Котик для сильной и независимой

Глава 33

Мурси вышла из комнаты для совещания и внимательно огляделась. По её подсчётам, сейчас пристанет Морган и будет изматывающе доканывать, пока не выпытает всю новую информацию. Но только за тем, чтобы тут же преданно слить её Кларе. Впрочем, это даже успокаивало. Предсказуемость, пусть и такая неприятная, не могла не радовать капитана, в жизни которой всегда творился хаос, а понятия «враг» и «друг» сильно искажались и переплетались между собой. План по построению тесных отношений в отряде потерпел фиаско, это стоило признать. Ничего не могло заставить обычных «людей» относиться к ней по-другому. Видимо и вправду, как говаривал наставник, Мурси не способна контролировать свою низменную натуру, неминуемо стремясь к Бездне и подталкивая к этому окружающих. А если весь мир считает тебя йонгеем, вставшим на Путь разрушения, то быть кем-то другим просто не остается смысла.

В рубке управления на первый взгляд было уже пусто. Мурси, держа обувь в руках, на цыпочках прокралась мимо, надеясь незаметно прошмыгнуть, если вдруг капрал ещё не сменил место дислокации и, затаившись, ждёт её в кресле пилота. Но Морган и в этот раз оказался проворнее. Он наблюдал за очередной пантомимой капитана, стоя прямо посреди арки в общую комнату, и невольно улыбался. Вот она — самая сильная и умная йонгейка Галактики, по заверению Лорда Банник.

Поборов неуместное веселье, капрал постарался выглядеть, по крайней мере, серьёзно, чтобы не давать капитану ни малейшей надежды увильнуть от разъяснения выпавших карт в новом раскладе. Переборщил. Со сложенными за спиной руками и расставленными ногами на ширине плеч, с безупречной военной выправкой, сейчас катар смотрелся даже угрожающе.

Мурси, завидев Моргана, недовольно поморщилась, с грохотом бросила босоножки на пол и, обиженно раздувая ноздри, принялась обуваться. Капитан точно знала, что за подобной, глубоко солдафонской позой, катар скрывает крайнюю степень решительности, и пока она не ответит на заготовленные им заранее тысячу вопросов, не отстанет. Ни сбежать по лестнице к Ванно, ни скрыться у себя в каюте. В голове Мурси мелькнула, как ей показалось, гениальная идея и, изобразив на лице совершенную невозмутимость, она протиснулась между стеной и подчиненным, сделав вид, что вовсе не заметила грозной статуи, мешающей проходу. Морган удивленно хмыкнул. Давненько он не наблюдал столь незамутненного поведения у своего руководителя.

— Капитан! — окликнул её катар. — Капитан, вы ведёте себя как ребенок!

Мурси прикинулась внезапно оглохшей, и уже даже почти добралась до дверей своей каюты, но катар нагло схватил её за локоть, не оставляя и призрачного шанса отвертеться от допроса.

— Сэр, у вас контузия? — язвительно поинтересовался Морган.

— А у вас зудёж в роте? — в тон ему спросила капитан.

— В какой роте? — не понял капрал, но быстро догадался, что Мурси опять пытается устремить разговор в иное русло, вывести его на демагогию о правильном употреблении слов, и поэтому только снисходительно улыбнулся. — Вы, должно быть, имели в виду «во рту»? Я больше не поддамся на подобные уловки. Мне необходимо знать, что происходит, сэр.

— А чё происходит? — изобразила на лице наивную невинность капитан и для убедительности часто заморгала. — Чё-то случилось, пока я дрыхла в совещательской?

— «Дрыхли», говорите? А с кем, сэр? С Инквизицией? — Морган использовал её же оружие и тоже часто заморгал. — И каков представитель этой организации на ваш вкус? Удовольствие принёс? Поделитесь, чтобы я знал, чем мы будем заниматься в следующую пятницу.

— Морган! Не делайте так, я всё скажу! — рассмеялась капитан. — Можете меня больше не бояться, пятницы отменяются.

— Что значит отменяются, сэр? — тут же встревожился Морган.

— Инквизиция желает добра и мира для всей Галактики, как вы и предполагали с самого начала. И наша задача присоединиться к общему празднованию. Так что будьте спокойны, я примкну к карнавалу и даже шапочку надену.

— Что? — ещё сильней нахмурился Морган. Сейчас ему стало совсем не до веселья.

— Вы ведь этого желаете, насколько я понимаю? Говоря «вы», я не имею в виду конкретно вас.

— Ничего не понимаю, — рассеянно пробормотал катар. — Я, имея в виду конкретно себя, желаю пока понять, что вообще происходит. Вы нашли Верненна? Он сказал, кто всё подстроил?

— Не успел. Помер, — смущенно дернула плечиками капитан, будто бы извиняясь. — Нечаянно так вышло.

— Нечаянно помер? — глаза Моргана ещё сильней увеличились. — Это новая тактика водить меня за нос?

— Немношка, — Мурси шкодливо высунула кончик языка и уткнулась взглядом в пол, старательно пряча озорство в глазах.

— Почему? Почему вы всё время надо мной насмехаетесь?

— Я не насмехаюсь, Морган! — возмутилась Мурси. — Я берегу вас от жестокой правды жизни. Цените, пока жива! Век меня помнить будете.

— Мурсик, прекратите! Вам сложно ответить? Или вы предпочитаете и дальше видеть изъеденного волнением капрала в качестве помощника?

— Шо? Конечно, нет, Морган. Я, наоборот, за то, шобы все чувствовали себя легко и непринужденно, — капитан взглянула на катара, и что-то в её груди ёкнуло. Видеть Моргана настолько подавленным, а именно таким сейчас он предстал перед ней, совсем не хотелось. Ни потешного упрямства, ни солдафонской самоуверенности, ни сконцентрированного свербящего взгляда янтарных глаз. Мурси доверительно прошептала: — Я точно знаю, что вы не шпион и даже не двойной агент.

— Божечки-кошечки, да я вам об этом твержу с самого первого дня! — предсказуемо взорвался Морган.

— Вами манипулируют. Это я тоже знаю. Видимо, зацепили не слабо. Чем я и сама пока не понимаю. Но вы даже не представляете, какое влияние оказываете на весь бурлящий процесс своими словами и поступками.

— О, предки прайда! Ещё лучше! С каждым разом вы придумываете всё новые и новые изощренные роли для меня. Но я катар! Мы не продаемся, не лжём, не ведём подковернные интриги. Всегда опираемся на собственные мысли! Возможно, я отклонился в течение жизни от истины, но вы мне мозг хорошо вправили. Хоть и выглядит это как разжижжение, но я считаю, что наоборот.

— Сгущение? — театрально округлила глаза Мурси и приставила ладонь ко рту. — Не может быть!

— Издеваетесь?

— А чё, плакать чё ли?

— Значит, ничего конкретного про Инквизицию мне не скажете?

— Давайте притворимся, что сказала, — примирительно предложила Мурси. — Я присоединяюсь к Инквизиции, вы идёте в отпуск. Так норм?

— Всё понятно, сэр, — нахохлился Морган, но переменился в лице и неожиданно тоже зашептал: — Не отдавайте поспешных приказов. Я собираю сведения по отряду. Мне стало доподлинно известно, что Боббьер и Джеймисон в прошлые разы посещения Дромуса познакомились с какими-то тёмными личностями. Бобби говорит, оперативник всерьёз сдружился с одним из них.

— И? Что это нам должно сказать? — зашептала и Мурси. — Что красавчик дружелюбный?

— Что мы о нём чего-то не знаем! Ещё, Малышу показалось, что новый друг нашего старого Джеймисона — пират! А это вполне может указывать на связь с Верненном.

— А вы про Клару ничего нового не узнали? — съязвила Мурси и тут же прикусила язык. В планы капитана пока не входило раскрывать свою осведомленность, дабы не спугнуть. Но, стоило и это признать, катар способен разговорить её в мгновение ока.

— Я в ней уверен! — четко проговорил Морган. — Возможно, она не к месту болтлива, но в Дорн живет дух катара, поэтому мы так долго вместе. Она честна и прямолинейна, просто не слишком умная.

— Тише вы! — шикнула Мурси. — Вам за такие слова шерсть повыдергивают!

— Вы хотите, чтобы я проверил и Клару? Вам станет от этого спокойней?

— Ничего не хочу, Морган. Вот чё вы ко мне опять привязались?

— Потому что привязался, — пробормотал Морган. — Сами знаете.

— Чё? — засмущалась Мурси. — Прекратите ко мне приставать! Мы обговорили с самого начала, что отношения не входит в сферу интересов обоих. Вы строите карьеру, я продолжаю развлекаться на полях сражений.

— Это из-за Коди? Он… Он ваш парень?

— Коди? — растерялась капитан и начала было смеяться, но вдруг встрепенулась и кивнула. — Именно! Агент Ко мой парень! В точечности так!

— Не стыдно врать, сэр?

— Хорошая баба, только не хватает малости — совести да жалости, — вспомнила поговорку канцлеров в честь себя Мурси, глянула на сердитого катара, совсем не настроенного шутить, и громко вздохнула. — Морган я устала, вся разобранная и воздушная, а тут вы ещё мозги поласкаете.

— Полоскание мозга предотвращает их разжижение! — с умным видом проговорил Морган и неуверенно добавил: — Но это не точно.

— Божечки-кошечки! — опять расхохоталась Мурси. — Наконец, я прям увидела, как у вас получается вытаскивать из меня информацию. Но давайте мы продолжим позже. У меня много дел, ещё нужно оповестить всех об отпуске.

— Я уже сказал, сэр. Простите. Так вышло.

— Вот я это и имею в виду! — вновь зашипела Мурси. — Вы все сведения сливаете сразу же.

— Но они же свои! К тому же, тоже мне секрет в поле шинели!

— Свои! — передразнила его капитан. — Может быть, вы считаете отряд чем-то вроде прайда? И поэтому автоматически соратников приписываете в число катар, которые не могут поступить иначе, чем вы? А вас не смущает, что каким-то образом внутренняя информация попадает к тем, кто хочет убить меня и вас заодно? Не?

— Простите, сэр. Но вы не думали, что это кто-то из СРС? Может лорд Банник?

— Ленка? Нашли шпиёна. Смешной вы, чесслово!

— Она назвала меня деревенщиной! — обиженно проворчал Морган, вспоминая неприятную беседу с агентом Ла.

— А что вы хотели? Лена — бессмертный Лорд, ей около тысячи лет, вы для неё, в самом деле, обыкновенный проходной деревенщина. К тому же она одна из самых сильных и умных йонгеев в Галактике.

— Это вы смешная, сэр! То же самое Лорд Банник сказала и про вас! Но вы не позволяете себе подобного оскорбления в мой адрес.

— Когда вы, вообще, успели с Коленкой обо всём поговорить? — нахмурилась Мурси. — И почему вдруг она начала вас обзывать? Вы и её поучали?

— Именно что нет! Просто пересказал случившееся на галактическом рынке. А Лорд не поверила, что я предотвратил приступ. Сразу начала обвинять вас в какой-то махинации, а меня приписала вашим подельником.

— Ленка? — сдавленно прошептала обомлевшая Мурси. Она принялась всматриваться в лицо капрала, пытаясь понять, не шутит ли тот, приставила палец к кончику своего носа и совсем тихо повторила общую мысль: — Сказала, что я задумала что-то с вами, а её не оповестила?

— Именно! Потом обозвала меня деревенщиной, сказала, что мне нет места возле вас. Я уже хотел уйти, но Лорд бросила в довесок, будто бы агент Ко — ваш парень, вы вместе уже долгое время и я не должен рушить свои отношения из-за этого.

— Морган! Вот мало мне было вас с Кларой, да!? — рассердилась неизвестно чему капитан, притопнула от досады ногой, да так, что Морган от неожиданности вздрогнул. — Теперь вы кинули жирный бутерброд моей паранойи относительно сестры. Капец! И вправду не отдохнуть!

— Я не хотел, простите, — виновато потупил взор катар. — Просто может дело вовсе не в отряде, может быть кто-то из ваших, из СРС сливает информацию? Специально подставляя под подозрения всех нас.

— Может, — пробормотала капитан. — Может! Всё может.

Мурси прикинула в уме и такой вариант. Лена конечно однозначно на её стороне, капитан в этом уверена так же основательно, как Морган в чистоте помыслов Клары. Но у агента Ла имелось и своё четкое видение счастья йонгея. Иногда, Ленка принимала совсем уж неожиданные решения, не утруждаясь особо советоваться с Мурси. Недавно достаточно непрозрачно намекала посмотреть на Коди под старым соусом из симпатии, а выходит уже всё сама спроектировала и даже взялась за разгон потенциального препятствия в лице Моргана. Интересно!

Может быть, она тоже хочет урвать кусочек власти в Империи? И сейчас раздумывает использовать Инквизицию для этой цели? Ленка-коленка и Императрица! Ну, если учесть, что её воспитывала предыдущая, из сестры мог бы получиться государственник наилучшего образца. Она давно в политике, Высший Сенат её уважает, Император Син не догадывается о настоящем происхождении. Складно выходит. Но тогда Лена бы не стала пользоваться сомнительными подачками от неизвестного никому брата Изврата. Агент Ла бы, наверное, уговорила как-нибудь Мурси возглавить переворот. Так надёжней, ведь влияние на сестру она имеет огромнейшее. Дуристика!

— Сэр, вы опять оглохли? — донесся до Мурси встревоженный голос Моргана.

— Отвянь, — буркнула капитан и захлопнула дверь перед растерявшимся капралом.

Морган сидел у себя в каюте и бесцельно бороздил просторы спейснета, не имея ни малейшего понятия, что же ищет. Неприятно было осознавать, но слишком уж он давит на Мурси. Нетерпение делало его жестким, а неуверенность грубым. Куда подевалась хваленая катарская сдержанность? Где мужской такт и деликатность? Сейчас наилучшее время показать себя надежным другом и ценным помощником, чтобы уплотнить красную нить, связавшую их души, а не испытывать её на прочность. Почему именно красную, Морган не ведал, но именно так он представлял себе возникшую между ним и Мурси симпатию. «Скромность, самообладание, учтивость и благонравие — лучшие средства для завоевания сердца катарки», — вспомнились наставления деда. Именно этим и следует руководствоваться, если считаешь себя благовоспитанным мужчиной, а не лезть с расспросами, пусть повисшая в воздухе недосказанность и лишает сна. Не зря же Мурсик напомнила, что в их планы никогда не входило построение более тесных отношений. Если сейчас Морган продолжит гнуть свою линию и так открыто требовать сближения, то только пуще прежнего напугает. С другой стороны, и капитан не катарка.

Наконец, у Моргана в голове созрел запрос, который он тут же набрал в поисковике: «Как покорить йонгея на любовном поприще». Вывалилось множество ссылок и катар начал методично их рассматривать. Ответ на его незамысловатый вопрос сводился примерно к одному и тому же — никак, если ты не держатель Силы. Для любого рода проволочников ещё предлагалось, например, разбогатеть или стать знаменитым в области, интересующей даму. Но вот простым смертным оставалось уповать только на милость и на то, что йонгей сам заинтересуется им. Тогда предписывалось расслабиться и получать удовольствие, потому как в противостоянии держатель Силы и обыкновенная персона всегда выигрывал первый, иногда добиваясь цели через смерть второго.

Морган тяжело вздохнул и отложил пад. Ну, надо же было так вляпаться-то! Жил себе, служил, не тужил. Точно знал, чего хочет — карьера, домашняя деревенская кошечка в качестве невесты, потомство и управление прайдом. И как так сложилось, что даже года не прошло, как он сидит в своей каюте и разрабатывает стратегию, чтобы уйти в диаметрально противоположную сторону от предыдущих планов? Скажи кто тогда, прошлому Моргану, что он вдруг будет изводиться в волнении за взаимность от йонгея, он бы рассмеялся тому в лицо. Странная штука эта жизнь.

И почему, интересно, Мурсик считает, что кто-то Морганом манипулирует, если только она и имеет власть над ним? Может быть, Инквизитор или кто другой намекнул на его искренность, и капитан распереживалась, что теперь любой сможет научиться воздействовать через привязанность к Моргану? Как там она говорила — просчитать риски, найти мотивацию, предложить то, чего нет или пригрозить отъемом самого дорогого. Да, именно так! Именно этого и боится Мурси. В таком случае, шантажист кто-то из агентов, кто просматривает записи на борту. А пусть бы и сама Лорд Банник! Ведь недаром же капитан рассердилась за такой вопрос. Значит, тоже что-то подозревает. Может Лорд хочет бескровно избавиться от Моргана, чтобы оставить Мурси одну, без защиты? Безусловно, так предатель бы и действовал.

От неожиданной мысли катар даже приподнялся со своего места. И теперь, если при камерах он и дальше будет вести себя так же заботливо, то только усугубит создавшееся положение, а там и до убийства недалеко! А если его не станет, кому ещё сможет довериться Мурсик? Ванно уходит, Коди связан с Леной, а значит заодно с ней, про Гидроса или Флинта и речи быть не может в таком контексте. Не Джимми же, остолоп, водящий дружбу с плохой компанией. Вот с ним нужно поговорить по душам. Пусть расскажет всё. Может его уже пытались подкупить? Тогда Моргану следует объяснить, что лучшего пути, чем сдать заговорщиков, нет. Мурси обязательно наградит за такое рвение и честность, если уж материальные блага действительно воздействуют на Джеймисона.

Воодушевленный догадками Морган тут же решил привести свой замысел в действие, но когда вышел из каюты, то застал Джеймисона в общей комнате. Тот несмело переминался с ноги на ногу, взглянул затравленным взглядом на капрала и, собравшись с духом, уверенно постучался в дверь к капитану. Катар перевёл взгляд на диван, где, естественно, сидела Клара и настойчиво подбадривала оперативника различными лозунгами, явно подсмотренными в каком-то дешёвом романе или лирической мелодраме. Вот уж кто может посоревноваться с любым катаром в настойчивости и давлении.

— Сэр, это правда, что нас в отпуск отправляют? — взволнованно спросил Джимми, как только капитан отворила ему дверь. — А когда?

— На днях или раньше, — пожала плечами Мурси. — Я согласовываю этот вопрос с Флинтом.

— Тогда, я должен сделать последний штрих, чтобы оставить память о себе в вашем сердце! — выпалил, краснея, красавчик. — Сам! Своими талантами решил поразить вас, даже Клару не просил о помощи. Вы позволите спеть вам песню? Я её сочинил собственноручно! И получилось намного лучше, чем заунывный вой говорящей головы. Кстати, где она?

— Агент Мендес избавил нас, хвала Разуму, от Эдмунда.

— Жаль, — очень громко, но при этом себе под нос, вздохнула Клара. — Мне даже нравилось.

— Не-не, — замотала головой Мурси, — я люблю народное творчество. Так шо, стачи красавчика для увеселительных актов.

Капитан вышла и неуверенно поглядела на кресло, видимо размышляя, надолго ли всё затянется и не стоит ли присесть. Морган тоже покинул свою каюту, приготовившись с интересом слушать незапланированный концерт. Джеймисон врёт, конечно, что сам придумал, наверняка не обошлось без Клары. Следит, вон, за каждым движением Мурси, сама вся в нервном напряжении. Лучше бы ему, Моргану, помогла советом. И ещё его называет упрямцем! Нет же, втемяшет себе в голову что-то, не отговоришь ни одним разумным доводом. Морган ухмыльнулся своим мыслям. Точно, душа катарки.

Красавчик тем временем встал гордо в центре комнаты, прочистил горло, пока включал на холотерминале незамысловатый мотив, и без предупреждения затянул:

Капитан с трудом удержалась от смеха. Она старательно сжала губы в виде ощипанной птичьей гузки и сосредоточенно дышала. Но Морган, стоя даже не рядом, поодаль, всем своим нутром ощущал, как ей неудержимо хочется захохотать во весь голос. Красавчик затянул второй куплет:

Он пел негромко, как-то даже робко, будто совсем не привык к караоке в трезвом виде. Голос красавчика — самый обыкновенный, а на непривередливый взгляд капитана даже приятный — обволакивал разум не хуже ауры Мурси, создавая в голове мешанину из образов и чувств. Было в этом всём что-то чистое и в тоже время дерзкое, но по-детски непорочное. Слова, конечно, из ряда вон выходящие, да и мотив примитивный. Самому Моргану хотелось тут же взяться за объяснение основ сольфеджио, в котором капрал разбирался неплохо благодаря полученному в юности музыкальному образованию. Но памятуя о Коди, катар держался, пытаясь с данной секунды оставаться приятной персоной для всех.

Капитан же настойчиво боролась со смешинкой, залетевшей, вероятно, в уши, вместе с песней. Она кривила губы, выпучивала глаза, постоянно прикрывала рот ладонью, и когда красавчик во второй раз, набрав побольше воздуха в легкие, что было сил затянул: «Ой-ё-ё-ё! Шире Вселенной горе моё!» Мурси не выдержала и прыснула со смеху, бесстыдно схватившись за живот. И что самое ужасное, ей никак не удавалось остановиться. Ожидаемо, это вызвало яростное негодование у Клары, которая тут же принялась шипеть ругательства и метать молнии из глаз. Джеймисон же резко замолчал, взгляд его заметно похолодел.

— Прости, дорогой, прости, — хлопала себя по ляжкам капитан. — Божечки-кошечки, это твоё «шире Вселенной горе моё», оно прекрасно! Клянусь, ты навсегда теперь в моём сердце, милый, навсегда!

— Вам не понравилось? — спросил Джимми, и от его голоса буквально прошелся мороз по коже.

— Я же грю, ощенно понравилось! — принялась утирать слезы капитан. — После расформирования отряда, я буду так по тебе скучать, шоб ты знал, ты б заплакал. Как ни по одному мужику в своей жизни. Ты моё горе луковое.

— Какоё? — настороженно переспросил Морган.

— Луковое! Кто его раздевает, тот слёзы проливает, — в новом приступе смеха залилась капитан.

— Как? — оцепенел оперативник и резко развернулся. — Я буду в казарме.

— Вы очень жестокая женщина! — констатировал Морган.

Ему и самому хотелось поддаться веселью капитана, хохотать до упаду и с исполнения, и со слов песни, да и с театрально горького выражения лица красавчика. Но он не позволил себе ничего подобного, понимая, как неуместно издевательство над искренними чувствами. Джеймисон впервые при Моргане совершил прямо-таки подвиг ради обожаемой девушки, а капитан так с ним поступила!

— Вам это с рук не сойдет! — проскрежетала Клара и поспешила в казарму за Джимми.

— Божечки-кошечки, — отсмеялась, наконец, Мурси и громко выдохнула, протяжно ухнув. — Вот уж представление так представление! Надеюсь, записи остались, в холодные и тоскливые времена буду смотреть и с теплотой в сердце вспоминать.

— Вам следует извиниться, — сухо прокомментировал Морган. — Отвергнутые мужчины способны на многое.

— Вы даже не представляете, на шо способны влюбленные мужчины! — съехидничала Мурси.

— Именно, влюбленные и отвергнутые, — качнул головой Морган.

— Кто там влюблен, я тя умоляю! Как только в отпуск отправится, забудет даже, как я выгляжу.

— И всё же, извинитесь.

— Вас забыла спросить, капрал, что мне делать, а что нет! — вспылила Мурси. — Всем выходной, — капитан развернулась наперекор ожидания Моргана не в сторону своей каюты, а к лестнице, и громко заорала: — Ванно, за пять минут идём, иначе меня капрал доведет до белой горячки своим нудежом.

— Я не… — хотел возразить Морган, но капитан уже скрылась у себя.

Катар поспешил в казарму, чтобы хоть как-то облегчить страдания оперативника по сломленной чести, проконтролировать его настроение — не хватало ещё в остатках команды мыслей о мести, — а заодно серьезно поговорить о связях с пиратами. То, что при камерах они так холодно поговорили с Мурси, вселяло надежду. Если только все будут думать, что они взаправду друг друга «немношка» ненавидят, то полдела сделано!

Ванно и Мурси поднялись на пятнадцатый этаж ничем не примечательной многоэтажки, прошли длинный коридор с вычурной лепниной и оказались возле обычной на вид двери. И вакуй и капитан точно знали, что впечатление стандартного, по меркам Дромуса, этажа дома обманчиво. И двери на этом лестничном пролёте не настоящие, а перед ними так вовсе укрепленная десятью слоями различных сплавов, похлеще любого сейфа в банке; и потайной лифт прямо в бункер скрывается за одной из них; и множество других хитроумных приспособлений, призванных охранять живущего в квартире начальника службы информационной безопасности СРС.

Мурси постучалась обусловленным шифром. Открыл дверь робот военизированного образца, неизвестно как уместивший в своей прошивке навыки привратника, одновременно приспособленный к решению боевых и бытовых задач. Дроид отсканировал сетчатки глаз обоих визитеров и только после этого впустил в глухой бронированный коридор. Дверь с шипением затворилась, а из угловых камер поползла красная сетка сканирующих лазеров, ещё раз проверяющая личности гостей. И только после этого из абсолютно гладкой на вид стены выехала панель с терминалом, где предлагалось решить простенькую логическую задачку. Каждый раз эти ребусы менялись, и ни одного повтора застать Мурси не посчастливилось.

— Позвал в гости, ещё и опухший мозги напрягать заставляет, — проворчала капитан и быстро набрала ответ.

— Неверно, ха-ха-ха! — раздался электронный голос откуда-то сверху. — Сейчас вы будете расстреляны. Встаньте у входа, прикройте глаза и наслаждайтесь.

— У тебя ужасное чувство юмора! — прокричала капитан. — Открывай уже.

— Начинаю отсчёт: три, два, один.

— Дай щит! — в панике заорал Ванно, глядя на робота-привратника, нацелившего на них плазменную пушку. На его памяти впервые ответ девчонки оказался неудовлетворительным.

— Ха-ха-ха! Вы убиты.

Стена перед ними отъехала, пропуская внутрь. На пороге стоял Френсис собственной персоной.

— Явились, не запылились! Классно я вас разыграл? Надеюсь, штанишки обмочили? Если что, у меня нет сменного комплекта, будешь Мо щеголять так по Дромусу. А то ходишь, как оборванка, никакого разнообразия в образе. Не благодари.

— Я вообще, пришла не к тебе! — скривилась в ответ Мурси и показала язык. — Твою рожу сто лет не видела и ещё столько же не увидела бы!

Пройдя узкий коридор, все трое оказались в идеально чистой просторной комнате. По стерильности она вполне могла соревноваться с каютой капрала. Посреди стоял серого цвета диван, повернутый к стене с широким экраном. Зная, насколько Френсис маниакально рассчитывает точность каждой детали, Мурси была уверена, что любому отдыхающему на диване удобно смотреть трансляции с галопроэктора, ладно пристроенного на тумбе в углу комнаты. В данный момент как раз крутился старый, ещё времен образования СШГ, артхаусный фильм. Именно из-за любви к непризнанному искусству Мурси и Френсис в своё время достаточно крепко сдружились, до посинения споря о скрытых смыслах и отсылках в таких нестандартных произведениях.

Ничего в квартире агента не изменилось со времен их последней посиделки. На стенах всё так же висели две слегка покосившиеся картины, изображающие храмовые сюжеты. Френсису и самому они уже наскучили, только он прекрасно знал, насколько сильно такая рисовка бесит капитана, поэтому оставлял их нетронутыми для дорогого гостя. Тумбочка возле стены, покрытая сплетенной из тонкой нити салфеткой, а на ней фотографии, да фигурная вазочка. Плёл Френк самостоятельно, вязание для бывшего хакера всегда оставалось лучшей медитативной практикой, если вдруг необходимо сосредоточиться на решении какой-нибудь задачи, или наоборот, выкинуть мысли из головы.

И всё остальное в комнате — стулья, пуфик для ног, небольшой журнальный столик — расставлено будто бы небрежно, но в этой всей небрежности была заметна всё та же выверенная точность, создающая общую картину жилого помещения. А вот пахла квартира Френсиса для капитана по-новому. Сладковатый приятный аромат. Видимо это уже сказывалось влияние Иржи.

Сам Ирка, сидел на диване, укрывшись пледом, и осоловело смотрел на гостей. Он потёр глаза и уставился на капитана, неуверенно улыбаясь, словно никак не мог взять в толк, проснулся уже или до сих пор спит. Когда же Мурси кинулась к нему с объятиями, плюхаясь рядом, то вместо того, чтобы радостно ответить тем же, Иржи опустил виновато голову и еле слышно что-то промямлил.

— Ну как ты, приятель? — сжала его крепко в тиски капитан, не обращая внимания на невнятное мычание. — Мне без тебя так тошно, штоб ты знал, ты б заплакал. И поговорить не с кем. Сегодня такое представления от Джимми пропустил! Это была пушка!

Ваццлав вначале улыбнулся, рисуя в воображении, чем же именно оперативник мог поразить капитана, но быстро сник и оттолкнул от себя Мурси:

— Я вас совсем не достоин, не достоин! — сокрушенно покачал головой Иржи. — Даже вашего внимания. Я червь! Червь на теле несравненной Леди. Лучше казните меня сразу же.

— Чё? — опешила Мурси и глянула на Френсиса, сощурившись. — Вы там все сговорились чё ли? Не хочешь, братец, мне ничё объяснить?

— Проходите, садитесь, гости дорогие, — язвительно проговорил агент Фи и указал руками на свободное кресло, которое тут же Ванно и занял.

Сам Френк сел рядом с Мурси и достал свой пад. Быстро пролистал огромное количество фотографий и, найдя нужную, показал капитану. Голова Френка в чьём-то прицеле. Мурси рассмеялась. Глупость, которая могла напугать только неподготовленного мальчишку. И она справилась с задачей. Неужели агент Фи не объяснил Ваццлаву устройство собственного дома?

— Поэтому они первым решили избавиться от тебя! — Мурси только крепче сжала в объятиях Иржи. — Не твоя вина, милый, совсем не твоя, уж поверь.

— Мне следовало вам рассказать, — опять промямлил Ваццлав.

— А я всю голову поломала, ну где спалилась, ну кто раскололся? И какова твоя задача была, дорогой? — капитан вновь не обратила ни малейшего внимания на раскаяние Иржи.

— Я просто поспрашивал всех и передал наблюдения, вот и всё. Леди, мне, правда, жаль, очень жаль. Я вообще не понимаю, зачем им эта информация. Она бесполезна.

— Чуть-чуть конкретики, Ирка. Что именно ты рассказал?

— Всё то, что итак известно. Боббьер вас уважает как лидера, Джеймисон мечтает разделить постель, Клара ревнует и завидует, ну и… — Ваццлав замялся, глянул на капитана и тихо добавил: — Морган не ровно дышит.

— Аж, задыхается! — с новой силой расхохоталась Мурси. — А про Ванно спрашивали?

— Нет, почему-то про Ванно не спрашивали, а я и не стал напоминать.

— А коды доступа? На корабль, на закрытые стеллажи, на омником?

— Спрашивали, но я только на корабль и знал. Подумал, что вреда особо не будет. Вас там много, не страшно. А потом услышал, знаете, услышал, что напали на вас с капралом и не выдержал. Занудил Френка до смерти, до приступа мигрени, вот он и написал Шефу.

— Ты же всерьёз не думаешь, что я стал бы по доброй воли возвращаться к сотрудничеству? — презрительно хмыкнул агент Фи.

— Френсис, Френсис! То есть ты давно знал об информаторе и продолжал глумиться, подсматривая, как моя паранойя съедает живьем остатки отряда?

— Это же не моя паранойя. Будет тебе уроком, хоть научишься самостоятельно справляться с трудностями, а то привыкла, что Френк всегда твой зад подотрёт. Я не нанимался.

— Позволь тебе напомнить, дорогой мой братец, что нанимался. И получаешь за это неплохую зарплату.

— Не угрожай мне! — оскалился Френсис. — Ты в моём доме.

— Угрожать? Тебе? Да нахер ты мне сдался? — фыркнула Мурси.

— Подождите, подождите, — затараторил взволнованный Иржи. — Это моя вина, и только моя. Мне не нужно было, знаете, не нужно было просить Френка. Да. Мне нужно было самому вам позвонить, да, именно. Я просто испугался, знаете…

— Мальчик, не нервничай, — прервал его вакуй. — Эти двое просто соскучились друг за другом.

— А! Ага! Наверное. Просто помолчать, да? — Иржи встревоженно посмотрел вначале на Ванно, ища устойчивую опору своего мира в лице монстра, потом на Френка. — Я помолчу, я умею молчать. Молчать теперь моя стихия, или как там было в том фильме, не помнишь?

— Ванно ничего не хочешь сказать? — обратился вакуй уже к Френсису, и рука его потянулась к мечу.

— Что именно? — невозмутимо отреагировал Френк.

— Ты не давал Ванно спать неделями, из-за тебя девчонка испытала на себе мощь бури на Сибел, — меч выскользнул из ножен. — Из-за тебя наш скайтрей без стартеров уже второй месяц! Ты довел её.

— Так, Ванно, спокойней, дорогой, спокойней, — подняла руку Мурси, призывая охладить пыл. — Божечки-кошечки, братец, у тебя мозги набекрень съехали? По-моему предельно ясно, что в данный момент хочет вакуй.

— Ладно, — нехотя проворчал Френсис. — Ладно! Признаю. Тут виноват. Я несправедливо на тебя накричал. Довольна?

— Нет, — ядовито улыбнулась Мурси, — забыл самое главное. То, что ты всех вокруг ни во что не ставишь, я привыкла. Но выдать Ирке инструкцию по безопасности была твоя задача. А вот это уже говорит о профессиональной компетенции.

— Не умничай! — огрызнулся Френсис, и будто бы через силу, четко проговаривая каждое слово, произнес: — Я не проконсультировал Иржи Ваццлава о том, как поступать в ситуациях воздействия извне. Не предусмотрел. Его ранение прямое следствие моей безалаберности.

— Умница! — токсично похвалила капитан. — Я записала и при любом удобном случае, буду слать тебе сообщения с этим признанием.

— Какая же ты мелочная, — брезгливо ощерился агент Фи. — Хватаешься за мизерные возможности обвинить всех вокруг в своих неудачах, скидывая с себя ответственность, а когда всё проходит гладко, лавры почета достаются тоже тебе. Посмотрите, какая молодец! А то, что за этой «молодец» стоит тяжелейшая моя работа, никто и не догадывается.

— Завидно? — расхохоталась Мурси. В этом раунде нескончаемой битвы она вышла победителем. — Завидуй молча, милый братец!

Френсис только ещё сильней скукожил и без того озлобленное лицо и вышел из комнаты.

— Леди, а зачем кому-то понадобилась информация такого пошиба? — вернулся к теме Иржи. — Я, знаете, просто подумал, что раз уж ерунда, то значит и особо волноваться не стоит. То есть, я конечно волновался. Просто не так, чтобы особо, понимаете? А потом это задание, взрыв, операция. Всё завертелось. Мне следовало сразу вам обо всём рассказать, следовало. Только я Френку проговорился, а он уже думал. Он искал, но пока не нашёл. Так зачем?

— Прощупывают способы воздействия, — ответил за капитана Френсис, вернувшись уже с кружкой. Старая традиция: кто кого уел, тот и получает кофе. Френк протянул Мурси заслуженную награду. — Этот ваш твилекк. Ему на постоянку нужен учитель, лидер, он несамостоятелен. Как только появится тот, кто заслужит его уважение, всё, считай, переметнулся в соседний лагерь.

— Твоя осведомленность и наблюдательность, братец, застряли где-то в доимперском периоде, — снисходительно хмыкнула Мурси, но кружку приняла. — Плюнул туда? Да похер, — она сделала большой глоток. — Во-первых, возделывание самостоятельной личности это не сиюминутный процесс и я над этим работала без устали и сна и уже даже снесла плоды. Бобби сейчас самолично поёт в хоре Торхи. Его уже можно вычеркнуть из состава отряда.

— А что скажешь про любимого Джеймисона?

— А что ему могут предложить? Наркотик для моего опоения. Да и мысль, что мечты его когда-нибудь потом сбудутся, я бережно лелею в сознании красавчика. К тому же, есть ещё одна немаловажная ниточка, за которую прекрасно дергается Джимми. Деньги. Он их обожает. Мать родную продаст. Посему я и создала иллюзию, будто готова платить за каждый его вздох. Он знает, сколько бы ему не предложили, я всегда могу дать больше. Поэтому, кто угодно, но не он.

— Остается Клара и Морган, — обескураженно развел руками Френсис. — Только они же совсем не подходят на роль шпионов. Вот уж кто проще имперского лаптя.

— На то и расчёт, — Мурси поучительно подняла указательный палец вверху. — Клара, интересная, правда? Красавица и вдруг ревнует меня к Моргану, тебе не показалось это слишком?

— Показалось, с самого начала. Вообще, когда к тебе проявляют чувства, не беря в расчет какие, это всегда подозрительно, — усмехнулся Френсис. — Однозначно, либо душевнобольной, либо слепо-глухо-немой. А тут прям спектакль с ревностью, с интригами, со скандалами.

— Нет, вы простите меня, но не капрал, — влез в рассуждения агентов Иржи. — Он никогда бы так подло не поступил.

— А он может и не догадывается, милый. Морган всего лишь марионетка. Вызнает у меня подробности и рассказывает подружке, сам не понимая, насколько сильный ущерб наносит всему нашему мероприятию. Недавно спрашивал об ауре йонгеев. Можешь себя представить? Ещё и заявил, что прекрасно видит границу между её воздействием. Как ему в голову могла прийти такая мысль? Кто-то надоумил. Может Клара невзначай поинтересовалась, вот он и поспешил спросить у первого попавшегося под руку йонгея. А Дорн уже передает сведения начальству, уж не знаю, какому. Так что свою задачу ты теперь тоже знаешь, супер хакер, не сумевший найти ничего лишнего у неё на холофоне.

— Я вам говорю, Морган в вас влюблен, — заупрямился Иржи.

— Глупости! — махнула рукой Мурси. — Катар переживает сильный внутренний конфликт. Его мозг ищет отвлеченные задачи, чтобы избежать столкновения с реальностью. Я очень надеялась, что Морган, наоборот, попытается вырваться из сковавших его противоречий, но нет, не получается. Так что на этих двоих и делаем ставку. Но это не объясняет, кто посылал тебе фото.

— Я уже занимаюсь этим. Никто не уйдет без десерта, — грозно бросил Френсис.

— Я в тебе не сомневаюсь, братец.

— Морган, — еле слышно пробормотал Иржи. — Он всё время, знаете, всё время только и рассказывает о том, как вы ловко сделали то, сделали это. Восхищается вашими приемами и твердит, что сам бы ни по чем не догадался! А ещё, ещё говорит, что по вашим махинациям необходимо составляться пособия для тайных агентов и солдат.

— Да ты чего, Иржи? — озадаченно рассмеялась Мурси. — Когда вскроется предательство Клары, он тут же попытается перегрызть мне горло, вот увидишь. Но, клянусь пяткой, я буду рыдать в подушку о его быстрой кончине.

— Мне тоже будет его нехватать, — встряхнулся Ванно, уже успокоившийся и почти задремавший к тому времени в кресле. — Хороший боец и надёжный. Я ему доверял.

— Это война, щито поделать, — развела руками Мурси. — Кто украл мой холофон, можете по-быренькому выяснить?

— Ты стратила холофон? Вот, растяпа! Голову ещё не посеяла, а? — не упустил возможность потоптаться на самолюбии Френсис. — По утрам трусы не забываешь надевать, а?

— По утрам надев часы, не забудьте про трусы. Первое правило агента! — Мурси воспроизвела образ Моргана в момент поучений.

— Бездарная актрисулька погорелого театра, — смешливо фыркнул Френсис и принялся выискивать что-то у себя в паде.

— Ну что, как идёт выздоровление, что ты уже можешь делать своей рукой, Ирка?

— Вы, правда, на меня не сердитесь? — и, получив утвердительный кивок в ответ, Ваццлав наконец крепко обнял капитана. — Я тоже очень скучал, очень. И по вам, и по Ванно, и по нашим, хотя они такие себе. А как Бобби попал в хор? Вы помогли ему?

Полилась неспешная беседа. Мурси рассказывала последние события, которые из-за травмы пропустил Иржи, Ванно дополнял интересными деталями, а сам Ваццлав периодически прерывал их и хвастался новыми умениями. Он уже отлично совладал со своей электронной рукой, новые нейроные связи образовались достаточно устойчивые и поэтому Иржи с удовольствием демонстрировал умение хватать, контролировать силу сжатия, и даже угадывал на ощупь с закрытыми глазами предметы, подсунутые к металлическим пальцам. Иногда влезал Френк и с воодушевлением сам повествовал об успехах Иржи или же, наоборот, с наслаждением гоготал над каким-нибудь промахом Мурси. Так за болтовней незаметно пролетело почти три часа, когда их прервало сообщение на холофон Мурси от Моргана. Капрал привычно выспрашивал, где она, прикрываясь волнением за её безопасность и здоровье.

Капитан не сочла нужным ответить. Ещё через час сообщение повторилось и выглядело ещё более истеричным.

— Божечки-кошечки, — пробурчала Мурси. — Может и вправду влюблён? Рассказал же зачем-то на Вознесении о любви.

— О любви? — не поверил своим ушам Френсис.

— Ага. Правда уточнил, что о любви к Кларе и к Родине. Интересно, теперь Тёмная Материя будет обожать Катарсис и заставит всех своих держателей повышать доход от туризма на этой планете?

— Такой бред мог только с тобой приключиться, — захохотал Френсис. — Напишу об этом в своём блоге, сразу посещаемость повысится. А ещё напишу, что холофон свой ты походу дела сама забросила в казарме и забыла об этом. Развлекалась с красавчиком и зеленой глистой, пока я не наблюдал?

— Вот ещё новости! — уставилась на Френсиса капитан. — А ну давай посмотрим весь вечер, когда холофон пропал.

Френк вывел на экран записи с видеокамер. И действительно, красавчик зашёл в комнату для совещания, отключил звук на холотерминале, как его и просила Мурси, внимательно огляделся. Полез по ящичкам, открыл те, что поддались, а те, что были закодированными, оставил в покое, не пытаясь ни взломать, ни подобрать шифр. Потом заглянул под диван, присвистнул и вытянул оттуда холофон. Повертел его в руках и, засияв довольной лыбой, вышел прочь.

— Вот тебе и предатель. Ты мучилась несколько месяцев, Френсис нашёл за пару часов, — высокомерно проговорил агент Фи. — Кто всю работу делает на самом деле?

— Да ну, херня какая-то! — недоверчиво покосилась на него Мурси. — Не может такого быть. Проверял ящики, это вполне в стиле Джимми, он же вечно ищет, чем поживиться. Страсть к деньгам у него видимо в крови. Может в детстве не доел, может ещё чё. Я поговорю с ним, уверена, он мне выдаст вменяемое объяснение.

— Прелесть, какая дурочка! — сарказмировал Френсис. — Я включу камеры в твоей каюте, чтобы собственными глазами видеть, как он попытается перерезать тебе горло. С холофона один раз слили всю инфу и выключили. На нём ещё даже заряд есть, немного правда. Голые фотки свои, надеюсь, хранила там? Вот уж потеха, если их распространили по спейснету как средство запугивания и тайное оружие каких-нибудь особо изощрённых садистов.

— Френк, просмотри все записи из совещательской с момента, как ты перестал следить за кораблем, — серьёзно заговорила Мурси, не обращая внимания на очередную гадость от названного брата. — Клара тут тоже руку приложила, это верняк. Она в последнее время постоянно с красавчиком шушукается, вечно его науськивает. Возможно, понимая, что Морган выходит из-под контроля, она пытается найти запасной космодром. Но помимо холофона, кто-то украл лекарства. И Морган единственный о них знал, и они даже могли бы ему пригодиться. Может катар ждет, когда злобный папочка свалит, чтобы вырубить меня и сдать?

— Не приходило в голову, что они вступили в сговор? — встрепенулся Ванно. — Такое уже было.

— Приходило. И я уже уверена в этом, — медленно покачала головой Мурси. — Лады, разгребём. Ну, когда тебя, Ирка, ждать обратно?

— Он не работает с тобой, — зашипел Френк, тут же изменившись в настроении. — Это не обсуждается.

— А ты теперь его надзиратель?

— Я всё тебе сказал! Он не работает с тобой, точка. Валите уже, не хочу ночь в кошмарах провести, вспоминая ваши кислые рожи. Чао!

— Я тоже тебя очень люблю, Френк, — послала воздушный поцелуй Мурси у дверей, отчего агент Фи изобразил приступ тошноты. — Чао, Ирка! Скучаю и с нетерпением жду, когда ты вернёшься в строй.

По возвращении капитан с Ванно сразу направились в казарму. На корабле уже царствовал глубокий вечер, Клара и Морган, по-видимому, отдыхали, их не было видно. Зато Джеймисон сидел на кровати полностью одетым. Либо куда-то собирался уходить, либо уже вернулся. Возможно, ему пришлось связываться с каким-то соучастником вне отряда, а сообщения Моргана с вопросом, где капитан, несли под собой именно этот смысл — предупредить красавчика о количестве оставшегося времени.

Ванно молча встал у дверей, держа наготове меч. Капитан прошла вглубь казармы, под удивленный взгляд Джеймисона, нагнулась к постели Боббьера и вытащила из-под матраца свой холофон.

— Объяснишь? — спокойно спросила Мурси.

— Объяснить, почему у Малыша в кровати ваш холофон? — удивленно хмыкнул красавчик.

— А почём ты знаешь, что он мой?

— Потому что… — занервничал Джимми, — потому что… Простите, ради божественного Разума, — неожиданно упал на колени Джеймисон. — Я знаю, как это выглядит. Тупо! Поэтому и не отдал вам. Вначале просто хотел подсмотреть ваши тайны, узнать точнее, что вам нравится, капитан. Каких мужчин вы предпочитаете. Я не знаю, что на меня нашло! Как помутнение. Может даже знаменитое разжижение мозгов. Просто Клара обронила в разговоре, что самый верный способ, это покопаться в вашем холофоне и самостоятельно найти ключи. Я увидел его и… Понимаете, да? А потом струсил возвращать обратно. На корабль напали, эта заварушка с пиратами. Я испугался, что вы подумаете, будто я предатель. Клянусь вам!

Мурси холодно смотрела на раскачивание красавчика и всё, что заботило капитана в этот момент, надежда на силу духа Джеймисона. Потому как, если он расплачется, то она не устоит и шокнет его. Вот уж и вправду, создал Разум и формочку закинул. Так долго тянуть её нервы, наматывая на кулак и без того расшатанную последними событиями психику. Мурси встала напротив красавчика и вцепилась в его подбородок рукой, смотря четко в глаза. Сканирование не показало ничего необычного. Кроме денег и постельных сцен с большим количеством девушек в голове у Джеймисона не мелькало ни одной посторонней мысли. Ни свежего разнообразия, ни тайных спасителей, ни построений нового мира. Ничего. Она кивнула Ванно, давая сигнал расслабиться.

— Ладно, красавчик, — спокойно проговорила Мурси. — Я тебе верю. Просто больше так не делай. Сразу признавайся, ежели чего. И за реакцию на песню, извини. Мне, правда, понравилось.

Капитан развернулась и вышла, оставляя Джеймисона, стоящего всё так же на коленях, провожать её долгим тоскливым взглядом. В общей комнате уже ждал Морган.

— Что случилось, сэр? Вы где так долго были?

— Вы, капрал, спали? — не посмотрев на катара, Мурси помахала удаляющемуся Ванно вслед. — Чао, поросеночек!

— Спал, сэр. Но очень плохо.

— Вот и идите досыпать!

— Чего досыпать? — не понял Морган.

Мурси не удосужилась ответить и поспешила в свою каюту. Капрал и тут взял в пример её тактику и с невозмутимостью, достойной лучшего представителя катарского прайда, пропихнулся в уже закрывающуюся дверь. Но и капитан будто бы не возражала. Она спокойно глянула на Моргана, вставшего у входа, вытащила ремень из своих шорт с кобурой, достала бластер и, отключив заряд, бросила его на стол.

— Я правильно увидел, что Джеймисон стоял на коленях? Вы заставили его унижаться, сэр? О чём вы разговаривали с ним?

— Ни о чём, — пожала плечами капитан и неожиданно для катара, начала снимать с себя футболку.

— Что вы делаете, сэр? — громко сглотнул Морган, уставившись ошарашено на капитана.

— Собираюсь принять душ, — спокойно ответила Мурси и принялась стягивать с себя и шорты.

В мгновение Морган оцепенел, не имея никаких внутренних сил отвести взгляд от практически голой Мурси. Нестерпимый жар ударил в голову, щеки запылали, ладони нагрелись, а шерсть на затылке и руках приподнялась. Он хотел отвернуться, не смотреть, хотя бы зажмуриться, но не мог ничего с собой поделать, а только с каким-то странным голодом буквально поедал глазами упругое и тонкое тело капитана.

— Я вам не мешаю? — неуверенно выдавил из себя Морган, оттягивая воротник куртки от горла, который стал почему-то неимоверно тесным и не давал дышать.

— Ну вы же не оставите меня в покое пока всю информацию не выведаете? А я устала, хочу спать. Поэтому я буду делать то, что нужно мне, а вы то, что нужно вам. Раздевайтесь, пойдем в душ.

— Я не… — отступил Морган, врезался спиной в дверь и, наконец, заставил себя закрыть глаза. — Вы не…

— Бросьте, разве не за этим вы меня преследуете? Разве не попялиться, да не помацать за всякое? Мне казалось, именно ради такой награды всё и затевалось. Вы же говорите, что вполне не прочь оказать дружеское удовлетворение моих нужд. Или я опять вас неправильно поняла?

— Я не телюсь вашим интересом! — выпалил, отворачиваясь к стене Морган. — То есть… Я не интересуюсь… Бездна! Вы не понимаете, что это не то, что мне нужно? У меня язык уже болит объяснять вам процесс возникновения симпатии у катар.

— Поглядите-ка, у нас тут мистер квантовая неопределённость! Может вы уже перестанете мять сиськи и, наконец, приступите к самому процессу?

— Доброй ночи, капитан! — Морган поспешно выбежал и захлопнул за собой дверь.

На пороге стоял Джеймисон. Он не сводил глаз со взволнованного катара, сердито сжимая челюсть, и сквозь зубы процедил:

— Что вы там делали, капрал?

— Сиськи мял, — зачем-то ответил Морган, ещё больше смутился и, встряхнув головой, добавил: — Себе. Это не то, что ты подумал, Джимми! Мурсик в душ пошла, устала очень. Думаю, если хочешь что сказать, лучше подожди утра. Она не в адеквате.

Капитан приняла душ, мысленно ликуя, что, наконец, нашла способ отделаться от навязчивого катара. Странный такой, как за зад лапать, так всё путём, а как спинку потереть, так выбежал пулей. Видимо и вправду, очень хочется, только Клара ему шею намылит за нечто такое. Ну и фиг с ними обоими! Главное, что нашелся холофон. Скоро Френк вычислит того, кто лекарство спёр, тогда Мурси точно узнает личность шпиона.

Хотя капитан и без того поняла. Спит в медчасти этот предатель. Клара и Джеймисона науськала стырить холофон, она и слила информацию с него. Единственная женщина в отряде всегда будет иметь огромное влияние на каждого участника. И как это Мурси только выпустила этот важный аспект из головы? Иржи с подачи Дорн заклевали, и Бобби никак не мог повзрослеть, воспринимая капрала как единое целое с его пассией, перенося на Клару образ строгой матери. Вот и Джеймисон поддался на глупые речи о взаимности. Хитра, греховка, хитра! Хотя, понятно и с ней всё — нужда в деньгах, страх, неуёмное чувство собственной значимости. Всё вкупе и не на такое подтолкнёт. Ещё нерешенный конфликт с семьей. Если бы только Дорн порвала с попытками достучаться до отца, перестала бы его содержать, жизнь у Клары в корне бы изменилась. Но не может. Старается, уже не скрывает истинную натуру среди соратников, но дойти до конца не хватает мужества. Нужно не забыть завтра просканировать досконально внутренний мир Дорн, может, удастся выискать изменения.

Мурси на всякий случай проверила под первым полотенцем противоядие. Натянула на себя халат, бросила грязное белье в стирку и уже намеревалась устроиться поудобней на постели и хорошенько отдохнуть, как в каюту постучали. Никак капрал получил разрешение на нескромные действия от Клары и теперь ломится радостно сообщить об этом Мурси. Нет, только не продолжение этих катарских выкидонов. Не сейчас. Практически двое суток на ногах, с погонями и перерывами на подумать даже для йонгея слишком долгое время бодрствования. Мурси открыла дверь и с удивлением обнаружила на пороге Джеймисона. Он бережно держал в руках чашку с кофе, который источал невероятный по силе аромат.

Мурси невольно излишне громко принюхалась и на её лице расплылась блаженная улыбка. Что говорить, она мечтала о кофе, но мысль о походе на кухню, долгому ожиданию возле машины, пока напиток заварится, потом обратно. Не приведи Разум, ещё Морган где-нибудь караулит. В общем, Мурси было лень. А тут с доставкой в каюту, в знак примирения.

— Капитан, — тихо проговорил Джеймисон. Весь облик его источал подобострастную покорность, лицо жалостливое, бровки съехались домиком, щенячьи глазки смотрели с преданностью, а губы едва подрагивали. — Я хотел бы извиниться. Был не прав.

— Я устала, — вздохнула Мурси. — Может завтра?

— О, я не буду больше к вам лезть со своими наглыми домогательствами. Просто вы выпьете кофе, я вам поплачусь и посамобичуюсь, а потом оставлю вас отдыхать, а сам ещё немного поплачу в казарме, договорились?

— Договорились, — усмехнулась Мурси и впустила незадачливого ухажера в каюту. Руки её сами потянулись к чашке. — Ты прям знаешь, что я люблю перед сном.

— Это удивительно, — уже увереннее улыбнулся красавчик, присаживаясь на стул. — Обычно люди от кофе становятся энергичными, а вы всегда его перед сном пьете.

— Немного по-другому работает нервная система, — зевнула Мурси и села на кровать.

— Знаете, я много думал, — Джеймисон замолчал, облизал пересохшие губы, будто собираясь с духом. — Я честно не понимаю, что со мной приключилось. Раньше никогда такого не испытывал. Возможно, я впервые в жизни влюблён.

— Нет, Джеймисон, — покачала головой капитан и сделала солидный глоток. — Я раскрепощенная и богатая, а в твоем представлении это прям идеал женщины, разве не так? Говорила Моргану и тебе тоже самое скажу. Посмотри на меня внимательно, отдели от образа Тёмную Материю и ты увидишь, что влюбляться тут не во что. Зафиксируй в своей голове меня такую и наваждение спадёт.

— Хорошо, я попробую. Наверное, вы правы, ведь не зря начальник, — мягко улыбнулся Джимми. — В общем, я хотел объясниться перед нашим расставанием. Чтобы не осталось ничего дурного у вас в воспоминаниях обо мне.

Мурси сделала ещё один большой глоток, с наслаждением потянулась и опять зевнула. За всё время, Джеймисон так и не сумел четко подобрать необходимую пропорцию в приготовлении кофе. Вот и сейчас, оно казалось слишком сладким, приторным. Но это и хорошо, спать будет слаще. Капитан не смогла побороть очередной подступивший зевок и громко, раскатисто позволила себе забыть о манерах.

— Не твоя вина, — вяло пробормотала Мурси. — Я зла не держу. Знаю, как иногда сказывается на смертных моё влияние.

— Да, я впервые это понял, когда попал под ауру Императрицы, на Фортуне. Расскажи мне кто до этого, что такое Зов, наверное, и не поверил бы.

— Да, хорошая у нас тогда вышла вылазка, — ещё шире зевнула капитан, аж скулы свело, неумолимо хотелось спать.

— Я смотрю, вы очень устали, да и я тоже, — красавчик поддался искушению и отзеркалил мимику Мурси. — Не буду больше вас задерживать, — Джеймисон нежно забрал кружку из рук капитана. — Сладких снов.

— И тебе сладких, — Мурси увалилась в постель, с удовольствием забываясь сном.

Правда, напоследок промелькнула удивленная мысль, откуда красавчик может знать об ауре Императрицы, и от этого рука сама полезла вверх, нащупала на стыке между кроватью и матрацем кинжал, да так и осталась там. Мурси крепко уснула.

Джеймисон же удовлетворенно глянул на моментально впавшую в забытие начальницу. Наклонился пониже, проверил, ровно ли дышит, прикрыл одеялом. Не удержался и, протянув руку к вороту халата, аккуратно оттопырил. Заглянул под ткань, недовольно поморщился и оставил, наконец, капитана в покое. Как и положено погасил, уходя, свет и, удовлетворенный проделанной работой, вышел, притворяя дверь.

Ей снилась Немезис. Мурси никогда не бывала на такой планете, да и подобное название не фигурировало в справочниках, но откуда-то она точно знала — это Немезис. Серая, давно выжженная неведомой страшной катастрофой, с густой, будто кисель, атмосферой. Там всегда не хватало кислорода, удушье сковывало движения, а на тело давило странное, почти одушевленное, явление природы — туман. И вместе с этим, Немезис дышала и говорила. Шёпот планеты очень явственно напоминал Зов. Такой же неумолимый, не заглушаемый, неминуемый.

Уже очень давно Мурси не видела этот сон. Голоса планеты и Тёмной Материи слились в шелестящий гул, сделались неразборчивыми, но всё сильней заполняли голову, усыпляя разум. Шептали, звали, сжимали в угнетающих щипцах. Пытаясь сопротивляться мучительному желанию лечь и раствориться в тумане Немезис, капитан шла вперед, не понимая зачем, не зная, что она тут делает, но предельно четко осознавая — впереди её цель. Очертания красно-фиолетовых скал тонули в серой дымке, будто множество костров чадили неподалеку. Белая и липкая, она сковывала, забиралась в лёгкие и опаляла, заставляя гореть нутро.

С трудом переставляя ноги, Мурси споткнулась о камень и упала. Но не остановилась, а попыталась ползти. Силы были на исходе. Рывок, ещё один. Капитан заставила посмотреть себя на изодранные руки. Кровь, повсюду кровь. Одежда пропиталась ею, пропахла приближающейся смертью. Зияющие открытые раны на предплечьях и ногах, ожоги, множество звездочек от молний. Её тело из последних сил поддерживало жизнь. "Ты должна жить!" — расслышала Мурси в шёпоте голосов один, самый настойчивый. Голос Матери. Той самой, что жила в ней. «Ты должна жить, дочь!» Голос Первородной Материи, что передалась с предсмертным вздохом Императрицы. Откуда-то Мурси точно знала, что уже слышала эти слова.

"Проснись!" — этот резкий крик выбил сознание Мурси из забытья в реальность. Нет, не сон. Тело и вправду сковывало, воздух практически не поступает. Легкие и в самом деле горят. Ещё и темно, хоть глаза выколи. Что-то лежит на лице и не дает нормально дышать, а сил убрать это что-то катастрофически не хватает.

— Да, сдохни ты уже, тварь! — услышала капитан злобный голос Джимми.

Рука из последних сил сжала рукоять кинжала, метнула наугад и попала в цель. Подушка с лица съехала, а красавчик отшатнулся от постели, держась за левую грудь.

— Ты всё равно сдохнешь! — презрительно прошептал он, захлебываясь кровью, и с шумом упал. Отравленное острие сделало своё дело.

Но не гипоксия сковала тело капитана. Мурси судорожно глотала воздух, однако это нисколько не помогало прочней зацепиться за реальность. Перед глазами картинка моментально расплывалась, руки дрожали, начали непроизвольно дергаться мышцы, а силы уходили в зудящую точку на сгибе локтя.

Капитан потянулась к столу за холофоном, вовремя вспомнила про передатчик и что было мочи закричала:

— Ванно! — пронесся по кораблю её хриплый голос, и Мурси рухнула на пол, теряя сознание.

Первым в каюте оказался Морган. Чутье заставило его проснуться незадолго до этого. Изменился воздух, запах корабля, аура Мурси. Катар сел и принялся напряженно вслушиваться в тишину. Может быть, кто-то прокрался на корабль, пока они спали? Может быть, Мурси недостаточно было поставить Джеймисона на колени, забирая плату за какую-то повинность? Не успел Морган достроить ещё сколько-нибудь разнообразных теорий, как в соседней капитанской каюте послышалась возня и крик Мурси. Он стремглав помчался на выручку.

Следом за ним появилась сонная Клара, растерянно уставившись на окровавленное тело оперативника и практически голую Мурси на полу. Разбросанные подушки, смятая постель, всё это наводило на интригующие предположения. Тем более, что ещё не до конца проснувшийся мозг Дорн жаждал фантазий. Ванно растолкал застывшую в немом ужасе парочку на пороге и сразу же бросился к Мурси.

— Девчонка, ты… — потряс вакуй её за плечи.

— Отойди, я всё сделаю, — включилась в работу Клара, подготавливая зонд. Сканер закружился и запищал, выдавая диагноз — отравление.

— Агрх! — вскрикнул Ванно и бросился к душу, где выудил под первым полотенцем противоядие. Ампула запаяна по новому образцу, чтобы не допустить порчи и случайной протечки драгоценной жидкости внутри. Вакуй покрутил её в руках, ругаясь, что не удосужился сразу разобраться, как с этим работать. — Катар тебя подери, не знаю, как это вкалывать!

Морган с Кларой тем временем успели уложить подергивающееся в конвульсиях тело Мурси обратно на кровать. Изо рта капитана пошла пена, судороги усилились.

— Давай сюда, — нервно выкрикнула Клара. — Я знаю!

Дорн подхватила инъекцию, приметилась уже к руке, но вырвавшаяся из тела Мурси молния сильно ударила током спасителя. Тело капитана забилось в агонии и испускало из себя уже видимые разряды. Вены её вздулись, фиолетовыми полосами проступила психосильная система.

— Если она умрет, я убью тебя! — завопил Ванно. — Целься в центр татуировки!

— О, спасибо, это очень помогает! — так же истерично проорала в ответ Клара. — Я не попаду, нужно придержать её.

Морган без раздумий навалился сверху на капитана, придавливая её плечи. Он почувствовал себя на необъезженном берзоне — тело Мурси всё сильней содрогалось, в старательных попытках сбросить наездника, молнии не просто покалывали, они заставляли сердце катара биться неровно, перестраивая ритм и пульс, кислый привкус поселился во рту. Морган сильней придавил, фиксируя руками голову капитана. Наконец, Кларе открылся обзор на татуировку.

— Катар, сдохнешь! — предупредительно крикнул Ванно, видя, что сейчас может произойти. — Давай я, ты можешь не выдержать такой поток.

— Знаю! — бросил Морган и сильней прижался к Мурси. — Мало времени, Клара!

Дорн приставила вакцину точно в центр и с силой нажала на утопленную в ампуле кнопку. Уже через мгновение начало действовать лекарство. Конвульсии ослабли, разряды потеряли силу, вместо пены изо рта уже тонкой струйкой потекла кровь. Было бы больше времени, катар не забыл бы и кляп вставить, видимо Мурси всё же прикусила язык.

— Так, побарахтался на капитанше и слазь, — погнала Клара друга с кровати и принялась прикрывать обнажившуюся в процессе спасения грудь, заботливо утёрла куском одеяла лицо Мурси.

— Я сегодня уже всё видел, — зачем-то сказал Морган первое, что пришло в голову, и это оказалось, как всегда, совершенно неуместным. Поймал удивленный взгляд подруги и попятился. — Она же больше не..?

— Вышли, вышли отсюда! И этого, — Клара глянула на Джимми и разочаровано покачала головой, — этого тоже заберите. Вот же придурок, я в шоке!

— Ванно не оставит тебя тут одну, — оскалился вакуй и, выдернув кинжал из Джеймисона, уставил его на Дорн. — Не надейтесь!

— Знала бы, не стала бы спасать, — проворчала Клара. — Только зонд поставлю.

Моргана же внезапно затошнило. Он бывал на полях сражений, на его руках гибли солдаты, но всё это переживалось не так остро, как грань жизни и смерти, на которой оказалась они, все вместе, в комнате с Мурси. Мозг отказывался верить в возможные варианты развития событий и поэтому катар, всё так же, пятясь, сбежал из комнаты. Он сел на диван и попытался перевести дух, его самого теперь трясло не хуже Мурси.

Вскоре вышла Клара и устремилась на кухню, заварить кофе, а следом и Ванно с трупом Джеймисона наперевес.

— Катар! — вакуй уже начал спускаться по ступеням, но повернулся и поднял большой палец правой руки вверх. Морган коротко кивнул.

— Вроде миновало, — Клара уселась рядом с Морганом на диван и глубоко вздохнула. — На всякий случай оставила зонд.

— Надо найти яд. Яд для держателей Силы, — еле слышно сказал Морган. Язык не слушался его, сознание будто существовало отдельно от тела и находилось где-то неподалеку. — Надо что-то делать. Определённо.

— Ты в порядке? — Клара внимательно посмотрела на друга. — Морган, тебя трясет!

— В порядке, — вздохнул катар и, нагнувшись вперед, нервно пригладил вздыбившуюся шерсть на голове, — просто немного испугался.

— Я думала, ты ничего не боишься, — хмыкнула Клара. — Никак не можешь отойти от молний? Ну да, в меня одна угодила и я чуть на потолок не забежала. А тебе пришлось всем телом сдерживать их. Почему ты не дал Ванно сделать привычную работу? Теперь нужно и тебе зонд вставить, чтобы…

— Я сказал, я в порядке! — нервно зарычал Морган.

— Ладно, в порядке, так в порядке. А я лично в шоке! Главное, видела же, что Джеймисон к ней вечером пошёл. Думала, ну вообще дают, никого не стесняются. Знаешь, сканер выявил снотворное в крови. Видимо хотел красавчик её накачать и воспользоваться. Только с дозой не рассчитал, побоялся переборщить. Зачем только зазывала к себе, а потом заднюю дала? Нормально бы вела себя…

— Во имя вселенского Разума, Клара, заткнись! — Морган сжал руками раскалывающуюся голову. — Неужели не видишь, до чего довели твои игры в режиссера! Это и твоя ответственность. А если бы она умерла? Ты подумала об этом?

— Ну, померла бы и что? Кому от этого плохо стало бы? Или ты, в самом деле… — Клара внимательней присмотрелась к другу. — Ты так боишься её смерти? А то, что твоего подчиненного капитанша довела до такого состояния, тебя не колышит? Он пошёл на крайние меры только из-за её неумения сдерживать собственное либидо. Это так по-йонгейски.

— Джеймисон пошёл на крайние меры, потому что кто-то его уверил в неотразимости! И в возможности достижения цели. Не считаясь с мнением и планами остальных. Если бы ты наоборот, сказала бы ему правду, сказала бы, что я нравлюсь капитану, и у нас даже что-то получается, он, наверное, оставил бы эту затею.

— Меня значит обвиняешь? Офигеть, капитанша его убила, а виновата я, да? А если бы она убила меня? Что для тебя важней, чья жизнь?

— А для тебя вообще важна хоть чья бы то ни была жизнь? О, Разум, Клара, хочешь, чтобы я сошёл с ума?

— Ты уже сошёл с ума! И посмотри, что стало с Джеймисоном. Думаешь, у тебя есть шансы на другой исход? Ведь ему капитанша, как и тебе, мозги накручивала о своей заинтересованности. Ты думаешь, что нравишься ей, а ведь она Джимми много раз говорила, что не испытывает к тебе никакой симпатии. А тебе говорила то же самое о красавчике. Тебя трясет о мысли за её смерть, а не за наши жизни, которые вполне могли бы окончиться, будь я менее расторопной! Очнись, друг, очнись, умоляю! Пока всё не зашло для тебя слишком далеко! Оставь капитаншу Коди, если уж они действительно пара. Пора возвращаться в реальность.

Морган отстраненно посмотрел на Клару, нахмурился и тихо произнес:

— Не понимаешь? Всё уже зашло слишком далеко.

— Офигеть! — прошептала пораженная Клара. — Когда ты успел? Ты же говорил, понадобится несколько лет, нужно показать друг другу свои достоинства, бла-бла-бла. Избранница должна быть такой, этакой, высокоморальной и воспитанной, катар и йонгейка не пара… Морган, эта женщина тебя погубит, даже если полюбит!

— Если не полюбит, вернее сгину, — закрыл лицо руками катар и громко вздохнул.

— Я в шоке!

Ванно опять поднялся из нежилых отсеков и, махнув Моргану, отворил дверь в каюту капитана.

— Нужно найти улики, — прокомментировал вакуй.

Морган склонился над Мурси и на всякий случай проверил, как она дышит. Вены больше не выступали так сильно, а фиолетовые следы и вовсе исчезли. Катар аккуратно осмотрел руки и почти сразу нашел точку от укола, затем пошарил возле кровати, наткнулся на грязный шприц и ампулу. Удивительно, но соизмеряя количество введенного препарата с объемом колбы, Морган осознал, что и тут Джеймисон испугался переусердствовать. И это дало дополнительное время для спасения жизни Мурсика. Только куда делась вторая половина яда, осталось загадкой. Ни лужицы на полу, ни пятна на подушке или пледе, ничего.

Следом обыскали казарму, перерыли все вещи Джеймисона, но ничего подозрительного не нашли. Ванно взял холофон красавчика и опечатал комнату. Ещё раз проверил надежность замка на двери в капитанскую каюту и только после этого собрался уходить.

— Ты же не думаешь, что я с ним заодно? — обеспокоенно спросил Морган.

— Ванно в таких случаях не думает, а действует. Девчонка проснётся, разберется и с вами.

— Согласен. Надеюсь, разберётся, — кивнул Морган и ушёл к себе.