Гранитное сердце

20 глава. Суеверия — правда или ложь

Стемнело на удивление быстро.

Мне показалось, что мы даже толком покопать не успели — так на вершину поднялись, да поснимали дерн в нескольких выбранных мною точках, как на землю спустились сумерки.

За неимением бумаги и карандаша, чтобы начертить карту и отметить на ней точки раскопов, я обошла весь холм по периметру, внимательно приглядываясь к рельефу подножия и вершины, ища косвенные признаки залегания железной руды и, чего уж греха таить, немного любуясь окрестностями и прямо на земле, на выступе песка, нарисовала примерный план окрестностей.

Надо признать здесь было очень красиво! Не хуже, чем у нас на Алтае, или в горах Южного Урала, или на Дальнем Востоке. Да, мне немало приходилось путешествовать по работе, но где бы я ни находилась, душа все равно рвалась домой. Вот и сейчас тоской сжалось сердце. Дома меня ждали друзья, родители... Пусть с момента поутспления в институт не жила с ними, пусть видела отца с матерью нечастно, но по вечерам каждый день, если у меня была связь, созванивались, обменивались новостями, и просто узнавали, как дела, как жизнь, как сомочувствие друг друга... А теперь вот...

Как они там? Не разболелись ли отцовские суставы? Не подводит ли материнское сердце? И, вообще, не ищут ли они меня, пропавшую дочку? Впрочем, если я здесь, то где тогда Луиза? А что если Луиза сейчас у меня там, в моей маленькой квартирке, готовится к поездке в экспедицию? О, это будет невероятное приключение для нее!

— Госпожа, — один из орков смотрел на меня умоляющим взглядом. — Давайте спустимся вниз. Уже темнеет. Всё равно ничего не видно!

— Да и близок тот час, когда мертвые начнут подниматься из земли. Не хотел бы я их встретить прямо вот нос к носу! — пробурчал себе под нос второй мой зеленый помощник.

В суеверия я не верила, но, действительно, не было смысла продолжать работу по темноте. Поэтому позвав Фредди, мы начали спускаться с холма. Я неторопливо, запоминая тропу, чтобы завтра с рассветом побыстрее подняться и начать копать. А орки быстро, то и дело скатываясь по пожухлой траве. Здесь, на вершине холма было прохладно, внизу же — на пару градусов теплее, но в целом погода явно ухудшалась и напоминала середину нашей осени.

К лагерю мы пришли уже в темноте.

Увидев Лукаса, я вспомнила о его опасном амулете и стала старательно думать всякие-разные глупости, всё больше ругательного характера, о ликаях — пусть слушают, если слышат, какие они идиоты!

Лукас разжег костер и сварил в большом закопченом котелке какую-то похлебку, которая распространяла потрясающий запах на все окрестности и заставляла голодно поджиматься живот. Кроме того, в небольшом углублении холма, который образовывал такой природный затишок, укрытие, куда не было доступа ветру и сквозняку, он поставил нечто похожее на палатку. Вторая палатка, размером чуть побольше, находилась у костра.

И хоть к Лукасу я испытывала, мягко говоря, чувства достаточно презрительные, тем не менее, про себя отметила его талант в организации лагеря. В принципе, он оказался не совсем безнадежным и хоть какую-то пользу принес. Да ладно там пользу! Хоть не сбежал, и то ладно!

Лукас виновато косился в мою сторону, словно устройство на его груди и ему в том числе способно было передавать мои мысли, но, к счастью, молчал. А я чувствовала такую усталось, что совершенно не желала ругаться с кем бы то ни было.

Мой несостоявшийся жених разлил глиняной плошкой в такие же плошки, только размером побольше, похлебку, вручил каждому из моих новоявленных геологов по краюхе хлеба, а сам тактично удалился к ручью, чтобы, видимо, набрать воды.

Орки боязливо переговаривались — было заметно, что они верят всем сердцем в древние поверья своего народа и жутко боятся приближения ночи. Фредди клевал носом, чуть ли не утыкаясь им в похлебку. Я тоже чувствовала жуткую усталость — в темнице толком не выспишься, то мыши вокруг шныряют, то пол слишком твердый, то ноги замерзают. Но, кроме всего прочего, мне безумно хотелось помыться! Так хотелось, что казалось, всё тело зудит!

Только сменной одежды у меня не было... да и полотенца. Ну, и вода в ручье была ледяной.

В общем, оставив плащ у костра, к ручью я пошла, скорее, просто, чтобы просто умыться. Но оказавшись на берегу, вдруг поняла, что местечко в окружении достаточно густого, хоть и почти голого из-за опавших листьев кустарника, очень даже хорошо скрывало меня от любопытных глаза. Если, конечно, эти глаза умели видеть в темноте...

И я решилась! Нет, ну, хотя бы чуть ноги ополоснуть... и некоторые другие части тела!

Осмотревшись вокруг, я быстро стянула тонкие кожаные ботинки — не ботинки, скорее, тапочки, держашиеся на ступнях, благодаря длинным веревкам — завязкам. Потом развесила на кусте штаны... Вот удивительный факт — все виденные мною здесь женщины ходили исключительно в платьях, мне же даже в родном замке данный вид одежды предложен не был. И я щеголяла в мужских штанах из странного материала, напоминающего кожу.

Потом, немного подумав, стянула и куртку, отправив ее следом за штанами на ветки куста. Оставшись в тоненькой сорочке, едва доходившей мне до середины бедра, зябко ёжась, я спустилась к ручью. Потрогала пальчиками ноги воду. Сильно засомневалась, что смогу в ней даже умыться. Но всё-таки решилась, ступила на плоский камешек, подсвеченный выглянувшей странного вида и цвета луной. И начала мыться, задрав повыше рубашку.

По сравнению с температурой воздуха, вода оказалась достаточно теплой! И это был такой восторг для меня, что я даже присела прямо на камень, стянула рубашку. отбросила ее подальше на берег и, отфыркиваясь, начала мыть голову!

Странный посторонний звук за моей спиной заставил взрогнуть и замереть на месте, прямо в той позе, в которой я находилась — с засунутыми в ручей волосами, на коленях.

Я прислушалась, молясь про себя, чтобы это был кто-то из моих сопровождающих или, хотя бы на худой конец, какое-нибудь животное. А еще лучше, если бы мне этот треск просто послышался!

Я попыталась медленно развернуться к опасному месту луцом.

И вдруг услышала приглушенное рычание. Совсем рядом. Буквально в паре метров за спиной. У куста, где висели мои вещи...