Нано Попаданец в магические миры. Начало

Глава 3

Зеро.

Выдох вышел ровным, но вот вдохнуть стало настоящей проблемой. Все дело в том, что я с неимоверной скоростью скользил по какому-то узкому, как кишка, проходу. Он извивался так, что порой мне казалось, будто я попал в круговорот водоворота. Каждый новый поворот швырял меня по стенкам, которые казались живыми и реагировали на удары моего тела, толчками в ответ.

Слизь покрывала все вокруг, и ее отвратительный запах сковывал легкие, заставляя меня дышать через раз. Упругие стенки канала, то расширялись, то сжимались, проталкивая меня вперед.

Но всё рано или поздно заканчивается, вот и я, как пробка выскочил, болтаясь и вращаясь, из мерзкого туннеля на открытое пространство. Грохнулся и покатился по ровной и мягкой поверхности, баламутя и разгоняя слой белесого тумана, который её покрывал.

Во время своих кульбитов я непроизвольно издать короткий вскрик, который тут же поглотил туман, клубившийся вокруг. Лежа на спине, медленно приходил в себя от такой необычной поездки. Мой путь в эту локацию, оказался тем ещё испытанием! С усилием сев, я бросил любопытный взгляд назад, туда, откуда так эпично появился. И откуда слышались всхлипы и бульканье.

Успокоившееся сердце вновь забилось, с новой силой. В паре десятков шагов от меня, в воздухе, нарушая все законы гравитации, парила колоссальная, по размерам, конструкция. Она напоминала неправильной формы морщинистый шар, который непрерывно двигался, словно живое существо, извращающая свою форму. Стенки, растягивались и сжимались, меняя цвет от бирюзового, до грязно-зеленого. Сквозь поверхность шара, грыжами выпячивались пузыри, которые растягиваясь до крайности, становясь почти прозрачными, открывая взгляду доступ к творившемуся безумию внутри.

Там, в этом текучем и неизведанном пространстве, что-то шевелилось. Я мог различить силуэты — то маленькие, почти невидимые, пробирающиеся среди жидкостей, то огромные формы, явно живые, которые с трудом сдерживались под толщей этой жижи. Они бились, стремились вырваться на свободу, словно взывая о помощи.

Из тела этого монстра в разные стороны устремлялись длинные, бугристые отростки, которые напоминали щупальца осьминога. Каждый из них, словно живое существо, извивался и трепетал в воздухе. Отростки заканчивались расширениями-раструбами, напоминающими огромные присоски, которые, похоже, были способны всасывать и хватать все вокруг себя, либо исторгать наружу, то, что пряталось у него внутри. Они, то втягивались с силой, словно собираясь к какому-то внутреннему истоку, то с резкими толчками выбрасывались наружу, оставляя за собой легкий шлейф тумана.

Эта конструкция — живое существо — в этом сомнений не было. У него была своя цель, не постижимая мне. И разум подсказывал мне, что в этот мир я попал с его помощью. Пройдя свой путь через его отросток, я был исторгнут им в этот мир.

Монстр, казалось, не спешил, его поведение было неторопливым, даже ленивым. Я наблюдал за тем, как он, неспешно удаляясь, тает в тумане, и это позволило мне собраться с мыслями. В этот момент мне действительно нужна была передышка — не только для тела, но и для души.

Ну что же, время оглядеться и выработать план действий. Выбор у меня небольшой. Я должен стать сильней, и я им стану! Вспомнив последние наставления Виктора, я огляделся, пытался понять, куда я попал и что это за такой мир — «Зеро»? Есть ли у него привычные для нас природные ландшафты, какими существами он населен?

Оценить рельеф местности мешал плотный туман, клубившийся вокруг и принимающий причудливые очертания. Встав на колени, я почти уперся носом в землю, похожую на дерн, ощущая её мягкость и упругость.

Прежде, чем покинуть это место и в какую сторону направится, я решил понять и оценить, чем я владею. Одежда, покрывающая меня, была простая и неброская — без лишних украшений и блеска. Кожаные штаны плотно облегали ноги, обеспечивая свободу движений. Сапоги, прошедшие через множество испытаний, хоть и потеряли часть своего первозданного блеска, но готовы надежно защитить мои ноги от холодных ветров и острых камней. Туника на завязках, простая, но удобная; легкая, чтобы не стеснять в движении, но достаточно прочная, чтобы выдержать ненастье. Узкий пояс фиксировал тунику на месте. А все это дополнял плащ с капюшоном, который укрывал, как от солнца, так и от дождя и ветра. Руки были одеты перчатками, которые хоть и были потерты, но еще прослужат мне верой и правдой. Они позволяют уверенно обращаться с инструментами и оружием, если понадобится. За спиной болтался походный мешок на ремнях, крепко затянутый лямками. Он мой будущий спутник в дальних путешествиях, который может хранить в себе все самое необходимое: еду, воду и важные мелочи, без которых не обойтись в пути.

Пытаясь развязать тугие лямки мешка, я выругался, невольно усевшись на корточки. Перчатки мешали, и мне пришлось их снять, чтобы облегчить задачу. Мешок сопротивлялся. Наконец, лямки уступили, и я распахнул верхнюю часть, с нетерпением всматриваясь в темноту.

Заглянув внутрь, я обнаружил нож — короткий и массивный, с перевитой кожаными ремешками рукояткой. Рукоять была так тщательно обработана, что нож крепко обхватывался рукой, создавая уверенность в том, что он не подведет в нужный момент. Ножны представляли собой грубый деревянный лубок, изношенный, но все еще крепкий.

Рядом лежал моток веревки, небрежно свитой, но выглядела она достаточно надежно, чтобы выдержать вес человека.

Следом в мешке я наткнулся на свечу — толстую и пузатую, с резким запахом воска, оставляющим жирные следы на пальцах. Я представил себе, как она трепетала в темноте, освещая мрачные уголки заброшенного помещения.

Затем моё внимание привлекло огниво — кресало вытянутой формы, явно имевшее долгую историю, но все еще способное произвести искру.

Последним предметом в мешке оказалась фляжка, которая весело засияла в тусклом свете. Я не удержался и слегка потряс ее, и внутри заплескалась жидкость. Я прикусил губу, размышляя, что за напиток может скрываться внутри этой блестящей оболочки. Вздохнул и временно решил отложить дегустацию.

Нож переместился в сапог, надежно укрытый под толстыми слоями кожи. Я знал, как важно иметь его под рукой — это было единственное оружие, что могло защитить меня в этом непредсказуемом мире. Остальные вещи я быстро запихнул в мешок.

На поясе я обнаружил кошель — крепкий и объемный. Его поверхность была покрыта мелкими складками, а завязки почти не поддавалась, как будто кошель сам не хотел открываться.

С любопытством я расплёл завязки и заглянул внутрь: на дне лежала одна-единственная монета, местами слегка почерневшая, но явно когда-то блестевшая на солнце. Я не мог устоять перед искушением и, осторожно вынул её, почувствовал, как металл ходит мои пальцы.

Монета была стёрта, края её потеряли чёткость. Старая медь, омытая временем и дождями. Я долго рассматривал её, пытаясь разглядеть за множеством потертостей и иссечений маленькие символы и надписи. С одной стороны монеты на меня смотрел незнакомый лик. Гладкие черты лица, глубокие глаза, будто следили за моими движениями. С другой был изображён непонятный символ-знак: стрела в круге, обрамлённой лучами, напоминающими корону. Подкинув монету, я полюбовался игрой света на её гранях.

— Не густо, — пробормотал я себе под нос, пряча монету в кошель. Но во времена неизвестности и опасности даже такие скромные запасы могут оказаться жизненно важными.

Разобравшись с инвентарем, я с любопытством стал оглядываться по сторонам. Мое внимание привлек артефакт в уголке глаза, на гране обзора видимости. Он напоминал мушку, следующую за движением глаза. Попытке его рассмотреть привела к интересным последствиям: все пришло в движение — окружение вокруг меня начало затеняться, как будто на глаза опустились тонирующие очки, и перед моим взором развернулись полупрозрачные панели, заполненные разнообразной информацией. Я попал в тот самый интерфейс виртуальной реальности.

Панели мягко переливались, создавая атмосферу тихой гармонии и технологического прогресса. Я не мог не восхититься их элегантным дизайном, который излучал уют и современность. Каждая деталь, от цвета до текстуры, говорила о тщательном подходе к созданию этого великолепия. Стоило лишь пристально обратить внимание на одну из панелей, как она мгновенно раскрывалась, предоставляя доступ к множеству функций. Экран оживал: на нем мелькали символы и значки, словно приглашая меня в захватывающее путешествие по технологическому миру.

Пробежался глазами по меню, открывая и закрывая его, тренируясь и оттачивая навыки работы с интерфейсом. Кнопки реагировали на каждое мое прикосновение, что вселяло уверенность и радость от взаимодействия.

Главный экран смутил меня сообщением, сообщающего о нештатной ситуации:

Подключение к серверу недоступно!

Режим работы: Оффлайн. Часть функционала заблокирована.

Синхронизация недоступна.

Задача: Найти ближайшую точку подключения, для синхронизации.

Задача: Носитель должен выжить.

Из всей этой информации я выяснил, для себя, что наноботы, несмотря на наличие своих установок, регулирующих выбор поведения в различных ситуациях, периодически нуждаются в синхронизации с сервером. Методы и необходимые технические возможности для создания подключения мне неясны, будем разбираться позднее. А вот информация о носителе особенно интересна. Носитель чего? И что со мной произойдет, если, столкнувшись с трудностями, я не смогу защитить это тело? Проснусь ли я на кушетке в центре или всё будет по-другому. Проверять это не хочется, и я надеюсь, специалисты центра следят за мной, придя на помощь в исключительном случае. Вопрос выхода в реальный мир остается открытым, так как кнопка выхода из виртуальной реальности, как и большинство функций, мне недоступна.

Тем не менее, часть базовых параметров раскрыли свои секреты, давая пищу для размышления. Из доступных параметров виртуального интерфейса, я смог вытянуть скудную информацию, краткое описание своего персонажа в этом мире:

ID:???

Имя: Не авторизирован. Нет подключения к серверу.

Статус: оффлайн.

Локация:???

Уровень: 1

Сила: 1

Ловкость: 1

Интеллект: 1

Уровень здоровья: 100/100

Уровень манны: 10/10

Уровень наноботов: 25 %

Прекрасно! Начинаю с нуля, всё по классике жанра. У меня есть цель и задачи, и в обозримом будущем их надо придерживаться. Стоит разведать окрестности, но куда идти? Вокруг не было ни дороги, ни малейшего намека на путь. Попробую подкинуть монету для удачи. Рука развязала лямки кошелька и нырнула в его недра, доставая, на ощупь, холодную монету. Крепко сжимая ее в кулаке, я ощутил единение с ней — эта монета могла стать моим проводником в этом мире.

Бросок — и в воздухе замерцала монета, словно в замедленной съёмке, медленно вращаясь и сверкая гранями. Поймал и остановился, не решаясь разжать кулак.

Сейчас именно та развилка моей истории, которая определит мой дальнейший путь. Разжал ладонь, и на ней своей стрелой, как компас, она указала мне путь, и в этот момент мне показалось, что монета потеплела, словно в знак признания, как, будто сама судьба приняла меня за своего искреннего друга.

Жребий брошен. Поправив лямку на плече, я направился туда, куда указала стрелка. К моей радости, она вела в сторону противоположную той, где в тумане скрывался тот жуткий монстр.

Шаги сначала неуверенные, стали шире, смелее. Я уже давно сбился со счета шагов, и это помогало занять мой разум.

Ландшафт, между тем, начинал постепенно меняться. Туман, ещё недавно, плотно окутывающий всё вокруг, медленно отступал, разрываясь на куски. Я ощущал, как под ногами поверхность становится крепче и каменистее, а из воздуха уходит промозглая сырость и он наполняется свежестью.

Туман, затенявший путь, постепенно становился лишь далеким воспоминанием, уступая место новым картинам — холмы, покрытые зеленью, цветущие кустарники, прозрачный ручьи, весело плещущийся на порогах. То тут, то там на моём пути, всё чаще, стали проступать силуэты деревьев с извилистыми ветвями и чёрной, казалось обожженной огнём корой. Они напоминали мифических существ, вылезающих из тьмы, как будто жизнь в них боролась с неумолимой смертью. Но даже здесь, в этом заброшенном уголке, природа пыталась сохранить свою сущность, показывая, что жизнь может и должна противостоять всем трудностям.

Каменистая почва, начал сменяться редкой травой и скромным кустарником. Ветер шевелил их, и крошечные цветы, похожие на звезды, распускали свои нежные лепестки, бросая яркие пятна на мрачный фон. Однако каждая ветка кололась и цеплялась за мою одежду, словно пыталась остановить меня.

Тишину все чаще стали нарушать скрипы деревьев, раскачиваемых ветром, какие-то щелчки и постукивания, цокот невидимых в траве цикад. Эти звуки, изначально заставлявшие вздрагивать, теперь, словно обнимали своим мягким покровом, успокаивая и убаюкивая. Я уже не чувствовал опасности; каждый треск и щелчок становился частью мелодии природы вокруг.

Погруженный в свои мысли, я перешагивал через корни, отдергивал полы плаща, борясь с цепляющимся за меня кустарником, я продолжал свой путь, чувствуя, как каждая пройденная миля избавляет меня от сомнений своего выбора и страхов за будущее.

Неожиданно я вышел на поляну, обогнув огромное раскидистое древо. После сумрака леса, она выглядела ярким пятном, где солнце нежно освещало каждый уголок.

Но не сама поляна, а башня, возвышавшаяся в её центре, притягивала взгляд. Это сооружение, сложенное из темного, щербатого камня, выглядело так, будто оно стоит здесь с незапамятных времен, пронзая небо. Острая крыша, покрытая выцветшей красной черепицей, была увенчана зелёным мхом, который бесстыдно разросся, словно поющий припев природы.

В ореоле солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву, башня выглядела почти волшебной. Я остановился, чтобы рассмотреть это загадочное сооружение, которое, казалось, хранило в себе множество тайн, скрытых от глаз любопытных путешественников. Легенды о таких местах витали в воздухе, они складывались в истории о героях, потерянных душах и забытых битвах.

Вокруг башни всё было усеяно камнями, обросших мхом и лишайником. Они, казалось, служили чем-то вроде священного порога, отделяющего мир современности от мира, где время застыло.

Узкие стреловидные окна, теперь стали ступенями для плюща, штурмовавшего башню. Этот лиственный десант словно пытался пробраться внутрь, кидая свои «стрелы» от одного окна к другому, придавая всему образу особую динамику, натянутую, как струна.

Фундамент башни, с каждым годом всё глубже погружался в землю, раздвигал её, словно пытаясь спрятаться от невзгод.

Арочные ворота, казалось, были вывернуты мощной силой, стремившейся попасть внутрь. Они возвышались над землёй, выступая стражами давно забытого места. Одна из створок, покорёженная, висела на единственной петле, словно измождённый воин, не способный держать оборону. Петля скрипела на ветру, создавая жуткое эхо.

Вторая же створка ворот покоилась на полу, как мифический коврик. Покрытая слоем пыли и обвисшими травами, она казалась печатью времени, которая желала подсказать прохожим о своих секретах.

Сама обстановка места настраивала на торжественный лад. Я медленно вступил под своды ворот, остановился, оглядывая просторный зал и внутреннее убранство башни. Пустынность и запустение чувствовались везде, будто веками ни одно существо не решалось ступить и нарушить покой этого места.

Вековая пыль покрывала пол тонким слоем, не способным скрыть причудливую вязь символов и образов, выложенных искусным каменщиком. Свет, пробивающийся из множества арочных окон, создавал причудливую игру световых лучей.

Стены, когда-то увешанные мозаикой, всё ещё сдерживали натиск времени, хотя в их дальних уголках уже звучала песнь утраты. Мои глаза зацепились за картины прошлых сражений: герои, давно забытые, в полном боевом вооружении сражались с мифическими существами, словно вырвавшимися из легенд. Шпили башен великих городов поднимались к небесам, обвивая себя историей, начало которой терялось в неведомом. Все эти образы смешивались и переходили друг в друга, как единое целое, повествующее о великих свершениях и трагедиях, поднимаясь все выше до тех пор, пока не терялись во мраке свода.

Несмотря на царившее запустение, я не увидел следов буйства стихии — зал словно был законсервирован на долгое время, ожидая возвращения заблудших душ. В центре зала возвышалась фигура в балахоне, одинокий страж этого места. Лицо, скрытое в тени надвинутого капюшона, добавляло таинственности. Одна опущенная рука держала искусно сделанный кувшин, украшенный замысловатыми орнаментами, а другая была протянута ладонью вверх, как будто прося о чем-то, что было потеряно давным-давно.

Шаг за шагом я продвигался вперёд, стараясь не нарушить тишину, которая давила на меня, как тяжёлый одеяло. Фигура, которую я разглядывал, стояла передо мной, неподвижная и таинственная. В ней не было жизни, но нечто в ней притягивало меня, словно магнит.

Наконец, когда расстояние между нами сократилось до нескольких ударов сердца, тишина начала колебаться. Тени, окутывающие фигуру, вдруг зашевелились, словно ожившие от своего длительного сна. Я замер в — тень фигуры, затрепетав, раскрывала свои границы, и из неё словно вытекала копия самой фигуры, до этого прикрытая мраком.

Эта таинственная сущность обладала теми же чертами, но выглядела более изящной, игривой. Я не знал, что делать — продолжать приближаться или отступить назад, пожиная плоды своего любопытства. Но одно было ясно: загадка, скрытая в этой тенистой игре, требовала раскрытия.

Я отступил на шаг, не зная, что можно было ожидать. Красная пиктограмма свернутого интерфейса тревожно замигала, приглашая и предупреждая о серьезности ситуации. Мгновение и быстрые строки вывели информацию:

Обнаружено присутствие сущности класса — божество.

Опасность высшей категории! Рекомендуется немедленно покинуть локацию…