Моя пушистая проблема

Глава 20. Вас не ждали…

Никогда не думала, что могу испытывать такое всепоглощающее, совершенное, огромное счастье. Просто от того, что этот мужчина держит мою руку, рассеянно перебирая пальцы.

Жизнь моя… Как мало и как много нужно, чтобы окончательно осознать свои чувства. Свыкнуться с ними, не краснеть, подобно неразумному ребенку, дрожа и скрывая все от самой себя.

Я влюбилась в него давно. Наверное, с того самого мига, как он, несмотря на весь свой непростой характер, все-таки помог, объяснил, зачем привел в свой дом. Но вот полюбила только теперь. Когда увидела, с какой холодной яростью он умеет защищать свое. Что он не стесняется своих чувств, проявляя их ярко и прилюдно. А уж как хорош его кот… Мы со зверем были в единодушном восторге.

Поэтому присмирели, притихли и наслаждались тем вниманием, которое нам оказывали, той нежностью, которая сквозила в каждом движении этого ледяного обычно оборотня.

Как там было в книгах? Властный самец? Пф. Ха. Глупое человеческое определение. В последние годы выходили едва ли не сотни трактатов по психологии и справочников для чайников, которые обсасывали проблему оборотней вдоль и поперек. И возможность смешанных семей, и здоровое желание человеческих женщин иметь сильного защитника, и даже возможность нашего происхождения от одного и того же предка… Ну и всяческих книжонок на тему “Как приворожить оборотня”, “Любовница альфы”, “Рабыня Великого Волка”… Вот раньше смеялась до слез, а теперь поневоле начинаешь задумываться. Может, там и правда секретная инструкция на счастье закопалась? Нет? А давайте откопаем?

Мысли текли, перескакивая с одной глупости на другую. Кажется, я пропустила тот момент, когда местный целитель, наконец, признал мое состояние полностью удовлетворительным, мою психику — на редкость здоровой и гибкой, а вот одному волчаре выписал пару таблеточек от излишнего рычания.

В какой-то момент мы остались в покоях лорда Вайре одни. Давно уже не оставались…

Я прикрыла глаза, чувствуя, как в горле поневоле встает ком. Ненавижу это состояние, близкое к панике, это проклятую нерешительность! Только что была спокойна, как удав, и на тебе. Обошли меня в свое время любовные волнения стороной. До этого момента.

Мой первый мужчина. Тьма и космос!

Кровать даже не скрипнула — только прогнулась под весом мощного тела. Он наклонился надо мной — низко. Так, что я ощущала его дыхание на щеке, чувствовала сквозь полуприкрытые веки его взгляд. Не насмешливый, не тяжелый, не оценивающий. А какой-то… волнующий…

— Когда ты собиралась сказать мне, что ты не человек, Мая? Или, может, все-таки Миари? Я ведь не слепой и не глупый. Да, признаю, что поначалу списывал многое на то, что оборотни были в твоих предках, но… Почему?! — он не рычал и не кричал. Так глухо, так отчаянно-устало это прозвучало, что я вскинулась, приподнимаясь.

Открыла глаза, сталкиваясь с горящим льдистым взглядом. Что ему ответить, если сейчас и самой все эти игры кажутся неимоверно глупыми? Зачем я все это затеяла? Как будто попав в волчий замок разом сбросила лет десять, превратившись в свою юную безголовую копию.

— Теперь уже и не знаю, — призналась, — криво усмехнувшись, — это было глупо, милорд…

— Эрен.

— Вы уверены? — нахмурилась.

— Ты. И да, уверен, что к своему будущему мужу ты имеешь полное право обращаться на “ты”, кошка.

— Вот так?

— Да, — мягко обласкал чужой взгляд, пройдясь пером по телу, — но все-таки даже у самой последней глупости чаще всего есть причина. Почему? — он смотрел серьезно, требовательно, но не давил в этот раз. Я оценила.

— Потому что мне хотелось, чтобы ты полюбил меня-человека, а не меня — ценную самка клана оборотней. Глупо, знаю. Все хотелось, чтобы любили меня настоящую, а получилось, что придуманный образ…

— Тссс, — теплый палец прижался к губам.

— Кошка, ты самая настоящая из всех, кого я только знаю, поверь. Тебе не приходило в голову, Мая, что заинтересовался тобой, очаровался тобой, полюбил тебя именно благодаря твоей двойственной природе? Именно потому, что ты считала себя человеком, но кровь оборотней никуда не денешь…

— Но…

— Ты не ненавидела нас. Не боялась. Не пыталась получить выгоду. Ты принимала нас всех так же, как и своих приятелей из людей. Скажешь, нет? — внимательный взгляд искрящихся глаз.

Если рассматривать это с такой точки зрения… Змей, а не волк и или кот! Вон как все развернул!

— Если бы ты была чистокровным человеком, прости, Мая, но ты была бы другой. Возможно, такой же прекрасной молодой женщиной, умной, сильной и целеустремленной, но… человеческой. Это не плохо, — оборвал он мой зарождающийся протест, — просто и характер, и психология были бы иными. У тебя были бы другие родители, ты росла бы в полноценной семье и вся жизнь твоя была бы совсем иной. Так какой смысл обсуждать то, чего не было? Скажешь, я не прав? — острый коготь прочертил дорожку по горлу и спустился ниже.

— Хочешь сказать, что я не была бы той женщиной которая тебе… понравилась? Мы рождаемся теми, кто мы есть, и я зря цеплялась за свою мнимую человеческую природу? — усмехнулась, запуская пальцы в гладкие светлые пряди чужих волос. Какие же мягкие…

— Правильно… — его горящие глаза так близко.

Ноздри подрагивают, словно Вайре принюхивается.

Он склоняется ниже — и неожиданно накрывает ладонями мою грудь, поглаживая. Становится жарко. По телу прокатывается дрожь, меня встряхивает, бегут мурашки. А он, не давая опомниться, уже целует шею. Ласкает языком — жадно, нежно, проходится по ушной раковине, заставляет меня податься навстречу, опираясь на подушку.

Его пальцы скользят по ткани легкого домашнего платья, в которое меня успели переодеть, легко задирают подол, поглаживая обнаженную кожу.

— Такая податливая, страстная, ласковая…

Зубы прикусывают губу, заставляя мои собственные губы приоткрыться, язык проскальзывает внутрь. Меня целуют жестко, лишая воздуха, жадно, отчаянно страстно. Так утопающий хватается за соломинку. Я не могу отвести глаз от чужого сильного тела, от перекатывающихся под рубашкой мышц, от явственно видного напряжения.

То, что этот мужчина так очевидно желает меня — доводит до исступления. Заставляет сорваться с цепи.

Я тяну его волосы, заставляя нагнуться ко мне. Он уже полностью забрался на кровать, и теперь, расставив ноги по обе стороны моего тела, нависает надо мной, стоя на коленях.

Один миг — и острые когти небрежно распарывают новое, между прочем, платье. Возмущенно шиплю под нос, выпуская когти и ощутимо царапая чью-то спину.

Смущение, азарт, желание, восторг, жажда… Сумасшедший коктейль сбивает с ног, заставляет тянуться к нему, выгибаться под его ласками.

Когда ладони порхают по телу, как кисть художника по чистому полотну. Когда ты заходишься в крике от чувства наполненности, яркого и незабываемого. Когда острые зубы смыкаются на плече, жадно метя свое. Когда ты кусаешь в ответ, обнимаешь, буквально сливаешься с ним в одно целое.

Дорожка поцелуев, идущих по животу. Тихий шепот. Рык. Переплетение теней на стенах.

Эрен сдержал свое обещание — ни о ком и ни о чем ином я в эти часы больше не думала. Все казалось простым, понятным, решенным. Осталось всего-то навсего прожить последние ритуальные дни, дождаться, когда волчиц отпустят домой под защиту клана и отыскать последние нити заговора. В последнее мне лезть точно не стоит, слишком мало я в этом понимаю. Не следователь, не военный и не оперативник. Сугубо гражданское лицо.

Зато, когда все закончится, я смогу официально обучаться в Академии Нэста, лучше академии нашего сектора. Смогу увидеть другие планеты, стать известным ученым, сделать новые открытия… просто быть любимой и желанной женщиной.

Я поверила в это отчетливо и ясно, я слишком хотела, наконец, дотянуться до своей любимой сказки, получить невозможное!

И потому вернуться в реальность оказалось нестерпимо больно.

Нет, с утра все было совершенно обычно, спокойно и размеренно. Торопливые ласковые поцелуи, обещание обязательно встретиться днем и торопливое бегство.

Ушел. Ладно, и мне пора. Изучать волчьи традиции, да и историю собственного клана. К тому же, судя по вороху сообщений на магофоне, там Тай с Малинкой чуть с ума не сошли. Хорошо хоть было вчера, кому их успокоить.

Я улыбнулась яркому утреннему солнцу, прошлепала в гардеробную, найдя в одном из внушительных шкафов часть своих вещей — помню, вчера Эренрайте говорил о чем-то подобном.

Оделась в светлый брючный костюм, прикрывая глаза от наслаждения. Все же, как много делает с человеком дорогая одежда! Многое, но не все.

До обеда я успела прогуляться по окрестностям, отчитаться Таю, пообещать Малине любой ценой вытащить её к нам погостить и, конечно, посидеть с Миром. Это ведь он мой маленький спаситель и настоящий защитник! Под большим секретом мне рассказали, как отважно вчера сражались за право прорваться к отцу и поведать о том, что любимая мамоняня попала в беду.

Удивительно чистый и чудесный ребенок.

Мы как раз решили с ним отправиться на прогулку — позавтракали поздно, есть сейчас не хотелось, и медленно шли по дорожке парка к озеру, когда нас окликнули. Вернее, меня.

— Тц, тц, госпожа…

Обернулась резко, чудом не навернувшись на месте.

Светлокожая смешливая волчица с ясными серыми глазами мне была знакома. Подружка моего первого друга в замке — Ириса. Звали её Ирна. Вот только сейчас обычно спокойная и приветливая девчонка хмурилась и кусала губы.

Мир как раз убежал немного вперед, что-то обнаружив под одним из кустов. Держа мальчика в поле зрения, качнула головой, сходя с дорожки. Жизнь научила быть осторожной и верить в знаки судьбы.

— Ирна? Что случилось?

— Госпожа, я правда не хотела, честное слово. Мы не виноваты! Это точно не слуги рассказали…

Девушка краснела, бледнела, частила и заваливала меня потоком сознания. Такого за ней раньше не водилось, поэтому я прикрыла, выдохнула и резко оборвала:

— Быстро и по делу, Ирна. Что произошло? Кто в этом виноват? И как это можно исправить? Четко и по пунктам, пожалуйста. Мне не хотелось бы оставлять Мира надолго, хотя за нами и присматривают круглосуточно.

— Простите, арра, — волчица вздрогнула всем телом, наморщила смешно нос, тихо рыкнув, — это как раз по поводу молодого господина Мира…

— Что с ним? — я встревоженно оглянулась, но нет. Мелкий возился у огромного разлапистого дерева и выглядел до ужаса довольным.

— Пока-то ничего, но когда узнают…

— Ирна-аа… — я сейчас кого-нибудь покусаю! Да что случилось?!

— Госпожа, вы же знаете, что господин Миррим обладает пророческим даром? — волчица вдруг разом как-то собралась, успокоилась, сцепила руки на белом фартуке и теперь говорила едва слышно, даже губ не разжимая — как будто боялась, что прочтут по губам.

— Только сегодня узнала от него самого, — призналась честно, — похоже, это стало большой неожиданностью даже для его отца.

— Да. Эссе Вайре не мог даже предположить Пророка… Их не было уже три сотни лет…

Несмотря на то, что в магии я пока все ещё разбиралась довольно слабо, масштаб катастрофы начала осознавать.

— Думаешь, ему может что-то грозить?

— Не просто может… понимаете, Серый клан… он считался уничтоженным.

— Серый?!

— Да, именно в нем всегда рождались пророки. Я уж не знаю, что там случилось, откуда мне? Там если кто из Высших знает… Но, похоже, мать господина Миррима была их дальним потомком, и спящий дар все-таки передался.

— Почему ты пришла ко мне, а не к лорду? И чем это грозит Миру? — уточнила хмуро.

Мир оборотней оказался куда сложнее, чем считали многие люди и даже маги.

— Где мы, а где лорд. Меня к эссе Вайре и не пустит никто! А вас мы с первого дня знаем! Вы хороший человек, арра Майари! И пахнете лордом, — добавила чуть смущенно, — значит, она вас принял и точно послушает…

Ох уж этот мне волчий нюх!

— Полагаешь, лорд не знает, как защитить сына?

Что-то мне это не нравится. И поведения волчицы, и странные просьбы. В конце концом, Эрен раньше нас узнал о даре Мира, вряд ли он ничего не предпринял по этому поводу, а уж власти у него достаточно.

— Вы не понимаете, — голос Ирны вдруг зазвучал холодно, уверенно, совсем не так, как раньше. Да и звучал он… в моей голове. Сама девушка стояла, по-прежнему смущенно опустив глаза и комкая подол, — он просто не успеет. Я Ирная Серая Тень, мастер-убийца, Стратег моего клана. Я десять лет работаю по поручению моего Главы на лорда Вайре и охраняю Жнеца от любой опасности, которая может ему грозить. Но сегодня Глава прислал сообщение, что кто-то слил информацию о даре юного аро Миррима. На него открыта охота.

— Влияние Жреца велико, но есть старинный закон, по которому одинокий мужчина не может воспитывать сына, особенно незаконнорожденного, в одиночку. Его давно уже не применяют, просто забыли отменить, но теперь могут вспомнить. Если вызовут Совет старейших оборотней и проведут расследование по содержанию Мира все эти годы, то выявят многочисленные нарушения. И всем будет плевать, что Жнец и сам не всегда знал, что происходит в его доме, занятый делами клана и божественной волей.

Я застыла, впитывая, как губка, все, что мне наговорили. Не то, чтобы была причина не верить, но…

— Почему ты раскрылась? Что за клан убийц? И почему вы помогаете лорду Вайре?

— Потому что у Серого клана долг. О кланах спроси у Жреца, он ответит. Мое прикрытие больше не имеет смысла, но до отмены распоряжения я не уйду и буду охранять юного господина.

— Ты так и не ответила на вопрос — что в таком случае делать? Думаю, лорд Вайре и сам понимает опасность происходящего.

— Он не знает, что Совет уже собран. К чему-то подобному его враги готовились давно. Это…

— Не связано с заговором?

— Нет, но они действуют на руку врагам страны, старые глупцы! — сероглазая, полная тайн, досадливо поморщилась. — И среди них родной дед лорда Вайре по отцу и дед юного лорда Миррима по матери. Он до сих пор винит лорда Вайре в смерти дочери.

Космос! Это я-то надеялась не влезать в интриги! Не в одну, так в другую. Но Мира я ни одной старой сволочи не отдам. Я уверена, что ребенку будет лучше рядом с родным отцом. Да, лорд… Эрен, быть может, был и не самым лучшим отцом, но он старался и старается! И сына любит! И я успела полюбить мальчишку, искренне к нему привязаться. Если… если все-таки это не сон, не жестокая выдумка, не штука — и мы с Эреном сможем стать парой, то я сделаю все, чтобы малыш чувствовал себя счастливым и никогда бы не считал себя лишним в семье.

Прикрыла глаза, стараясь успокоиться и мыслить объективно.

Что ж, похоже, пообщаться с лордом мне действительно придется. Если он куда-то и уехал, то номер его магофона теперь всегда со мной, да и наша связь подскажет. Я чувствую её — звенящую золотом нить, которая связывает сердца и души.

И начинаю верить. И в хороший для нас конец, и в любовь и… размякла я от хорошей жизни.

Когда повернула голову, собираясь кое-что уточнить, моей собеседницы уже не было.

— Мир, иди сюда! Мир! — окликнула. Лучше не терять его из вида.

— Ага. Чего, мам?

От этого “мам”, все внутри перевернулось, нестерпимо заныло, задрожало, заставляя почувствовать себя ещё более крепко привязанной к семейству Вайре.

Пальцы сами, без участия разума взъерошили светлую макушку. Правду говорят, что маленькие волчата очень привязчивы. Они откликаются на доброе слово, на любой хороший поступок, они ценят каждую кроху внимания…

Румянец на щеках, горящие глазищи и широкая обаятельная улыбка. Вырастет — все девчонки его будут! Как можно было такого обижать? Как вообще можно обидеть ребенка?

— Все в порядке, Мир. Я люблю тебя, малыш. Сейчас надо позвонить твоему папе, похоже, у меня есть для него новости…

А для начала накрутить хвосты охране. И Марнусу и Искаром сообщить — уверена, дяди будут на нашей стороне.

Легко коснулась клановой вязи, которую нанес мне источник. Теперь дяди знают, что мне срочно нужно их видеть. Лучше обоих. Искар будет даже более кстати, как правящий альфа клана.

Теперь охрана.

— Арры охранники, уверена, что вы где-то неподалеку. Ситуация срочно требует вмешательства, прошу старшего смены появиться.

Интересно, почему они не вмешались с приходом Ирны? Считали своей? Не слышали о чем говорим? Или у убийц есть свои штучки для отвлечения внимания? Но тогда плохая у нас охрана…

— Арра… — сам Игнос Заэрг, мой старый знакомец по первым дням в клане.