— Так что ты хотела вчера сказать? — за завтраком Элери внезапно обратилась к Фьёне.
Та испуганно оглянулась и сделала большие глаза. Несколько гномов и фей бросили на неё любопытные взгляды, но промолчали.
— Давай позже поговорим… — Фьёна откусила сэндвич с джемом, всем своим видом давая понять, что не готова к беседе.
На лбу Элери залегла морщинка.
— Ребят, быстренько заканчиваем завтрак — и за работу. Надо глянуть, как дела в магазине после вчерашнего дня и, всё, что нужно, привести в порядок.
Волшебные помощники заторопились, проглатывая плохо прожёванные куски пищи и запивая горячим лунным чаем. Работы действительно предстояло ещё больше, чем вчера: проверить, всё ли исправно, всего ли хватает, навести порядок и чистоту.
— Фьёна, помоги, пожалуйста, убрать со стола, — обратилась Элери к фее, когда остальные начали потихоньку выходить из кухни.
Та кивнула и взялась уносить пустые чашки.
Когда, наконец, пухленький Норболт доел седьмой бутерброд и вперевалку вышел из кухни, Элери нетерпеливо подскочила к Фьёне:
— Говори скорее, пожалуйста! Чуть с ума не сошла, пока дождалась, когда все разойдутся!
— Я вчера сказала, что мимо твоего уха пролетел не волшебный снежок.
— Что?! — Элери не поверила ушам, — то есть, это не проказы гномов?
— Абсолютно точно!
— Но что тогда?
— Я не знаю. Это было что-то серое, похожее на ком из дыма. Но холодное. Когда оно пролетело, снежинки пошли хаотичными завихрениями… Как будто какая-то тёмная сила проникла в магазин.
— Но… — Элери поникла, — а куда оно тогда исчезло?
— Не знаю, — Фьёна расстроенно пожала плечами, — я взлетела к потолку, но оно уже скрылось. Целый день я оглядывалась, надеясь уловить ещё раз хоть одно движение — но нет…
— Значит, это нечто до сих пор в магазине… — Элери почувствовала, как живот скрутило от волнения.
— Скорее всего.
— Надо предупредить остальных.
— Нет! — Фьёна явно уже обдумала это, — боюсь, что если нас всех охватит страх, то не останется энергии на магию. И тогда…
— Тогда магазин не сможет работать… И получится, что я не справилась с ролью Хранительницы в первый же год, — нижняя губа Элери задрожала, и Фьёна, уже пожалевшая, что рассказала всё, нежно коснулась плеча девушки:
— Не переживай. Пока мы ничего не знаем про эту тень. Ну, и чем бы она ни была — у тебя есть мы. Так что в любом случае вместе со всем разберёмся!
— Спасибо, — Элери шепнула это одними губами, пытаясь совладать с подкатывавшими слезами, и заторопилась в магазин, чтобы удостовериться, что неведомая тень не разрушила его за ночь…
Однако, к огромному облегчению Элери, всё выглядело ровно так же, как и вчера. Правда, снова было прохладно, но Фернан уже активно разжигал пламя в камине.
— Как дела, ребят?
— Порядок!
— Всё хорошо! — понеслись с разных сторон жизнерадостные голоса.
— А у тебя? — Элери подошла к молчавшей Люмине, которая внимательно оглядывала одну из гирлянд.
— Да, в целом, всё нормально, — фея сосредоточенно перебирала пальчиками каждый сантиметр шнура, — но почему-то с утра на этой гирлянде не горело два огня.
— Что?! — Элери переглянулась с подлетевшей к ним Фьёной.
В этом не было бы ничего удивительного, если б гирлянда была обычная. Но волшебные гирлянды Люмины никогда не гасли. Ни разу за всё время. А тут за одну ночь сразу две лампочки!
— Да ничего страшного! — фея обернулась к Элери и увидела её озабоченное лицо, — всякое ведь бывает. Наверное, где-то я пропустила нужное заклинание, и магия иссякла. Я уже всё наладила. Посмотри: все фонарики работают.
— Ну хорошо, — Хранительница почувствовала, как плечи чуть опустились, — если вдруг заметишь что-то непонятное, сообщи, ладно?
— Хор… — фея, вернувшаяся было к осмотру шнура, с подозрением глянула на девушку, — а что такого непонятного я могу увидеть? — её голос зазвучал напряжённо.
— Ну-у-у, — Элери прикусила нижнюю губу, — мало ли. Может, это Пик вчера расхулиганился и попал снежком в гирлянду. Я его приструню.
— А, вон ты о чём. Ладно, — Люмина вернулась к своим делам.
В этот миг с гомерическим хохотом Пик пробежал мимо, мигая ушами и пуская цветные клубы дыма.
— А вот и необычное, — Люмина, подняв бровь, глянула на гнома.
Элери рассмеялась: этот шалун не особо помогал в работе по магазину, но всегда умудрялся поднять настроение.
Тут же раздались волшебные колокольчики, флейты, скрипки — всё в лучших традициях Нового года, — и от приятной мелодии стало ещё радостнее.
— Спасибо, Мелисса, — Элери с благодарностью глянула на фею, настраивающую музыку.
Та, приложив руку к груди, с улыбкой склонила голову.
— А кто-нибудь знает, что с Пиком?
Норболт, неспешно посыпавший товары волшебным порошком из большой шкатулки, флегматично ответил:
— А, это он съел волшебного порошка.
— Что?! — Элери опешила, — это безопасно? И когда он перестанет пускать дым?
— Безопасно! — Норболт зевнул и погладил себя по животику свободной рукой, — до завтра должно пройти…
— То есть, сегодня мы будем ночевать в клубах дыма? — недовольно пробурчал Эмбл, чей вигвам стоял рядом с вигвамом Пика.
— Не переживай, — подлетела Кристель, держа в руках малюсенькую кружку с напитком цвета северного сияния.
Фея искала глазами Пика:
— Мой коктейль должен его остудить. Уши, может, и не перестанут мигать, но дым за пару часов закончится… А, вот и ты! — фея подлетела к гному, лежащему в коляске для кукол, и выпускающему кольца сине-зелёного дыма то из одной, то из другой ноздри, — на, выпей.
— Зачем это? — Пик с подозрением глянул на стакан в руках Кристель, — вдруг ты хочешь меня отравить?
— То есть, несъедобный волшебный порошок ты попробовать не побоялся, а напиток, который я готовлю уже добрую дюжину лет — так сразу отрава?! — фея нахмурилась, — пей, я сказала!
— Ну, ла-а-адно, — нехотя протянул малыш и сделал несколько глотков, — а что будет?
— Дым твой пройдёт!
— Вот ещё! — Пик убрал кружку ото рта, — мне он нравится!
— Ох, а как понравится покупателям гном, который мигает ушами и пускает цветной дым. А ну как какой-нибудь мальчишка утащит тебя?! Что тогда делать будешь?
По личику Пика промелькнул страх, и он залпом допил сияющий напиток.
— Вот то-то же! — фея забрала пустую кружку и, пролетая мимо Элери, подмигнула, — как я его, а?
Хранительница незаметно подняла большой палец вверх.
— Ух ты, а снова стало теплее. Фернан, твой камин, как всегда, бесподобен! — Элери закатала рукава свитера.
Вдруг её взгляд упал на Твилло, сидящего на стульчике в самом углу магазина. Всегда весёлый гном сейчас хмурился, поглаживая стену и что-то нашёптывая.
— Твилло? — Элери, бесшумно подойдя к гному, опустилась на колени, — что происходит?
Гномик вздрогнул от неожиданности:
— Я не знаю, — его лицо выражало крайнюю степень озабоченности, — магазин говорит, что ему холодно.
— Но Фернан уже растопил камин… — между бровями Хранительницы появилась морщинка.
— Дело не в этом… Я не до конца понимаю. Магазин говорит что… он остывает изнутри, словно в его сердце попала глыба льда…
Элери задрожала и опустила рукава.
— Значит, Фьёна права, — шепнула девушка.
— В чём права? — Твилло вскинул взгляд на хозяйку, но она не успела ответить: дверь магазина распахнулась.
— Поговорим вечером, — Элери заспешила к покупателям, — доброе утро! Добро пожаловать в магический магазин!..
День был таким же активным, как и вчера. В перерывах между покупателями Элери замечала, что Фьёна, как и она, внимательно оглядывается, ища взглядом неведомую тень. Но ничего не происходило.
— Может, нам показалось? — пока посетителей не было, Хранительница налила себе кружку карамельного эликсира, чтоб подкрепиться.
— Не знаю, — Фьёна парила рядом, — хотелось бы, конечно… — но она не успела закончить фразу: колокольчики над входом снова зазвенели, и фея быстро нырнула за прилавок.
Дверь аккуратно открылась и в магазин бесшумно зашёл бледный, с почти прозрачной кожей, мальчик лет двенадцати. Он был так худощав, что зимняя куртка висела на нём, словно балахон, хотя по рукавам было понятно, что она подобрана по размеру.
Мальчик робко заозирался, оглядывая волшебные витрины, затем замер напротив коробки с пазлом, на котором был изображён скачущий по лугу конь с сияющей развевающейся гривой.
— Ох-х-х, — тихий голос гостя звучал восхищённо.
— Любишь лошадей? — Элери негромко подошла к нему.
— Да, очень! — мальчик продолжал любоваться картинкой, затем отпрянул, — ой, здравствуйте! Да я так… Э-э-э-э… зашёл посмотреть… если можно.
— Конечно же, можно! — хозяйка улыбнулась максимально ободряюще, — ты можешь оставаться здесь, сколько хочешь, — и ушла за прилавок, чтобы больше не смущать ребёнка.
— Угости его, — шепнула Лисель, протягивая Элери марципановую звезду.
— Он застесняется и убежит, — Элери отстранила десерт.
— Угости-угости! — поддержала подругу Кристель, поднося кружку с зимним шоколадом.
Элери пару секунд с сомнением наблюдала за гостем, затем, взяв тёплый напиток и сладость, вернулась к нему:
— Угощайся, на улице сегодня морозно, — не успел мальчик вскинуть на хозяйку испуганный взгляд, как та поспешила добавить, — это бесплатно, не переживай! Подарок от нашего магазина.
Только после слова “бесплатно” робкий гость расслабился и принял кружку, а звезду тут же распаковал и с положил в рот, после чего расплылся в блаженной улыбке.
Элери вновь вернулась за прилавок и сделала вид, что занимается своими делами, украдкой глядя на мальчика.
Он останавливался везде, где были лошади: его интересовали конструкторы, сувениры, статуэтки и даже игрушки, хотя казалось, что он довольно взрослый для них. Волшебный шар со всадником на гарцующем коне мальчик держал в руках особенно долго — затем со вздохом вернул на полку.
Обойдя весь магазин и подойдя к прилавку, маленький гость протянул Элери кружку из-под зимнего шоколада:
— Спасибо большое! Очень красиво у вас тут!
— Я рада, что ты к нам забрёл, — Хранительница произнесла эти слова абсолютно искренне, — но постой! — она протянула мальчику лист бумаги, — ты можешь написать своё самое искреннее желание и опустить в ящик под часами, вон туда. Часы исполнят его.
— Правда? — мальчик улыбнулся.
— Самая настоящая правда! Этим часам уже несколько сотен лет, — Хранительница склонилась к его уху и произнесла последнюю фразу полушёпотом, словно это был секрет, — и они каждый Новый год исполняют все желания, которые им доверяют!
— Ух ты-ы-ы! — глаза маленького посетителя вновь засияли, но, взяв в руки бумагу и ручку, он вдруг замер. Он всё больше и больше хмурился, и Элери не выдержала:
— Я видела, как ты смотрел на лошадей.
— Ой, нет, — мальчик махнул рукой, — я бы, конечно, хотел заниматься конным спортом, но я не справлюсь. Родители говорят, что я слишком маленький и лёгкий, и лошадь сбросит меня в два счёта. Хотя недалеко от нас есть ипподром, и я каждый день бегаю туда хотя бы на полчаса. Работники уже знают меня и разрешают кормить лошадей… Знаете, какой там есть жеребец? Белый-белый, как снег! Обожаю его! — вся робость юного гостя внезапно улетучилась. Он говорил вдохновенно и звонко.
Слушая его, Элери невольно заулыбалась:
— Напиши это желание! Оно настоящее, а, значит, сбудется!
— А если я всё-таки не справлюсь? — огонёк в глазах ребёнка снова погас.
— Ты справишься! Я абсолютно в этом уверена!
Вздохнув, он склонился над листком бумаги и медленно написал несколько фраз. Элери вложила записку в конверт, запечатала сургучём и вернула ему:
— А теперь опусти конверт в прорезь под часами!
Мальчик подошёл к часам и, чуть помявшись, бросил туда конверт.
— Ну, спасибо Вам большое! До свидания! — он ещё раз обернулся и вышел.
Едва дверь за ребёнком закрылась, по магазину пронёсся пронзительный крик.
Элери бросило в жар.
— Что случилось?!
Вокруг стеллажа с волшебными шарами уже успели собраться почти все феи и гномы.
Фелия с ужасом смотрела на один из шаров, а Сольви, обняв её одной рукой, другой гладила по голове:
— Ну, не переживай. Приведём его в порядок, ничего страшного.
Элери перевела взгляд с фей на шар: Он почти полностью изнутри покрылся толстым слоем льда — и лишь через малюсенький просвет можно было смутно разобрать гарцующего коня в снежном буране.
— Что это значит? — Элери подняла глаза на фей.
— Я… я не знаю, — Фелия всхлипнула, — это какая-то тёмная магия. Мои шары никогда себя так не вели… Боюсь, это плохой знак…
Хранительница поискала глазами Фьёну, и та, перехватив взгляд Элери, отрицательно покачала головой.
Девушка вздохнула:
— Постарайтесь его починить, ладно? Если не получится, дайте знать.
Фелия кивнула.
— Я помогу, — добавила Сольви.