Гранитное сердце

47 глава. Каменоломня

— Госпожа, наверное, нам не стоило бы входить внутрь! — беспокоилась Бруна, осматривая древние полусгнившие столбики, поддерживающие свод проходной залы и ее каменный потолок. — Своды рухнут. Нас завалет!

Деревянные подпорки, конечно, выглядели очень хлипко, особенно на фоне древних каменных сводов. Но как осмотреть камноломни, не входя внутрь? Какой смысл тогда было сюда ехать?

— Так. Бруна, Джек, вы остаетесь здесь, — кивнула им на небольшую площадку возле выхода. — Если нужна будет помощь, я вас позову. Я схожу аккуратненько внутрь, осмотрю все и вернусь.

— И речи не пойдет, — пробурчала Бруна. — Красавчик Коннорс обещал изрубить меня на куски, если с тобой, госпожа, что-то случится.

При одном звуке его имени в моем сердце что-то тревожно и болезненно сжалось. Брендон! Он волновался обо мне и просил Бруну защищать! С трудом проглотив горький комок слез, вставший в горле, я шагнула в сторону входа в каменоломни, краем глаз видя, что Бруна шагает следом.

Ну, что же, это ее выбор.

— Коннорс? — догнал меня уже внутри Джек. — А-а-а-а! Я, кажется, видел его в первый день после прибытия в Шортс. Вы с ним вроде бы кузены? Наверное, были близки в детстве. Удивляюсь, как вы, милая Луиза, можете дружить с таким... выскочкой, как ваш этот Брендон Коннорс. Он же считает, что лучше него воина в мире не существует, ну, может, кроме его братца.

Я согласно кивнула, конечно же, не собираясь в даваться в подробности наших отношений с Брендоном. А уж тем более, мне не интересно было мнение о нем Джека. У меня, к сожалению, давно сложилось свое. И на его основе все вот эти рассуждения малознакомого мне человека о Брендоне ничего, кроме желания кинуться на его защиту, не вызывали.

Но про себя отметила, что Джек смело вошел внутрь, хотя вовсе не был обязан этого делать.

В первой же покосившейся деревянной вагонетке, стоявшей на таких же покосившихся рельсах, Бруна обнаружила несколько старых пыльных факелов. Они представляли собой дубинки с намотанными с одного конца промасленными тряпками.

Конечно, в моей реальной жизни отправляясь в разведку, то есть на поиски полезных ископаемых, мы обязательно брали с собой множество новомодных приборов, очень облегчающих жизнь геолога — и это не только компас и молоток, но и каппаметр, служащий для определения магнитной восприимчивости руды, портативный рентгенофлуоресцентный анализатор, с помощью которого можно за считаные секунды определить в образце или даже в целом участке скалы полный спектр содержания химических элементов от бериллия до урана.

Здесь же у меня были только мои глаза и руки. Ну, еще сомнительная способность каким-то образом призывать камень. Но я все равно смело первой пошла внутрь.

Освещаемое тусклым светом зажженного Бруной факела пространство узкого туннеля вело вглубь горы.

Мне не раз приходилось бывать в современных шахтах. Они давно уже не выглядели настолько примитивно. В большинстве были лифты или даже электропоезда, которые доставляли рабочих к месту разработки руды. Но в целом, что здесь, что в современном мне мире, шахта — это всегда грязь, темнота, вода и опасность.

— Бесстрашная у меня будет жена! — шутил Джек, но я чувствовала исходящий от него страх, который усиливался с каждым нашим шагом в глубину шахты.

Я даже замечания ему делать не стала. Пусть считает меня будущей женой, если ему этого хочется. Мне нет смысла сейчас распинаться и объяснять, что выбор мне еще только предстоит сделать.

Ноги ступали по рыжей воде, и пальцы уже чувствовали неприятную сырость. Воздух из-за отсутствия обязательной вентиляции казался спертым.

Но сами своды туннеля, стены его, уже содержали видимые на глаз вкрапления руд. Причем разных. Причем в достаточно необычном соседстве.

Например, мягкие осадочные породы, которые здесь, в гористой местности встречаться не должны были бы, тем не менее кое-где попадались в неяркий круг света факела — то тут, то там в толще каменной стены я видела целые пласты известняка, а порой внизу, буквально под ногами блестели крупинки чего-то, очень уж похожего на калийную соль.

И при этом все чаще и чаще встречались породы магматические, которые формировались в результате затвердевания природного расплава магмы — базальт, вулканический туф, гранит. Эх, если бы такое мы нашли в современной России, можно было сто диссертаций написать!

Удивительным было еще и то, что при таком соседстве разных по способу образования и составу руд, своды каменоломни не обрушивались, что было бы логично...

Тоннель вел нас вниз, дышать становилось сложнее.

Огромная камера, внешне похожая на пещеру, открылась внезапно. Мы вывернули из-за поворота и вдруг оказались в подземной зале с высокими потолками. С потолков свисали сталактиты, в дальнем углу тек небольшой ручей подземных вод, а в центре стояли два высоких камня. Форма их привлекла мой взгляд. И я поспешила к ним.

— Госпожа! — взволнованно закричала Бруна.

Я обернулась.

Бруна и Джек почему-то остановились у самого входа в пещеру и не шли за мной, словно их что-то не пускало. Бруна подняля вверх факел, освещая сводчатые потолки.

Я осмотрелась.

Трудно объяснить мои ощущения, но здесь, в этом месте я чувствовала силу. Пусть я не видела пока руды и мест, где ее добывали, я была уверена, что это всё здесь есть. И если идти дальше в один из десятка коридоров-выходов, то обязательно выйдешь к местам разработки.

Более того, я была уверена, что кроме простых ремонтных работ, здесь особо-то ничего и не надо для добычи.

Положив руку на один из камней в центре, я погладила ровную, словно вытесанную поверхность.

Это несомненно был гранит. Только был он обработанный, с четкими углами, с ровными гладкими гранями. Огромная колонна камня уходила ввысь к самому потолку, срезаясь ступеньками и заканчиваясь тонким шпилем.

Пальцы ощутили рельефные изображения — рисунки или надписи — вытесанные каким-то великим мастером на поверхности. Удивительно! Имея вот такой уровень развития, эти люди могли работать с таким камнем практически голыми руками!

— Я думаю, — сказала я Бруне и Джеку, кивая в сторну коридоров. — Что по каждому направлению нас ждут разные породы. И нужно посчитать их количество и проверить сохранность пути. А затем починить вагонетки и рельсы. А потом формировать бригады и привозить сюда шахтеров. Не знаю, почему прекратили добычу руд, их здесь великое множество, просто лежат на поверхности...

— Просто однажды все важные камни ушли в землю. А вот сейчас, сегодня, они снова вышли на поверхность! — проговорила Бруна.

— Да это невозможно! — улыбнулась я. Что они, руды, живые что ли, чтобы по собственному желанию двигаться в скале? Это противоречило всем законам физики!

— О, богиня Исида! — вдруг пораженно воскликнул Джек. — Посмотрите, что это с камнем!

И так как указывал он на тот самый гранитный столб, которого я касалась рукой, я повернула голову и посмотрела...