да ладно? – не поверил я.

- Точно! – закивал головой Мишка. – Ирка приехала как-то в гости. А у меня Андрюха сидит. Ну, у них точно не искра проскочила, а целая молния. Ну, и понеслось – «не могу, люблю, целую».

Я улыбнулся. Сеструха у Мишки была «зачетная»: стройная, симпатичная, с приятными выпуклостями в нужных местах и без тараканов в голове. Кроме того, в ней чувствовался внутренний стержень, даже, пожалуй, некоторая властность. Если поженятся, будет тогда разгильдяй Андрэв ежовых рукавицах.

- Я в Читу съездил, Фоге здоровье подправил, - сообщил я. – Погостил там немного…

- Тебя тут кое-кто разыскивал, - перебил меня Мишка. – Друзья твои из Комитета. Помнишь, те, которые в школу приходили.

- Помню, - кивнул я. – Нашли меня. Там. Вместе и вернулись. Сейчас живу в деревне, занимаюсь самосовершенствованием. Подрабатываю немного – помощником лесника на полставки. На учёбу в декабре. Наташка там же у соседки моей живет. Нашли, так сказать, друг друга. У нас с ней, конечно, «любовь-морковь и все дела», но тоже, увы, некогда. И у меня дела, и она занята постоянно.

Я несколько уныло развел руками. Мишка недоверчиво покачал головой.

- Я уж думал, вы там поженились, - сказал он. – Ну, или живете вместе.

- Живем, - согласился я. – Но не вместе.

Я немного подумал и добавил:

- Решили вот воздержаться до весны.

- Ого! Значит, всё-таки любовь!

Засмеялись мы вместе, почти одновременно. После кофе Мишка стал одеваться.

- Пошли покурим да тебя провожу, - предложил он.

- Как аппарат? – он, как Помазков, обошел машину кругом, стукнул ногой по колесу. – У тебя даже резина зимняя? Круто! И как сейчас на дороге? Не таскает?

- Нормально. Я ж не гоняю. Езжу медленно и печально.

Мишка хохотнул, вспомнив анекдот. На нашей «скамеечке», стволе поваленного года три назад клёна, было чисто. Мы присели. Мишка вытащил пачку «Родопи», предложил мне. Я традиционно отказался. Он закурил.

- Завтра вечером чем занимаешься? – вдруг поинтересовался я. У меня мелькнула мысль: давно мы вместе не отдыхали, не ходили куда-нибудь. А завтра вроде суббота, в клубе дискотека. Да можно куда-нибудь и в городе сходить.

Мишка пожал плечами.

- Давай устроим себе праздник жизни? – предложил я.

- В клуб на дискотеку?

- Нет, - я отрицательно покачал головой. – Давай в город в кабак сходим, в ресторан или в кафешку, а потом на дискотеку.

Мишка поморщился:

- Я на мели, Тоха. Степуха через две недели.

- Фигня, - отмахнулся я. – Я богат! И Андрюху позови.

- С подружками?

Я на миг задумался, выдал:

- Тогда мне Наташку звать придётся. Ничего?

Мишка отмахнулся:

- Ерунда! Чай, уже не школьники! А мне тогда кого пригласить? Алёнку? Вот ты задал задачу.

- В общем, решай! – я встал. – Встречаемся в 18.00 у кафе «Театральное». Андрюхе передай.

Я решил вернуться к Наташке, обрадовать её этой новостью. Машину заводить не стал. Нечего её туда-сюда гонять! Добежал так.

Наталья Михайловна открыла минут через пять, после звонка. Я уже отчаялся, стал стучать в дверь.

- Кто? – недовольно спросила она, не открывая.

- Наташ, это я, - сказал я через дверь. – Я тут кое-что забыл.

Дверь открылась. Наталья Михайловна встала на пороге, завёрнутая в полотенце – розовая, пышущая паром и такая желанная... Я сглотнул слюну, вздохнул.

- Заходи! – сказала она недовольно. – Чего тебе?

- Мы завтра собираемся немного погулять, - сообщил я. – Я, Мишка Савин и Андрей Комаров. Они будут с подругами. Я хотел бы, чтобы ты присоединилась к нам. Сбор в 18.00 в кафе «Театральное».

- С ума сошел! – обомлела Наталья Михайловна, придерживая сползающее полотенце.

- Наташ, все и так знают, что мы с тобой пара, - ответил я. – Я буду тебя ждать.

И направился на выход.

- Нет! – услышал я в спину, а затем уже тише. – Ладно, я подумаю.