Гранитное сердце

6 глава

— Ах, ты! — он попытался встать, но не смог. — Верни нож немедленно!

Фух, и ни слова о поцелуе! Не заметил? И хорошо...

— Слушай, глупый красавчик, — произнесла я как можно надменнее, притворяясь, что уязвлена его поведением. — Я ножом твоим хочу стрелу обрезать, чтобы доспехи снять, а не вот то всё, о чем ты подумал! А если бы мне захотелось перерезать тебе горло, я бы точно взяла меч!

— Прости, — подумав, пробормотал он и снова закатил глаза, видимо, собираясь отключиться.

— Я могу приступать к операции?

— К чему? — пораженно.

— К извлечению инородного предмета из твоей трапециевидной мышцы...

— К-какого предмета? Из к-какой.... Чего? — он пораженно хлопал глазами, явно передумав терять сознание.

— Во-от! — нарочно отвлекая, я готова была нести любую чушь. — Ты меня слушай, а я пока...

Примерившись, я попыталась отпилить тонкую стрелу ножом, но она была очень прочной, а красавчик так громко стонал, что пришлось даже посмотреть по сторонам — не слышат ли нас какие-нибудь враги.

— А ты — молодец, — отвлекала я его. — И держишься неплохо...

Взгляд мой упал на болтающийся на его крепкой шее амулет с красивым камешком, очень похожим на агат. Камень был огранен — ну, то есть практически не уступал по красоте современным драгоценностям с отполированными гранями. Он был вплетен в такое продолговатое крепление, напоминающее шкатулку из проволоки, только очень маленького размера.

— А какой у тебя красивый амулет. Просто глаз не отвести!

Красавчик грустно и с трудом улыбнулся и вдруг сказал:

— Его мне подарила любимая!

От неожиданности этой фразы я, видимо, сильнее нажала на стрелу, она, громко треснув, сломалась. Красавчик отключился. Из раны потекла кровь, заливая мои руки. А я очень сильно старалась не думать о том, что, конечно же, естественно, у такого красивого, такого молодого, такого воинственного и мускулистого... Ну, не может не быть девушки или жены!

И, короче, Яночка, как всегда... Даже в этом мире самые интересные мужчины не про твою честь!

Но отчего-то сердце сжималось так, словно оно уже, едва узнав, присвоило себе и этого красавчика, и этот странный мир...

Провозившись полчаса, не меньше, чтобы снять с него доспехи, я всё-таки добралась до раны, с одной стороны радуясь, что он без сознания, а значит, не испытывает боли, с другой, страшась — а что, если он умер? Что мне тогда тут делать? Куда одной идти? Но когда, разорвав рубаху, надетую под кожаную, расстегивающуюся на груди куртку, и вымыв руки в маленьком ручейке, обнаруженном лошадьми неподалеку от места нашего привала, осторожно вытащила из раны стрелу, Брендон открыл глаза.

— Запомни этот день! — сказала я тоном парней из "Безумного Макса", когда перед смертью они просили "запомни меня"... — Считай, второй раз родился сегодня. Если выживешь, конечно.

Он молча покосился на меня, словно бы говоря "совсем с ума сошла", и, оторвав от своей рубахи приличный кусок, начал достаточно ловко перевязываться.

Через пару часов мы оказались в настоящем замке, где Брендона встретили с радостью, а на меня косились, как на врага народа. Я же с огромным любопытством рассматривала и людей, и сам замок, и как всё у них тут устроено. Надо сказать, зеленые страшные с огромными клыками, торчащими из-под верхней губы, женщины и даже дети, тут встречались на каждом шагу. Но я уже немного привыкла к их угрожающему внешнему виду и не обращала внимания.

А потом красавчика раздели по пояс и уложили на стол... И я, к тому моменту немного успокоившаяся, вдруг увидела в руках одной из местных женщин огненное свечение, которое едва касаясь кожи Брендона, по всей видимости, каким-то образом лечило его раны.

— А ты кто такая? — спросила меня стоящая рядом зеленая.

— Он, — я кивнула в сторону красавчика. — Утверждает, что я — Луиза Шортс. До этого говорил, что я — чей-то там разведчик.

Лекарша и зеленая переглянулись.

— А ты? — спросил старик в длинном до пят черном плаще. — Что утверждаешь ты?

— Не знаю, что и думать, — честно ответила я, разводя руками. Хотела добавить еще, чтобы придумать объяснение для своего странного (а оно, судя по их взглядам, точно было странным!) поведения, но не успела!

Старик выхватил из-за пояса кинжал, а молодой однорукий воин целый меч! Врачиха, лечившая красавчика, резко развернулась ко мне и свечение у нее в руках превратилось в огромный, похожий на шаровую молнию, которую мне однажды приходилось видеть, шар. И шар этот так угрожающе потрескивал, когда она приблизилась ко мне, что, спасая свою жизнь, я невольно отступала назад, пока не уперлась спиной в стену замка и не сползла на пол.

...И вот теперь я сидела в темном, очень сыром и достаточно холодном подвале, куда меня привели по приказу красивой темноволосой женщины, которую я для себя определила, как хозяйку дома и по идее Брендона... кстати... А я-то его спасала! Я стрелу доставала, коней ловила! Неблагодарный...

Свет едва пробивался в маленькое окошко, закрытое железными прутьями и расположенное у самого потолка.

Я сидела на полу и ела горбушку хлеба...

Вот такое вот гостеприимство в этих местах.

И запивала ее водой, мысленно обещая самой себе, что обязательно отомщу красавчику!