Куница Том 6

Глава 28

Южные Карпаты, Княжество Валахия, замок Блестемат

Май 1984 года

Рука сомкнулась на шее Тиберия, без труда оторвав жертву от пола. Дмитрий вернул себе привычный человеческий облик, но сил это не убавило.

— Ты причинил боль близкому мне человеку, — посеревшие глаза блеснули золотом.

— Она согласилась… Добровольно… — прохрипел Тиберий.

— Ты вынудил её. Выставил условие, понимая, что она не откажет.

— Это справедливая плата! — рыкнул Тиберий.

Дмитрий наклонил голову, глаза его заблестели золотом.

— Справедливость — фиговый листок, которым прикрывают свои интересы и желания.

Ядвига всё же решилась на вмешательство. Подойдя к Дмитрию, она положила ему руку на плечо и попросила:

— Не надо. Это моё решение и моё бремя.

Несколько секунд Куница смотрел на неё, пальцы его разжались. Тиберий облегчённо выдохнул, поспешив отойти подальше.

— Nu-mi vine să cred ce văd, — прошептала ведьма с белёсыми глазами. — Не вижу, где кончается человек и начинается демон.

— Не демон, — отозвался Куница. — Никогда не видела высших магов, ведьма? На моём уровне развития я уже больше магическое существо, чем обычный человек.

— Может, и не видела, — не стала отрицать ведьма. — Зато встречала много демонов.

Куница лишь отмахнулся от неинтересной темы.

— Что я пропустил, кроме удара по Берлину?

С момента над озером в лесу Дмитрий успел вернуть себе прежний облик. Практически прежний, глаза выцвели и стали серыми, а волосы, наоборот, полностью чёрными. Голая задница мага не смущала совершенно, но Дмитрий всё же сплёл из магических теней нечто вроде шорт, а позже в ближайшей деревеньке попросил одежду, взяв свободные белые штаны, какие носили большинство местных мужчин, и жилет без рукавов. От обуви отмахнулся. Вайорика поедала Куницу взглядом — прислушивалась к изменениям, к магии. Ядвига, наоборот, смотрела куда угодно, но не на Дмитрия. Лишь Вицлав наблюдал за всем происходящим с неким отстранённым интересом, будто глазами поляка за действиями Пугающего наблюдал другой демон.

— В Петрограде подняли бунт, — ответил Вицлав. — До нас доходят противоречивые сведения. Диапазон: от «мелкого восстания кучки дворян» до «Гражданской войны».

— Прекрасно, — Дмитрий прикрыл глаза, — Хаос. Хаос в Священной Римской Империи. Хаос у нас.

Они вернулись в замок, где их встретил Тиберий с несколькими ведьмаками и некоторые ведьмы. Те, что успели прийти в себя. Тиберий отошёл к ведьмакам и сейчас потирал шею, но не вмешивался. Напуганным он, впрочем, не выглядел, скорее заинтересованным.

— Да, это плохо, — кивнул Вицлав.

Куница открыл глаза и посмотрел прямо на поляка.

— Нет. Хаос — это возможность. Раньше у меня были связаны руки. Любое действие оставляло несмываемый след, по которому меня всегда находили. Теперь даже искать не будут. Война всё спишет. И всех.

Вицлав даже отшатнулся от Куницы. Зато Тиберий нашёл в себе силы снова привлечь к себе внимание Мартена.

— О чём идёт речь?

Мартен бросил на ведьмака предостерегающий взгляд, но Тиберий не смутился и легко выдержал прямую угрозу.

— Когда высший маг такой силы радуется, что у него, наконец, развязаны руки, и собирается кого-то списывать, это как бы да, возможность. Так чем ковен может быть полезен?

— Тиберий? — с удивлением воззрился на своего повелителя один из ведьмаков.

Хотя с неверием смотрела вся мужская часть присутствующих местных. Женщины же демонстрировали куда больше понимания.

— Tiberius nu este stăpânul tău degeaba, vede el. — сказала Елена и указана на Куницу. — Этот муж окунулся в бездну страха как минимум, судя по тому, с какими разрушениями он возвращался в реальность. Но взгляните. Демон не властен над ним. Тени сплетаются под его руками, ластятся, как верный пёс. Не то, что у этого cârpaci.

Последнее слово относилось к Вицлаву. Куница глянул на поляка и чуть нахмурился.

— А ты когда успел?

Вицлав вздохнул:

— Это долгая история, давай потом?

Дмитрий пожал плечами, будто мгновенно теряя к Вицлаву интерес, и повернулся к Елене.

— Мне нужно избавиться от внимания одного конкретного демона. Пока эта тварь может отслеживать мои действия — враг будет на три шага впереди.

— Обычного одарённого спрятать легко, — заговорила ведьма с белёсыми глазами.

— Какие у тебя ядра силы, великий? — спросила Елена.

Куница оценивающе оглядел всех ведьм, но всё же ответил:

— Узел истока, девятнадцатый. Узел разума, девятнадцатый. Узел жизни, девятнадцатый. Титан, семнадцатый…

На этом месте все присутствующие представительницы прекрасного пола направили взгляды на обнажённый торс Куницы.

— Зверь, шестнадцатый. Негатио, девятнадцатый…

Уже на этом месте Елена поморщилась.

— Да, это будет непросто… Продолжай, пожалуйста.

— Анх, семнадцатый.

— Что за Анх? — не понял Тиберий.

— Вторая жизнь. Когда узел заряжен, позволяет пережить большинство смертельных ранений. Откат смерти разряжает узел, и новая зарядка требует много времени, но…

— Понятно, — Тиберий выглядел впечатлённым. — Очень полезная вещь.

— Ещё бы. Икар, восемнадцатый. Медиаторы, девятнадцатые. Колодец, восемнадцатый. Тринити, шестнадцатый. Лямбда, девятый…

— Ещё одно неизвестное ядро, — отметил Тиберий. — Что даёт?

— Пока — стихийное преобразование энергии без встраивания элементов в заклинания. Позже позволит обращаться к иным планам сразу, опять же без элементов в заклинании.

— Никогда о таком не слышала, — призналась ведьма с белёсыми глазами.

— Не удивлён, — хмыкнул Дмитрий. — Покров, восьмой. Черепаха, пятый.

— А они в конфликт не вступают? — спросил Тиберий.

— Нет, — ответил Дмитрий, ничего не объясняя. — Стабилизатор, одиннадцатый. Фокусировщик, шестой. Барьер, шестой. Сердце демона, девятый.

Когда Куница замолчал, Тиберий переглянулся с ведьмаками, а затем и с ведьмами.

— Ядра, заточенные под боевую магию. Ничего лишнего. Ты в этом деле очень хорошо разбираешься, как я погляжу.

— Мы не сможем продавить твою защиту, — сказала Елена. — Барьер, негатио, покров, все известные нам ядра магической защиты.

— Я без труда подавлю их работу, — пожал плечами Дмитрий. — Мне нужно убрать, — он постучал по виску, — дрянь из глаз. Гамаюн оставил свой подарок, якобы, чтобы меня усилить. Приходится полностью их блокировать и полагаться на сердце демона, а это крайне неудобно. Я вообще хочу глаза Гермеса. А дальше посмотрим.

Тиберий вопросительно поднял бровь.

— Дальше? Я разучился считать, и глаза Гермеса станут не двадцатым узлом?

Куница улыбнулся, но улыбка эта выглядела злым оскалом.

— Есть мнение, что двадцать — не предел, — глаза Дмитрия вновь блеснули золотом, но затем он вернул лицу спокойное выражение. — Неважно. Сейчас мне нужно избавиться от наблюдения Гамаюна, пока тварь не прознала, что я снова в реальности.

— Мы всё подготовим, — пообещала ведьма с белёсыми глазами. — Послужить Великому Магу — большая часть.

Куница вновь блеснул золотыми глазами и оскалился.

— Не лги, смертная. Я вижу ваш страх. Вы взяли плату большую, чем должны были, и боитесь моего гнева.

Ведьма, споткнувшись на первых словах Пугающего, устояла, сделав несколько неуверенных шагов и склонившись.

— Простите нас. Мы всё выполним.

Дмитрий бросил взгляд на ведьм, инстинктивно попытавшихся сжаться и стать меньше, дёрнул скулой, будто сдерживая отвращение, и двинулся в известном ему одному направлении. Вайорика и поляки поспешили следом.

— Что делать нам, о Великий? — с ехидцей спросила Вайорика.

— Выживать, — отозвался Дмитрий без всякой иронии.

Вайорика переглянулась с поляками, а Ядвига уточнила:

— Конкретнее?

— Я не знаю, является всё происходящее кульминацией плана, или только началом основного кипиша, — ответил Дмитрий не оборачиваясь. — Зато я знаю, что в ближайшее время безопасно в Европе точно не будет. И нигде не будет, наверное. Вы, конечно, одарённые и неплохо развитые, один и вовсе одержимый…

— Эй! — возмутился Вицлав.

— Но я даже на свой счёт не уверен, что буду выступать на равных с теми же Романовыми. А вам…

Куница остановился и обернулся, оценивающе глядя на всех троих.

— По-хорошему вам бы завершить развитие. Сейчас я, в теории, могу сделать это относительно быстро, но требуется гора редких и ценных ресурсов. Или без ресурсов, но уже потребуется время, которого катастрофически не хватает. Поэтому делаем так.

Мартен обернулся к окну и задумался.

— Попробуйте добраться до моего особняка. Но не рискуйте. С этим демоновым бунтом… — Куница поморщился. — Надо сначала разобраться, кто, за что и против кого воюет. Держитесь от боевых действий подальше, пока мы не разберёмся в происходящем.

— А что ты собираешься делать? — спросила ведьма.

Куница улыбнулся. Зло.

— Собираюсь получить ответы. Есть кое-кто, кому можно задать вопросы. Правда, придётся выбивать силой. Раньше мне силы не хватало, да и обстоятельства не позволяли. Теперь же… — Дмитрий поднял руку, и пальцы его окутались тьмой. — Герцог Мартен пропал без вести. Пусть всё так и остаётся. А когда я во всём разберусь, станет понятно, что делать дальше.

Поляки с Вайорикой переглянулись, и ведьма уверенно заявила:

— Я отправлюсь с тобой. Меня никто не знает, у меня нет дворянского титула, и я умею оставаться незаметной.

Куница задумался на секунду, глядя в лицо Вайорике, и кивнул:

— Приемлемо. А вас, — он вновь повернулся к полякам, — я попрошу собрать остальных. Ну и успокоить, чтобы не наделали глупостей.

Ядвига кивнула. Куница глянул на Вицлава.

— Что делать с тобой — пока не представляю. В моей памяти идиоты, заключившие подобные сделки, встречались только в начале войны, и они все повымерли в первые годы. Позже с демонами общались совершенно иначе.

Вицлав сложил руки в замок.

— Вы надо мной издеваться изволите, герцог?

— Проверяю, герцог, — говорил Дмитрий спокойным, ровным голосом. — Думаю, тебе уже прояснили ситуацию?

— О том, что Отчаяние со мной навсегда и меня, всего скорее, ждёт одиночество? Да, мне это известно.

— Значит, не прояснили, — пришёл к выводу Куница. — Сейчас от твоих действий зависит, будем мы тратить время на помощь или просто прибьём тебя, как не способного справиться с демоном. Единственный способ это понять — постоянно тебя раздражать, наблюдая за реакцией. Пока реакция правильная, ты остаёшься собой. Но не думай, что проверка в какой-то момент закончится. Тебя не только одиночество ждёт. До конца твоей жизни все вокруг будут держать возможность, что ты не справишься и проиграешь демону.

Дмитрий криво улыбнулся.

— Ирония, правда? Меня, нырнувшего в самые глубины демонического плана, чуть ли не на брудершафт выпивающего с одним из старших демонов пантеона страха, не думают даже в чём-то подозревать. А от тебя шарахаются. Злая ирония. Но мы что-нибудь придумаем. Крайний способ есть всегда — можно вытащить Отчаяние и развоплотить тварь. Тебя заденет откатом, вызывающем деградацию магического тела, что стало бы медленной мучительной смертью… Но как мне известно, деградацию можно остановить и обратить. Сложно, долго, дорого, но можно. Главное — доживи до этого момента.

Куница развернулся и двинулся дальше, не дожидаясь ответа.