Мститель

Глава 1 Дорога в аномалию

Набирая скорость, поезд уносил его прочь от столицы. Марк сидел в углу, на своей полке, один, и методично перебирал в голове свои активы. Привычка программиста — сначала оценить ресурсы, после составить план. Только теперь ресурсами были не строки кода и библиотеки функций, а нечто куда более осязаемое и опасное.

«Что у меня есть?»

Год оплаченного лечения для Лизы. Год, купленный кровью, болью и риском. Год, за который он должен был стать сильнее.

Медное кольцо Гильдии авантюристов на пальце, официальный статус терранта второго ранга, привязанный к личине «Мстителя», и подписанный контракт на пять лет службы в аномалии, зарегистрированный по указу «Слово и Дело». Чистая биография, никаких связей с Марком Светловым.

Три артефакта, спрятанные на теле. Отцовский нож — теперь молекулярный клинок, способный резать почти всё. Перстень-маскировщик, скрывающий его истинную природу эфирника и двойной дар, а также дающий возможность менять личины. Серьга ментальной защиты в левом ухе — страховка от воздействия на разум и последний бастион защиты его знаний.

Знание… самый ценный его актив — полное понимание древней артефакторики, рунических плетений, принципов создания самозаряжающихся артефактов. Информация, за которую великие кланы убили бы без колебаний и которая, в перспективе, выведет его на вершину мира.

«Чего я хочу?»

Цель была проста и незамысловата — выиграть время и набрать силу до четвертого, а лучше до пятого ранга. Заработать достаточно денег, чтобы продлить лечение Лизы. Найти редкие ресурсы, которые помогут создать артефакт для её исцеления и усиления самого парня. И, когда он будет готов — вернуться и отомстить!

План был прямолинейным. Химгард. Регистрация в Гильдии. Работа в зоне — добыча ресурсов, охота, контракты. Быстрый набор опыта и денег. Без лишнего риска, но и без трусости. Рациональный расчёт.

Впервые за долгие месяцы Марк чувствовал что-то похожее на надежду. Не слепую, не наивную, а холодную, прагматичную надежду. Даже если он погибнет, сестра выживет. А значит, он мог рисковать больше, чем раньше. Не безрассудно, но более решительно.

За окном поезда размеренно бежал мир — леса, поля, маленькие городки, все оставалось позади. Смотря в окно, парень впервые за долгое время не чувствовал параноидального страха. Он оставил Марка Светлова и его страх в столице. Здесь, в этом поезде, сидел Мститель — авантюрист, которому нечего терять, но есть что приобрести.

Тихий стук в дверь купе вырвал его из размышлений.

— Да? — Марк не повернул головы, но рука инстинктивно легла на бок, где под курткой висел нож.

Дверь приоткрылась. В проёме показалась растрёпанная рыжая голова.

— Извините, — голос был молодым, взволнованным, — можно войти?

Марк посмотрел на незнакомца и молча кивнул.

Проскользнув в купе, посетитель замялся на входе. Собравшись с духом, он произнес:

— Там… в моём купе… неприятности, поможете?

Марк оценил просителя за секунду. Молодой парень, худой, в дорогой одежде, но не аристократ. Эфирник — это чувствовалось сразу. Он не видел кольца, но по логике размещения в поезде — второй ранг.

— Какие неприятности? — спросил он, откинувшись на спинку сиденья и изображая равнодушие, но в голове уже шел анализ ситуации. Засада, охота на него?

— Там, ко мне пришли… трое террантов. Они… они требуют, чтобы я заплатил им за «безопасный проезд». — Парень сглотнул. — Я отказался. Мне сказали, что, если не принесу деньги, они придут ко мне ночью сами и заберут все. Я не хочу драки, но…

— Но и не хочешь платить мразям, которые считают, что сила даёт им право грабить слабых, — закончил за него Марк. Его голос был ровным, почти безразличным, но внутри шевельнулось что-то холодное и знакомое. Ненависть. Не горячая, а ледяная. Ненависть к тем, кто считал слабость поводом для унижения.

Парень утвердительно кивнул, не сводя с Марка наполненных надеждой глаз. Марк мог пройти мимо. Не его проблемы. Не его дело. Рациональный выбор — не высовываться, не привлекать внимание. Но что-то внутри восставало против этой «рациональности». Воспоминания. Склад. Гриша и Сашка, избивающие его, потому что он был «бездарем». Антон Волков, считающий, что может делать с людьми всё, что пожелает.

«Я больше не тот, кого можно было бить безнаказанно», — подумал Марк и встал.

— Где твоё купе?

— Две секции вперёд, — выдохнул парень с облегчением. — Спасибо. Я… я Алексей. Леха.

— Мне все равно, как тебя зовут, — коротко ответил Марк. — Пойдём.

Идущий впереди Леха, нервно сжимая кулаки. Марк двигался позади, внешне спокойный, но внутренне уже готовый к бою. Купе было открыто. Трое здоровых парней в кожаных куртках развалились на сиденьях. Один — коренастый, с бритой головой — ковырял ножом в ногтях. Второй — долговязый, с длинными засаленными волосами — ухмылялся, демонстрируя гнилые зубы. Третий — самый крупный, со шрамом через всю щёку — сидел у окна и смотрел на подходящих с ленивым любопытством.

Быстро оценив противников, Марк легко, едва заметно выдохнул. Перед ним находились реальные отбросы столицы, а ведь он до последнего думал о возможной подставе. Скорее всего, они пытались скрыться от своих преступлений, не задумываясь куда и зачем едут.

— О, рыжик вернулся, — протянул долговязый. — И друга привёл. Ты решил разделить плату на двоих?

Леха еще сильнее сжал кулаки, но промолчал. Шагнув вперёд и загораживая его спиной, Марк произнес:

— Вы ошиблись купе, — его голос был тих, почти вежлив. — Советую вернуться к себе.

Трое обменялись взглядами и расхохотались.

— Слышь, дядя, — коренастый поднялся, сжимая нож, — ты вообще понял, с кем говоришь? Нас тут трое, а поезд травматичный вид транспорта. Знаешь, ведь можно упасть и что-то себе сломать. Теперь и тебе придется заплатить за «безопасный» проезд.

— Сколько? — Марк не изменился в лице.

— А? — коренастый опешил. — Ну… глядя на твой прикид десятки хватит. А с мажорчика полтинник, не меньше.

— Нет, — Марк покачал головой. — Вы не поняли. Я спросил, сколько костей вам сломать. Одну? Две? Или сразу несколько?

На секунду повисла тишина. Потом долговязый вскочил со своего места.

— Ты чё, охренел⁈ — заорал он, делая шаг вперёд.

Марк двинулся навстречу. Бой, если это можно было так назвать, закончился за считанные секунды. Долговязый даже не успел среагировать — локоть Марка впечатался ему в солнечное сплетение с такой силой, что парня просто вырубило, и он рухнул на пол, хрипя и судорожно ловя ртом воздух. Коренастый попытался ударить ножом, но Марк перехватил его запястье, провернул руку против сустава — что-то хрустнуло, нож выпал, противник вскрикнул и тут же отправился в нокаут, после короткого удара в челюсть.

Третий, со шрамом, оказался умнее. Он рванулся к выходу, но Марк был быстрее. Террант второго ранга, второй этап, без какой-либо техники, был ему не противник. Перехватив и развернув его, он взял его захват и, лишив равновесия, швырнул спиной в стену купе. Прилет пришелся точно на затылок — глухой удар, от которого, казалось, покачнулся весь вагон, и шрамированный мешком осел на пол.

Выпрямившись и отряхнув руки, парень обернулся. Леха стоял в дверях с открытым ртом, глядя на троих поверженных террантов.

— Забирай вещи и пошли, — произнес Марк и вышел в коридор, не оборачиваясь.

Вернувшись в купе, они какое-то время сидели молча. Леха всё ещё выглядел ошарашенным. Марк же спокойно достал бутылку воды из рюкзака и сделал пару глотков.

— Ты… — наконец выдавил из себя Леха, — ты их так просто… они же все второго ранга!

— Я тоже, — Марк пожал плечами. — Просто я умею драться. А они — нет.

Поняв, что более развернутых объяснений не будет, новый знакомый решился на следующий вопрос.

— А… почему ты вообще вмешался? Мы же незнакомы. Тебе нужно будет заплатить за помощь?

Посмотрев на него долгим, оценивающим взглядом и специально задержавшись на названиях брендов, украшающих одежду парня, Марк усмехнулся — сухо, без тепла.

— Оставь свои деньги себе, — спокойно ответил он. — Просто не люблю, когда сильные унижают слабых. Сам через это прошёл.

— А давай будем напарниками, — с надеждой, будто бросаясь в омут, выдохнул парень. — Ты же тоже едешь по «Слову и Делу»? Вдвоем нам будет легче освоиться, тем более что я очень много знаю про аномалию! Это моя страсть, я с самого детства изучаю вопросы о ней.

Первым порывом Марка было отказаться от предложения — в его ситуации, абсолютно не нужна компания. Он помог, сделал то, что говорила ему совесть — все, конец истории. Становиться нянькой? Увольте. Но это притягательное слово — знание…К своему стыду, он очень мало знал об аномальной зоне, его страстью были Древние. Помолчав несколько секунд, он односложно ответил.

— Посмотрим, вначале нужно добраться до места.

— Тогда мы попутчики?

Марк только молча кивнул. Леха старался скрыть свою радость, но весь его вид показывал, насколько он рад данному раскладу.

— Алексей Громов, но для друзей Леха, — парень протянул ладонь. — Спасибо. Я… я не забуду.

— Мститель, — несмотря на внешний вид, рукопожатие было достаточно крепким и уверенным.

— А…имя?

— Мститель.

— Понял.

Тишина в купе сохранилась буквально на пару минут, да и то она нарушалась непрерывным ерзаньем нового соседа. Было видно, что ему физически больно молчать, какой-то вопрос просто съедал его изнутри. И он не выдержал.

— Слушай, Мститель, а ты… — Леха замялся, потом всё же спросил: — А ты не боишься? Что они могут вернуться? Втроём? С оружием?

Марк широко улыбнулся. И в этой улыбке было что-то хищное.

— О, я как раз очень этого жду.

Наступила ночь. Марк не спал. Лежа на верхней полке и глядя в потолок, он анализировал ситуацию. Терранты были не из тех, кто простит унижение. Особенно публичное. Они вернутся. Вопрос был только — когда. Ответ пришёл в третьем часу ночи.

Дверь в купе еще не успела с грохотом распахнуться, а он уже был готов к столкновению. Соскользнув с полки, парень бесшумно приземлился и рванул навстречу противникам. Нападающие, рассчитывающие застать спящих людей, на мгновение опешили. Этого времени хватило Марку, чтобы выскользнуть в коридор и осмотреться, продумав рисунок боя.

Забинтованная рука коренастого висела на перевязи, а второй он сжимал свой злополучный нож. По долговязому было видно, что ему до сих пор тяжело дышать — наверное удар Марка серьезно повредил его грудину и ребра. Только шрамированный выглядел как ни в чем не бывало — по-видимому очень крепкая кость, а может просто нечему сотрясаться в голове. Он был самым опасным, в его руках была монтировка, а весь вид демонстрировал жгучее желание ее применить. Явно намечался не разговор, а хладнокровное убийство.

— Сейчас ты сдохнешь, ушлепок, а после и твой щенок, — прошипел коренастый; в его глазах плясали огоньки ярости и жажды мести.

Марк не ответил. Он просто двинулся вперед…

То, что произошло дальше, было жестоким и быстрым. Парень не собирался сдерживаться. Коренастому он раздробил правое колено ударом ноги — тот завопил и, выронив нож, рухнул на пол. Клинок не успел коснуться земли. Долговязый попытался схватить Марка, но напоролся на встречную атаку — глубокий, рваный порез от локтя до запястья разукрасил его руку, кровь брызнула на стены вагона. Шрамированный замахнулся монтировкой, но Марк нырнул под удар, вонзив нож ему в бедро и сильно провернув в ране. Что-то хрустнуло — сталь или кость, — не важно, главное, что террант выбыл и не помышлял о продолжении схватки.

Меньше пяти секунд, а все трое лежат на полу коридора, скулящие, окровавленные, сломленные. Марк стоял над ними, сжимая в руке окровавленный нож. Его лицо было абсолютно спокойным, но глаза… в глазах плясал холодный, безжалостный огонь.

— Я предупреждал, — голос был тих, но удивительным образом разносился по всему вагону. — Больше не приближайтесь. Ни ко мне. Ни к рыжему. Иначе в следующий раз я не оставлю вас живыми.

Вытерев нож об одежду коренастого и бросив его на пол, Марк поднял взгляд. В дверях соседних купе, стояли пассажиры. Десятки лиц. Они молча смотрели на развернувшуюся сцену бойни. Такие же будущие авантюристы, как он. Никто не вмешался. Никто не остановил его. Здесь все уважали закон силы и только что данный закон был наглядно продемонстрирован.

Марк медленно обвёл их взглядом. Холодным, оценивающим, безразличным.

— Всем спокойной ночи, — произнес он и вернулся в своё купе. Парень был уверен, что остаток пути до Химгарда их никто не тронет.

Леха, увидев его входящим в купе, только выдохнул:

— Они вернулись, да?

— Да, — Марк пожал плечами. — Больше не вернутся.

— Ты… ты их убил?

— Нет. Просто объяснил, почему не стоило бы возвращаться.

Леха помолчал, потом кивнул. В его глазах промелькнуло что-то вроде уважения, смешанного со страхом.

— Напомни мне никогда не становиться твоим врагом.

— Я не планирую делать тебя врагом, — усмехнулся Марк. — А ты, смотри сам.

За оставшиеся дни пути они много разговаривали. Леха оказался болтливым, но не глупым парнем. Он рассказал о себе — сын успешного предпринимателя. Отец держал процветающую сеть ресторанов в столице и его полностью устраивала текущая ситуация. Ему помогал старший брат, а вот сам парень не хотел вникать в семейный бизнес. С момента пробуждения дара аэрокинетика в шестнадцать, Леха мечтал только об одном — о покорении аномальной зоны и раскрытии всех ее тайн. Он грезил этим с малых лет, но родители ничего не хотели слышать об этом и совершенно не поддерживали его стремлений. И вот выходит указ Императора о «Земском дворянстве». Шанс! Шанс занять совсем другое положение в обществе, но вместо благословения он получил насмешку — где он и пятый ранг. Перестань заниматься глупостями и вникай в семейное дело!

— А когда объявили о дополнении к указу, — с жаром рассказывал парень. — Я сбежал. Собрал все свои сбережения, сказал, что еду на вечеринку и вернусь через несколько дней. Когда отец поднимет панику и начнет меня искать будет уже поздно — сейчас я человек императора, и никто не сможет вернуть меня домой.

Марк только молча покачал головой. Он не одобрял поступок парня, но и не мог не отметить его характер — бросить сытую жизнь, оставить семью, и все это ради совей мечты. У рыжего явно есть сила воли, а это стоит уважения.

Кроме постоянного шума, разговоры давали необходимую ему информацию. Стоило только задать наводящий вопрос, как Леху было уже не остановить.

— Это же невероятно! — глаза собеседника горели энтузиазмом, когда он говорил о зоне. — Ты представляешь? Там, в глубине, есть ресурсы, о которых люди даже не знают! А вдруг там кристаллы эфириума размером с кулак? Или травы, меняющие дар? А артефакты Древних, спрятанные в руинах! На такой территории не может их не быть. Центр зоны совсем не изучен! Почему энергия не распределяется равномерно, а делиться на круги? Как она расширяется и почему уничтожение тварей останавливает этот процесс? Люди не знают и десятой части о происходящем там, хоть прошло уже больше тысячи лет! До сих пор ученые всего мира ведут ожесточенные споры, пытаясь понять причину одновременного появления аномалий по всему миру. Говорят, что только в закрытом хранилище императорской семьи есть данные об этом.

Марк слушал, кивал, иногда задавал вопросы. Леха делился тем, что знал — слухами, историями, базовой информацией.

— Первый круг — это Химград и его окрестности, относительно безопасный участок. Там редко появляются слабые твари, но и заработок минимальный. Считай это место огромным хабом. Туда стекаются все ресурсы, а авантюристы возвращаются только на отдых, чтобы сменить экипировку и просадить заработанные кредиты. Второй круг уже интереснее — рудники, где добывают эфириум, травы, другие полезные ископаемые. Большинство новичков основываются там на годы — хороший заработок при приемлемом риске. Там уже водятся твари второго ранга, а флора начинает мутировать по-настоящему. Третий круг… туда нам еще рано.

— А ты планируешь туда попасть? — спросил Марк.

— Естественно! — Леха засмеялся. — Я буду великим покорителем аномалии, тем, кто раскроет все ее тайны. Мои близкие еще будут гордиться мной! А ты?

— Посмотрим, — уклончиво ответил Марк. — Сначала надо оценить обстановку.

Но внутри он уже знал ответ. Первый круг — это место не для него. Ему нужны ресурсы. Сила. Деньги. И всё это лежит глубже. Гораздо глубже.

В подобных разговорах прошел весь их путь до пункта назначения. Их действительно больше никто не беспокоил. Репутация отморозка работала на него.

Единственное интересное событие, на которое высыпался весь народ из поезда, произошло буквально перед самым подъездом. Марк с недоумением наблюдал, как, на технической станции, современный локомотив меняют на ПАРОВОЗ! Самый настоящий паровоз, из трубы которого валил черный густой дым. Удивление на его лице было столь явным, что задавать вопрос не потребовалось.

— Да ладно! — протянул Леха. — Ты и этого не знаешь? Мне казалось, что каждый житель планеты в курсе — энергия аномальной зоны убивает любую современную технику и электронику. Только в защищенных, экранированных зданиях гильдии или кланов ты сможешь встретить информационный терминал. Поэтому все расчеты здесь ведутся наличными. Если сумма большая, то оплатой могут быть кристаллы эфириума. На доске объявлений всегда вывешен актуальный курс конвертации.

И сейчас, проходя через площадь Химграда и любуясь архитектурой, Марк наблюдал подтверждение этим словам. Город был красив и величествен, но это был СРЕДНЕВЕКОВЫЙ город. Никакой неоновой рекламы, никаких аэроходов и коммуникаторов! Он будто перенесся на сотни лет назад. Шагая и обозревая окрестности, он ловил себя на одной-единственной мысли: «Как я переведу деньги в клинику через год???»

Лев Новгородов был раздражен, хотя это слово было слишком мягким для того состояния, что он испытывал. Глава клана Новгородовых был взбешен, и лишь железная воля, выкованная десятилетиями нахождения на вершине власти, позволяла ему сохранять видимость холодного спокойствия. Он размышлял…размышлял о том, чем прогневал Высшие силы? Почему черная полоса неудач преследует его вот уже полгода?

Новое дополнение к эдикту Императора нанесло сильный удар по боеспособности клана. Последствия не были катастрофическими — он начал менять политику по отношению к простолюдинам еще после первого указа, чувствуя, куда дует ветер. Но даже эта предусмотрительность не смогла уберечь от потерь. Несколько террантов и эфирников четвертого ранга покинули их, наплевав на контракт. А такие кадры восстановить не просто, могли потребоваться годы работы в этом направлении. Да и оставшиеся слуги начали поднимать голову, требуя повышения оплаты и улучшения условий.

«Времена меняются,» — мрачно подумал Лев, барабаня пальцами по столешнице из черного мрамора. «И не в лучшую сторону. Простолюдины забывают свое место».

Но сейчас его гнев был направлен не на политику Императора и не на вечную борьбу с другими Великими кланами. Сейчас его злила собственная беспомощность в деле, которое он окрестил «Дыра».

Готовясь заслушать доклад начальника службы безопасности и глядя на его обычно непроницаемое лицо, которое сегодня выражало нечто вроде усталого раздражения, глава не ожидал хороших новостей. Да и лежащая перед Тихоновым папка с документами, даже издалека выглядела слишком тонкой для нескольких дней интенсивного расследования.

— Итак, — произнес Лев, и его тихий голос заставил всех присутствующих выпрямиться. — Я слушаю. И надеюсь, что за пять дней ты добыл хоть что-то стоящее.

Тихонов открыл папку, хотя было очевидно, что доклад он знает наизусть.

— Господин Новгородов, ситуация… сложная, — начал он, тщательно подбирая слова. — Наблюдатель, которого мы поставили следить за аукционным домом «Волхов», по-прежнему не может дать внятных показаний. Его мозг был поврежден каким-то ментальным воздействием. Мы привлекли лучших целителей, но прогноз неутешителен — восстановление, если оно вообще возможно, займет месяцы.

Лев сжал челюсти так, что скулы заходили ходуном. Время. Они теряли драгоценное время.

— Из-за этого мы потеряли первые критически важные дни, — подтвердил его мысли Тихонов. — Когда стало ясно, что от наблюдателя толку не будет, я начал действовать по стандартному протоколу. Пришлось прибегнуть к… дорогостоящему методу.

Он сделал паузу, и Лев нетерпеливо кивнул, показывая, что можно продолжать.

— Один из высокопоставленных сотрудников аукционного дома оказался готов к сотрудничеству после соответствующего финансового стимулирования. Через него я смог выяснить личность нужного человека — Марк Светлов, двадцать один год, простолюдин, бездарь. Подтверждено, что он… он работал на радиационных раскопках в секторе 7-B.

При упоминании сектора 7-B в зале пронеслась волна едва заметного напряжения. Все присутствующие знали, что означало это место.

— Однако, — голос Тихонова стал тише, — что именно произошло в Аукционном доме, каков предмет и итог сделки, выяснить не удалось. Косвенные данные указывают на то, что произошло какое-то ЧП и парень сбежал. После установления личности мы немедленно выехали к нему домой, но… опоздали.

— Опоздали? — повторил Лев, и в его голосе прозвучала опасная нотка.

— Дом был тщательно обыскан. Кем-то очень профессиональным. Они работали чисто, не оставили следов, но искали явно то же, что и мы. Я уверен, что сработала служба безопасности «Волхова».

Медленно откинувшись в кресле, Лев устремил отсутствующий взгляд в пространство — верный признак того, что он просчитывает варианты.

— Продолжай.

— Мои люди показали фотографию Светлова нескольким работникам с котлована. Трое подтвердили, что парень действительно работал там. Более того, он работал на том самом участке, где произошел обвал.

Тихонов перевернул страницу в папке.

— Итоговый вывод — с вероятностью девяносто процентов именно Марк Светлов провалился в объект «Дыра». И он явно обладает какими-то артефактами, достаточно ценными, чтобы привлечь внимание аукционного дома «Волхов» и сильными, чтобы суметь сбежать от них.

Зубовный скрежет был слышен в наступившей тишине. Лев Новгородов представил, как древний артефакт, который должен был стать достоянием его клана, после продажи переходит в руки их злейших врагов. Или, что еще хуже, остается у какого-то бездарного простолюдина, не понимающего ценности того, чем владеет.

— Его семья, — резко спросил Лев. — Что с его семьей?

Тихонов кивнул, ожидая этого вопроса.

— Здесь ситуация интересная, господин. У Светлова была семья — родители и младшая сестра. Год назад произошел инцидент… с наследником Волковых. Родители погибли, сестра попала в кому. — Он сделал паузу. — Сестру зовут Елизавета, ей сейчас девятнадцать. Она находится в клинике «Светлый путь» уже год. Прогнозы врачей крайне неблагоприятные — вероятность выздоровления стремиться к нулю.

— И кто оплачивает лечение? — Лев уже знал ответ, интуиция его давно не подводила.

— Волковы, — подтвердил Тихонов. — Точнее, лечение оплачивалось ими до недавнего времени. Было непросто добыть эту информацию у клиники, их система конфиденциальности на удивление хороша, но кредиты любят и там. Мы выяснили: в день инцидента в аукционном доме, на счет клиники поступила оплата за следующий год лечения. Полная сумма — два миллиона, одним платежом. От Марка Светлова.

Лев прищурился. Картина начинала складываться.

— Если парень продал артефакт древних, даже если он полный идиот, у него должно остаться достаточно денег, — произнес он вслух, обращаясь скорее к себе, чем к присутствующим. — Вопрос только в том, сколько и что именно он продал.

Поднявшись из кресла, глава прошелся вдоль стола, руки за спиной, взгляд устремлён в пол. Все молчали, зная, что глава клана размышляет.

— Тихонов. Проверить все места, связанные с Марком Светловым. Его прошлую работу, его знакомых, любые зацепки. Хочу знать всё — где он учился, с кем общался, куда ходил. Добыть записи с камер наблюдения за последний месяц во всех районах, где он мог появиться. Искать на всех уровнях, но тихо. Очень тихо.

— Слушаюсь, господин.

— Он может залечь на дно, — продолжал Лев, больше размышляя вслух. — Если у него есть мозги, он будет прятаться. Но рано или поздно он совершит ошибку. Они всегда совершают ошибки.

Развернувшись, он устремил свой взор на сына, Кирилла, молчаливо сидевшего в дальнем конце стола. Молодой Новгородов явно пытался стать невидимым, но при взгляде отца вздрогнул.

— Отец, — внезапно подал голос Кирилл, и все обернулись к нему. — У меня есть предложение.

Лев удивленно поднял бровь. Двинувшись дальше, он жестом предложил сыну продолжить. Кирилл откашлялся и сел ровнее, явно собираясь с духом.

— Мы можем… мы можем использовать его сестру. Забрать ее из клиники, и тогда Светлов сам выйдет на нас. Или… — он заколебался, но продолжил, — или можно надавить на того человека, который получил деньги в аукционном доме. Пусть расскажет, что продавал Светлов, сколько заплатили, что произошло внутри.

Тишина, наступившая после этих слов, была оглушительной. Лев Новгородов медленно, очень медленно развернулся к сыну. Его лицо оставалось бесстрастной маской, но глаза… глаза полыхали холодным, яростным огнем.

— Повтори, — тихо произнес он. — Я хочу убедиться, что правильно тебя услышал.

Кирилл побледнел, но упрямо поднял подбородок.

— Я сказал, что мы можем…

— Я СЛЫШАЛ, ЧТО ТЫ СКАЗАЛ! — голос Льва не повысился, но каждое слово било, как удар молота. Воздух в бункере сгустился от концентрированной силы эфирника ранга «Море». Нескольких младших членов клана буквально вжало в кресла.

Шагнув к сыну, Лев заставил того невольно съежится.

— Ты, — глава говорил медленно, чеканя каждое слово, — предлагаешь мне похитить пациента из клиники «Светлый путь»? Клиники, которая находится под патронажем семьи Строгановых? Объявить войну одному из старейших кланов Империи?

— Но отец…

— ЗАТКНИСЬ! Или, — Лев наклонился ближе, его голос стал ледяным шепотом, — надавить на сотрудника аукционного дома «Волхов»? То есть напрямую полезть в конфронтацию с международным концерном? Концерном, через который мы продаем концентрат эфириума?

Кирилл молчал, осознание масштаба своей ошибки медленно проникало в его сознание.

— Ты идиот, — сказал Лев, и эти слова были страшнее любого крика. — Ты законченный идиот. Из-за тебя мы потеряли артефакты полгода назад, когда своей горячностью ты уничтожил единственных свидетелей. Из-за тебя мы до сих пор не знаем, что находилось в той «Дыре». А теперь ты предлагаешь мне развязать войну на два фронта. Ты хоть на секунду думаешь головой, или у тебя там просто пустота?

Выпрямившись и пройдя вдоль стола, Лев успокоил дыхание. Все сидели, не шевелясь, даже Тихонов предусмотрительно отвел взгляд.

— Я давно хотел это сказать, — он остановился у окна, глядя на вечерний город. — Ты застрял на третьем ранге. Слишком давно. Благодаря огромным вложениям достиг ранга «Поток» в двадцать лет и с тех пор не сдвинулся ни на шаг. Тебе сейчас двадцать шесть. Шесть лет без прогресса. Знаешь почему?

Он обернулся, и Кирилл невольно отшатнулся от ярости в глазах отца.

— Потому что ты привык, что все дается легко. Что папочка решит любую проблему. Что сила приходит сама просто потому, что ты Новгородов. Но сила… — Лев выделил интонацией последнее слово, — сила добывается кровью, потом и борьбой за выживание. Великую силу нельзя купить. Ее нельзя получить по наследству. Ее можно только заработать.

Сделав шаг к сыну, он продолжил:

— Поэтому я принял решение. С завтрашнего дня ты отправляешься в аномальную зону. Будешь закрывать наши обязательства перед Императором, выполняя годовую квоту, как обычный боец. Будешь драться. Убивать. Выживать. И пробьешься до четвертого ранга.

Кирилл побелел как мел.

— Отец, но…

— Молчать! Ты обязан стать эфирником ранга «Озеро» до тридцати лет. Это не просьба. Это приказ. У тебя есть четыре года. Если не справишься… — Лев не закончил фразу, но угроза висела в воздухе. — Может быть, там, в зоне, у тебя немного заработают мозги. Может быть, ты поймешь, что такое настоящая сила. И что такое настоящая цена ошибки.

Махнув рукой, словно отгоняя муху, он бросил:

— Собирайся. Завтра в шесть утра отбытие.

Молча поднявшись, Кирилл вышел из зала, его спина была согнута, словно на плечи легла невидимая тяжесть.

Когда дверь закрылась, Лев тяжело вздохнул и снова сел в кресло. Он разом стал выглядеть старше.

— Тихонов, — позвал он, не поднимая головы.

— Я слушаю, господин.

— Удвой усилия по поиску Светлова. Используй все ресурсы. Найди его, найди его знакомых, найди хоть что-то. Я хочу знать, где он. Что у него. И что он собирается делать.

— Будет исполнено.

— И еще, — Лев поднял голову, его взгляд был холоден и расчетлив. — Проследи за Кириллом в зоне. Негласно. Пусть он думает, что он там один, но я хочу знать, как он справляется.

— Все будет сделано, господин Новгородов.

Подчиненные давно разошлись, а глава клана Новгородовых сидел в пустом зале, глядя в темноту за окном. Где-то там, в этом огромном городе, прятался простолюдин с артефактом древних. Простолюдин, который стоил клану времени, ресурсов и нервов.

«Мы найдем тебя, Марк Светлов,» — мысленно пообещал Лев. «Рано или поздно. Все совершают ошибки. И когда ты совершишь свою… я буду там».

Подняв бокал с виски, он сделал глоток. Горький вкус идеально подходил к горечи этого вечера. Еще одна потеря. Еще одна возможность упущена. Еще один артефакт древних ускользнул из рук.

Но игра продолжалась. И Лев Новгородов не привык проигрывать. Совещание было окончено. Но охота только начиналась.