Магический магазин Элери

Глава 2. Первый день декабря

Негромкая музыкальная трель тактично вплелась в предрассветную тишину. Высунув руку из-под одеяла, Элери выключила будильник.

Не открывая глаза, она попыталась вспомнить, что сегодня снилось, но вспомнила совсем другое: декабрь!

— Друзья! Подъём! — уже через секунду она вскочила, весёлая и растрёпанная.

Зевая, феи и гномы тоже начали потихоньку подниматься.

Кровати гномов в отдельных вигвамах стояли на полу вдоль стены. Кровати фей в форме цветочных бутонов парили под потолком.

— Наконец-то мой любимый месяц! — замечтавшись, Элери обняла себя руками и закружилась по комнате. Но тут же замерла. Только сейчас на её сонный ум пришло воспоминание, что теперь она — Хранительница. И родительская спальня сегодня пустует.

Сердце ёкнуло. Но до слуха девушки донёсся серебристый смех радостных фей.

— Ну, я же не одна! — сама себе шепнула она и посмотрела на помощников.

Феи же, поправляя помятые с ночи крылышки и делая причёски, переговаривались и смеялись.

Энергия счастья заполняла комнату. Даже почти всегда нахмуренные кустистые брови Рокки сегодня были расправлены, а от уголков глаз разбегались довольные морщинки: это значило, что под его густой бородой прячется улыбка.

Закончив с утренними делами и шумно позавтракав, Элери и её помощники выстроились у двери в магазин.

— Ну что, готовы? — голос девушки немного дрожал.

Феи с гномами нетерпеливо загалдели.

Взявшись за ручку, Элери выдохнула — и решительно отворила внутренний вход в магазин.

— Ого, зябко, — она поёжилась, — похоже, ночь была морозная, раз даже тут прохладно. Ладно, согреемся за работой! Друзья, до открытия полтора часа — вперёд!

Проверив кассу и аккуратно разложив в ящике стола листки для желаний и конверты, Элери двинулась по магазину.

— Отлично, отлично! Секунда в секунду, — шептал под нос Лиррик, переводя взгляд со стрелки своих наручных часов на циферблат волшебных часов пра-пра-прадеда.

Выудив из кармана широких штанишек маленькую тряпочку, гном стал до блеска натирать их рыжую стенку.

Вжух! Внезапно колпак Лиррика рухнул на пол.

Прыснув, Элери резко обернулась и увидела Пика, спрятавшегося за стеллаж.

— Эй, проказник, прекрати! — деланно сурово крикнула она, но того уже не было.

Качнув головой, Лиррик водрузил колпачок обратно и вернулся к делам. Тут же в стенку часов попал ещё один снежок.

— Да что ж это такое!!! — гном сердито бросил тряпку, — а ну стой! — он кинулся в сторону стремительно убегающего подмастерья, но тот уже залез на третью полку шкафа с игрушками.

Лиррик остановился у входа в ряд, куда нырнул Пик, и заозирался. Хлоп! Снежный комок разбился о его голову.

— Ну я до тебя доберусь! — гном тряхнул бородкой, поправил колпак и отправился к Фьёне, которая как раз сейчас создавала волшебный снег.

Её снежинки были лёгкими и тёплыми, словно пух. Они кружили по магазину и растворялись в воздухе, не долетая несколько сантиметров до пола.

Лиррик поймал на лету несколько штук и слепил огромный по его меркам снежок. Вернувшись к ряду с игрушками, гном притаился с краю, высматривая Пика, но никак не мог его найти.

Хлоп! Почувствовав удар в спину, Лиррик резко обернулся, но шустрый Пик, заливисто хохоча, тут же скрылся в ряду с товарами для творчества.

Разъярённый Лиррик швырнул снежок вслед улепётывающему Пику, но попал прямо в рождественский венок, который только что повесила Тисса.

Венок рухнул. Фея обернулась. Выражение её лица не сулило ничего хорошего.

— Упс! — гном, заложил руки за спину и, насвистывая, направился к часам.

Элери, конечно, понимала, что так нельзя, но не могла перестать хохотать: уши Лиррика были почти такими же красными, как колпак на его голове, несмотря на попытку принять невинный вид.

— Я же не такой глупый, как этот маленький Пик! У меня важное дело — некогда мне играть в детские игры! — бурчал он себе под нос, полируя вторую стенку часов.

Тут же об неё разбился очередной снежок. Лиррик вспыхнул. Раздувая ноздри, гном отправился противоположную от Пика сторону.

— О-оу… — младший гном растянул губы вниз, поняв, что перестарался.

— Ирисса! — Лиррик подошёл к фее, которая, перелетая от полки к полке, пассами аккуратно расставляла товары.

— Ну что тебе? — фея недовольно скривила ротик, отворачиваясь от стеллажа. Последняя стеклянная лошадка сместилась дальше, чем нужно, и едва не упала.

— Очень важное дело у меня, подлети, пожалуйста!

Опустив руки, Ирисса приземлилась на пол, и Лиррик что-то шепнул ей на ухо.

— Ты с ума сошёл? Я создаю порядок, а не разрушаю.

— Ну, пожалуйста! — Лиррик смотрел на неё умоляюще, — он мне работать не даёт.

— Уф, хорошо! Только быстро! — в глазах феи на миг мелькнул озорной огонёк.

— Ты лучшая! — гном поймал несколько снежинок и слепил ещё один внушительный ком.

Ирисса протянула к нему руки и что-то шепнула. Снежок моментально воспарил и улетел.

— Вот и отлично! — довольно осклабившись, Лиррик потёр руки.

Пик, наблюдавший за всем происходящим из-за стеллажа, спотыкаясь, ринулся, куда глаза глядят.

Шлёп! Снежок попал ему в затылок и немного отлетел назад. Шлёп! Колпачок гномика упал на пол. Пока тот поднимал свой головной убор, снежок успел несколько раз хлопнуть по его спине. Прикрыв рот, Ирисса хихикнула и вернулась к своим делам.

Лиррик, насвистывая, отправился к часам, делая вид, что происходящее его не касается, но при этом крайне самодовольно улыбаясь. А Пик бегал по магазину в поисках спасения от обезумевшего снежка. Наконец он нырнул в плетёную корзинку с крышкой, и снежок, потеряв свою цель, опустился на пол и растворился.

Элери, хохоча, стянула свитер:

— Никак потеплело, ребят?

Пик, запыхавшийся и пунцовый от бега, чуть приподняв крышку корзинки, осторожно выглянул оттуда:

— Ещё как потеплело, — убедившись, что опасность миновала, гном вылез и снял колпачок с прилипших к голове кудрявых волос, — Фернан, кажется, огонь в камине стоит сделать чуть меньше!

— Это тебе надо заниматься ерундой чуть меньше, — брюзгливо ответил Фернан, подкидывая в камин очередную связку хвороста, — а огонь идеальный!

— Это точно! — ответила Ария, поправлявшая узоры на окнах, — за ночь мои картинки стали толстыми и неаккуратными от мороза, а теперь, благодаря теплу, они снова нежные и изящные, так что всё отлично, Фернан, спасибо тебе!

Гномик промолчал, но на всякий случай чуть отодвинулся от огня: его щёки внезапно начали гореть.

— Как успехи, ребят? — Элери бросила быстрый взгляд на часы, — двадцать минут до открытия.

— У меня всё готово! — Нивея отпустила с ладони бумажного журавлика — и он взлетел.

Подняв голову, Элери увидела, как среди вьющихся узорчатых снежинок плавно реют разноцветные журавли разных размеров.

— Очень красиво, девочки! — Хранительница залюбовалась.

— У меня тоже порядок! — с одышкой отозвалась Фелия, которая только что поставила на полку со снежными шарами ещё один.

Элери бросила туда взгляд: на полке стояла сотня снежных шаров. Снег в них кружил непрерывно — их не нужно было трясти. Внутри шаров располагались миниатюрные скульптуры: лыжник, скатывающийся с горы, семейная пара рядом с красивым домом, мама с малышом на руках, сундук с маленькими золотыми монетками и разноцветными кристаллами… Каждый шар олицетворял собой какое-то желание. Покупатели не знали, но их желания начинали воплощаться в жизнь, стоило им приобрести подходящий шар.

— Восхитительно! — Элери улыбалась, — кажется, в этом году ты превзошла себя: шары очень красивые!

Нивея довольно зарделась:

— Если этих не хватит, у меня есть ещё несколько десятков заготовок — доделаю…

Вжух! Мимо щеки Хранительницы пролетел снежок, обдав прохладой.

— Пик, ну правда, уже хватит! — девушка хмуро повернулась туда, откуда прилетел снежок, но голос Пика внезапно раздался совсем в другой стороне.

— Чего хватит? — малыш держал в руках охапку инструментов.

— Ой… А кто тогда бросил снежок?

Пик пожал плечами и вернулся к своим делам. Остальные гномики зашумели:

— Не я.

— И не я, точно!

Элери ощутила тревогу.

— Приветник работает исправно! — с улицы ворвался беззаботный Брик с раскрасневшимися от мороза щеками, — я всё проверил!

Следом за ним, пряча руки за спиной, смущённо вошёл Рокки, известный любитель сладенького.

— Ну как в этом году орешки в шоколаде? — невинно поинтересовалась у него Элери, решив отложить мысли о неведомом снежке на потом.

— О, очень вкусные! — услышав вопрос, Рокки убрал руки из-за спины: в них было два уже открытых и надкушенных ореха: один в белом и один в молочном шоколаде.

Элери тихо захихикала, но, чтобы не смущать гнома, отвернулась и направилась к прилавку, где суетились Кристель и Лисель.

— А у вас как успехи, девочки?

— Всё в порядочке! — Кристель гордо обвела рукой вереницу чайников и кувшинов, — лунный чай, “северное сияние”, карамельный эликсир, зимний шоколад, клюквенный сбитень… В общем, всё в лучших традициях! Есть, чем угостить посетителей!

— Чудесно! Я бы с удовольствием выпила “рассветной пены”.

— О, одну секунду! — Кристель налила в большую кружку молоко, добавила в него тёмно-розовый сироп и, обняв миксер руками и ногами, начала взбивать смесь, порхая над кружкой.

— Как я счастлива, что уже декабрь, — мечтательно заговорила фея, — обожаю этот месяц! Кажется, что именно в декабре происходит самое-самое настоящее волшебство! И как я люблю, когда к нам приходят люди! И все их желания так сильно люблю! — продолжая взбивать напиток, Кристель засмотрелась в потолок.

— Эм… — Элери наблюдала, как содержимое кружки становилось всё пышнее и пышнее, но не решалась перебить фею.

— … а как хорошо пить зимний шоколад, глядя на огонь в камине! Этой густой тёплый вкус и морозные кристаллы на языке… — внезапно Кристель замолчала: из-под жужжащего миксера поднялось розовое облако и поплыло навстречу бумажным журавликам.

Элери расхохоталась, глядя, как фея торопливо летит за сбежавшим напитком, пытаясь загнать его обратно.

— Ох, и болтушка она, — тихонько произнесла Лисель и покачала головой, наблюдая, как розовое облако возвращается на место, — у меня тоже всё готово, — фея махнула на стол с десертами, — снежные трюфели, марципановые звёзды, сахарные ленты… Ну, в общем, ты знаешь!

Элери кивнула и взяла со стола один из её любимых зефирных кристаллов: мерцающий десерт был хрустящим снаружи и нежно-тягучим внутри.

— Как всегда, волшебно! — девушка с наслаждением закрыла глаза.

— И как раз готова твоя “рассветная пена”, - как ни в чём не бывало подлетела Кристель с кружкой пышного розового напитка.

— Шпашибо! — Элери проглотила сладость и втянула через трубочку пену, — да, невероятно вкусно! Замечательно!

В этот миг над открывающейся входной дверью раздалась трель колокольчика.

Девушка бросила быстрый взгляд на часы. Ровно девять — они пропустили момент открытия!

Краем глаза она заметила движение: феи и гномы разбежались кто куда успел и замерли. У них было негласное правило: посетители не должны их видеть! Иначе все захотят себе фею или гнома — а они могут жить только в магических местах.

Хозяйка магазина шагнула навстречу гостям, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Хорошо, что она успела проглотить зефирный кристалл до того, как открылась дверь — иначе он точно встал бы поперёк горла!

— Добро пожаловать, — Элери радушно улыбнулась, — здесь вы можете найти всё, что согреет вашу душу, воплотит желания или станет идеальным подарком для близких! — отчеканила она привычную фразу.

— Здравствуйте! — с любопытством оглядываясь, ответила ей изящная молодая леди в длинном каштановом пальто. Она держала за руку девочку лет пяти, которая прижимала к себе длинноухого плюшевого зайца.

— Простите, что так рано, — извиняющим тоном произнесла посетительница, — я вела дочь в сад, но она не смогла пройти мимо вашей вывески.

— Мы счастливы видеть вас в любое время, — радостно ответила Элери, — мимо нашего магазина не может пройти лишь тот, кому он действительно нужен! — краем глаза она заметила, как Кристель, прикрытая от гостий прилавком, уже закончила наводить горячий шоколад в двух высоких стеклянных стаканах.

— Угощайтесь! — Элери протянула посетительницам напитки.

— Ого! — девочка с готовностью взяла стакан, — я люблю горячий шоколад!

— Что Вы, не стоило! — её мама скромно помялась.

— Берите, пожалуйста! — Элери не опускала напиток. Женщина робко приняла его и, понемногу отхлёбывая, пошла между стеллажами.

Малышка, быстро выпив шоколад, тоже отправилась рассматривать подарки. Почти сразу она вернулась.

Широко распахнув глаза, девочка полушёпотом спросила:

— У Вас что, есть настоящие гномы? Я видела, как один из них пошевелился!

— Конечно, — тихо рассмеялась Элери: иногда правила можно чуть-чуть нарушить, особенно, когда дело касается детей, — они мои помощники. У меня ещё и феи есть!

— Феи?! — шёпот перешёл в восторженный писк.

В этот миг к ней подлетела Лисель и протянула конфетку:

— Угощайся, — шепнула она, — она волшебная!

— Вот это да-а-а! — маленькая гостья с восторгом уставилась на фею.

— Ну что, милая, ты что-нибудь выбрала? — мама юной посетительницы возвращалась из глубин магазина. Лисель стремительно юркнула за прилавок, а Элери, подняв палец к губам, подмигнула малышке:

— Это наш большой секрет! Никому не рассказывай.

Девочка заулыбалась, довольная тем, что ей доверили такой важный секрет. Мгновение подумав, она спросила:

— А есть у вас феи? Ну, игрушечные в смысле?

— Конечно, есть, милая! — Элери принесла со стеллажа с игрушками большую красивую коробку, — смотри, она почти как настоящая! Может летать и петь.

— Ух ты-ы-ы! — глаза юной гостьи загорелись, — ма-а-ам, а можно её?

Женщина подумала и вздохнула:

— Ну хорошо, возьмём. Но это будет подарок на Новый год, хорошо?

— Ну-у-у-у… — девочка приложила палец к губам, обдумывая предложение, — хорошо! Я потерплю!

— А Вы? Ничего не выбрали? — Элери проницательно посмотрела на женщину.

— Ну что Вы! Я уже не в том возрасте, когда покупают игрушки.

— Я бы так не сказала. Подождите, пожалуйста, секундочку, — хозяйка пошла между стеллажами, чувствуя исходящее откуда-то тепло: оно тянуло, словно нить Ариадны.

Внезапно ноги Элери сами остановились перед гипсовой шкатулкой, которую Дорин доделал только вчера.

Хранительница вернулась и вложила шкатулку в руки женщины. Стоило ту открыть, как раздалась негромкая музыка, а внутри закружилась маленькая изящная балерина.

Леди залюбовалась тонкой работой мастера. Прислушавшись, она удивлённо шепнула:

— Это же “Сильфида”… Мой любимый балет! А я ведь была балериной, — она подняла полные грусти глаза, — до рождения дочери… Жаль, что уже поздно…

— Никогда не поздно! — приняв шкатулку обратно, Элери положила её в аккуратную коробочку, сделанную Тонком, — это подарок от нашего магазина. Кстати, едва не забыла! — открыв скрипучий деревянный ящик стола, Элери достала оттуда два листка бумаги и два конверта, — у нас есть волшебные часы, исполняющие желания в новогоднюю ночь. Вы можете написать свои!

Девочка схватила листок и ручку и с готовностью взялась выводить неровные печатные буквы, а её мама, склонившись над листком, задумалась.

— Никогда не поздно! — Элери глянула ей прямо в глаза, и она, улыбнувшись, начала что-то писать.

Когда гостьи вложили свои письма в конверты, хозяйка запечатала их сургучом, который заранее подготовил Эмбл, и, вернув конверты, показала щель в нижней части часов, куда следовало опускать письма.

— В ночь на первое января всё начнёт сбываться! — она произнесла это уверенным тоном, но с удивлением почувствовала, как невидимый обруч сжал её сердце, когда мама и её малышка бросили конверты в часы.

Едва дверь за ними закрылась, Элери выдохнула:

— Надеюсь, всё-таки ещё не поздно.

Тонкая стрелка часов дрогнула и сделала шаг вперёд, на долю секунды отстав от времени…

День был насыщенным: магазин почти не пустовал. Посетители шли друг за другом, а иногда и сразу по несколько человек. Гномы едва успевали спрятаться. Один раз Пик замер ровно в центре прохода и кто-то его случайно пнул. После этого он беспрестанно причитал, потирая ушибленную ягодицу.

К концу рабочего дня Элери едва передвигала ноги от усталости и уснула сразу же, как голова коснулась подушки.

— Это был не снежок.

— А? — девушка приоткрыла глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. В изголовье кровати сидела Фьёна.

— То, что пролетело мимо твоего уха — это был не волшебный снег. Я видела. Он был серым и холодным… Какая-то тёмная сила.

Элери силилась сосредоточиться на словах феи, но глаза предательски закрывались.

— Давай… завтра… поговорим… — с трудом выдохнула Хранительница и провалилась в сон.