Котик для сильной и независимой

Глава 17

Ночью, пока все отдыхали в своих каютах, капитан вывела корабль в нужный сектор и назначила курс на Илум. К сожалению, сама эта планета из тех, которые находятся в довольно оживленной солнечной системе. Лететь до неё придется ещё сутки минимум, внимательно следя за обстановкой, чтобы случайный мусор не пробил обшивку корабля. Потом предстоит долгое ожидание подготовки к посадке.

Илум — холодная планета. Даже не так, Илум — невероятно холодная планета, ледяной середнячок среди остальных небесных тел в стадии «снежок». Хотя атмосферу там уже немного привели в порядок энтузиасты, и дышать на ней можно вполне безопасно, но на полноценное терраформирование пока недоставало средств. Живущие на Илуме колонисты довольствовались и этим, с трудом поддерживая в единственном космопорте приемлемую температуру, чтобы принимающие машины могли работать без перебоев. Как только на планете воцарятся приличные условия проживания, так сразу Империя и СШГ вступят в ожесточенную борьбу за обладание таким лакомым кусочком. Это, отчасти, объясняло столько долгое затягивание вопроса по изменению климата на Илуме.

Открыв глаза, Морган не спешил покидать постель. Потянувшись и широко зевнув, он закинул руки за голову и улыбнулся. И всё-таки он ей нравится! Слова могут обманывать, но запах никто контролировать не умеет. Пусть Мурси говорит сколько угодно, что её не интересуют отношения такого плана, однако Морган прочно сидит в голове капитана, это уж точно! А когда доктор сотрёт болезненные воспоминания о разжаловании, когда сам капрал перестанет волноваться и переживать, когда вернётся былая катарская уверенность в себе, тогда Морик сможет приструнить её и отвоевать позиции в командовании отрядом. Всё потечет привычным чередом. Дисциплина, распорядок дня, боевые операции. Вникнуть в расследования СРС тоже не составит труда.

Капрал решил, что надо бы ещё раз извиниться перед Мурси за вчерашнее «представление», дабы усыпить бдительность. Капитан не должна даже догадываться о том, что он знает секрет девичьего сердца. Так, исподтишка, выбирая её собственную стратегию, он сможет хоть немного заставить эту женщину думать о безопасности. Ну, это же невыносимо, когда она беспечно лезет в атаку, заводит опасные связи, постоянно думает о любовных интригах. Обещала этому старому коммодору лично успокоить. Может, хочет его соблазнить, а потом подать рапорт за харрасмент?

Эти игры не доведут до хорошего. Раз у тебя, как у командира отряда, уже есть основное задание, зачем лезть на рожон в попытках увязнуть в грязных политических играх? Всё это надо непременно прекратить, но не привычным прямолинейным способом. На йонгеев, видимо, повлиять таким образом невозможно. Всем известно, что уж кто-кто, а дети Перворожденных обожают выставлять свою власть напоказ. У них мания на этот счёт — доказать миру, что йонгеи впереди всей Галактики, мастера спора, победители по жизни, им необходимо оставаться всегда на высоте. Поэтому и войну эту развязали. С другой стороны, не будь войны, не было бы и СШГ. Муторное и странное дело эта политика. Неоднозначное.

Морган заглянул в отсек управления и застал там уже Иржи, который завидев катара не смог сдержать свою улыбку.

— Это не то, что ты думаешь! — пробубнил Морган и отправился в столовую.

Капрал спокойно позавтракал в тишине и вернулся в свою комнату. Сегодня предстояло ещё много дел сделать, помимо странной просьбы Мурси составить отчет. И Морган приступил к нудной писанине. Но работа не шла. Долгих три с половиной месяца на этом борту напрочь выбили у капрала мастерство писать канцелярским языком. Весь документ пестрил эпитетами, сравнениями, художественными оборотами, не хуже, чем в любовных романах, которые так любила читать Клара. В очередной раз вымарывая эмоциональность из формуляра, Морган решил сделать паузу и быстро написал прошение на имя Флинта, в надежде, что уж «своенравного катара» на базу коммодор возвращать не захочет и с радостью передаст ему управление всем отрядом, если вдруг Мурси отстранят или разжалуют. Для такого высокопоставленного чина совсем не хотелось приукрашивать текст, поэтому капрал быстро расписался нужной казённой стилистикой. После прошения и отчет о происшествиях на корабле пошёл как по маслу.

В каюту постучала Клара, как раз в тот момент, когда Морган поставил точку в последнем предложении.

— А, проснулся! — поприветствовала она его и, зайдя, сразу умостилась на идеально заправленную постель. — Я думала, опять проспал, не выглядываешь совсем. Что поделываешь?

— Отчет писал вот, — спокойно проговорил Морган. — А ты?

— А я слоняюсь без дела. Скукота. Может в карты перебросимся, пока капитанша спит?

Морган взглянул на часы. Уже два. Мурси обычно просыпалась к этому времени. Наверняка лежит и вспоминает их вчерашние объятия. Непроизвольная улыбка расплылась на его лице.

— Может, она у Ванно?

— Не знаю, мне какое дело, — пожала плечами Клара. — Хоть из форточки пусть вылетит. Надеюсь, она нюхнула того порошка и растаяла, как злая ведьма.

— Клара! — приструнил её друг. — Ты что такое говоришь?

— А ты почему довольно улыбаешься? Я чего-то не знаю?

— Просто настроение хорошее, — сухо ответил Морган и отвернулся.

— Я тут думала, знаешь, и меня прямо зло берёт. Как можно быть такой бессердечной стервой? Я просто в шоке! Вон красавчик уже уши развесил, мечтает, как будет с ней свадьбу играть, даже имена для детей придумал, а она использовала его для своих целей. И я не против, пусть хоть при всех зажимаются и сосутся, но скажи ты парню, что он не в твоем вкусе. Чтобы надежд лишних не питал. А она! Не могу понять, как можно быть такой расчетливой?

— Ну, Джеймисон мог бы и сам догадаться, что он просто пешка в её играх. Может интеллектуальный уровень у них общий, только вот богатая женщина, привыкшая брать своё, вряд ли заинтересуется таким простым парнем, как наш оперативник, будь он хоть мистером внегалактическая привлекательность. Ей с ним будет банально скучно.

— Вот и я ему тоже говорю, — согласилась Клара. — Но разве он слышит? Он же летает где-то в стратосфере.

— Может ему тогда тоже стоит пройти коррекцию у психолога? — задумался вслух Морган. — Надо поговорить на этот счет с Мурси.

— Какую коррекцию? — удивленно переспросила Клара.

— Ну, знаешь, мы вчера с капитаном поговорили, наконец, по душам, — катар едва заметно усмехнулся. — Хороший разговор вышел. Она настояла на коррекции моего эмоционального восприятия разжалования. Слышала про метод стирания травматических эпизодов из памяти?

— Морган, и ты, как ландух, согласился?

— В смысле, как ландух? Что тут такого? По-моему, мне необходима помощь и уже давно. Сама же говоришь, что у меня разжижение мозгов. Ты же видишь, я неадекватен. И это началось как раз с момента моего разжалования.

— Это случилось с момента, когда ты ступил на борт этой посудины! Но ты совсем из ума выжил, если доверился капитанше! Ещё, небось, всё это будет производить какой-нибудь её доверенный врач?

— Ну да, — медленно подтвердил Морган. — А что?

— Вот никто меня не хочет слушать! Совсем! А ещё на Джимми пеняешь. Я же говорю, ты не имеешь опыта с такими интриганками, как наша капитанша. Такая добренькая, ты посмотри. Я в шоке! И врача тебе найдет, и всё оплатит, и будешь ты весел и бодр. А что там в твоем мозгу этот доктор выжжет, одной ей известно, да? Морган, это будет катастрофа! — Клара подскочила с кровати, вскидывая руки к потолку. — Как ты, вообще, на это согласился? Капитанша же прямым текстом сказала, что на тебя её прикосновения не действуют. Неужели не понятно — она просто решила пойти окольным путём. Ты хоть понимаешь, что согласившись, практически подписал себе смертный приговор? Я уже вижу, как некогда сильный духом катар ползает перед ней на коленях, позволяя вытирать о себя ноги. Она подчинила Ваццлава, размазала Джимми, сейчас обрабатывает Бобби, а заодно готовит почву для тебя. Ты хоть это соображаешь?

— Послушай, Клара. Она открыто предложила мне отпуск, чтобы я сам нашёл другого врача в СШГ. Просто мне не хочется на это тратить время, тем более, пока Ванно на борту.

— Конечно, предложила. А как же! Она же знает, какая реакция последует. Ты не оставишь меня здесь одну, это минимум. Ох, Морган, недооцениваешь ты силу её извращенной логики! Капитанша на пять, нет, на десять шагов впереди. Зачем, по-твоему, она требовала от нас быть предсказуемыми? Я, вообще, не понимаю, на кой твилячий отросток тебе нужен врач? Ты — нормальный!

— Вот именно, что нет! — рыкнул Морган. — Я творю какую-то дичь!

— О, ты уже разговариваешь как капитанша! У тебя и вправду разжижение мозгов, раз ты настолько слепо веришь в эту ахинею. Ну, какую, какую дичь ты творишь? Или ты всё про тот укус не забудешь? Сорвался, бывает. Знаешь, я тоже иногда могу сказануть непозволительное. Вон вчера про коммодора такое наговорила, если он это услышит, мне конец.

— Вчера я полез к ней обниматься, — перебил Морган подругу. — Но она просила тебе не рассказывать.

— Ты что? — опешила Клара и медленно осела на кровать.

— Вот именно!

— Морган, может тебе просто одиноко? Ко мне с поцелуями лезешь, к ней обниматься. Ну, это нормально, ты же мужчина. Катар, но не железный. Одиночество всех понемногу убивает.

— В том-то и дело, что мне не нужны никакие поцелуи и обнимания, тем более с этой женщиной! Понимаешь? — Морган вздохнул. — Как тебе ещё объяснить? Меня она нервирует, до такой степени, что я не могу спать спокойно. Рядом с Мурси я словно сверхновая. Увеличиваюсь и готов взорваться в любой момент. Правильно ты сказала — я катар! Поведение подобного плана просто неприемлемо! Меня дед учил принимать жизнь такой, какая она есть, не поддаваться, не сгибаться. Идти вперед — к своей цели. Всегда быть честным хотя бы с самим собой. А теперь я и не знаю, какая у меня цель. Смогу ли я после пережитого стать достойным преемником старейшины? Меня сломала неудача! Разжалование стало как удар, опрокинувший на землю, и я до сих пор не могу подняться. Не могу смириться с новым положением вещей, — Морган сдавил виски пальцами и принялся делать круговые движения. — Моя голова! Но, наконец-то, я сказал это вслух.

— Морик, ты справишься, — испуганно произнесла Клара. Она совсем не ожидала, что понижение в должности настолько сильно запало в душу её друга, и Морган серьёзно переживает насчёт своей дальнейшей жизни. Дорн хотела бросить стандартную фразу, вроде «не переживай, образуется», но вспомнила недавно прошедшие курсы и вооружилась стратегией «настоящего» психолога: — Мне жаль, что тебе пришлось это пережить. Я могу и сама дать консультацию по такому вопросу. Думаю, моих знаний уже достаточно. Я помогу тебе. Расскажи, что сейчас тебя больше всего тревожит?

— Я не могу, — вздохнул Морган. — Я и так слишком сильно тебе открылся. Просто забудь. Я сделаю укол, и мне станет легче.

— Не позволю! — взвизгнула Клара. — Я тебе шерсть повыдергиваю везде, где дотянусь! Морган, возьми себя в руки! Будь мужиком! Расскажи, вот как ты полез к ней обниматься, что было перед этим?

— Та, стыдоба. Я сел на кнопку холотерминала. Мурси попыталась отключить агентов, а я подумал, что она вознамерилась, ну, знаешь, пощупать меня, что ли. Она же Джеймисона вечно за нескромные места хватает, — катар вдруг перебил сам себя и озадаченно прошептал под нос: — Так вот, что это за места! Неважно. В общем, вышел стыд и позор на всю Галактику.

— А обнял ты её как? Ну, полезла, мог же просто попросить не трогать себя.

— Я сказал. А она издевательски, мол, «боишься меня?» Ну, я и отреагировал, правда, излишне резко.

— О, Разум! Так капитанша же на «слабо» взяла! Да если бы я хотела заставить тебя испытывать чувство вины, я бы точно так же поступила бы. Всем известно, что при катарах нельзя говорить некоторые вещи. Вот и тебя сразу выключает от подобных вызовов.

— Ну да, — неуверенно согласился Морган. — А потом она сказала не говорить тебе.

— Естественно. Она знает, что на меня не действуют эти методы. Я сохраняю холодную голову в любой ситуации. Капитанша просто пытается нас рассорить. Разделить, чтобы ты стал уязвим. Я просто в шоке!

— Клара! — Морган ошарашено посмотрел на подругу. — Да, очень на то похоже. Она же реально взяла меня на «слабо». Мурси рассчитала, что именно такая у меня и будет реакция. А до этого… И Ирка с ней в сговоре! О, предки прайда, какая же она настоящая женщина-йонгей! Прям, как дед рассказывал. Знаешь, он всегда предостерегал меня от близкого контакта с ними. В детстве я ещё боялся, потом подрос и думал, что старейшина всё преувеличивал. Но, наоборот, мой дед преуменьшал опасность в тысячи раз!

— Ну, капитанша не йонгей, только проводник, причем, такой себе, — махнула рукой Дорн. — Так что мы с ней справимся.

— Клара, ты ещё не поняла, кто наш капитан? — удивился Морган. — Это же очевидно.

— Не смеши меня. В СШГ нет йонгеев. Что таким здесь делать? Им не нужно работать, тем более в регулярных войсках. Йонгеи все безмерно богаты и от безделья занимаются исключительно делёжкой власти среди себе подобных. У них же там, в Империи, постоянно плетутся козни, и лорды только и делают, что ссорят одного с другим. Ни один канцлер не позволил бы йонгею шляться по Совету и стравливать друг с другом… — Дорн замолчала, медленно подняла взгляд на капрала и шёпотом добавила: — Офигеть! Морган, как такое возможно?

— Этого я не понял ещё. Но она точно потомок перворожденных, — катар оскалился. — И мне прям хочется вгрызться ей в горло.

— Мы должны предупредить начальство — коммодора Флинта, канцлера Гидроса. Не знаю, кого-нибудь! Слушай, нам надо, наверное, её убить? За это и повышение дадут, и заплатят. Ну-ка, что причитается за смерть йонгея, — Клара подскочила и, схватив со стола пад Моргана, быстро набрала в поисковике запрос.

— Нет, ты что! — вздрогнул капрал и, выхватив из рук подруги гаджет, принялся всё стирать. — За нами следят агенты. Наверняка, они и наши переписки читают. Ты меня подставляешь!

— Прости, — Клара медленно села обратно на кровать. — Я не просто в шоке! У меня нет слов. И что мы будем теперь делать?

— Я не знаю, — вновь вздохнул Морган. — Не знаю. Схожу к психологу и попробую с ним договориться. Наверняка, деньги сделают его более сговорчивым.

— Я с тобой! На всякий случай.

— Спасибо, ты — настоящий друг. Только дай мне что-нибудь от головной боли. Она у меня сейчас лопнет.

— Пойдем!

Клара и Морган вышли из каюты. Мурси уже проснулась и, сидя на кресле поперек, спиной к ним, свесив одну босую ногу с подлокотника и болтая ею в воздухе, с аппетитом жевала дрыню. На диване устроился Малыш и попивал свой коктейль, а в кресле напротив нетерпеливо ёрзал Джеймисон.

— Вот, ты видел, Бобби? Мы, оперативники, все такие! Сплошная гора мускулов! — Джимми подскочил, скинул с себя куртку и принялся позировать как профессиональный бодибилдер. — Ты посмотри на этих малышек, — он чмокнул свой вздувшийся правый бицепс. — Я великолепен!

— На меня не равняйтесь, — возразил Малыш. — Я — твилекк, у нас в принципе нет ничего подобного вашим мышцам. Но вот струны внутри моего тела натянуты, словно канаты. А видели бы вы капрала Моргана без одежды! Один рельеф, ни капли жира, никаких гипертрофированных вздутий на руках и плечах. Идеально.

— Ты просто завидуешь мне! — оскалился усмешкой Джимми.

— Будет возможность, гляньте на него. Вы, оба, — Боббьер по очереди указал пальцем на капитана и на оперативника.

— Обязательно, только появится возможность, раздену и капрала, — хмыкнула Мурси, бросая на тарелку сервисному дроиду огрызок и беря очередную дрыню.

— Кто же вам позволит? — возмутилась Клара.

— Божечки-кошечки, — вздрогнула Мурси, выронив фрукт из рук. Она повернула голову и окинула дружелюбным взглядом обоих. — Вы меня до инфаркта доведете. Чао, моя сладкая парочка. Релаксили вдвоём?

— Это не ваше дело! — гордо заявила Клара и, высоко задрав подбородок, прошествовала к дивану. Она вальяжно расселась на нем, окидывая надменным взглядом всех собравшихся. Но, вдруг, вспомнила, что обещала Моргану лекарство, поднялась и быстро скрылась в своей каюте.

Все молча проводили её взглядом, а потом недоуменно переглянулись и уставились на катара. Тот только пожал плечами. Клара вернулась, всучила Моргану капсулу и уже намного скромней села обратно. Мурси обеспокоено посмотрела на капрала.

— В порядке всё?

— Голова разболелась что-то, — спокойно ответил Морган, садясь рядом с подругой. — Что обсуждаете?

— Ребята тут спорят, кто круче — оперативники или снайпера.

— И кто побеждает?

— Зависит от вас. Разденетесь, чтобы мы удостоверились в вашем совершенном теле? — Мурси ехидно прищурилась.

— Вот в этом и главное отличие снайперов от оперативников, у нас мозгов больше. Гораздо, — постучал пальцем по своей голове Морган. — Они даже болят иногда.

— Ха, зачет, чувак! — рассмеялась Мурси. — Красиво уделал.

— Кому нужны твои мозги, если идёшь на пятерых сразу? — скорчил свой аккуратный нос Джимми и в поисках одобрения посмотрел на капитана.

— Да, пятерых одним ударом, это я вам скажу — весчь! — усмехнулась Мурси. — Оперативники гораздо крепче в этом плане. С ними, вообще, ничего не страшно. Поэтому я и взяла тебя на операцию в институт.

— Зато снайпера сразу оценивают обстановку и вырубают по приоритетности, от самых опасных до самых простых, — парировал твилекк. — И вы взяли с собой Джимми только потому, что там не было выгодных позиций для меня.

— Да, не могу не согласиться. Убив самого опасного, остальную шушеру можно разбросать и потом, — кивнула капитан. — У меня, правда, обычно мусором Ванно занимается, но я была бы совсем не прочь, если бы самый сильный падал первым, а я бы бахнула пару молний и всё. Это заняло бы гораздо меньше времени и сил.

— Вы их что, стравливаете? — ахнула Клара. — Развлекаетесь? Вам заняться нечем?

— Зря вы затеяли этот спор, действительно, — из отсека управления пришел Ваццлав и устало облокотился на спинку кресла, в котором сидела капитан. — Круче всех только айтишники, правда, несравненная Леди? Я одним махом могу спалить сеть, и все ваши противники будут визжать, как копгибли на свету.

— Ты не доберешься до сети без меня, — возразил Джимми.

— Или без меня, — добавил Бобби.

— Мне не надо. Если есть подключение к спейснету, я могу, сидя тут, всё намутить. Капитан, не смените за штурвалом, а то я затёк весь.

— Не вопрос, дорогой, — Мурси встала, загребая все оставшиеся фрукты с тарелки. — Можешь и не приходить уже. Через пару часов посажу нас на твердь земную, будь спок.

— Самый умный и красивый у вас тут Ванно, — вакуй всё это время сидел на кухне и насыщал организм, подслушивая их разговоры. Теперь же он, довольно поглаживая свой живот, вышел и благодатно икнул. — Девчонка, я нужен тебе?

— Подготовь всё к Охоте.

— Понял. Меч давай.

— Я пойду с кинжалом. Возьми его в каюте и наточи, как следует. Чтобы не было как в прошлый раз, — и уже в пролете капитан криком добавила: — У последнего противника даже ни одна кишка не выпала! Фуй, дешёвые спецэффекты!

— Хорошо, — проворчал вакуй, уходя в её каюту.

— О, великий Разум, Морган! — замерла Клара и медленно повернула голову к другу. — Ты же прав на сто процентов! Почему раньше не сказал? Мы бы уже давно что-нибудь придумали, противодействие хоть какое-нибудь, — Бобби вопросительно посмотрел на Дорн. — Малыш, ты знаешь…

Морган не дал договорить ей. Он сжал подругу крепко за колено и предупредительно посмотрел в глаза. Иржи подозрительно прищурился, скрываясь в столовой.

Наконец, корабль приземлился на Илуме, скользя по промерзшей земле. На планете только занималось утро. Поганое несовпадение с корабельным режимом. Мурси устало откинулась в кресле.

Клара выходит из берегов. Видимо, ревность тоже входила в систему запретных чувств. Странно, обычно в человеческой среде собственническое поведение в отношении партнера поощряется. Может катар никогда не давал ей поводов усомниться в своей верности, а сейчас всё настолько запуталось, что он и сам не понимает, насколько его поведение может ранить подругу? Ничего, завтра всё закончится. А уж Мурси не даст ей новых поводов для обид. У Моргана останутся воспоминания только о Кларе.

Всё это давило на Мурси, заставляя мозг туманиться. Иногда прорывался шепот Зова, требуя забрать то, что хочется самой. «Убей», первое, что она услышала сегодня, проснувшись после короткого тревожного сна. «Забери», как только в сознание всплыли воспоминания об объятиях Моргана. «Властвуй», добил приказ, прорывая с кончиков пальцев тёмную энергию.

«Властвуй!» — прозвучало в голове и Мурси, вздрогнув, зашептала молитву:

— Сердце, что бьётся в каждой груди; Светлая мира печаль; Радость улыбки рождения вновь; Смерти безграничная даль. Идущий в Пути, и Путь без Начала, и Цель достижения его — Мы есть то! — капитана слегка попустило. Но она добавила любимые строчки: — Кем угодно себя в отражении видит тот, кто не имеет лица[8].

Может ей тоже следовало бы посетить доктора Забару? Но не прошло ещё минимальных девяти месяцев. И даже, если пойти на риск и стереть из своей головы все те дни, что собираются стереть у Моргана, это означало бы только одно — она снова наступит на ту же мину. Ей нужно просто преодолеть это. Отвлечься. Сосредоточиться на работе. Откорректировать дозу своего лекарства.

Ян, близкий друг и великолепный ученый-биолог, потратил достаточно времени на разработку такого снадобья, которое могло бы блокировать Зов, звучавший в её голове гораздо сильней, чем у остальных держателей Силы. Большие возможности — большая расплата.

А за последнее время к привычной Тёмной Материи, уже перестроившей клетки её организма под свои нужды, добавились три опознанных сгустка из лаборатории и ещё два неожиданных из институтской ловушки. Видимо, этот прибор задействовали не единожды, прежде чем Мурси его забрала. И какой Силы были те, другие подопытные, оставалось непостижимым. Как только капитан распутала никтаиновую тонкую проволоку, что скрепляла частички проводящего кристалла внутри ловушки, эти сгустки и тёмная энергия с воем высвободились и, врезаясь в её тело, опрокинули обратно на диван. Настолько сильно, что Мурси, даже не подумав о дальнейшей своей безопасности, находясь под воздействием окутавшего Зова, беспечно потянулась к загадочному порошку. И получила за такую безалаберность сполна. Теперь это всё перевешивало создавшийся баланс в мутирующем, не переставая, теле.

Иметь бы возможность проконсультироваться с учителем. Христов наставил бы её на Путь Истинный. Он всегда умел это делать — отсеивать ненужное, сосредотачивая на ядре проблемы. «Зри в корень» — интонацией мэтра зазвучали заученные некогда в детстве слова, прорываясь сквозь гул шёпота Зова. Но если предпринять попытку с ним связаться, то Христов, как обычно, скажет, что занят. Он сам придет, когда сможет. Таковы правила Ордена. От этих мыслей стало ещё тоскливей. «Отомсти! Отомсти! Отомсти!» — подхватили мотив душевной раны Зовущие.

Может, канцлеры для этого подписали ордер и дали такое задание? Уж Гидрос точно знает, что Зов начнет расти с каждым убитым братом и раз за разом ей будет всё трудней с этим справляться. А когда она выберет Путь йонгея, пойдет на поводу тёмной стороны, они легко найдут её и упекут в закрытом монастыре.

В бездну, послать всё в бездну и забыть! Высадить всех и умчаться за пределы этой Галактики. Пусть Разум сам решает, что делать с Тёмной Материей, почти заполнившей её. Это просто — надавить на связь, приказать всем выметаться, набрать самые далекие координаты и свалить в бездну. В межгалактическое пустое пространство. Открыть люк и выйти в космос. Тёмная Материя не успеет переродиться, давай очередной виток бесконечной истории йонгеев. Мысли капитана прервал входящий звонок:

— Привет, мы немного задерживаемся, — помахала рукой Лена, но тут же переменилась в настроении, заметив на лице сестры тёмные следы, полосами исходящие из-под футболки и поднимающиеся к глазам. — Где Ванно?

— У себя, — с трудом прохрипела Мурси.

— Мо! Пусть сделает тебе зелень.

— Нужно повысить дозу моего галоперидола, — тяжело дыша, ответила капитан. — Я думаю, лекарство просто не справляется с увеличенным потоком. Ну, или может мне такое устройство, как из института в собственное распоряжение? Чтобы оно забрало часть энергии.

— Сестричка, я скоро буду рядом. Выпей ещё четверть таблетки. Должно полегчать. Отвлекись. Ты же собиралась на охоту. А потом, как закончим всё, сделаем тебе экспериментальную красную вакцину, у меня она как раз с собой. Это приведет тебя в чувство и ускорит процесс приживания.

— А кто будет этими командовать? На сколько дней затянется моё бессознательное существование? А если что-то пойдет не так? Что будем тогда делать?

— Дай всем выходной с запасом. Запремся у меня, я поохраняю. Доктор Забара проследит, чтобы всё прошло гладко. Но с этим надо что-то делать. Ты бы себя видела.

— Настолько плохо? — Мурси дотронулась до кончика своего носа. Ледяной. — Хорошо, ты права. Я пойду за таблетками.

— Предупреди Ванно о своем состоянии, чтобы он был начеку. Держись. Обнимаю. Лена аут.

Сейчас Мурси мечтала об одном — только бы не столкнуться ни с кем из отряда. Сил на создание иллюзии не было, всё забирала эта борьба с внутренними йонгеями. Капитан прошмыгнула в грузовой отсек. Ванно всё понял без слов и быстро принес необходимое лекарство из её каюты. Мурси легла на кровать и, закрыв глаза, сосредоточилась на дыхании. Считая каждый раз, когда воздух проходит по трахее в лёгкие и обратно, чувствуя эти прохладные потоки, осмысливая их, проживая секунды в бездействии, она постепенно успокаивалась. Нависшая угрозой паническая атака отступила. В отсек заглянул Ваццлав.

— Френсис просил уточнить, — нерешительно потоптался айтишник возле входной арки. Он перекидывал свой взгляд то на Ванно, точившего возле стола кинжал, то на капитана, лежавшей, словно покойник, на спине в кровати. — Как вы? Эта поза шизасана называется, да?

— Шавасана-шизасена, — весело произнесла Мурси и, подпрыгнув, села. Выглядела она действительно, как обычно. — Я цвету и пахну! Можешь посмотреть и понюхать, или только катары этим страдают?

— Фух, — выдохнул Иржи. — Хвала Вселенной! Все ждут ваших указаний.

— Идем, май шер! Ща мы всем разрешим официально чилить. А ты, Ванно, готовься к Охоте. Оденусь и приду за тобой.

Вакуй, улыбаясь, махнул головой и, отложив кинжал, принялся облачаться в свою броню.

Мурси с Иржи поднялись по ступеньками. Капитан бодро оперлась о стол руками и, нажав на громкую связь, весело провозгласила:

— Любименький отряд! Всем веселиться! Можете посетить местные достопримечательности, например, прекрасную скалу справа или не менее живописную слева. Но если убьетесь, обратно не приходите. Мой контакт задерживается, за бортом минус тридцать, так что можно и выпить для сугрева. Разрешается. Сегодня можно, вообче, всё! А я сваливаю с этого праздника жизни и когда буду — неизвестно.

Она посмотрела на вышедших и удивленно смотрящих на неё Бобби и Джеймисона, подмигнула им и ушла к себе, готовиться к охоте на снежака.

— Что собираешься делать? — спросила Клара у друга. — Я так понимаю, доктора ещё сутки ждать.

— Ты знала, что здесь есть музей доимперского оружия?

— Я тебя умоляю, Морган, — скривилась Дорн. — Только не рассказывай мне об этом. Ненавижу, когда ты начинаешь про эти свои загоны. Пойди с Бобби пообщайся, он любитель всяких ученых речей.

— Да не. Я хотел туда пойти.

— А ну это точно без меня. Мы тут что-нибудь придумаем с остальными.

— Только не рассказывай им ничего, Клара, это серьёзно. Ванно нас убьет раньше, чем мы сообразим что-либо сделать. Не подставляй ребят. Против капитана надо действовать осторожно. К тому же, Мурси пока никому из нас плохого не сделала. Просто надо будет пристальней следить за обстановкой.

— Ладно. Я очень постараюсь держать язык за зубами. Ты прав, чудовище же исключительно повод ищет, чтобы прикончить нас всех.

— Меня только мучает один нюанс. Капитан любит всякое экзотическое оружие.

— И что?

— А если она тоже туда пойдет? И мы нечаянно встретимся? Мурси итак всё время говорит, что я за ней слежу. О, Разум, капитан как минимум один раз уже чуть не убила меня. После такого она точно не даст мне шанса.

— А говоришь никому плохого не сделала, — цокнула Клара. — Предупреди её. Скажи правду: «Я иду в музей, если вы меня там увидите, это только ваши проблемы». Но поторопись, пока она не свалила на эту свою охоту, вываливать кишки братьям.

— Да, оптимальный вариант.

Морган спустился вниз, чтобы известить капитана о своих намерениях. Мурси, полностью одетая для зимней прогулки, стояла возле столярного стола и пробовала пальцами наточку кинжала. Её куртка с опушкой на руках, подоле и капюшоне, красиво облегала тонкую талию. Слишком тонкую. Диета из фруктов не давала возможности капитану набрать нормально вес. Нужно не забыть ей и об этом сказать. Бежевые штаны с карманами по бокам, заправленные в сапоги с мехом наружу, подчеркивали стройность ног. В отсек уже проник холодный воздух, и оттопыренные круглые уши Мурси заметно покраснели. Перед Морганом вновь предстала симпатичная смешная девчонка, полностью под властью азарта предстоящей охоты. Всё, о чем только утром говорили с Кларой, улетучилось из головы катара моментально.

— На какого зверя идёте охотиться без шапки? — поинтересовался Морган. Он заложил по привычке руки за спину, но заставить себя стоять ровно не смог и отчего-то начал покачиваться, перекатываясь с пятки на носок и обратно. Катару, внезапно, неудержимо захотелось своими глазами вновь увидеть капитана в бою.

— Я капюшон надену, не волнуйтесь, — улыбнулась ему Мурси. — Снежаки. Слышали о таких? Охрененная детина под два метра роста. Кожа яко панцирь, а сквозь жир даже моя плазма не проходит. Звёзд и то не остается. Шоб ты знал, ты б заплакал, как давно я мечтаю завалить хоть одного такого.

— Хм, интересно. И вы собрались с этим кинжалом на него?

— В этом жи самый цинус! Голыми руками — смысл Охоты.

— Посмотрел бы я на это, — как бы, между прочим, проговорил Морган.

— Хошь с нами?

— Ну, можно, почему нет. Я всё равно особо не занят.

— Только, если обещаете смотреть и не вмешиваться, — предупредила Мурси. — И эта — капрал аут, капитан аут. Ну, шоб без поучений и такого. Типа мы дружбаны? Идёт?

— Идёт! Никаких поучений, клянусь пяткой вакуйя, — рассмеялся капрал. — Предупрежу быстро Клару, что уже ушёл.

Как только скайтрей вылетел из корабля, их взору предстали бескрайние белые поля. Отражение солнца от снега больно било по глазам, заставляя всех щуриться и корчить неимоверные гримасы. Мурси покопалась в клапанах и выудила оттуда большие очки каждому. Как только Морган настроил нужный режим фильтрации ультрафиолета, сразу стало легче. Капитан удивилась, что он пошёл в легкой броне, — та удерживала комфортную температуру до минус пятнадцати, а за бортом скайтрея точно ниже, — но Морган успокоил её, рассказав, что, вообще-то, холод ему предпочтительней, чем жара.

Ванно уверенно вёл скайтрей в направлении дальних гор, огибая ближайшие скалы. Наконец, шлюпка заехала на очередной кряж междугорья, и капитан дала команду остановиться. Подхватив бинокль, она выпрыгнула из транспорта, и завязла в снегу по колено. Огляделась, выбрала запорошенную звериную тропу и побрела по ней вперед, к ближайшей, показавшейся ей каким-то образом интересной, возвышенности. Морган с Ванно двинулись следом.

Мурси то останавливалась и вглядывалась вдаль через бинокль, то резко меняла направление, то карабкалась на возвышенности. Это была нудная и долгая процедура. Но капитан нисколько не выдавала своего нетерпения. Наоборот, она казалось очень приободренной столько долгими поисками.

— Охота хороша, когда добыча достается с трудом, — цыкнула она на Ванно, позволившего себе громко вздохнуть при очередной смене маршрута. — Можешь остаться и ждать меня тут.

— А этот, — вакуй махнул головой на Моргана.

— Можешь оставить меня с этим наедине. Ничего страшного, думаю, не случится, — усмехнулась Мурси.

— Нет, я пока не готов.

— Этот, вообще-то, тут, — напомнил о себе Морган. — Так говорить, как минимум, невежливо.

— Простите, — не отрываясь от бинокля, пробормотала капитан. — Погнали дальше. Я вижу следы, кажется. Только тихо.

Они залезли на очередную возвышенность и действительно увидели внизу огромного мохнатого саблезубого полумедведя-полутигра. Мурси хищно улыбаясь, сунула бинокль в руки Ванно и расчехлила свой кинжал. Бросив на землю ножны, она кубарем покатилась вниз, прямо под ноги зверя, громко разнося по округе радостный вопль. Где-то послышался грохот сорвавшегося с вершин снега. Морган порадовался, что они хотя бы наверху сейчас и понадеялся, что лавиной никого не накрыло.

Врезавшись в ноги застывшего от неожиданности чудовища, капитан радостно полоснула того под коленями и кувырком откатилась в сторону. Зверь заревел, больше от шока, нежели от боли, и бросился на неё. Морган выхватил бинокль и взволнованно уставился на происходящее. Он, конечно, понимал — Мурси достаточно безголовая, но всё же надеялся, что капитан преувеличила, описывая масштабы противника. Похоже, и она любила преуменьшать уровень опасности.

Мурси оказалась позади противника, накинулась на него и, повиснув на могучей шее, держась одной рукой за шерсть, другой тыкала кинжалом, куда ни попадя. Снежак ревел, мотылялся из стороны в сторону, пытаясь скинуть щекотавшую его блоху. Наконец, в районе груди показался первый разрез, и хлынувшая фиолетовая кровь раскрасила нежно-голубую шкуру зверя. Ванно выхватил бинокль из рук катара.

Снежак взвыл теперь уже от боли и упал навзничь, вдавив капитана в снег. Морган дёрнулся на помощь, но Ванно успел ухватить его за локоть.

— Он же её сейчас раздавит! — нервно выпалил капрал.

— Если вмешаешься, то она раздавит тебя.

Снежак перевернулся на бок и попытался встать, но Мурси подкатилась за ним и полоснула опять под коленками, уже оставляя глубокие надрезы. Пока чудовище выгибалось от боли, она, хищно оскалившись, оседлала его сверху и попыталась воткнуть кинжал в шею, но прочная кожа не поддалась. Зверь схватил капитана за шкирку и кинул далеко перед собой. Сам же на четырех лапах в два прыжка достиг Мурси и угрожающе занес лапу. Психосила остановила удар. Так они и застыли. Снежак с лапой полной острых когтей, которая постепенно опускалась и Мурси, сосредоточенно сдерживающая его.

Морган не выдержал и, отпихнув Ванно, бросился на выручку. Он запрыгнул на зверя сбоку и вцепился зубами в его шею. Во рту появился горький привкус крови. Снежак взвыл от очередного потрясения и попытался достать лапой ещё одного наездника, сместив своё внимание, наконец, с Мурси, которая, расслабляясь, громко «фуйкнула». Чудовище ухватило капрала за руку и дёрнуло вниз, но только позволило клыками катара распороть кожу ещё сильней. Морган разжал челюсть, оставляя борозды на окровавленной шерсти и, пока снежак тянул его вниз, нанес свободной рукой мощный удар по морде, от чего тоже остался прекрасный фиолетовый отпечаток. Это заставило зверя выпустить из лап жертву и схватиться за свою морду.

Мурси, наконец, пришла в себя от экспромта капрала и сбежала с места событий за спину противнику. Капрал нанес очередной удар по груди, располосовав и там мех фиолетовыми линиями. От боли снежак по-настоящему пришел в ярость и накинулся на катара, пытаясь вбить того в снег. Морган вытянул ногу, удерживая тушу на весу, не давая лапам дотянуться до него. Капитан тем временем запрыгнула опять сзади и вонзила в следы, оставленные челюстью капрала, свой стилет по самую рукоять. Провернула. Снежак захрипел в предсмертном дыхании и зашатался. Мурси повисла на одной руке, держась только за кинжал, увидела внизу распростертого Моргана и разжала ладонь. И хоть она приземлилась мягко на четвереньки, катар тут же прижал её к себе здоровой рукой, прикрывая голову ладонью. Если эта туша всё же завалится на них, его рука первой примет удар. Морган поднатужился и всё-таки сумел оттолкнуть мертвого зверя ногой в другую сторону. Снежак с шумом завалился рядом.

Мурси высвободила голову из-под руки капрала и, глянув на труп рядом, громко захохотала, уткнувшись лицом в плечо Моргана. Катар легонько похлопал капитана по спине, призывая успокоиться.

— Офигенно! Офигенно с вами в паре драться! — хохотала Мурси ему прямо в ухо. — Это было волшебно. Как вы его, у-у-у!

— Вас эта туша чуть не убила, а вы хохочете, — возмущенно проворчал Морган, чувствуя как рука, за которую его трепал снежак наливается болью.

— Адреналин, дурацкая реакция, я знаю. Ничего не могу поделать, это неконтролируемо, — успокаиваясь, произнесла капитан. Потом повернула голову на бок и, всё еще лежа на плече капрала и глядя на него исподлобья, нежно провела холодными пальцами по его губам. — Вы весь перепачкались.

— Не трогайте меня, — едва слышно прошептал в ответ Морган. — Не то я и вас укушу. Вы знаете, я могу.

Мурси хмыкнула, но внезапно её глаза расширились, и она опустила заинтригованный взгляд куда-то вниз, весьма недвусмысленно улыбаясь.

— У моего организма тоже бывают неконтролируемые реакции, — смущенно пробормотал катар. — Я, смотрю, вы в полном порядке!

— Ага, — капитан выпрямилась, усаживаясь удобней. — Значит, так вас не интересуют…

— Слезайте! — здоровой рукой Морган спихнул с себя Мурси. Она бухнулась в переворошенный снег и вновь захохотала. Катар обиженно засопел, но глянув на капитана, не сдержался и широко улыбнулся в ответ, обнажая клыки.

Смеется она явно над самой ситуацией, а не над его мужским самолюбием. Уж Моргану-то стесняться точно нечего. И зачем только запретил трогать себя, дурак. Пусть бы вытерла его шерстку возле рта и шеи. Прикосновения холодных пальцев приятны до безумия.

Капрал протянул к Мурси руку и аккуратно отряхнул снег с её лица. Белые замерзшие ресницы делали и без того большие глаза просто бездонными, а выпуклые широкие губы, намазанные бальзамом, блестя, манили своей кажущейся мягкостью. Мурси придавила его ладонь щекой и подвинулась немного ближе. Всё это время она не спускала своего восторженного взгляда с Моргана, смотря как завороженная, переворачивая с ног на голову всё в душе капрала. Поддаваясь какому-то непонятному порыву, Морган притянул её к себе, собираясь, очевидно, совершить очередную глупость, но их прервал Ванно.

— Почему катар ещё жив? — спросил вакуй, сердито складывая руки на груди.

— Он сражался без оружия, — Мурси быстро села, стараясь не смотреть больше на распростертого рядом Моргана.

— Ванно таких условий ты не давала.

— А ты никогда и не спрашивал, — капитан встала и подошла к туше снежака.

— Девчонка врёт Ванно, — гыкнул вакуй, следуя за ней. Мурси, даже не поворачиваясь, легонько шокнула компаньона.

— Всего лишь выполняю твою просьбу, — пробормотала она, выдергивая кинжал из раны. — Займись катаром, он ранен.

— Спасибо, — искренне поблагодарил её Ванно.

— Я в порядке, только рука болит. Скорей всего, вывих, — Морган сел, наблюдая за действиями Мурси, уже даже не задавая себе вопросов, что за магия только что творилась между ними. Просто наслаждался моментом, отпустив все страхи.

— Жаль, такой трофей осквернили, — разочарованно причмокнула капитан.

— Почему? — в один голос удивились Морган и Ванно.

— Ну, не я же его добыла.

— Это может быть первый совместный трофей, — мягко произнес капрал.

— Хм, а шо, идея!

— Может, как меня залечим, развлечемся более безопасным способом? Например, посетим местный оружейный музей? — неожиданно для самого себя предложил Морган.

— Тут есть музей оружия? — удивленно вскинула брови Мурси. — И вы молчали всё это время? Супер, гоним туда, только вам ещё бы и умыться. В таком виде в приличные места не пускают.

Морган зачерпнул ладонью снег и намылил лицо.

— Лучше? — отфыркиваясь, спросил он.

— Лучше, но не прям шоб ваще. В скайтрее есть салфетки, если вы мне позволите, я подкорректирую ваш прикид, пока нанороботы буду заниматься рукой.

— Если обещаете быть нежной, — неумело заигрывая, пробормотал Морган.

— О, да я — мастер по выглаживанию котиков! Вам понравится.

— Не сомневаюсь.

Ванно хмыкнул и присоединился к капитану, помогая той выдернуть клыки и пару когтей. Путь к скайтрею занял ещё не меньше получаса, они здорово заплутали, выслеживая добычу. Вакуй вел по маячку, а Морган и Мурси молча шли позади него. Капрал думал, что нужно, наверное, что-то сказать, но абсолютно не понимал, какие именно слова будут сейчас уместны.

Капитан не сумасшедшая, она не хохочет в припадках безумия, это просто такая реакция на адреналин. Стоит признаться самому себе, что он, Морган, и вправду всё видит слишком узко. Может быть, жить по стереотипам и нормально, но не когда ты находишься с персоной, как их капитан, на одном корабле. Какая всё-таки Мурси многогранная. Удивительная!

— Можно я чуть понудю? — всё же вырвалось у капрала.

— Только не шибко!

— Зачем вы с утра стравливали Бобби и Джимми? Я подозреваю, что у вас была определенная цель, просто с виду это выглядело не этично.

— Я их не стравливала, — покачала головой Мурси. — Согласитесь, это же хорошая практика самому в себе найти положительные стороны и подтянуть те, что отстают. Например, Малыш попросил у меня закупить робота для тренировок кулачного боя, а красавчик пристал с поиском книг по тактическому планированию. Они сами нашли слепые зоны в своей профессии и теперь хотят их высветлить.

— Ко мне никто не приходил с подобными вопросами, — обиженно пробубнил Морган.

— Не ревнуйте, — усмехнулась капитан. — Если вам станет легче, мне вправду было немного скушно, вот я их и того этого. Два в одном, кароч.

— Понятно. И я должен уточнить, на всякий случай, что катарам не знакома ревность, как и другие нерациональные эмоции.

На заднем сидении скайтрея, как только восстановилась нужная температура, Мурси помогла катару снять куртку и, взглянув на его обнаженную руку, многозначительно хмыкнула, заявив, что Бобби был прав насчет идеального тела капрала. Морган вновь смутился, не понимая почему. Задрав футболку, он позволил капитану ввести инъекцию с нанороботами под лопатку. Ощущая на своей коже её холодные пальцы, заглушающие боль, катар блаженно закрыл глаза, предаваясь пикантному удовольствию.

А потом начался ад, так как руки капитана больше не ласкали тело Моргана, зато за кости внутри взялись микромеханизмы, выправляя всё по нужным местам. Капрал сжал зубы, стараясь хотя бы не рычать от боли.

— Потерпи, милый, ещё немного, — прошептала Мурси, оттирая сухую кровь с его лица и шеи влажными салфетками.

— Угу, — только и смог промычать Морган, опять закрывая глаза и сосредотачиваясь на прикосновениях капитана. Почувствовал, как пальцы её перебирают шерсть на щеке, переходя к уху, круговыми движениями аккуратно массируют возле холки. Неописуемо, пусть бы это никогда не заканчивалось.

— Ванно не пойдет, — проворчал довольный чем-то вакуй, глядя на них. — Приеду за два часа. Вам хватит?

Морган и Мурси зашли в маленькое круглое здание, первое среди юрт, связанных между собой переходами. Их встретил спящий омега-дуоль, который очень удивился единственным за долгое время визитерам. Немного поспорив о том, кто будет оплачивать билеты, капитан всё же выиграла, резонно заметив, что должна же она хоть как-то отблагодарить своего «спасителя» от снежака.

Стены каждого отделения музея были увешаны разного рода приспособлениями для причинения увечий. И редкие экземпляры, и более распространенные в Галактике. Но, к сожалению, никаких древних артефактов или даже чего-то отдаленно напоминающее их. А ведь в рекламном баннере упор делался именно на то, что возраст находок исчисляется доимперскими датами. Хорошо, ещё Морган не пообещал ничего подобного капитану, а то и без этого, чувствовал себя неловко — будто позвал на цирковое представление, а вместо него заставил смотреть скучные новости. Но Мурси, похоже, всё нравилось. Она переходила от стенда к стенду, читая все надписи на табличках, заглядывала по ту сторону экспонатов, в надежде обнаружить скрытые детали и, вообще, всячески активно интересовалась представленными образцами. И выглядело это искренне, не так как бывало, когда девушки сами приглашали Моргана на свидание и, дабы понравиться ему, делали вид, что разделяют этот странный интерес.

Иногда, Мурси спрашивала капрала, не знает ли он ещё каких-нибудь сведений об особо странном и приглянувшемся ей колюще-режущем оружии, и он с удовольствием подробно объяснял, вываливая из памяти все знания, что накопил за долгие годы. Мурси же, вопреки ожидаемой реакции, которую рано или поздно выдавали знакомые и друзья Моргана, слушала предельно внимательно, а даже иногда переспрашивала некоторые моменты и уточняла нюансы. Иногда капитан спокойно останавливала его монолог, говоря, что про это она, например, уже читала сама, и в такие моменты в её тоне не слышалось и намека на пренебрежение или высокомерие, которые катар боялся уловить из уст йонгея. Так они дошли до зала оружия с Земли.

— Револьвер, — прочитала Мурси наклейку на прозрачном боксе с оружием. — Ну, и кто придумал такое дурацкое название? Пока выговоришь, язык сломаешь.

— Название как название, — пожал плечами Морган, останавливаясь позади неё.

— Ну, вы только представьте, капрал: бой, мой бластер перегрелся, и я вам кричу: «Киньте мне леворвел, реворвер, тьпу, ты, твилячьи уши, револьвер!»

— Они не нагревались до такой степени, как бластеры. Даже опустошая заряд полностью, у этого оружия оставалась комфортная температура, и его можно было без опаски держать в руке.

— Как это? — нахмурилась Мурси.

— Такое оружие заряжали специальными «пулями». Металлическими. Шесть штук. Были ещё пистолеты, карабины, винтовки. Там количество пуль варьировалось. Где-то читал, что на заре человечество использовало даже двустволки, всего с двумя зарядами.

— И кто этим воевал? Шесть выстрелов и всё? Выбрасывать?

— Нет, перезаряжать. А вот и пули, на другом стенде, — Морган положил свои руки на плечи Мурси, разворачивая в нужном направлении но, почувствовав, как она вся напряглась, тихонько шепнул на ухо: — Расслабьтесь. Мы же с вами просто "чилим", разве нет?

Она подняла на него голову и несмело улыбнулась.

— Угу. Так что там, говорите, пули? — голос Мурси заметно задрожал. Значит, его догадки на сто процентов верны, и он действительно нравится этой женщине. Приятное тёплое чувство растеклось в груди. Решив, что, пожалуй, слишком нетерпелив и нужно действовать осторожно, дабы не спугнуть, катар просто подтолкнул капитана немного вперед к следующему стенду.

Мурси прилипла к образцам, заинтересованно разглядывая скупое описание калибров. Все её внимание тут же переключилось на новинку.

— А внутри что было?

— Ну, по-разному, обычно порох и сама тяжелая пробивающая часть. Похоже на болты арианских арбалетов.

— А это что, прицел? Почему он такого маленького увеличения? Всего-то сотня метров. Кого же убивать им?

— Раньше только это и было у людей. Бластеры они скопировали уже у кордьерской цивилизации. Только самих кордьеров давно нет в Галактике.

Следующий стенд демонстрировал пули в разрезе. Мурси принялась негромко зачитывать вслух: «Пистолетный патрон калибра 9 мм. Пуля с контролируемой баллистикой состоит из пластиковой носовой части, медной оболочки и дробового наполнителя. Предназначена для специальных подразделений по борьбе с терроризмом. Ею можно стрелять, например, в салоне самолета, не опасаясь рикошета или поражения находящихся за целью людей, поскольку прострел навылет исключен. При попадании пуля разрушается, поражая не защищенного бронежилетом противника снопом дроби».

— Что такое самолет? — спросила капитан Моргана.

— Вроде как скайтрей, только для большого количества народа. Летал между материками на достаточно приличной высоте. Пока не изобрели дешёвое альтернативное топливо, насколько мне известно.

— А почему в описании на это сделали акцент?

— Потому что в самолете главное герметичность.

— Интересно, — Мурси уставилась на пулю и, уткнув руку в подбородок, принялась усиленно думать. — Интересно, — повторила она и вернулась обратно к револьверу.

Морган покорно ждал. Мурси уже полчаса ходила от оружия к пулям и обратно, о чём-то сосредоточенно думая. Настроение её, как и обычно, поменялось кардинально. Чем больше капитан раздумывала, тем мрачней становился её взгляд. Иногда она что-нибудь уточняла у капрала и, пробормотав односложное «угу» или «ага», продолжала свои размышления.

— А снайперские винтовки с пулями были?

— Были, конечно. Только не знаю, где можно найти хотя бы описание, — спокойно ответил Морган.

— А вот если бы у нас был такой пекаль и пуля, ты мог бы разобрать его и потом начертить весь механизм, чтобы мы воспроизвели это в СРС?

— Зачем? — удивился капрал. — Пустая трата времени, бластер гораздо эффективней.

— Ты смог бы? — нетерпеливо переспросила капитан.

— Думаю, да.

— Морган, давай стырим?

— Что? — опешил капрал. — Нет, сэр. Мы ничего не будем «тырить».

— Ну, Морган, ну, пожалуйста, — Мурси вдруг повисла на его локте и заискивающе поглядела в глаза, изображая расстроенного ребёнка. — Я скрою нас в невидимости, и мы просто возьмем то, что мне сейчас очень нужно.

— Нельзя брать чужое, даже если очень сильно хочется. Это воровство! А воровать запрещено законом во всех уголках Галактики. К тому же — это морально неприемлемо.

— А если вот прям хочется, что ща помру? Может, тогда можно?

— Зачем оно вам сдалось?

— Просто, — пожала плечами капитан. — Нет в коллекции. И у продавцов я никогда не встречала ничего похожего. Морган! Ну, очень н-н-надо!

— Нет, — отцепил катар её руку от себя. — К тому же это просто муляж.

— Муляж? — разочарованно пискнула Мурси. — Фуй! Музей, называется! Не стыдно им обманывать честных граждан?

— Вы только что хотели его украсть, — усмехнулся Морган. — Я вот на вас смотрю и не перестаю удивляться. Ведёте себя как ребенок, а ведь сказали, что старше меня. Иногда кажется, что вы сейчас упадете на пол в припадке истерики и начнете сучить ручками и ножками, пока я не сдамся и не дам вам то, что вы требуете.

— А это сработало бы? — быстро спросила капитан.

— Нет! Даже не пробуйте! Ведите себя соответственно возрасту.

— Вы, капрал, тоже, знаете ли, не подарок, — насупившись, обиженно пробурчала Мурси. — Постоянно ворчите, словно старикашка какой-нибудь! До скольки лет обычно живут катары?

— Обычно до трехсот по всегалактическому измерению.

— Тогда вам, наверное, двести девяносто девять!

— О, ну хоть годик оставили! Спасибо вам, добрая женщина.

— С половиной!

— О, ваша доброта не знает границ! Ещё раз благодарствую, да ведет вас Провидение по Пути Разума, да не оскудеет подарками судьбы Путь ваш, да…

— Ой, помолчите, — усмехнулась Мурси и достала холофон. — Фуй! Ванно уже два часа торчит на морозе, ожидаючи нас. Ну, не будем торопиться.

Она принялась фотографировать так заинтриговавшее её воображение старое землянское оружие. Обратную дорогу капитан без умолку пересказывала Ванно увиденное. И опять Морган удивился, так как вакуй поддакивал, качая головой, а рассказ о револьверах и пулях его заинтересовал не меньше, чем Мурси сами стенды. Даже завидно немного становилось. Конечно, Ванно всё время грозится убить, а то и вовсе принимает открытые попытки покалечить капитана, но уже в который раз Морган видит, как они слажено действуют, думают, живут рядом. И вакуй неоднозначный. Многогранный. Далеко не чудовище, как принято считать среди обычных жителей СШГ.

Как только Ванно пришвартовался в транспортном отсеке и ушёл отмывать новые трофеи капитана, Мурси ласково посмотрела на Моргана и, улыбаясь, поблагодарила:

— Это был чудесный день, капрал! Мы действительно отлично оттянулись.

— Вам спасибо, сэр. Вы были правы, мне давно нужен отдых. Я совсем не против повторить или выдумать что-нибудь ещё, совместное. Только без воровства!

— Придумаем, обязательно. Без воровства, — Мурси почему-то громко досадливо вздохнула и, резко развернувшись, бегом взлетела по лестнице вверх. Забыв поприветствовать игравших в карты ребят, капитан тут же закрылась у себя в каюте.

Растерянный и смущенный Морган посмотрел ей вслед. Он надеялся, что Мурси всё-таки обнимет его на прощание. Ну, ничего. Нужно дать немного времени, пусть привыкнет, доверится. В любом случае, первый шаг капрал уже сделал, и останавливаться на достигнутом не собирался. Скоро Мурси окажется в его полной власти, и тогда он уже будет задавать правила игры. С мечтательной улыбкой катар прошел к своей каюте.

— О, Морган вернулся из музея оружия. По лицу видно, — усмехнулась Клара, глядя на закрывающуюся за капралом дверь. — Кто сдает?

А потом настал следующий день. Капитан ждала Моргана в общей комнате уже одетая. Выглядела она не выспавшейся и хмурой. Пурпурные стрелы тёмной энергии исполосовали лицо, поднимаясь по подбородку к глазам, дыхание со свистом вырывалось из раздувающихся ноздрей, и было тяжелым, сбивчивым, как будто Мурси задыхалась. Катар вышел из своей каюты, посмотрел на капитана и, вздрогнув, тревожно спросил:

— Сэр, что случилось? Вам нехорошо?

— Лекарство ещё не подействовало. Пять минут, и я приду в норму. Спасибо за беспокойство, што ли.

— Я могу как-то облегчить ваше состояние?

— Нет, даже вы не в силах, — Мурси покачала головой и прикрыла веки, стараясь справиться с очередным приступом удушающей тоски.

— Надеюсь, не замерзну, — из своей каюты вышла Клара в тонкой броне. — А то на моей тяжелой амуниции сломался терморегулятор.

— Вместе пойдете? — капитан приподняла брови.

— А вы имеете возражения? — с вызовом бросила Клара.

— Нет, — спокойно пожала плечами Мурси и ушла в свою каюту. Но вскоре вернулась, держа в руках ещё одну теплую куртку. — Примерь, может, подойдет.

Клара накинула на себя предложенное одеяние. В плечах оно ещё как-то село, даже рукава закрывали кисть достаточно, как раз до поры, где начинались перчатки. А вот молния на груди сходиться совсем не хотела.

— Ну да, у меня такого сокровища нет, — с легкой завистью вздохнула Мурси, пытаясь хоть немного заставить упрямую собачку соединить две половины. — Ну, прости, чем могла, тем и помогла.

— Если у вас какие-то комплексы, то могли бы давно уже сделать себе увеличение, — язвительно заметила Клара. — Разве для такой, как вы, это проблема?

— Если я сделаю себе прекрасные окружности, наподобие твоих, проблем только прибавится, — грустно усмехнулась Мурси. — Мне не нужны дополнительные маяки для мужиков. Мне бы, наоборот, что-нибудь антимужицкое придумать.

— Ну да, ну да, хвастайтесь! Все, прямо, так и падают к вашим ногам, столбенея. Прямо лысая красавица, ни дать ни взять. Галактика таких ещё не видела! — Морган попытался остановить свою подругу, схватив за локоть, но она вырвалась и продолжила: — Но вот знаете что? Им всем нужны только ваши деньги!

— Ой, дорогая, если бы деньги, они, может, вели бы более изящную игру. Замуж там позвали для разнообразия, што ли, — проворчала Мурси. — Да, чё ты зеньки-то свои вылупила! Думаешь, меня можно разозлить правдой? Или, думаешь, я чего-то о себе не знаю? Мужчинам интересна только Сила во мне.

— Не понял, сэр, — уставился на капитана Морган.

— Тёмная Материя внутри, которую надо подчинить. Продавить, сломать, забрать. Сделать меня послушной, удобной, стандартной, вписывающейся в их представление о женщинах. А потом рассказывать дружбанам за стопариком, да хвалиться, какая бабища от него без ума. Это как охота, только снежак на этот раз я. Укатать вначале в постель, а потом, при случае, в гроб. «Убей, забери, властвуй». Вы же это слышите рядом со мной? Только по-разному воспринимаете, — глядя на замершего в ужасе Моргана, капитан нервно притопнула ногой: — Бросьте капрал, как первый раз слышите! Будь я трехногим мутантом вакуйем, мужчины и женщины бы продолжали падать к моим ногам штабелями. Потому что им всем пофиг, что у меня есть ещё, кроме Силы. Как будто у вас самого никогда не возникало таких же мыслей. На брачном рынке я вещь, предмет роскоши, если хотите, приз.

— Я никогда не смотрела на вас в таком ракурсе, — растерялась Клара. — Я просто… не знаю… Просто думала, что вы притягиваете всех, ну…

— Всё правильно ты думала, — проворчала Мурси. Её состояние уже стабилизировалось, сейчас капитан выглядела как обычно по утрам, просто хмурой и слегка помятой. — Притягиваю всех Силой. Тёмной стороной, что живет во мне. Посмотри внимательно, воспользуйся глазами — я же далеко не красавица. Забери у меня Дар, что останется? Ладно, в бездну такие разговоры после бессонницы. Я знаю, почему ты, Клара, злишься. Не переживайте, не возьму я чужое. Сегодня всё закончится. Пойдемте, нас уже ждут. Ленка ругаться будет. Куртку хоть так оставь, всё теплее, чем без неё. И шапку держи, — Мурси протянула Дорн свою меховую ушанку.

Стараясь дышать глубоко, капитан последовала в транспортный отсек. На пути вырос Ванно. Он схватил Мурси за подбородок и бесцеремонно покрутил её лицо из стороны в сторону, пытаясь разглядеть скрывшиеся следы. Клара ошарашенно уставилась на них.

— Уверена, что справишься? — взволнованно спросил Ванно.

— Да. Принес? — грубо ответила ему капитан. Вакуй протянул стопку исписанных бумаг.

Всю дорогу они ехали молча. Морган хмуро смотрел в одну точку, размышляя о чём-то своем. Управляя скайтреем, Мурси громко включила медленную мрачную музыку и нашёптывала что-то себе под нос.

Клара забеспокоилась, как бы капитанша не замыслила их убить, слишком уж подозрительно та вела себя всё утро. Да и Дорн дала обширный повод, наговорив кучу гадостей. Подумать только, с какими ещё предрассудками приходится сталкиваться проводникам в повседневности? С одной стороны, становится понятно, почему они предпочитают связывать свою жизнь с такими же держателями Силы. Хоть частично можно подстраховаться от неискренности чувств. Вот этого Клара и боялась больше всего в отношении с мужчинами. Однажды её так уже предали — когда парень признавался в любви, сладко пел о своем влечении, а наутро низко, во всех подробностях растрепал всему курсу об их интимных связях. В таком случае даже немного жаль капитаншу. Но с другой стороны, она — йонгей, а, значит, любого обидчика может убить одним ударом, так что пусть не прибедняется! Может быть капитанша, вообще, всё это выдумала, чтобы пустить пыль в глаза, заставить жалеть её, и тем самым усыпить бдительность.

— Что вы там бормочете? — нервно спросила Дорн, поддавшись вперед. — Мне не по себе от этой атмосферы.

— Всего лишь молитву, — спокойно проговорила Мурси и продолжила, уже громче: — Ведь если дал Разум жизнь — ты должен её прожить. В толпе идущих на Запад, ты понял, что тебе на Восток. Что ты один в темноте, и вместо солнца — электрический ток. И люди гонят тебя, пятятся друзья, а Истина написана, где и всегда — на стенах в космопорте, на трупах острием ножа[9].

— Лучше уж про себя, — не выдержала Дорн, усаживаясь обратно.

Капитан остановила скайтрей возле дорогого отеля и, оглянувшись, дружелюбно улыбнулась парочке на заднем сиденье. Стало понятно, что приступ странной болезни прошел окончательно. Выглядела Мурси вновь здоровой. Она подхватила с бортовой панели рукописные документы, переданные Ванно, и вышла из шлюпки. Морган и Клара последовали за ней. Подойдя к портье, Мурси назвала фамилию и титул агента Ла, чем ещё больше напугала Клару. Молодой бета-дуоль позвонил по телефону и пригласил их в апартаменты.

— Ваша комната 405, доктор Забара уже ожидает. Я пойду, потреплюсь немного с Ленкой-коленкой. Не знаю, чей напад был взять Клару, но это определенно хорошая идея, будет кому вести скайтрей обратно к кораблю. А меня не ждите, — консультируя, капитан, вдруг хлопнула Клару по плечу: — Не дрейфь, всё будет изи-пизи! Я эту процедуру стопятцот раз проходила. Тошнота и легкая дезориентация — единственное, что грозит Моргану. Зато вернется к нам свеженьким кукумбером! Разве что, не таким зелёным, как оригинал.

— Кем? — переспросил Морган, глядя ей вслед.

— Каким-то кумбером, — пробормотала Клара. — Я не хочу, чтобы ты стал зелёным.

— Я тоже.

Морган постучался в нужную дверь и после разрешения открыл её. В гостиничном номере на диване сидела огромных размеров жаба в смешном белом халатике. Клара поводила глазами по сторонам, но, по всей видимости, именно эта здоровая лягушка и представляла собой доктора Забару.

— Кто из вас господин Морган, ваа? — открывая свой огромный рот, проквакала жаба.

— Я, — сухо ответил капрал и шагнул вперёд. Он подвинул в удобную позицию стул, предложенный доктором маленькой зелёной рукой.

— Не волнуйтесь, молодой человек, — по-отечески проговорил Забара. — А это ваша вторая половина, ваа? Вы из дуальных особей? Интересно, ваа, как называется ваш вид?

— Нет, это просто подруга.

— А, вот как это называется, — многозначительно кивнул жабак, явно не понимая, что такое подруга. — Мне не говорили, что проходить процедуру вы будете с подруга, ваа.

— Нет, она просто посидит и посмотрит, чтобы вы меня не убили, — спокойно прокомментировал Морган.

— Мне заплатили, чтобы я вылечил вас, а не наоборот, — захохотал доктор. — Юмор, да?

— Нет, просто мы не доверяем йонгеям, — возразила Клара, усаживаясь на свободный стул рядом с капралом, так и не дождавшись приглашения от странного доктора.

— Так, ладно, приступим тогда к делу. Мне необходимо вам объяснить, как проходит процедура: я вкалываю специальных нанороботов. Потом даю логическую задачку. Как только вы её решите, ваш мозг сформирует новые нейронные связи. Механизмы это зафиксируют и с точностью до минуты смогут вызнать время возникновения всех предыдущих сигналов. Не переживайте, погрешность совсем небольшая. Следом ещё один укол и всё. Необходимые дни будут заблокированы, а вместе с ними и эмоции связанные с событиями. Лорд Банник подготовила всю информацию по этим дням, чтобы вы просто оставались в курсе, что произошло. Вот прочтите, ваа, — доктор протянул свой пад.

На экране шли перечислением пять дней. Начиная со дня, когда Морган ослушался приказа и заканчивая днём его назначения под командование Мурси. Следовало только сухое перечисление фактов — спас людей, разжаловали, назначили на борт к новому капитану. Никаких других подробностей.

— Это всё, что вам указали стереть? — Морган пристально посмотрел на доктора.

— Конечно, ваа, — усиленно качая головой, затрясся Забара, и нервно заегозил на диване. — Ну что, приступим поскорей? Меня ждёт ещё сестра Лорда.

— Доктор, вы чего-то мне не договариваете, я же вижу.

— Я перед вами, юноша, предельно чист. Мне дорога репутация.

— Слышишь, ты. Лягуха-квакуха, — выкрикнула Клара, доставая бластер. — А ну быстро выложил всю правду на стол.

— Клара! — как и у доктора Забары, у Моргана от неожиданности самопроизвольно приоткрылся рот. Он едва нашелся, что сказать: — Что за дичь ты творишь?

— Я не доверяю йонгеям, — угрожающе проговорила Дорн. — Вы, докторишка, хоть настоящий или диплом в переходе космопорта купили?

— Вы что, лорд Банник — порядочная женщина! А мои дипломы можете глянуть в паде.

— А её сестра? — спросил Морган, опуская руку Клары с бластером. — Нам просто кажется, что именно сестра задумала нечистую игру, отсюда такое недоверие. Вы должны понимать, как сильно нервирует неведение.

— Какая именно сестра? Леди Ковакс или Лорд Кондра, может Лорд Белослава? Вас интересуют родственники только Первого Захода или, вообще, дети Императрицы?

— Мурси. Мо. Матильда. Не знаю, у неё полно имён.

— Видите? Как можно доверять кому-то, кто имеет такое огромное количество личностей? — поддакнула Клара.

— Ах, эта сестра, ваа! Я не имею права обсуждать своих пациентов с незнакомыми.

— Так она ещё и ваша пациентка? — радостно улыбаясь верной догадке, Клара оглядела свой бластер и опять направила его на доктора, но уже не так экспрессивно как до этого. — Я же говорила, что она психическая. Вы бы хоть полечили её нормально, а то знаете, только и делает, что мечтает кому-нибудь выпустить кишки.

— Да, это основная проблема, ваа. Я пытаюсь разблокировать зажимы на причинение боли, но пока мы слабо продвинулись. Так она выполняет мои домашние задания и мечтает выпускать кишки, ваа? Я рад, что лечение продвигается. Впрочем, эта информация вас не касается. Что вы от меня хотите, угрожая здесь оружием, ваа?

— Во-первых, я хотел бы не проводить процедуру, — спокойно ответил Морган. — Но так, чтобы она думала, будто всё прошло гладко. Я готов заплатить вам столько же ещё сверху.

— Ещё пять тысяч? — руки доктора затряслись от нетерпения. — А где гарантия, что это не проверка с её стороны? Мо, знаете ли, знатный параноик на подобную тему.

— У меня нет для вас таких гарантий. Но и я не хочу стать её очередной жертвой. Восемь тысяч!

— Ваа! Восемь! Пожалуй, на десяти мы смогли бы договориться, ваа.

— Идёт. Пишите протокол об уколе и рассказывайте, что я должен чувствовать после.

— Легкая дезориентация, тошнота, своеобразный туман в голове, ну и, естественно, никаких воспоминаний о стёртых днях, ваа, — доктор Забара принялся быстро заполнять у себя в паде формуляр, пока этот странный парень и его дуал-подруга с бластером не передумали и не убили его в порыве неконтролируемого страха. — Только то, что выписала вам лорд Банник, ваа. Дайте, пожалуйста, ваши координаты, я сброшу дополнительную часть.

— Значит, всё-таки есть и дополнительная часть, — усмехнулся Морган.

— Я так и знала!

На пад капрала упали рекомендации, расписанные по датам. Он сопоставил свои воспоминания по календарю. День погони на Дромусе, заменить «провёл сутки с Кларой». День, когда Морган укусил капитана — провёл вечер с Кларой. День ловушки для брата Жовани — провёл ночь с Кларой. Недавний день с объятиями — провёл время с Кларой. Пометка: «было весело». Весь вчерашний день — провёл с Кларой в каюте.

— Ничего не понимаю, — растерянно пробормотал Морган.

— Что-то важное? — заинтересованно спросил доктор.

— Очень! Хорошо, что вы мне не стерли эти дни.

— Что там? — заглянула через руку Клара. Катар молча отставил пад и показал подруге написанное. — Почему ей понадобилось это стирать и заменять такими странными воспоминаниями?

— Не знаю, — пожал плечами Морган.

Мурси зашла в гостиничный номер к Лене и завалилась на кровать, пока сестра дочитывала что-то в своем паде. Наконец, агент Ла закончила и взглянула на счастливо улыбающуюся Мо. Та перекатилась на живот и, искрясь задором, проурчала:

— Эх, сестрица, чот прям, ух! Аж, даже жалко, шо всё сотрётся из мозга этого сладенького котички.

— Чудная ты какая-то сегодня, — усмехнулась Лена. — Всего на четверть таблетки больше, а как будто летаешь.

Мурси засмеялась и села.

— Есть чо пожрать? Ягодка, фрукт, хлопья? Я сегодня глаз не сомкнула в истоме, не успела закинуться.

— Хм, что случилось? Тебе же ещё вчера утром плохо было, и мы решили испробовать красное лекарство. Я его за тем и привезла…

— Обойдемся, — прервала сестру Мурси. — Как считаешь, если я ему действительно нравлюсь, а не вот это вот всё обычное, даже стерев память, он же всё равно будет тянуться ко мне?

— Йонгей тебя раздери, Мо! — Лена привстала с дивана. — Влюбилась, что ли? Забара тебе сотрет всю эту чушь из головы. И без всяких «но» мне тут!

— У него такое шикарное тело! — Мурси закусила нижнюю губу, пропуская мимо ушей тираду сестры. — Я думала дрыщ обыкновенный, он же вечно в своей броне тусит. Но там один сплошной рельеф. А в штанах шо, у-у-у! Шоб ты знала, ты б заплакала! — капитан поёжилась от воспоминаний, блаженно улыбаясь.

— Да ладно тебе, перепутала, небось, с бластером. Даже не хочу знать, как тебе удалось заглянуть ему в штаны.

— Я прощупала почву, так сказать. И скажу тебе одну откровенность — бластеры не шевелятся от того, что к их обладателям прикасаются.

— Ого, даже так? — ехидно улыбнулась Лена.

— Я провела пальцем по его губам, и внизу сразу всё ожило. Ну, если конечно, он не держит в штанах фиолетового выхухоля.

— Почему именно выхухоля, — прыснула со смеху Лена. — Еще и фиолетового.

— А чоб не? Мне нравится, как звучит.

— Так завали его в постель, что ты тогда тут время теряешь?

— Он не интересуется сексом, — разочарованно вздохнула Мурси.

— Если его выхухоль шевелится, когда ты сверху, причем тут, вообще, может быть его интерес?

— Тоже верно, — капитан привстала в кровати, но почти сразу опустилась обратно. — Нет, поздно. О чем-то думать слишком поздно. Тебе, я чую, нужен воздух. Прости меня, моя любовь[10]. Помнишь, как там на той старинной записи пелось?

— Я не слушаю землянскую этническую музыку, ты же знаешь.

— В любом случае, доктор всё сейчас сотрёт. Ничего у котика обо мне не останется, никаких выхухолей.

— Ну, так останови это пока не поздно! Сестра, ты меня удивляешь!

Мурси вновь дёрнулась, но осадила себя.

— Нет, Лен, не до этого сейчас. Совсем не к месту. Пусть у него будут другие, правильные воспоминания. Ведь, если я ему действительно нравлюсь, он же попробует ещё раз?

— Это добром не кончится, — вздохнула Лена. — Разобьёт он тебе сердце, как бить дать. Все мужики одинаковы.

— Он же не мужик, он котик, — усмехнулась довольная Мурси. — Гляди, чё я на этой волне придумала, — она кивнула головой на стопку бумаги, которую бросила прямо посреди комнаты, рядом с журнальным столиком. В нетерпении сама подскочила с кровати и с силой запрыгнула на диван возле сестры. — Читай пометки.

— Интересно, — немного изучив каракули на листах, произнесла задумчиво Лена. — А ты уверена, что такое название подходит?

— Серия всколыхнет память толпы, а продукт из серии… Ну, не знаю. Почему нет?

— Ласковый Шнобби, — покатала на языке наименование новой марки Лена. — Сам канцлер не против использования его фамилии?

— Откуда он узнает о таких товарах из имперского сектора? Это же только для Леди и Лордов.

— Ну, а почему непредсказуемый Морик, а не Морган тогда уже?

— Я хотела вначале, вообще, сделать «верный Джорган». Даже начала поиски маменькиного любовничка, но ты бы знала, сколько катар с таким прайдовым именем в Империи! А мне удалось только вызнать, что Императрица заставила Арика поджениться на соплеменнице и у них родился сын. Дальше инфа обрывается. Поэтому, я и подумала про Моргана. А потом вдруг вспомнила его непредсказуемые выкрутасы и решила, что это и будет фишка — бьет небольшим разрядом тока в процессе, но сам ты не можешь запрограммировать когда. А Морик созвучно с Арик. Тебе не кажется? Опять-таки, наша целевая аудитория перевозбудится от такого, я уверена!

— Удивительно! Казалось бы, вот же на поверхности. Почему никто другой ещё до этого не додумался? Слушай, а «Твой котик» не кажется тебе грубой пошлятиной? Может что-то более изощрённое для всей серии.

— Котик для Императрицы?

— Лучше. Но не все мечтают быть похожими на мать. Многие ненавидят её, ты знаешь. Может лучше «Котик для сильной и независимой»?

— Ленка, ты просто гений! Это, прям, в точку. Всю целевуху захватим сразу.

— Хм, — усмехнулась агент Ла. — Ты всё придумала, а я гений.

В комнату постучали. Зашел доктор Забара и заверил, что процедура прошла спокойно и без неожиданностей. Морган и его дуал-подруга отбыли, оставшись довольными результатом.

— Меня не надо, доктор, — отмахнулась Мурси, — теперича я в погоде. Просто немного увеличу дозу своего галоперидола.

— Как хотите, я пойду отдыхать тогда, — откланялась лягушка и запрыгала в соседнюю комнату.

Мурси и агент Ла вернулись к обсуждению новой марки продукции их совместного предприятия, выдумывая рекламные ролики и баннеры, чертя наброски на листиках, щедро рассыпанных на столе Леной. Уже ближе к вечеру их болтовню прервал входящий от агента Фи на холофон Мурси.

Сосиска: «Ты где? Тебя Ирка потерял».

«У Ленки сижу. У нас пати на хате».

Сосиска: «Нашла время радоваться! Я сейчас подправлю твоё хорошее настроение!»

Френсис отключился и позвонил на холофон Лены. Та выложила его на стол и приняла вызов.

— Они назначили-таки внутрянку, — вместо приветствия начал Френсис. — Гидрос рвет жилы и мечет икру, что ты его так подставила. Но у нас есть видео, а значит, твои слова вполне подкреплены доказательствами. Однако, неизвестно, под чью опеку они тебя захотят скинуть, пока будет идти само расследование.

— Надеюсь, они повелись на моё представление и отдадут командование кому-нибудь из отряда. Эти ребятки не должны представлять для них угрозы. Разве что «непредсказуемый Морик» немного не в ту звёздную степь залетел. Хоть бы они просто захотели его купить деньгами.

— Да, — согласно кивнула Лена. — Но на всякий случай, Френсис можешь как-то подготовить почву? Подлить масла в огонь? Не знаю, допиши отсебятину в протоколе совещания какую-нибудь.

— Ща, шнурки поглажу.

— Ладно, это будем считать не приоритетной задачей, — беззаботно пожала плечами Мурси. — Держим руку в остро и ухо на пульсе. Что с записями, они тебе передали хоть что-нибудь?

— Передали, — проворчал агент Фи. — И это полная ахинея. Из всего известно, что заказчик некто мистер Г.

— Как будто мы не знали, что такое способен создать только мистер Г, — усмехнулась Лена.

— Гидрос? Головач? Что думаешь, Мо?

— Слишком примитивно. А если это имперский подданный? Никто из канцлеров не пользовался бы своими инициалами. Не такие уж они тупицы. Про хренотен чё-нить есть?

— Заказчик привозил его в малых дозах. Не упоминается откуда. Но речь идет о том, что это очень редкий элемент. И назвали они его достаточно примитивно.

— Элемент Х? — засмеялась агент Ла.

— Ты не поверишь! Элемент Г.

— Прикольненько. Ждем тогда, что нам скажет анализ Ленки. А ты, дорогой братец, сообщи мне сразу, как получишь данные с совещания. Сделали ли Котика моим нащальникама или нет. Дальше поехали. Тот молодой брат, которого я порезала в институте, выяснил кто он?

— Да, — кивнул Френк. — Он не имперский подданный, как мы подумали. Это молодой послушник из монастыря «Заветы Разума». И его наставник — брат Джульбарс. Хотя кроме этих официальных сводок больше никаких упоминаний. Видно совсем уж мелкая пешка, ничем не примечателен. Один из тысячи.

— О, как! Значит мистер Г и брат Джульбарс связаны сто пудова. Головач не из «Заветов»?

— Нет. Он из монастыря «Светлый Путь».

— Как же они тогда встретились? — задумалась Мурси. — А брат Бониати?

— Бониати из «Красного карлика».

— Я не могу. Мать Императрица, кто придумывает им названия монастырей? — засмеялась в полный голос Лена.

— Я займусь изучением всех этих злачных мест, — выдавила из себя Мурси, хохоча в унисон с сестрой. — Может у них там целая секта!

— Секта в секте? — удивился Френсис.

— А чёб не? Раскольники же были.

— Ладно. Ну и на добивочку тебе самое приятное. Вчера с утра на паде Котика мелькнул запрос. Цитирую: «Как убить йонгея, и что за это дают в регулярной армии». Хорошо, что Ирка заподозрил и попросил проверить. Ну, приятной ночи, сестрица, Френсис аут.

Улыбка сползла с лица Мурси. Она застыла, уставившись вперёд себя.

— Вот тебе и выхухоль, — тихо прошептала Лена.

— Они все одинаковы. Дура, какая же я дура! — обречённо покачала головой Мо и глубоко вздохнула. — Повелась на россказни о целомудрии катар. Такой же, как и все. Две головы и обе думают об одном. Укатать вначале в постель, а потом в гроб.;"%*?")№(;! Ненавижу! — она посмотрела на свою руку, с кончиков пальцев которой начал сквозить неконтролируемый поток энергии, и, вскочив со своего места, принялась швырять молнии во всё, по чему скользил взгляд: — Ненавижу! Убью!

— Дорогая, мне так жаль, — Лена обняла сестру и прижала к себе. — Но это было слишком хорошо, чтобы оказаться правдой, — по телу агента Ла пробежалось неприятное покалывание, её начало понемногу бить током. Но разжимать свои объятия Лорд не спешила, зная, как сестре сейчас необходима поддержка. — Один укол и безмятежность подарит тебе свою ласку. Проснешься как новая, с отжитыми переживаниями. Давай, дорогая, в постель, пока ты всех не угробила в радиусе полукилометра.

— Коли, — процедила сквозь зубы начавшая триггерить Мо.

— Доктор, нужна ваша помощь! — позвала Лена.