Мёртвые души 7. Иллюзия

Глава 8

Они давили числом. Одних я успевал укладывать, другие уже обходили сбоку. Пришлось вызывать силовые импульсы, чтобы отбрасывать сразу по трое-четверо. Энергия уходила, но медленнее, чем я ожидал.

Минуты тянулись, как расплавленный металл. Мышцы гудели, дыхание стало рваным. Я уже не считал, сколько их полегло. Главное — оставаться на ногах.

И тут я заметил, что они перестали прорываться вперёд. Передние ряды замерли, рыча и пружиня, но не нападая. В их рядах шевелилось нечто крупнее и тяжелее, продираясь сквозь стаи.

— А вот и главный, — выдохнул я, перехватывая клинок поудобнее.

Из-за спин вывалилось нечто, что вдвое выше остальных. Кожа, как старая кора дерева, глаза — два тёмных угля. И в этих углях было… осмысленное внимание.

Гул в голове накрыл, как удар колокола. Сначала я подумал, что это эхо собственного пульса, но затем слова сами сложились в ясную, чужую мысль:

— Ты нарушаешь договор.

Я замер, но только на секунду. Клинок не опустил.

— Я ни с кем в этом мире ни о чём не договаривался, — ответил я вслух, хотя и понимал, что звук тут не обязателен.

Монстр чуть склонил голову, словно прислушиваясь к моим мыслям. Остальные Скрулы стояли неподвижно, их глаза были пусты, как у сломанных кукол. Я начал догадываться: эти — просто марионетки. А тот, что передо мной, — лишь посредник. Не вершитель, а низшее звено среди тех, кто дергает за ниточки.

— Не важно, знаешь ли ты. Договор есть. Люди — под нашей защитой, они не покидают своих рамок. Мы — не трогаем их. Баланс сохраняется.

— Защита? — я хмыкнул. — Притупленный разум, жизнь в загоне, а вокруг сторожевые твари — это по-вашему защита?

— Они живы.

Слово упало в голову, как камень в колодец.

Я медленно выдохнул.

— А если мне не нравится ваш «баланс»?

Командир не ответил сразу. Лишь короткая вспышка раздражения — не эмоция, а сухой, холодный импульс. Потом:

— Тогда ты станешь врагом. И уже не только им.

Где-то на краю восприятия я ощутил: кто-то ещё слушает наш разговор. Дальше. Гораздо дальше.

— А что, — я чуть прищурился, — если я вас всех перебью и продолжу убивать тех, кто попадётся мне на глаза?

— У тебя не хватит сил, — спокойный, как лёд, ответ прозвучал без тени сомнения.

Я усмехнулся.

— И не таких ломал.

Краешком губ тварь скривилась — то ли от презрения, то ли от старой памяти.

— Однажды люди уже поверили в себя… и потеряли столицу своей империи. Вместе с императором.

Я даже шагнул вперёд.

— Повтори.

Но Скрул промолчал. Только эта фраза осталась в голове, как заноза. Важная, но пока непонятная.

— И что вы мне сделаете? — я медленно обвёл взглядом замершие стаи. — Я бродил по вашим землям сколько хотел, а нашли вы меня только тогда, когда я вам это позволил.

Мгновение — и клинок рассёк воздух. Голова «командира» ударилась о землю, а я уже разворачивался, вырываясь в гущу. Пока марионетки приходили в себя, я успел разорвать почти половину стаи. Вонь, горячая кровь, крики в голове — всё слилось в одно. Остальные, очнувшись, рванули разом, но было поздно: я уже прорубался сквозь них, как через заросли сухого тростника.

Я добил последнего из отряда, и тишина вокруг оказалась обманчивой — в следующее мгновение на меня обрушилось нарастающее ментальное давление.

Вокруг, из тумана и переломанных стволов, выплывали новые стаи. Десяток командиров впереди, как чёрные клыки в пасти.

Они ударили разом — мыслью, волной, приказом.

На миг в голове закружилось, защита пошла трещинами, словно кто-то сжал мой череп в стальных тисках.

Я встряхнулся, распрямился, выдохнул — и шагнул к ближайшему, разрывая хватку.

Чужие мысли, резкие и чужеродные, прорвались сквозь шум боя:

— Скрулы не лезут за стену. Люди не ходят на эти земли. Договор заключён, клятва дана. За нарушение — смерть.

Я не сдержал усмешки. Возможно, она вышла слишком… безумной.

— Так сдохните, — сказал я, перехватывая клинок. — Чего языками чешете?

Я рванулся вперёд, пока они ещё пытались продавить мою защиту, и вонзил клинок в шею ближайшего командира.

Скрул дёрнулся, захлестнув меня волной боли и ярости, но я только ухмыльнулся и выдернул оружие.

Остальные зашипели — не ртом, а внутри моей головы, каждый звук словно царапал кость изнутри. Давление усилилось, но теперь я уже знал, что делать: вместо того чтобы гасить их натиск, я прорвался сквозь него, как нож сквозь старую ткань, и обрушился на следующего.

Чужие мысли бились в сознании, выстраивая образы — обугленные города, крики людей, чёрные знаки клятв, запаянные в каменных залах.

— Ты не понимаешь, — кричали они. — Мы держим вас в живых. Вы не должны…

— Должен только я сам себе, — отрезал я и перерубил позвоночник очередному.

Они пытались отступать, но я не собирался давать им времени. Мой доспех работал как влитой, движения были быстрыми, дыхание ровным, и каждый взмах клинка уносил ещё одну жизнь.

Через несколько минут на ногах осталась лишь пара командиров. Те, кто ещё пытался давить на меня разумом, уже шатались, силясь удержаться.

Я сделал шаг, потом ещё — и их ментальная связь захлебнулась, оборвалась, словно её перерубили топором.

Вокруг лежали тела, земля пропиталась густой чёрной кровью, а в воздухе стояла странная, почти осязаемая тишина.

И вот в этой тишине я впервые почувствовал, что меня кто-то наблюдает — не с края поля боя, а откуда-то… выше.

Я присел на одно колено, поправляя ремни на доспехе и проверяя, не слетели ли фиксаторы на наручах. Пара секунд — и всё в порядке.

Активировал невидимость и скользнул по полю боя, петляя между телами.

Тысячи трупов. Кровь тянулась вязкими чёрными нитями к трещинам в земле, словно стремилась уйти вглубь.

Странно… эти Скрулы выглядели более живыми, чем те безликие мясные машины, что год за годом штурмуют девять городов. В их движениях ещё недавно была координация, в глазах — пусть скудный, но разум.

А вот те — тупые куклы.

Ладно, разберёмся и с ними. Но сперва… сюрпризы.

Я мельком взглянул на небольшие отметки в памяти, — ловушки и заряды, спрятанные по округе. Их время ещё не пришло, но проверка показала — всё даже лучше, чем я рассчитывал.

И тут земля под ногами дрогнула. Сначала чуть заметно, а потом так, что мелкие камни заскакали по сухой почве.

Далеко впереди поднялось марево, будто от жары. Но марево быстро стало плотнее, темнее… и прорезалось множеством кривых силуэтов.

Орда.

Без командиров, без координации — просто лавина тел, мясо и зубы. Но мясо, которое несётся так, что трещит земля.

Не от горизонта до горизонта, но десятки тысяч точно.

— Значит, хотите задавить числом? — пробормотал я, вставая.

Улыбнулся, чувствуя, как привычное предбоевое спокойствие разливается по телу. — Ну, попробуйте.

Я отступил на десяток шагов и активировал первый узел.

В стороне, куда уже вбегала передовая волна Скрулов, земля рванулась вверх, и в воздухе на миг вспыхнула ало-золотая пентаграмма. Из её центра, с хрустом камня и визгом воздуха, вырвались каменные пики, пробивая тела монстров и вбивая их в землю, как тряпичные куклы.

Вторая ловушка сработала чуть дальше — тонкие линии вспыхнули в воздухе, словно кто-то чертил их раскалённым клинком. Лезвия ветра рассекали всё на своём пути: плоть, кости, даже чешую командных особей. Пара десятков тел рухнула, так и не успев понять, что произошло.

Я двигался зигзагом, активируя закладки одну за другой. Пентаграммы вспыхивали короткими яркими всполохами — здесь взрывная вязь поднимала в воздух каменную крошку и острые осколки, там — гравитационный узел сбивал монстров с ног, сбивая темп их атаки.

И всё же орда продолжала напирать. За первой волной шла вторая, за ней — третья. Каждый метр приближал их ко мне, но и каждый метр был усеян сюрпризами, в которых я предусмотрел всё: от подрыва магических жил в земле до банальных острых кольев, замаскированных под траву.

— Ну, давайте, — выдохнул я, включая следующий узел, где земля под десятками лап вдруг раскрылась, уводя их в тёмную, глубокую яму, стены которой тут же обросли шипами.

Грохот, вой, запах крови — всё смешалось в одно вязкое, тянущееся полотно боя.

Ловушки гасли одна за другой.

Запасы заранее вложенной энергии таяли, как вода в песке, и орда это почувствовала. Давление усилилось. Монстры уже не шарахались от вспыхивающих узлов — те, кто видел, как их собратьев пронзают пики и режут воздушные лезвия, лежали мёртвыми, а остальные шли вперёд, давя массой.

Я выдернул клинок и сорвал пару печатей с доспеха — поток силы вернулся, пробежав по телу горячей волной. Магия поднялась, подчиняясь воле, и вокруг загустил воздух.

— Ладно… теперь по-взрослому, — пробормотал я, шагнув вперёд.

Первая сотня ворвалась в радиус досягаемости. Клинок пошёл по дуге, вплетая в каждый удар импульс силы, и монстров буквально вышвыривало в стороны. В свободной руке пульсировала сфера сжатого воздуха, которую я швырнул в сгрудившуюся толпу — взрыв отбросил их на десятки метров, ломая кости и выворачивая суставы.

Ментальное давление попыталось пробиться снова — значит, где-то в глубине всё же были командиры. Я перехватил этот импульс, сорвал с него защитный «шум» и отправил обратно. Крик десятка тварей слился в одно протяжное, почти человеческое, прежде чем их головы лопнули, как перезрелые фрукты.

Кровь уже текла ручьями, и земля под ногами стала скользкой. Но орда не отступала — она катилось дальше, теперь уже без тактики, в тупом, но упорном желании задавить.

Я поднял руки, разрывая энергетическое поле прямо перед собой. Из трещины вырвался огонь, в одну секунду превративший первые ряды в факелы. Их крики сливались с ревом живых, но новые всё шли и шли.

Где-то внутри я ощутил, что время уходит. Либо я переломлю их прямо сейчас, либо меня просто затопчут числом.

Позади рваных рядов, среди обугленных тел и дыма, поднялась фигура, от одного вида которой по коже пробежал холодок.

Не командир стаи, не рядовой мясник, а нечто куда опаснее. Сила от него шла, как от буревестника перед штормом. Я уже знал — в прямой драке мне его не перетереть. И он это чувствовал тоже.

Он остановил орду одним взглядом и, словно смакуя каждое слово, произнёс:

— Ты слишком поверил в себя, человек. За это люди заплатят. Через пару месяцев мы пробьём брешь у стены, и священный огонь орды сожжёт их города.

Я криво усмехнулся:

— Знаешь, какую магию я люблю чуть больше, чем проклятия и тёмную магию?

Скрул прищурился:

— Какую же?

— Хорошо, что спросил, — я сделал шаг вперёд. — Это магия крови. Особенная штука. Требует уйму нюансов, условий, подготовок… но есть один простой способ обойти всё это.

— Какой? — спросил он, явно уже предчувствуя подвох.

— Рад, что тот, кто ещё недавно был тупым монстром, тянется к знаниям, — кивнул я. — Так вот, если у тебя есть море крови и тысячи трупов… то можно плевать на все остальные условия.

Я хлопнул в ладони.

В ту же секунду всё поле вокруг дрогнуло, и десятки тысяч тел обмякли, высохнув в серые мумии. Из их тел поднялись алые жгуты, впившись в тело главного. Он рванулся, но с каждым движением кровь лишь крепче стягивала его.

— Вот что, — сказал я, глядя ему в глаза. — Я с самого начала предполагал, что среди вас есть кто-то уровня бога. Не ты, конечно — ты на пару ступеней ниже. Но вашему богу надо показать, что может с ним стать, если мы не найдём решения нашей маленькой проблемы.

— Чего… ты хочешь? — мысленный голос был рваный, каждая «фраза» обжигала болью.

— Кристалл, способный держать защитный и атакующий барьеры для большого города.

— Это… обсуждаемо. Отпусти младшего.

— Не умею отменять это заклинание, — пожал я плечами. — Сдохнет он в любом случае. Вопрос в том, продолжу ли я этот крестовый поход… или у нас будет перемирие.

— Нет… гарантий, что, получив кристалл, ты не продолжишь…

— Гарантий нет, — согласился я. — Но первым я вас не трону. Только если придётся защищать себя или людей.

— Нам… нужно подумать…

— У вас есть сутки, — я щёлкнул пальцами.

Командир разлетелся на кровавые ошмётки.

Я стоял посреди выжженного поля, глядя, как ветер гоняет пепел и высохшие оболочки некогда живых тварей.

В груди ещё бурлила энергия заклятия, но в голове уже начинал зудеть тихий, неприятный вопрос: а не перегнул ли я палку?

Ведь за этой армией явно стоит кто-то куда более сильный, чем тот, кого я только что разорвал. С тем, кто командует ими всеми, такой трюк провернуть будет куда сложнее, а может — и вообще невозможно.

С другой стороны… пусть считают, что я сильнее, чем есть на самом деле. Пусть опасаются, пусть думают, прежде чем сунуться. Иногда страх — лучший союзник.

Но и расслабляться нельзя. Если решат проверить, блеф это или нет, всё закончится быстро и, скорее всего, плохо.

Значит, пока они думают — я буду готовиться. Усилю ловушки, пополню резервы, найду пару сюрпризов, которые можно будет вытащить в самый неподходящий для них момент.

Я спрятался в тени каменной арки, активировал невидимость и дал себе пару секунд, чтобы восстановить дыхание. Пальцы уже привычно перебирали сумку — проверка снаряжения перед тем, как заняться новым делом. Последний монстр оставил после себя ядро пятой ступени. Вот оно-то сейчас и пойдёт в ход.

На этот раз я не собирался делать простую иллюзию. Нет, нужен полноценный двойник, кукла, которой я смогу управлять дистанционно. Что-то на стыке големостроения и магии иллюзий. С виду — идеальная копия меня, внутри — плотная энергетическая структура, подпитываемая ядром. В бою он бесполезен, но с этим и не придётся сталкиваться. Его задача — появиться в нужном месте, создать иллюзию моего присутствия и сбить с толку тех, кто слишком пристально следит.

Работа шла быстро — привычка. Я не показывал серьёзных магических способностей в недавнем бою, и теперь это сыграет мне на руку. Пусть уверены, что это я, пусть тратят ресурсы и внимание. А настоящий я буду в другом месте.

Где-то глубоко внутри неприятно кольнуло — слишком далеко я уже залез, и дальше будет сложнее. Но отступать поздно. Да и… я бы всё равно не отступил, даже зная наперёд, что это путь в никуда.

Когда голем был готов, я вывел его из укрытия всё в той же невидимости. Примерно через пару километров он «проявился» — шаг уверенный, взгляд прямой. Он знал, что за ним наблюдают. И я знал.

Голем неторопливо шатался по полю боя, обходя груды трупов. Порой наклонялся, поднимал звериную тушу за шкирку или просто вгрызался в пробитый панцирь когтистой рукой, выдёргивая изнутри тусклое ядро. Большинство — первой или второй ступени, редкая третья, но хоть что-то. Занятие простое: вынул — проглотил, впитал в структуру, чтобы тело казалось насыщенным энергией.

Через время, которое я заранее отметил, силуэт появился на горизонте. Двигался быстро, но без спешки, словно знал, что его ждут. Я оценил энергетику — основа примерно четвёртой ступени, достаточно, чтобы впечатлить обычного, но не меня.

В голову упёрся чужой мысленный голос: «Старший хочет с тобой поговорить».

Я усмехнулся и мысленно ответил:

— Не против прогуляться. Тут я уже закончил.

Голем, словно по моему настроению, отряхнул с себя брызги запёкшейся крови, проверил оружие на плече и направился следом за посланником.

Я сидел в тени, наблюдая через связку, и был доволен: подмену либо не заметили, либо решили сделать вид, что не заметили. Оба варианта меня устраивали.

Я шёл за посланником, и мысли сами собой вертелись вокруг того, чего я до сих пор не понял.

Как у них вообще устроена жизнь? Одно дело — орда на поверхности, без намёка на порядок и структуру, кроме силы. Но ведь не может быть, чтобы вся их организация сводилась к «кто громче рычит, тот и главный».

Поселений я так и не видел. Лагеря, стоянки, места, где пасутся тупые стада, — да. Но настоящего города или хотя бы деревни — ни разу.

Если только… они не прячутся там, где я не искал.