Гранитное сердце

51 глава

— Марьян, да, я, да, привет! У меня тут дело к тебе, — не могу удержаться и перехожу к "делу" сразу же, как только за Иваном Сергеевичем закрывается дверь. — Ты не в курсе, куда мои камни из последней экспедиции делись? Ты забрала?

— Норма-а-а-ально, подруга, — обиженным тоном отвечает она. — Значит, три недели от тебя ни слуху, ни духу, на звонки не отвечаешь, сама не звонишь. И тут вдруг, как снег на голову! Забыла уже, какую истерику нам с Гришей закатила в тот день? Ох, я реально думала, что ты умом тронулась! Ты, кажется, нас не узнавала даже!

— Это долгий разговор, Марьяш. Я потом тебе всё объясню, правда! Ты прости, мне сейчас некогда рассказывать! Мне камни эти нужны очень. Прямо жизненно необходимы!

— Да-а-а, Яночка, что-то ты совсем... от нас отдалилась. Что-то там в твоей жизни происходит, а ты мне даже рассказать не хочешь! А я, между прочим, из гранита, который ты мне в прошлый раз подарила, такой кулон для тебя забабахала, что и не скажешь, что он именно из гранита! Красота получилась неописуемая! Хоть на выставку отправляй!

— Из какого гранита? — спросила я, только чтобы дать ей возможность говорить дальше, а себе самой — подумать.

Из того самого, который меня туда, в Шортс, перенес?

А что если камень трогать нельзя было? Что если Марьяна, не зная этого, всё испортила?

Меня пронзает ужасом и горло перехватывает от страха.

— Марьяша, а этот камень... Это не тот, который...

— Тот! С которым ты в тот вечер вырубилась! Я вообще охренела! Сидела-сидела такая, пиво пили, мужиков обсуждали, и тут ты бац! Говоришь: "Ой, что-то так спать хочется!" Глаза закрываешь, прям с куском гранита в обнимку укладываешься на диван и засыпаешь.

— А ты? — затаив дыхание, спрашиваю я.

— А что я? — смеется она. — Еле гранит этот несчастный у тебя вытащила, чтобы во сне себе лицо не расцарапала! Вцепилась так, что и не оторвешь! Сложила все камни в рюкзак, поставила у порога, чтобы не забыть забрать. А что, нельзя было? Ты же мне их и обещала... Потом легли с Жориком в гостиной — лень было такси до дома вызывать. А утром ты проснулась, как не в себе! Давай орать, по квартире носиться! Ох, еле ноги унесли. Я потом звонила сто раз, ты трубку не брала. Мы даже ездили к тебе. С родителями твоими встретились, поговорили... Ну, в общем, что я тебе рассказываю! Ты и сама в курсе.

Я пыталась подумать о камнях. Но Марьяна отвлекала болтовней.

И, уговорив ее привезти мне остатки гранита, а заодно и кулон, я предложила встретиться вечером.

Она, хоть и с опаской, что прошлая моя истерика может повториться, согласилась.

В волнении я металась по квартире! А что если получится? Что если я снова перемещусь?

По логике Ивана Сергеевича такое может случиться только если там, в Шортсе, Луиза или кто-нибудь другой, подходящий, тоже будет держаться за гранитный столб.

Но почему тогда я вернулась сюда, ничего не имея в руках! Луиза же должна была бы держать камень, типа, как проводник... А я когда проснулась, в руках ничего не было!

А хотя...

Точно!

Не дожидаясь гранита от Марьяны, я побежала в спальню, и начала искать. Разворошила всю постель, посмотрела на полу и под кроватью. И даже отогнула угол паласа.

И вот там-то, в самом уголочке, лежал, выделяясь на сером ламинате, небольшой серый камешек.

Взять его сразу в руки, я побоялась.

Смела веником на совок и водрузила на письменный стол.

Усевшись за него, достала несколько чертежных листов и начала писать.

Отдельно письмо маме и папе. Отдельно — Марьяне с Жориком. И целый роман для Луизы. Я не была уверена в том, что она сумеет прочитать, потому что не знала, в принципе, умеет ли она это делать. Поэтому закрепила листы с посланием для нее кнопками на стене, так чтобы видно было отовсюду. Я надеялась, что Иван Сергеевич прочтет ей и разъяснит смысл.

На последнем листе было написано: "Предлагаю каждое последнее воскресенье месяца меняться обратно. И писать друг другу обо всём произошедшем". А ниже была приписка: "И не обижай маму с папой".

Закрепив последний листок, я подошла к столу и взяла в руки камень.