Моя пушистая проблема

Глава 6. Радушная пушистая встреча.

Оттирали меня на славу. Уж не знаю, что там заказывал себе лорд оборотней, но с меня едва кожу не содрали. Ворчу. За всю жизнь на самом деле таких процедур в этом мире мне было не видать. Все эти притирки, огромный бассейн с водой, масла, пять сортов мыла, дорогие эликсиры с других планет. И все практически без запаха.

Нет, если не думать — для чего именно меня так готовят — то даже приятно. Но я-то знала. Знала, помнила, и была сильно, я бы даже сказала — категорически против.

И стрижка моя в стиле “нищета лохматая” оказалась, увы, бесполезной.

Высокая и даже на вид весьма впечатляюще статная, но удивительно женственная оборотница буквально за полчаса сотворила феерической красоты короткую косую стрижку. Стильную, очаровательно мне идущую… но мне выть хотелось от несправедливости.

Я чувствовала — за мной следят. Одно неверное действие, одна попытка сбежать, и… и даже крох, иллюзии самостоятельности у меня не останется.

Не на ту напали.

В довершение всех мучений меня облачили в изумительной красоты светло-золотистое платье. На тонких бретельках, с псевдо-корсетом, приподнимающим и выгодно подчеркивающим грудь и длинной воздушной юбкой. Было лишь одно но. Стоило сделать шаг, как ткань начинала колыхаться и… становилась почти прозрачной.

Нижнее белье дали. Такое же изумительно тонкое, воздушное и невообразимо вызывающее. Тут уж лучше совсем без него!

В качестве доброй воли мне выдали плотный плащ — и вот в таком виде, часу уже в десятом, когда несчастный желудок слипся и пытался выводить рулады, доставили в прозрачной кабине вполне современного лифта на ещё не обследованную территорию.

Если во всех прочих частях замка было откровенно роскошно, изысканно и строго, но более или менее привычно, то здесь словно белое безмолвие воцарилось.

Светло-искристые стены отливали голубым бликом, высокие потолки, строгие очертания мраморных колонн, хрусталь светильников.

Здесь время застыло… какие там космические полеты! Дремучие, забытые времена.

Я даже застыла на мгновение. Но знакомый охранник подтолкнул в спину, провожая до дверей. Высоких, как будто деревянных. Но при нашем приближении они бесшумно распахнулись.

Это была целая сеть комнат. Они перетекали из одной в другую, но были настолько пугающе холодными и одинаковыми, что быстро возникло ощущение закрученного лабиринта.

Пустота. Тишина. Ни слуг, ни роботов, ни другой автоматики. Все “по старинке”. И сколько денег стоит это старина — и думать не хочу!

Меня отконвоировали до самой спальни. Да тут на кровати потеряться можно! Целый персонал космолета поместится!

— Жди здесь, — коротко обронил мой немногословный охранник — и исчез за дверью.

Та беззвучно встала на место.

И я осталась одна в этой ледяной пещере, ожидать персональное чудовище. Мохнатенький, однако, что-то задерживается…

Обошла комнату. Сердце билось часто-часто, отдаваясь в висках ноющей болью. Думай, Майка. Злость, слезы и паника тебе не помогут. Лечь я добровольно под клыкастика не лягу, будь он хоть трижды прекрасным хозяином. Хоть и красив, и, очевидно, умен, и богат. Да только я не из тех женщин, для кого это повод переспать. К тому же, я несвободна, это не мое решение, это чужая прихоть.

А я ненавижу, когда мне приказывают!

Я все ещё надеюсь на свое маленькое счастье. Будет нужно — выдеру его у судьбы зубами.

Что у нас тут? Я права — камер нет. Не станет этот жрец за собой следить.

А там у нас? О, шкаф! Чудесно. Но точно знаю, что брать чужие вещи нельзя. Для оборотней это такое запредельно личное действо, что проще голой по замку пройти.

Взгляд заметался по комнате. Нет. Ноздри дрогнули, улавливая едва заметный запах снега, ледяного ветра, талой воды… Здесь все пропитано этим волчарой. А я слишком чувствительна до чужих запахов. Время нещадно трепало нервы, текли минуты, за дверью царила тишина.

Я выглянула спустя ещё, наверное, полчаса.

Охранника не было. Гулкая, пугающая пустота.

Шустро пробежалась по анфиладе комнат. Конечно, дверь в апартаменты была заперта и не поддалась. В остальном — ходи где хочешь.

Прекрасная ванная помогла мне смыть стильную укладку — хоть и было жалко!

Платье было снято — аккуратно, ещё заставят и его отрабатывать. А вот в одном из шкафов в гардеробной нашлась чистая и совершенно точно не ношеная одежда. Сойдет! Размерчик слегка не мой, но его рубашка мне как мини-платье. А вот чудесные… божечки, это что, кальсоны? В общем, прекрасные штаны. Тепленькие, у меня шерстки нет, хвоста нет — сойдет!

Каюсь, хотелось похулиганить. Но такое только в авантюрных романчиках прокатывает. Оборотни все же звери. Кто знает, что у них в голове? За любую мелочь могут жестоко наказать. Поэтому я только переоделась — да ещё пошуршала на кухне — о да, здесь была отдельная, с запасом продуктов и даже горячих готовых блюд под стазисом.

В общем, я ещё и закусила. Извините, господин. Ваша смиренная наложница больше думает о еде, чем о постельных развлечениях. Если это не сон, конечно.

Честно говоря, я уже планировала спрятаться в какой-нибудь шкаф и там поспать, когда дверь беззвучно распахнулась.

Я не слышала. Вернее, не должна была. Но воздух словно загустел, появилось четкое ощущение чужого присутствия, что прошлось пером по оголенным нервам, и я рванула вперед. Опасность лучше встречать лицом к лицу, так сказать.

Встретила.

Господин Эренрайте казался… безбожно пьяным. Оборотень. Пьяным. Белобрысая шевелюра слегка растрепалась, на щеках играл румянец, глаза возбужденно блестели. Только это и выдавало. А ещё — запах. От него буквально разило. Я и сама вполне могу провести вечер за бокал хорошего белого вина. Полусладкое, сладкое. Даже красное сухое иногда, когда на душе совсем хреново. Или настоечка из ягод и трав… но их только колдуницы делать хорошо умеют, а эта раса города не жалует, их продукция стоит втридорога.

Так о чем я? В общем, как пахнет хотя бы просто хороший, не будем говорить об элитном, алкоголь — я знаю. Но вот этот сладковатый тошнотворный запах, приправленный горчинкой, что исходил от оборотня…

И ещё кое-что. Его глаза. Они мерцали расплавленным серебром. И в них не было ничего человеческого. Это был зверь. Разбуженный, яростный, недовольный. Но пока ещё игривый.

— Иди сюда… рррр…

Мужчина даже не пошатнулся — координация великолепная. Шагнул ближе.

Расширенные зрачки лихорадочно блеснули. Он что, чем-то колется? Да нет, оборотни же все эти штучки ненавидят, они даже по Своду законов входят в список преступлений, за которые пожизненное дают.

Кружится голова. Отчего? От неприятного запаха? От страха, ерзающего угольками под кожей?

Оттого, что оборотень оказывается слишком близко, привлекая к себе жестко, уверенно.

— Моя, — хищно блеснули глаза.

— Господин Эренрайте…

— Эр-рен… — жаркое дыхание на коже. Угрожающее шипение.

Когти ласково царапают кожу на руке, вплескивая в кровь немаленькую дозу адреналина.

Я чувствую дрожь сильного тела рядом. Странную, нездоровую.

Да, он взбудоражен, да, желает, но…

Одной рукой меня просто поднимают и усаживают на сгиб локтя. Чуть не крякаю от неожиданности. Он ведь не гигант, не брутальный герой блокбастера, но… Кожа оборотня горячая. Он так и пышет жаром.

Пальцы, что поглаживают ногу у колена, неожиданно мягкие, чуткие, почти нежные.

Я задыхаюсь от этой необычной, пугающей ласки.

От того, как осторожно он укладывает меня на постель. Как нависает сверху, пожирая светящимся взглядом. Это какая-то магия. Да-да, точно она заставляет приподнять руку и очертить морщинку на чужом высоком лбу.

Это она заставляет провести по сомкнутым губам и тихо вскрикнуть, когда палец захватывают в плен. Он облизывает его, как карамельку, а потом прикусывает, тут же резко дуя на кожу.

Мурашки бегут табуном сдаваться, поганки. Ошпаривает меня до самого… до места, которое ищет приключения, короче говоря.

А этот гад ухмыляется — и тянется за вторым пальчиком. Нежненько так, загадочно-ласково.

Я смотрю, как загипнотизированная. Очарованная, забывшая, что ещё десять минут назад хотела любой ценой отстоять свою свободу. И тут раздается грохот. В потревоженной мной гардеробной, не иначе.

Оборотень вздрагивает — и отводит взгляд. И я прихожу в себя. В разодранной рубашке, с прозрачным пикантным лифом, через который проглядывает кое-что интересное, и…

Окатывает отвращение. К себе. К нему. К глупости всей этой ситуации.

В тот момент я совершила ошибку. Люди слишком мало знали об оборотнях. Я дернулась, уперлась ладонью в грудь, пытаясь оттолкнуть.

Зверь вскинулся. Зверь — не человек. Его лицо по-звериному исказилось, поплыло, на руках появились острые когти.

В глазах на миг отразилось что-то… ужас? Борьба? Мне даже бесполезно кричать! Никто не услышит!

Каким чудом вывернулась? Когти только едва заметно прочертили полоску на животе, даже кровь не выступила.

Неведомым образом я взвилась вверх, словно акробат, перелетая через голову застывшего мужчины на другой конец комнаты.

Скрипнула кровать. Зверь больше не играл. Ощерился, зарычал так, что все волоски на теле дружно вытянулись по струнке.

Я отшатнулась.

Запах — этот тошнотворный запах стал совсем невыносимым, и в этот момент, запоздало, я вспомнила, где именно уже ощущала подобный аромат. В химической лаборатории одной из крупнейших медицинских компаний Райлакса.

Так пах мейон, одна из наших последних разработок, смесь, которая сама по себе не была отравой, но если принять вместе с этим белым, безвкусным и бесцветным порошком алкоголь… пусть земля моему тупому коллеге, решившему напиться на работе, будет пухом.

Оборотень принял мейон? Но зачем? Я попятилась в дверной проем, отпрыгивая в соседнюю комнату. Мышцы сводило. Долго я не выдержу, несмотря на все часы, проведенные в спортзале.

Мейон… сыворотка, которая должна была облегчить ряд сложных операций в медкапсулах. Он воздействовал на нервные окончания человека. Оборотням его продать и не пытались, это же совершенно бессмысленно, мы слишком отличаемся…

Мне конец.

Но почему-то страха не было. Стало только как-то жарко, нестерпимо заломило суставы и зачесались кончики пальцев.

Оборотень шагнул вперед, и… прыгнул. Я почти увернулась, треклятыми труселями обожаемой подруги клянусь!

Под ноги попались сбитые с полки книги. Не пластиковые — обычные. Дорогущие, вероятно. Но несчастную меня и гневливенького зубастика такие мелочи не волновали. Бросок. Удар, как тараном. Спина горестно вопит от поцелуя с полом — он, знаете ли, хоть и покрыт ковром, но весьма жесткий.

Кусь?!

Его лицо близко. Совсем близко. Так, что я вижу каждую напряженную жилку, острющие — прощай мой пальчик — клыки, прижатые плотно к голове вытянувшиеся уши, весьма пикантно и почти мило покрытые пушком.

Ноздри раздуваются — и вдруг недомохнатый клыкастый утыкается мне в шею, продолжая жадно и часто дышать.

Кончики пальцев на руках взрываются болью.

Я вскрикиваю, рефлекторно сжимаю что-то ладонью — и со всей дури опускаю её на голову оборотня.

Раздается тихий хрип — и огромное тело на мне безвольно обмякает, заставляя внутренне похолодеть.

Из моих пальцев вываливается какой-то каменный бюст. Крови на нем, кажется, нет, но от этого не легче.

Мать моя неизвестная, только б не убила! Разорвут!

Я уже почти готовлю оправдательную речь, когда… эта бессовестная туша начинает храпеть. Ну ладно, тихо посапывать. Он спит! Спит, пока я тут схожу с ума и пытаюсь сбежать от его хищных инстинктов!

Пальцы мелко дрожат. Я не сразу понимаю, что с ними что-то немного не так. Например, острые когти, что медленно, буквально на глазах исчезают в подушечках пальцев. Померещилось. Перенервничала.

Вопрос лишь в одном? Что произошло — и как это все теперь разрулить, не лишившись головы?