Это кто переродился? Книга 5. Финал

Глава 21 Как получить силу и не сгореть?

В Башне.

— Я знаю, что вы здесь. Вам не укрыться от рока, смертные. Покажитесь и узнайте мою Ярость!

По полу, сжигая все на своем пути, пронеслась струя изумрудного пламени. Даже смотреть на нее было жарко, а уж стоять рядом… Лаврентий отпрыгнул за колонну. Помешкай он еще мгновение, и от него бы остались одни угольки.

— Сука… — зашипел он, сбивая пламя с рукавов.

Дым был везде, под ногами звенело золото, и каждый шаг, каждое движение он рисковал выдать себя. Повезло, что чешуйчатая туша размером с поезд, что ползла за ним по пятам, производила еще более громкий звон.

Вергилий, если он еще жив, прятался где-то в дыму. Илларионова с Зайцевым тоже не было видно, но им точно не повезло. Первый едва мог ходить, а вот Зайцев стоял прямо на пути у волны огня, затопившая ступени.

Земля им пухом.

— Трусы! — ревело чудовище, потрясая хвостом. — И вы называете себя рыцарями⁈ И прячетесь? Я разочарован!.. АГА!

И вновь в дыму мелькнул Взгляд.

Дракон. Или Левиафан, как он себя называл. Размерами эта тварь была больше чем любая из тварей Изнанки, что встречались Инквизитору на его пути. Двигался монстр ползком, но его рогатая башка едва не подпирала потолок. Крылья пока были прижаты к туловищу.

Откуда он тут взялся, учитывая, что Башня целый век стояла пустой и покинутой?.. Оставалось только гадать.

Был ли это Обухов? Нет, Взгляд совершенно другой. У Обухова он… человечнее что ли?

Инквизитор ухмыльнулся. Вот он и начинает разбираться в сортах чудовищ. Впрочем, с Обуховым было договориться куда проще. Лаврентий уже давно скучал по этому… парню.

Он уже минут десять прятался среди колонн, не смея лишний раз высунуть голову или кинуться к выходу. Последнее было бы мудрее, ибо играть в салочки в этих бесконечных помещениях было смерти подобно. Но на открытой местности с этой тварью, тем более, не сладить.

Здесь есть хоть какой-то шанс зайти с тыла. Какой-то.

— Попался!

Вспышка, и снова скачок в укрытие. Зеленое пламя окутало все вокруг, Лаврентий вжался в спасительную колонну. Где-то секунду жар стоял горой, казалось еще чуть-чуть, и Инквизитор сварится.

Едва жар спал, как он вновь прыгнул и, прокатившись по горе золотых, скакнул за еще одну колонну. Двигался Инквизитор на пределе, каждый думая, что уж на этот раз дракон его поймает…

— Нет уж!

До пенсии еще работать и работать. А начальство ждет с докладом, обещая еще одну порцию пощечин. Инквизитор даже улыбнулся — он бы сейчас посчитал за величайшее счастье подставить Доминике вторую щеку.

Стоило выжить только ради одного — снова увидеть, как она злиться, кричит и пытается снести ему голову очередной пощечиной. Так она была еще красивей.

Из мыслей его вырвал огонь. Шипя от жара, Лаврентий скачками рванул прочь. Снова за колонну. Опять огонь. И вновь колонна. Огонь…

И так до тех пор, пока рядом не мелькнул длинный хвост. В этой части анфилады было куда светлее, да и дым быстро сдувало ветром со стороны галереи, что занимала всю несущую стену. За ней зияла пропасть.

— Кто вы такие, что посмели залезать в МОЮ Башню? — рычал монстр. — Позарились на МОЕ золото⁈ Воры! Трусы! Покажитесь! Я сокрушу вас!

С рыком он обрушил хвост на колонну. Осколки разнесло на половину зала. Монстр не успокоился и принялся сносить одну колонну за другой. С потолка посыпался песок.

— Дайте мне убить вас! Всех! Испепелить!

Пока он вымещал свою злобу на ни в чем не повинных колоннах, Инквизитор вертел в руках монету, распаляя свой Дар. А еще думал.

Долго драться с этой тварью у него не выйдет, поэтому придется вложить в бой все силы. Опыт убийства ящериц у него имелся — еще со времен Орды. Правда, там ему помогал Обухов, но кто сказал, что ему всегда будет вести с союзниками?

— Я чую вас… — шипела тварь. Скосив глаза, Лаврентий увидел длинный хвост, стелющийся по полу. С другой стороны колонны появились глаза. Они плавно плыли сквозь полумрак. — Чую ваш страх, чую ваши кости, что трясутся от одной мысли о смерти…

Пытаясь отрешиться от его болтовни, Лаврентий лихорадочно думал. Как убить эту тварь, да еще и голыми руками? Нет, ему не впервой рвать порождений Изнанки, но все же они были, как минимум, вдвое меньше нынешнего противника.

Неожиданно взгляд зацепился за… меч Зайцева!

Дымясь, оружие лежало в золоте, до него было метров двадцать. Левиафан находился немногим дальше. И постоянно перемещался.

— Думаете, избежать моего гнева? — шипела тварь, хищно мотая башкой из стороны в стороны. Хвост извивался как хлыст. — Напрасно! Как только я вас найду, проглочу живьем и там — в моем животе — вы будете перевариваться годы! Ох, я вдоволь послушаю ваши крики по ночам! Они так сладки!

Дождавшись, когда монстр отвернется, Лаврентий бросился к мечу. Риск — единственное, что ему оставалось, ибо иного шанса едва ли не предвидится.

Нельзя, чтобы эта тварь выбралась из Башни и напала на Город. Не сейчас. Не тогда, когда Изнанка в шаге от победы.

Левиафан в ярости сбил еще пару колонн, а затем скользнул взглядом в опасной близости от Лаврентия. К счастью, он был настолько взбешен, что сразу же кинулся в обратную сторону.

Стараясь поменьше греметь золотом, Инквизитор наконец-то добрался до меча, вытянул руку и…

Боль была такая, что он едва не вскрикнул в голос. Вся оплетка на рукояти меча прогорела, и под ней оружие было металлическим. И раскаленным добела.

Скрипнув зубами, Инквизитор лихорадочно попытался отодрать от штанины клочок ткани, но почуял на себе взгляд. Обернулся, внутренне готовясь встретить смерть.

Нет, не дракон. Это Зайцев, мать его! Парень лежал на золоте в десятке шагов от него. На лице краснел ожог, но он был еще жив. Железные пальцы тянулись к рукояти…

— Он мой! — прошипел парень. — Не смей его трогать!

Лаврентий вскинул бровь. Совсем ополоумел⁈ Вдруг позади послышался шелест монет. Рык и шипение. Жар!

Прокляв все на свете. Лаврентий кинулся в укрытие. Вслед огню пришел хвост. Грохот поднялся такой, что заложило уши. Камни, золото, огонь — вокруг творился настоящий ад, однако ему все же удалось уйти в темноту.

И Зайцеву, как ни странно тоже. Оба они сидели за колоннами, единственными в радиусе двадцати метров, что пережили его ярость. Прямо напротив меча застыл Левиафан. Из его ноздрей валил дым.

Скалясь, монстр вращал головой то в сторону колонны Лаврентия, то в сторону укрытия Зайцева. Хвост нетерпеливо долбил по полу.

— Кого же из вас убить первым? Мальчишку или лысого? — и раскрыв пасть, он рявкнул. — ОБОИХ!

И взмахнул хвостом, намереваясь разбить обе колонны за один удар.

— А ты горазд только болтать⁈

Эхо от резкого вскрика заскакало по залам эхом. Хвост так и застыл в воздухе. Удивленно скривив морду, Левиафан посмотрел себе за спину.

Голос принадлежал Вергилию.

— Наконец-то! — расхохотался монстр. — Хоть один смельчак! Кто же ты, смертный? Скажи, зачем ты здесь, прежде чем я превращу тебя в кучку пепла!

— Я Вергилий, — донеслось со стороны, и Лаврентий все же сумел разглядеть брата. Тот прятался за колонной, которая по какой-то случайности избежала участи остальных. — А ты кто, Левиафан?

Как ни странно, но дракон ответил:

— Я Хранитель Анти-Башни. Преданный и убитый моим рабом, Василием Олафовичем. Он тоже сгорит от моего пламени. После вас, конечно же.

Анти-Башня⁈ — нахмурился Лаврентий. Не ту ли громадину, что стоит посреди Изнанки имеет в виду эта гадина? А уж при упоминании Василия Инквизитор и вовсе хотел лететь туда на всех парах.

Впрочем, удивительного было мало. В гробу Василия хотели видеть все — и в первую очередь этот Левиафан.

Аккуратно Инквизитор выглянул из-за колонны, и увидел монстра — тот сидел, повернувшись шипастой спиной. Хвост мотался туда-сюда, морда ревностно осматривала каждый закоулок.

Меч лежал прямо рядом с его лапой. Вот он, новый шанс.

— Зачем ты здесь, рыцарь? — спросил дракон, раздувая ноздри. — Уж не за принцессой ли?

По залу опять загремел его смех. Вергилий был лаконичен:

— Принцессу оставь себе. Мне нужна твоя сила, дракон.

— За силой, вот как⁈ Решил унести не просто золото, но и лишить меня сил? А ты наглее, чем я предполагал, Вергилий. Что ж, так и быть, за смелость я могу поделиться с тобой той толикой силы, что скрывается в моих венах.

Где-то пару секунд стояла тишина.

— … Правда?

Лаврентий тихо выругался. Боги, он что в самом деле решил поторговаться с ним?

— Конечно, — кивнул дракон. — Просто выйди ко мне и я поделюсь с тобой моим Древним огнем. Выдержишь его жар, получишь шанс сразить меня.

Он снова захохотал.

— Смелее! Я слишком долго был слаб и очень хочу интересной схватки. Ну же!

Увидев, как Вергилий выходит из-за колонны, Лаврентий едва не сломал зуб.

— Назад, идиот! — процедил он, но Вергилий, пересекшись с ним глазами, только подмигнул ему. — Что ты задумал?..

Раздумывать времени не было — и оружие слишком далеко. Он вытащил из одного кармана золотую монету, а из другого золотой глаз. И крепко сжал в кулаках.

Вергилий же встал раскинул руки в стороны. Стоял маг прямо перед мордой дракона.

— Я готов, Левиафан! Даруй мне свою силу!

Где-то в чертогах сознания.

Меч дернулся.

И тут же из тьмы, до которой остался буквально один шаг, появился Корвин. Артур никогда и не наделся увидеть свою вторую личность в своем истинном облике, но очевидно это был именно он.

Черный рыцарь был высок, черноволос, кудряв, а еще усат. Отчего-то Артуру это показалось забавным. Руки у него были как голова Артура. Он изо всех сил вцепился ими в рукоять и принялся держать меч.

— Дай сюда! — зарычал Корвин, но Зайцев не уступил. Сжал рукоять еще сильнее и потянул на себя. Его противник не сдавался. — Ничтожество! Жалкий слабак! Брось бессмысленные попытки! Из-за тебя нас обоих убьют!

Они противника навалились на рукоять изо всех сил. У Артура от натуги искры из глаз сыпались. Корвин скрежетал зубами.

Меч заскрипел.

Откуда-то послышался рев, чей-то крик, а еще повеяло жаром. Артур не остановился — он тащил меч изо всех оставшихся сил. Клинок снова скрипнул. В месте, где металл соприкасался с камнем, появился лучик света.

— Зайцев… Не вздумай! — вскричал Корвин, смотря, как вдоль камня ползет трещина. — Ты сдохнешь, идиот! Какой из тебя рыцарь⁈ Ты всего лишь никчемный… Нет! НЕТ!

Последнее усилие далось Артуру болью во всем теле — меч вырвался на волю, а по камень треснул напополам. Светом ослепило обоих, они покатились на пол. Корвин с пустыми руками в одну сторону, а Артур, сжимающий меч, в другую.

Не успел он выдохнуть, как увидел над собой Корвина.

— Нет, — прошипел Корвин и потянулся ему к горлу. — Я не вернусь в тень! Лучше убью тебя, ублюдок!

Артур сделал последнее усилие — поднял меч, а затем уперся острием в грудь Корвину.

— Как скажешь…

Заревев, Корвин прыгнул.

Движение было быстрым, клинок вошел черному рыцарю в грудь. Он вскрикнул, но не остановился. Меч пронзил его насквозь. Изо рта Корвина брызнула кровь, но он продолжал двигаться, насаживаясь на клинок. Затем схватил парня за горло и принялся душить.

— Я убью тебя… — рычал он, сжимая пальцы. — Все равно убью… Мы тут оба подохнем, ты, никчемный…

Черный рыцарь не успел закончить, как свет, вырвавшийся из камня, вспыхнул так ярко, что оба зажмурились. Пальцы Корвина пропали, как и тяжесть его тела. Следующим растворился меч.

Последним исчез сам Артур. Он улыбался. Так легко ему не было никогда.

В ушах стоял шум, звон и свист. Сквозь него затихал крик Корвина, а еще хохот дракона.

Артуру Зайцеву было плевать не обоих. Лежа в золоте и в дыму, он видел перед глазами меч. Над головой бушевало пламя, раскаленное золото жгло ему бока, но Артур все равно полз, разгребая драгоценности дрожащими руками. Лица он давно не чувствовал — кажется, от него мало что осталось.

— Если выживу… — шипел он, подтягиваясь, к мечу. — Больше никогда и пальцем не коснулись этой гадости…

Инквизитор давно куда-то подевался, а его брат, кажется, совсем спятил. Стоял у дракона прямо перед рожей, а тот не мог поверить, что этот «человечек» сам разрешил ему спалить себя дотла.

— Ну, долго ждать⁈ — кричал Вергилий, выпучив слезящиеся глаза. — Я твой! Или ты испугался, твою мать!

Дракон не испугался. Набрав побольше жаркого воздуха, он распалил в глотке огонь, как в домне. Вспышка была очень яркой и очень жаркой.

Жаром захватило и Артура. Заревев, он дернулся вперед и железные пальцы сошлись на раскаленном металле.

Когда рыцарь поднялся, Вергилий уже лежал на полу, объятый пламенем. Дракон вился на полу, завывая от боли. У его морды стояли двое — слева был Лаврентий. Он вбивал в морду твари свои светящиеся кулаки. С обратной стороны стоял Игорь Илларионов с копьем в руке. Острие торчало у Левиафана из правого глаза. Игорь сделал выпад, и кровь брызнула фонтаном.

Огромное тело выгнуло спину. Никогда раньше Зайцев не слышал такого громкого крика. Казалось, всю Башню сейчас разнесет по камешку.

Обезумев от боли, дракон взмахнул хвостом. А потом еще и еще раз. Золото летело как брызги, вместе с ним отбросило и Инквизитора. Ударившись о колонну, он снес ее и так и остался лежать.

Хуже всего пришлось Игорю, он находился слишком близко к пасти монстра.

— Презренный! — взревела тварь. — Тоже пришел за силой⁈ Что ж… Получи!

Вспышка была настолько мощной, что еще долго перед глазами Артура оставалось пятно в форме темной человеческой фигурки, окруженной ярким светом. Открыв глаза, он увидел Игоря: мощным потоком пламени его вышвырнуло прочь — в окно.

Артур моргнул, и Игоря не стало.

Полуослепший монстр настолько озверел, что принялся плеваться пламенем везде и всюду. Спасла Зайцева очередная колонна. Жаром его буквально вплавило в камень.

Стоило огню немного спасть, как он понял, что еще жив. В руках у него меч. Он единственный, кто остался стоять. Дракон же ранен, но не побежден.

У Артура не осталось сил бояться. Он просто перехватил меч и бросился на дракона.

В баре «Золотой котел».

— Вашу мать! Вы видели⁈

Борис ни черта не видел. Он никак не мог настроить резкость у бинокля, но, кажется, с вершины Башни только что вырвалась струя пламени. Они с Хозяевами трущоб уже полчаса сидели на крыше и наблюдали за Башней. И там творилось нечто странное.

С тех пор, как в море началась заварушка, а потом еще и ордынцы, едва явившись в город, пропали в Изнанке, в Городе стояла тишина.

Нет, не так, а ТИШИНА. Такой тишины Борис не припомнил за всю свою жизнь. После нескольких недель непрерывных боев Город словно вымер, хотя это было далеко не так — на улицах появились люди. Не смея и слова вымолвить, они долго ходили туда-сюда, как привидения.

Тревожная тишина стояла недолго, ибо вскоре «заговорила» Башня — и таким жутким ревом, что его услышали даже в «Золотом котле».

Борису поначалу показалось, что Изнанка вновь пошла в атаку, однако все оказалось КУДА хуже. На крыше они были спустя несколько минут. Башня буквально трескалась от страшных звуков.

Не менее беспокойным было море вокруг нее — оно буквально выходил из берегов. Скалы под Башней пополнились очертаниями странных хвостатых существ, которые выходили из воды. Борис попытался навести резкость, но увидел только огоньки десятков глаз. Порождения глубин смотрели куда-то наверх.

Вслед реву показался дым — им буквально дышали окна на вершине этого гигантского сооружения. И вот тебе и огонь…

— Он вернулся? — сглотнул Борода. Ему никто не ответил.

Пламя вырывалось то из одного окна, то из другого, а рев становился только громче. Казалось, там наверху разверзлись врата ада. Борису никогда не нравилось смотреть на Башню, но сейчас там явно ожил настоящий УЖАС, заставлявший всех собравшихся стучать зубами от страха. Единственный, кто спокойно смотрел в сторону Башни, был кот Василий. Но этому было все нипочем — ни санитарная проверка, ни прорыв монстров.

…Это Иван? — пришло на ум Борису. Но он же в Изнанке? Неужели они победили?

— Но тогда где остальные?

Ответа не было ни на один вопрос, и единственное, что они могли, это трястись и наблюдать с безопасного расстояния. Казалось, что там — наверху — сейчас совершается нечто такое, что изменит все.

Вдруг из окна Башни вынесло очередной столп огня, и в нем появилась человеческая фигурка, объятая пламенем. Борис моргнул, а она уже пропала между скал. Как ни странно, но вслед ней кинулись и странные существа, сидящие у подножия Башни. За несколько секунд скалы очистились.

Тварь в Башне ревела и, кажется, уже не от ярости, а от боли. Море же упрямо било основание твердыни с такой ненавистью, будто пыталось столкнуть Башню в воду.

И вот из окна вылезло нечто настолько жуткое, что парней чуть не сдуло с крыши. Сначала это была черная звериная морда, окутанная облаком дыма, а затем вслед длинной шее появилось и все несоизмеримо гигантское тело.

Борис сглотнул и попытался себя ущипнуть. Напрасно… Очевидно это было на самом деле. Они взаправду видят то, как…

Из Башни выбирался Дракон!

Ночь взорвалась ревом, а затем тварь взмахнула крыльями. Увидев, как огромное существо поднимается в воздух, пятеро Хозяев трущоб с криками кинулись наутек. Борис же не отнял глаз от бинокля — увидел, что на хвосте у монстра кто-то сидит.

Кто-то очень упертый. И с длинным мечом. Очень знакомым мечом.

Очутившись на крыше, дракон взмахнул хвостом и этот человечек оказался в воздухе, но даже тогда не выпустил меча из своих рук. Дракон широко раскрыл пасть, и мигом позже человечек пропал у него в глотке вместе со своим оружием.

Облизнувшись, монстр повернул голову. Его единственный светящийся глаз смотрел на Город.

На этом бармен уронил бинокль. Последние волосы на голове встали дыбом.

На них смотрел сам дьявол.

— Это же Ваня?.. — пискнул кто-то из оставшихся самых смелых Хозяев трущоб. — Он же за нас?

Ответил ему Дракон. Рыкнул во второй раз, а затем, взмахнув исполинскими крыльями, кинулся в воздух.

И полетел на Город.

К тому моменту, как его крылья закрыли небо, сидеть на крыше остались лишь двое — сам не свой от страха Борис и кот Василий.

Он смотрел на Дракона как на злейшего врага. И облизывался.

В пучине.

Так легко Игорю не было никогда. Еще несколько секунд назад ему казалось, что боль будет длиться вечность.

Вечность пламя будет пожирать его живьем.

Затем земля из-под ног будто испарилась, и он почувствовал себя птицей. Башня исчезла, все исчезло — осталась только боль.

Секунды падения показались ему очень долгими. Наконец, нечто ударило его со всей силы и боль как рукой сняло. Пришла легкость, тишина и прохлада.

Улыбнувшись, Игорь открыл глаза и не увидел ничего, кроме какой-то мути, пузырей и тени от Башни, что возвышалась над ним как скала.

Он был под водой. Вздохнуть было невозможно.

Какое-то время им владела апатия, ведь что ему за дело до того, что творится вокруг? Легкость забрала все силы, а затем, внезапно и совершенно бесшумно, появились они — прекрасные, грациозные и манящие. Ни на одной не было одежды, но зато у каждой вместо ног имелись рыбьи хвосты.

Русалки улыбнулись ему, а затем схватили за руки. И потащили на дно.

Какое-то мгновение Игорь пытался бороться, однако одна из них подплыла совсем близко. В голове он услышал ласковый шепот:

— Не бойся. В тебе есть сила, — улыбнулась русалка и крепко поцеловала Игоря в губы. — Ты подходишь нам, витязь прекрасный.