Мёртвые души 7. Иллюзия

Глава 5

Когда я, наконец, ворвался в город, улицы встретили меня тишиной. Ни тварей, ни тел — только пустые дома и старик на своей лавочке, с ядром, опустевшим до нуля.

— Да что за... — выдохнул я, ощущая, как реальность снова ускользает.

Где монстры? Где хоть какие-то следы боя? Может, я реально грибов наелся и сейчас ловлю затяжные галлюцинации?..

Впрочем, при нынешних обстоятельствах это было даже не худшее объяснение.

Я присел рядом со стариком, который, как обычно, заснул на своей лавочке. Обхватил голову руками, пытаясь собрать в кучу всё, что видел и пережил за последнее время. Пустые улицы. Люди, которые будто ничего не помнят. Монстры, исчезающие без следа. И старик, который в одном лице сидит в девяти городах.

С каждой новой мыслью мне становилось всё очевиднее: я трачу время. Здесь, в этих городах, я ничего нового не узнаю — круг замкнут, и выхода внутри него нет. А если выхода нет, значит, надо искать вход… туда, откуда всё это приходит.

Мысль была проста и, пожалуй, единственная, что выглядела здраво: отправиться в сторону, откуда появляются орды. Я видел лишь смутное направление, но оно лучше, чем топтаться на месте, дожидаясь очередного «чуда».

Вздохнув, поднялся. Привёл себя в порядок: проверил снаряжение, ядра, оружие. Пальцы машинально прошлись по лезвию клинка — без привычной суеты, просто чтобы убедиться, что всё готово.

И направился туда, где над горизонтом уже поднималось солнце. Или как здесь называют эту местную звезду? Да какая, к чёрту, разница — пусть будет солнце. Главное, чтобы оно привело меня к ответам.

Через несколько дней пути я начал замечать перемены. Держался строго на восток, чтобы не бродить кругами — местность была однообразной, и без компаса или ориентира можно было легко потеряться.

Здесь уже чувствовалась дикость, настоящая, нетронутая. И вот я наткнулся на странную границу — с одной стороны земля вытоптана, словно по ней прошли бесконечные полчища тварей, а с другой — живая природа: трава, кустарник, редкие деревья. Разделение было резким, будто кто-то прочертил черту и сказал: «Вот отсюда — пустошь, а вот отсюда — жизнь».

И ещё интереснее — следов перехода здесь не было. Всё выглядело так, будто монстры просто появляются на этой линии, а не приходят издалека. Никаких цепочек отпечатков лап, ведущих из глубины леса, только резкая смена пейзажа.

За границей же царила тишина и… нормальность. Пели птицы, стрекотали насекомые. Даже животных удалось заметить. И тут я увидел его — хищника, отдалённо напоминавшего Скрула. Знакомый силуэт, знакомая манера двигаться… только чешуя чуть иного оттенка, и голова массивнее.

А вот это уже было действительно интересно.

Переступив черту, я оказался в другой реальности. Здесь всё казалось… спокойнее. Воздух пах травой и влажной землёй, а не гарью и пылью. Даже шаги звучали иначе, мягче, будто земля под ногами была живее.

Ощущение, что эта часть мира живёт по собственным правилам, и, возможно, так оно и есть. Лишь бы не нарваться на местных разумных… хотя, с другой стороны, их бы стоило поискать. Но стоило мне сделать пару десятков шагов, как я заметил ещё одно отличие.

Энергетический фон — тот самый плотный, вязкий, давящий — исчез. Вернее, ослабел до привычного уровня, как на других планетах, где мне доводилось бывать. Выходит, в городах я всё это время находился в ненормальной среде. Либо это аномалия конкретного участка, либо… наоборот, именно эта территория исключение.

Я шёл, ожидая, что через пару километров фон вернётся к прежней плотности. Не вернулся. Шёл сутки — всё так же ровно, спокойно, почти естественно.

Разумных я не встретил. Только монстров становилось больше. И не тех, что приходят толпами в города, а других — одиночных, территориальных, осторожных. И это было… даже хуже, чем встретить орду.

Ещё через несколько дней пути я заметил движение впереди. Сначала — одинокую фигуру, идущую по тропе. Потом, за ней, крыши низких домов, едва выглядывающие из-за деревьев.

Человек был, на первый взгляд, самым обычным сельским жителем — холщовая рубаха, грубые штаны, руки, загрубевшие от работы. Позднее средневековье во всей своей красе. Но когда я всмотрелся глубже, через энергетическое зрение, стало ясно — он не так прост.

Внутри него горело неяркое, но устойчивое пламя магии. Основа слабая, но вполне сформированная, а энергетическое тело — развитое, с чёткой структурой. Этот знал о магии не понаслышке. По сравнению с теми, что жили в городах, он был почти мастером.

Деревня за его спиной выглядела живой. Здесь не было ощущения застоя или искусственной декорации, как в тех девяти городах. Люди двигались по делам, кто-то чинил крышу, кто-то носил воду, дети бегали у колодца. И всё это — под обычным, не искажённым энергетическим фоном.

Я поднял руку в приветствии, остановив идущего навстречу мужчину. Он ответил коротким кивком, без особого удивления — будто случайные встречи тут дело привычное.

— Как деревня называется? — спросил я.

— Лугова́я, — без паузы ответил он, поправляя мешок за плечом.

— Далеко ли до ближайшего города?

— День пути до переправы, потом ещё два по тракту. Если пешком — три дня, — пожал он плечами.

Я уточнил, кто правит этими землями, на что мужчина посмотрел на меня так, будто я только что спросил, какого цвета у него руки.

— Знамо кто — Лорд, — ответил он, словно иного варианта в природе не существует.

Пара следующих вопросов ничего нового не принесли — всё было буднично, без намёка на ту странность, что творилась в девяти городах.

Поблагодарив, я решил не задерживаться. До города — три дня пешком. Не так уж много, если сравнить с кругами, которые я уже намотал по этому миру.

У переправы я встретил путника — худощавого, в дорожной пыли с ног до головы, с торчащим из-за плеча древком копья. Решил, что момент подходящий, и задал вопрос, который уже несколько дней зудел в голове.

— Слушай, а что вон там, — я кивнул в сторону, где остались девять одинаковых городов, — что за земли?

Он щурится, будто пытается разглядеть вдалеке что-то, и отвечает без особых раздумий:

— Там степи да пустоши, непроходимые места.

— А дальше? — уточняю.

— Дальше проклятое место, — буднично произнёс он, словно говорил о плохой погоде. — Туда уж много поколений никто не ходит.

— Чем оно проклято?

— Не знаю, — он пожал плечами. — Далёкий предок нашего Лорда сказал, что место проклято, и запретил туда ходить. Вот и всё.

— Никто не пытался проверить?

Путник посмотрел на меня с лёгким укором, как на ребёнка, который задаёт слишком глупые вопросы:

— Как можно ослушаться Лорда? Если он сказал, что туда нельзя, значит и правда нельзя. Он же о народе заботится.

С этим он поправил ремень сумки и, не теряя времени, направился к переправщику.

Я остался стоять, провожая его взглядом. Странный мир. Хотя, может, для средневековья это и нормально. Я ведь не так много видел изнутри этого времени.

Два дня пути я шёл строго на восток, внимательно разглядывая местность и людей, что встречались на дороге. Мир здесь жил своей, тихой, но какой-то странно вязкой жизнью.

Первым мне попался крестьянин с телегой, гружённой мешками зерна. Разговорились. Я спросил про ту сторону, где остались девять одинаковых городов. Он скривился, будто укусил что-то кислое:

— Никто туда не ходит. Зачем? Там ничего хорошего нет.

Дальше встретился пастух с десятком овец. На вид — парень лет двадцати, глаза прищуренные, в руках посох. Спросил у него то же самое — ответил почти слово в слово. Только добавил, что слышал от деда про «плохие земли», но подробностей не знал.

Позже на постоялом дворе разговорился с трактирщицей. Та, вытирая кружку, хмыкнула:

— У нас туда даже дураков нет, чтобы сунулись. Лорд сказал, что не стоит — значит, так и есть.

Всё повторялось: одни и те же ответы, одни и те же интонации, словно им это с детства вбили в головы.

Я шёл дальше и крутил в голове варианты. Может, плюнуть на эти странные города и заняться поисками кристалла? А то и вовсе забыть про этот мир, как про дурной сон. Без союза с новой Империей обойдёмся. Насобираю ядер, соберу армию полубогов и богов — и царь сам придёт просить союза. Мысль, в общем-то, здравая. Даже сейчас его требование платы за союз выглядит откровенно унизительно.

Раньше я об этом не задумывался, а теперь глянул иначе: я, как боевая единица, тяну на целый город на Земле, если не считать столицу. А мой город уже не уступает большинству, а то и превосходит их. Вот только есть одна проблема — по ту сторону портала сидит псих, который просто так не даст вернуться. Хоть забудь вообще про портал, про Землю и про все другие миры…

Я добрался до города ближе к полудню. Стены — каменные, ровные, метра шесть в высоту, да ещё и ров по периметру. Перед воротами — подъёмный мост, сейчас поднятый. На стенах туда-сюда прохаживалась стража, и, судя по их энергетическим основам, не простые мечники, а с неплохим магическим потенциалом.

— Эй! — крикнул я, подойдя поближе. — Впустите!

Один из стражников, высокий, в плащ-накидке цвета выцветшей крови, отозвался громко, так чтобы слышали и на другой стороне рва:

— Валяй отсюда ко всем чертям! Вместе со своим хозяином!

Я моргнул, не до конца понимая, с чего такая радушная встреча.

— С каким ещё хозяином?

— Не притворяйся! — стражник перегнулся через зубцы стены. — Мы шпионов Лорда Бергмана в город не пускаем. Лорд Артур ещё покажет тебе, кто здесь избран богами, чтобы объединить все земли под его великой дланью!

— Честно? — крикнул я, — ни черта не понял.

— Да мне плевать! — отрезал он. — Мост никто не опустит.

Он махнул кому-то в сторону, и двое других стражников, переглянувшись, продолжили маршировать вдоль стены, как будто меня здесь вообще не существовало.

Я уже разворачивался, собираясь уйти, как в затылке кольнуло чувство опасности. Чуть сместившись в сторону, я краем глаза уловил, как рядом пролетела стрела и, звякнув, отскочила от камня.

— Чужак точно шпион! — донеслось сверху. — Обычный путник бы так быстро не увернулся!

— Отличная у вас проверка, — крикнул я обратно. — Если не шпион — значит убить, а если не убили — значит шпион. Логика, достойная… ну, ладно, не буду уточнять.

Сверху кто-то фыркнул, а я продолжил:

— Если не прекратите хулиганить, пойду знакомиться с вашим Барбосом. И не факт, что вашему Артуру это понравится.

— Чужак оскорбил Лорда! — возмутился один из стражников. — Назвал его просто по имени! Теперь ты обязан умереть.

Другой, уже целясь из лука, произнёс с каким-то театральным пафосом:

— Не двигайся. Прими смерть как мужчина.

Я ухмыльнулся.

— Парни, у вас силёнок не хватит, чтобы меня убить.

На стене начали появляться десятки солдат. Командир выкрикивал команды, строил их в линию, и вскоре арбалеты щёлкнули, заряжаясь. Чужаков здесь явно не любили — каждый прицелился в меня так, словно собирался спасти мир.

Я активировал пару щитов — не из страха, а скорее из любопытства, до чего дойдёт эта комедия.

— Залп! — раздалась команда, и десятки болтов рванули в мою сторону.

Энергетический барьер звякнул, принимая удар. Стрелы, бессильно отскочив, падали к моим ногам, а солдаты сверху начали выкрикивать ругательства, проклиная чужака, который «сопротивляется справедливому возмездию».

— Даже сектанты были менее фанатичны, — буркнул я себе под нос.

Похоже, от этого города толку не будет. Возвращаться назад? Нет уж, по старику я ещё не успел соскучиться, да и вряд ли соскучусь.

Развернувшись боком к городу, я двинулся дальше по дороге. Закат, правда, был в другой стороне, но какая разница. Арбалетные болты всё ещё врезались в щиты, не пробивая даже первый слой. Никто сильнее командира стражи так и не появился. А сам командир… максимум эпическая основа, и то под вопросом.

Шёл я по дороге не торопясь, болты из города уже давно перестали меня догонять. Часа через три-четыре, когда солнце начало клониться к закату, впереди показался лагерь.

Военным его можно было назвать разве что для красного словца. Пара сотен человек, и из них ровно половина выглядели как те самые стражники со стены — крепкие, но без особых талантов. Остальные — кто с кривыми мечами, кто с копьями, кто вообще с луками, явно снятыми со стен сараев.

— Так это, значит, и есть армия захватчиков под управлением этого… как его там… Барабаса? — пробормотал я себе под нос.

Впечатления она не произвела. Ни дисциплины, ни строя, половина уже к кострам прилипла, спорят, пьют, размахивают оружием так, что соседи едва не лишаются ушей.

Что там полторы калеки на стене, что здесь. Хотя, может, это я просто зажрался. Последнее время приходилось драться с адептами, которые по силе недалеко ушли от богов. После такого на любого средневекового вояку смотришь, как на мальчишку с палкой.

Интересно, а их командир в том же стиле «воюет», или хотя бы способен меч поднять, не вывихнув при этом плечо?

Скрылся я в тени ближайшего куста и принялся разглядывать их «армию». Хотя, если честно, язык не поворачивается назвать это армией — так, шумная компания с оружием. Полупьяные часовые, один за другим клюющие носом. Половина из них уже отрубилась прямо на посту, вторая же продолжала бодро наливать друг другу и обсуждать, кто кого обманул на делёжке.

Артём… тьфу, Артур… да он мог бы прямо сейчас взять их голыми руками, если бы решился. Видимо, с разведкой у него всё плохо, раз подобная «угроза» существует на его землях. Если бы его стражники вели себя прилично, а не стреляли в случайных прохожих, я, может, и намекнул бы, что к их городу подбирается пьяная толпа с амбициями. Но нет, пусть теперь сами разгребают.

Командир этого балагана, похоже, прячется в той самой палатке, что одиноко стоит в центре лагеря. Остальные спят где попало, под телегами или у костров, а здесь — единственное жилище с тканевыми стенками и наверняка с мягкой подстилкой. Всё в лучших традициях «великих полководцев» — солдаты валяются в грязи, а начальство пьёт в тепле.

Пожалуй, задержусь ещё немного. Интересно посмотреть, как такие «воины» собираются вести осаду.

Я устроился в стороне от дороги, под ветвями раскидистого дерева, и наложил невидимость. Даже успел выспаться, пока эта «армия» собиралась в путь. Выдвинулись они, как и положено, к полудню — раньше, видимо, никак: пока кто-то дошёл до умывальни, пока нашёл сапоги, пока осознал, зачем вообще его разбудили.

Дольше всех копался Лорд. Судя по обрывкам разговоров, именно он ночевал в той единственной палатке. Удивительно, но я оказался прав. На Карабаса парень не походил, так что зря стражники в городе называли его так. Бледный, худой, высокий, с магией — но без особой мощи. По ощущениям, командир отряда выглядел крепче и увереннее, чем его «господин».

Двигались они неровным строем, напоминали скорее деревенскую процессию на ярмарку, чем войско. Орали песни, надрывались в призывах к победе, радовались будущей добыче. Один рассказывал, что купит себе, другой уже показывал, что именно сделает с трофеями — и, к счастью, у него плохо получалось.

К вечеру они снова встали лагерем. До города, если верить их бодрости и дисциплине, километров десять. При их темпе — через месяц доползут.

Ночь выдалась тихой. Я устроился на возвышении, откуда было видно их костры. Лагерь жил своей «военной» жизнью: половина спала прямо у огня, вторая — пыталась спорить о стратегии.

Стратегический совет выглядел… трогательно. Пятеро мужиков, судя по ауре — средней руки маги и пара без магии вообще, сидели на бревне, чертили палкой по земле какие-то линии и точки. Один объяснял, что стену можно поджечь, другой предлагал «сначала всех перебить, а потом уже жечь». Лорд Барбос молча кивал, иногда задавая вопросы уровня: «А с какой стороны стена толще?» или «Сколько у них стрел?» — будто собирался всё это запомнить.

Я слушал и понимал — их штурм вряд ли переживёт первый залп защитников. И то, если до него вообще дойдёт.