Это кто переродился? Книга 5. Финал

Глава 20 Почему дрожит земля?

Мастер сделал шаг вперед, намереваясь прижать ее к стене и закончить дело. Но Дарья не шелохнулась.

— Роберт, — сказала она, смотря на него немигающим взглядом. — Не я виновата в гибели твой сестры. А Василий, и он…

Движение Мастера было молниеносным. Королева могла увернуться, но проклятая цепь не давала ей и шагу ступить. Борьба была скоротечна, и в конце концов Дарью прижали к кровати. Колено Мастер больно вдавил ей в грудь.

Она попыталась вырваться, но лезвие его топора коснулось ее щеки.

— Этот ублюдок тоже получит свое, — прошипел Мастер, нависая над ней. — Но сначала ты. Вся ваша семейка, что целый век сосала кровь из людей, должна быть уничтожена. И ты, Дарья, будешь первой.

Хоть сердце и вырывалось из груди от страха, но Дарья держалась спокойно, в отличие от Мастера. Его дрожащие глаза выдавали его — как бы он не отнекивался, но в них еще жила любовь к ней.

— … И последней, — сказала Дарья. — Ибо без меня тебе точно не убить Василия. Твой топор только отскочит от его чешуи. В этой Башне он — господь бог.

— Это тебя уже не должно волновать. Ты, и такие как ты, Дарья, отняли у меня все! У меня ничего не осталось, и мне незачем возвращаться! Я купил билет в один конец!

И он не шутил. За минувшие недели, что прошли с момента их посещения Изнанки, Мастер стал выглядеть так, будто побывал в аду. Осунулся, исхудал и напоминал высушенный труп. Одни глаза жили на его лице, их переполняла злоба.

Дарья попыталась улыбнуться как можно мягче.

— Ой ли? А как же Фрида? Ты забыл про нее, да?

Лицо Мастера дрогнуло.

— Нет, но… — и зашипев, он убрал колено. — Какое тебе дело до ее судьбы⁈

Наконец Дарья смогла вздохнуть. Переведя дыхание, она ответила:

— Мне есть дело и до твоей судьбы, Роберт. Я понимаю, отчего ты ненавидишь меня, но все, что я делала за годы своего правления, было направлено только во благо.

— Чье⁈ Свое и твоей клики?

— Всех, Роберт, — проговорила она, прислушиваясь к происходящему снаружи. Если не считать переполоха в Анти-Городе, в стенах Анти-Башни посторонних звуков не раздавалось. — И в первую очередь Марьяны, занявшей мое место. Ее руками нынче осуществляется месть народа. А ты можешь помочь нам совершить последний удар. Обезглавить Изнанку.

Мастер сощурился — в нем нынче все кипело от сомнений. Тем не менее, топор в его руке нависал над ней как лезвие гильотины.

— Последний удар?.. — проговорил он. — Ты в самом деле хочешь помочь мне убить собственного сына?

— Ты видишь здесь любовь? — спросила Дарья, дернув цепь, что держала ее за кольцо на шее. — Видишь в этом сыновью заботу?

— Ты это заслужила.

— В тебе упорствует мститель, или человек? Мастер, что отдал жизнь ради безумной мести, или Роберт, что признавался мне в любви? Зверь или человек?

Мастер скрипнул зубами.

— Не смей… Ты лгала мне!

— Конечно. Иначе бы ты схватил свой топор еще раньше. А ведь я пыталась помочь твоей сестре.

— Ложь! — зарычал он и, подхватив топор, хотел ударить им Дарью, но остановился — за пределами комнаты послышались какие-то звуки. Мастер оглянулся. — Зараза… — Он снова вскинул топор, но его руки ему не подчинялись. Лоб весь намок от пота, глаза бегали как у сумасшедшего. — Ты знала ее⁈

— Конечно, — проговорила Дарья. — А еще я знаю, что у нее остался сын от Василия.

При виде того, как изменилось его лицо, Дарья подумала, что сморозила глупость, и теперь ей не миновать смерти. Но Мастер словно окаменел.

Наконец он выдавил из себя:

— Что за чушь?..

— Не, чушь, Роберт, — твердо сказала Дарья, наблюдая как хватка вокруг топора то становится жестче, то мягчеет. Глубоко вздохнув, она продолжила: — У нее остался сын, и мы с Аристархом сделали все, чтобы Василий никогда о нем не узнал. И он…

Мастер хрустнул зубами.

— Выбирай, Роберт: либо убей меня, либо разруби эту чертову цепь. Но быстрее, я слышу шаги…

Улицы Анти-Города дрожали. Здания едва держались, чтобы не сложиться, и лишь пара самых ветхих домиков и развалились, когда исполинское чудовище, которое тащили по улицам, еще раз взмахнуло своими щупальцами.

— Опустоши! Уничтожь! Размажь! — кричали монстры, выглядывающие из окрестных домов. — Сотри их в порошок!

Над крышами мелькали рога, шипы и острые наросты, что покрывали гигантский панцирь, слегка раскачивающийся из стороны в сторону. Веревки, которыми тащили гигантскую улитку, размером с девятиэтажный дом, лопались одна за другой, но монстры все равно налегали. Там, где она проползала камень исходил ядовитым дымом, трескающийся асфальт пузырился.

Притащить из Пустошей эту тварь было чистым самоубийством и за время пути она сожрала уже два десятка самых неосмотрительных погонщиков. Того и гляди ее щупальца достанут еще парочку. К счастью, осталось недолго — портал, самый большой из всех, что монстрам удалось открыть за все время, располагался в конце улицы.

— Ползи! Ползи, дура, квак-квак! — визжал лягушонок, нарезая вокруг твари круги. — Там на Земле столько жратвы, а ты упрямишься! Ползи, кому говорят, квак-квак!

Он хотел было стегануть неповоротливую гадину плетью, но как некстати попался щупальцу. Заквакав, он так и пропал в ее пасти. Улитка довольно рыгнула, и по Анти-Городу прошлась волна вибрации.

Когда до портала осталось каких-то сто метров, по голубой дрожащей поверхности пошли круги. В следующий миг там показался рогатый силуэт.

— Это кому неймется⁈ — зарычал один из погонщиков улитки. — Эй, а ну вали оттуда!

Но пришелец не свалил — сделал шаг и вышел на улицы Анти-Города. Помимо рогов у него были крылья, а весь он был закован в алые доспехи, которые очень напоминали чешую их Господина. В руках у пришельца был молот.

А еще с ним была сотня воинов в золотых, как жар горящих, доспехах. Следом из портала вышла еще тысяча — и все в черном.

Не успели монстры удивиться, как, исторгнув боевой клич «За Орду!», они все ринулись в атаку.

— Дарья! Дарья!!! ДАРЬЯ!!! — бушевал Василий, бредущий по улицам Анти-Города.

Ярость переполняла его всего. Выплескиваясь наружу, она несла смерть.

Он убивал. Каждого, на кого ложилась его огромная тень, рвали его когти и зубы. Без крыльев и с одной рукой это было непросто, но никто и не смел сопротивляться, когда Он недоволен. В Анти-Башню Василий вошел по дороге из трупов. Монстры, которым удалось избежать его ярости, испуганно провожали его глазами.

Золото Изнанки, коим была наполнен каждый коридор, каждая комната и каждая лестница Анти-Башни, приветствовало своего Короля, что вернулся в родные просторы. На Земле его силы были ограничены, именно поэтому суке Кировой, а затем тому жуткому существу удалось ранить его, но теперь…

В Изнанке. В его владениях, где каждое существо подчиняется его воле…

— Только суньтесь, — шипел он, опускаясь на золотой трон. — Сотру в порошок, сниму кожу, брошу на Пустошах на поживу черво-крысам!

Песнь золота уняла его раны, но не успокоила злобу, которая нарастала с каждым ударом сердца. Ему хотелось убить свою мать здесь и сейчас — порвать ее в клочья, выпить ее кровь, но…

— Нет.

Если убить Дарью, то снова придется бегать за этой мелкой дрянью. А у нее, как оказалось, объявился защитник. Василию так и не удалось понять, что за существо преследовало его на кладбище — оно было сильным, быстрым и самое главное ЖУТКИМ.

И судя по всему, обладало схожими силами. И немаленькими, раз сумело оторвать ему крылья за один удар.

Неужто и вправду Дракон?

— Только этого не хватало… — простонал Василий. — Откуда ты вылез, ублюдок⁈

Из Изнанки⁈ Нет, настолько сильнее существо не смогло бы проникнуть в Анти-Город из Пустошей и остаться незамеченным. Уж Василий всегда тщательно следил за тем, какая гадость вылезает из тех гиблых мест.

Да, в мире было еще куча мест, где притаились реликтовые твари, но какой бес заставил одну из них выступить на стороне Короны⁈

Теперь уже неважно. Даже если это Дракон, против них ему не выстоять. Пусть приходит, и его ждет сюрприз. Один щелчок пальцами, и все порталы в Анти-Городе захлопнутся, как один. Этот идиот останется здесь навсегда.

Василий хохотнул. Ему нравилась эта мысль. Отрезать Дракона от его главного источника силы — от Башни, от золота и от Принцессы. Оставить его один на один с Пустошами, что рождают настолько ужасных монстров, что будь ты хоть трижды Дракон они поглотят его.

…А затем и их всех.

Это была плохая перспектива, но если этот Дракон действительно окажется Тем самым, Василий пойдет на все, что угодно, лишь бы уничтожить его. Даже махнет рукой на Пустошь. Главное сохранить Анти-Башню, а там хоть трава не расти. Пока стоит эта твердыня, наполненная золотом, с принцессой, прикованной золотой цепью, все неважно.

Он пока не проиграл. Нет, он даже в выигрыше! Он поймает Дракона, а затем…

Вдруг ушей коснулись странные звуки, и сердце Василия забилось чуть чаще. Вскочив с трона, он кинулся к балкону.

— Нет, нет, нет! Только не сегодня!

Пустоши окружали Анти-Город со всех сторон. И со всех сторон постоянно грозили ему. Если чудища, коими полнились улицы, имели хоть зачатки разума, то те, кто иной раз вторгался в границы Анти-Города, были куда хуже…

Они были злом. Чистым злом, которому не было оправдания. Именно от него и бежали все эти «бедняги», мечтающие завоевать Землю и спастись от своей родины. Этим грезил и сам Василий. Такой же пленник Изнанки, как и все здесь.

Он долго вглядывался в горизонт, до последнего он надеясь, что ему просто почудилось, но… нет. Чувство приближения чужеродной магии нарастало.

— Неужели сейчас?.. Так быстро⁈

Но и в городе было неспокойно — ветром в окна принесло запах иной магии. Земной.

В один миг улицы Анти-Города заполнились ревом боевых рогов, а со стороны Пустошей пророкотал гром. Магический гром.

Взгляд Василия метался то туда, то сюда. Улочки Анти-Города затапливала горячка битвы. Улитка, которую тащили по улицам еще полчаса назад, получила какой-то наимощнейший заряд магии и просто лопнула, превратив полквартала в токсичные дымящиеся руины.

Дальше все стало хуже. С небес полетели молнии, из конца в конец по городу прокатывалась серия взрывов. Враги же были повсюду: они носили только черное и расползались по Анти-Городу как тараканы.

Василий сощурился — эти одеяния он знал! Это были ордынцы, черт бы их побрал!

— Что, Великому Хану не сидится в своем грязном дворце⁈ — зашипел Василий, вцепившись в поручни. — Кто вас сюда звал, ничтожества?

Его слуги тоже оказали им «теплый прием». Волна монстров из дальних районов тоже присоединилась к кровавой бане. С неба их прикрывали гарпии с вивернами. Из-под земли полезли щупальца.

— Здесь вы умоетесь кровью! — сплюнул Василий и вернулся в тронный зал.

Ему было просто необходимо напитаться силами. Вырастить новые крылья, новую руку. Нет, он должен стать сильнее, намного сильнее, если он хочет убить всех своих врагов!

Внезапно его желание исполнилось. Не дойдя до трона, он покачнулся и растянулся на ступенях. В глазах на миг все померкло, сердце сжалось в груди, будто готовилось вот-вот разорваться.

Василий едва не закричал, ибо вместе с мощью золота Анти-Башни, на него хлынул еще один поток — и просто колоссальный.

— Что за черт⁈

Трясясь от переизбытка сил, он пополз к седалищу. Сердце колотилось как бешеное, перекачивая колоссальные объемы сил, что валились на него водопадом.

Упав на трон, он тяжело задышал. Его всего окутало магическое сияние.

— Странные дела, — проговорил он, подняв обрубок руки. — Откуда?..

На месте потерянной руки на глазах вырастала новая… лапа⁈

Настолько стремительный наплыв сил объяснялся только одним: принцессы Марьяны больше нет на этом свете. А значит, и носитель Крови теперь в Анти-Башне.

— Дарья, мама… — охнул Василий и почуял, как внутри него начинается необратимый процесс. — Моя хорошая мама… Где ты? Где⁈

— Роберт, помедленней! — охала Дарья, которую тащили как теленка на выпасе.

Цепь Мастер разбил, но вот обрубок, скованный с кольцом на шее, использовал по «прямому назначению». А лестница, по которой они поднимались прыжками была крутой. Очень крутой. Пару раз Дарья чуть не полетела с нее кувырком.

— Некогда! На каком этаже! — ревел Мастер, перескакивая через две ступеньки. — Быстрее!

Всех встречных на их пути монстров он разделывал как скотину. Тех, кто напоминал свиней он убивал с особенным удовольствием, да так, что визг стоял на всю лестницу.

— А ты не скрываешься, да⁈ — фыркнула Дарья, прислушиваясь к окружению. Под ногами было липко от крови, а вокруг тихо, но, не смотря на все старания Мастера, тревогу никто и не думал поднимать.

Ее «товарищ» сплюнул.

— Я не привык бить в спину. Прежде чем убить Василия, хочу посмотреть ему в глаза!

На очередном этаже наперерез им выскочил какой-то волосатый горбун в глубоком капюшоне. Мерзко захихикав, он вскинул тесак:

— Режь мясо!

Секундой позже у него из башки торчал топор, но лестницу уже заполонили его товарищи — и все были вооружены тесаками, топорами и кувалдами.

— Бей-убивай!

Мастер же ухмыльнулся. В его руках замелькали бритвы. Через минуту кровь со ступеней хлестала фонтаном, а тесаки уже были в руках Дарьи. Она сносила то одну голову, то другую, но мерзкие карлики не кончались.

Прорубаясь через их ряды, они вырвались в коридор, где их встретила огромная туша, обросшая каменными наростами. Это был огр, и его живот занимал пространство от стены до стены.

Мастер не стал мешкать — ударил его с прыжка. Звон поднялся на весь коридор, а топор…

Он застрял между складками живота. Дернув топор пару раз, а затем поднял голову. На него смотрели две голодных щелки.

— О, людишки! — улыбнулся огр, облизнув жирные губы. — Как раз проголодался!

Тварь оказалась быстрой. Одним движением огр схватил Мастера за голову и сжал. Тот закричал, но тут в дело вступила Дарья. Один росчерк тесаков, и на стены брызнула кровь. Лапища огра рухнула на пол вместе с Мастером, крепко сжимающим свой драгоценный топор.

Посмотрев на плоды рук Дарьи, огр расстроенно замычал:

— Как больно!

И второй рукой попытался размозжить Дарье голову, но кулак уже на лету охватило пламя. Королева ушла вбок, а огр попал в стену. Через секунду весь монстр дымился, пожираемый Древним огнем.

Заревев, он кинулся прочь. Карлики на его пути превращались в растоптанные тряпки.

— Сука… спасибо, — проговорил Мастер, держась за голову. — Один грех я тебе прощаю.

— Всего один⁈

Дернув ее за ошейник, ее «товарищ» бросился дальше. Спустя еще несколько комнат, погоня отстала, и они смогли выдохнуть.

— Куда теперь? — спросил Мастер, и Дарья завертела головой.

Переходов тут масса, и не всегда лестница наверх могла вести именно наверх. Часто это была обманка, чтобы запутать непутевых рыцарей.

— Только не говори, что мы заблудились⁈ — закатил глаза Мастер, когда они запетляли по пустым коридорам. — Ты же провела в подобном сооружении несколько лет?

— Конечно, но век назад, — отмахнулась Дарья, заглядывая за угол. — И оно не было зеркальным… Пошли!

Они вошли в круглый зал, стены которого были полностью затканы паутиной. С потолка свисали липкие коконы разного размера. При виде них Дарья поморщилась, но быстро нашла то, что искала — зеркало, через которое пыталась бежать во дворец.

В прошлый раз никакой паутины здесь не было…

— Давай быстрее пройдем этот зал, — буркнул Мастер, но увидев, как Дарья идет к зеркалу, схватил ее за руку. — Некогда нам! Нам нужно найти…

Дарья только отмахнулась — цепью. С ревом Мастер рухнул на пол, схватившись за лицо. Топор отлетел к стене.

— Сука… Ты что творишь⁈

— Хватит, Роберт, — сказала Дарья, отступая к зеркалу. Куда оно ее перебросит, ей было плевать. Лишь бы подальше отсюда. — Оставайся один на один со своей местью. Тронный зал на этаж выше. Я ухожу…

Но не успела она обернуться, как с потолка прозвучал веселый голос:

— Что это, побег⁈ Я так люблю побеги!

Мастер с Дарьей вскинули головы.

На потолке сидела обнаженная дама с красными длинными волосами. Улыбнувшись, она дернула за одну из ниточек, и несколько коконов рухнули вниз.

Ударившись об пол, они треснули и наружу полезли пауки. Тысячи пауков.

— Давайте, детки мои! — захихикала дама, раскинув руки. — Оставьте от обоих одни косточки!

Крылья тоже отрасли. Менялось вообще все тело. Оно становилось больше, сильнее, ужасней!

— Хорошо… Да, хорошо…

С каждым шагом он чувствовал себя Им. Тем самым, что рожден, чтобы повелевать мирами, чтобы испепелять города, рушить крепости и жечь огнем сотни и тысячи душ. Истинным Хозяином Башни, который только что завершил свой нелегкий путь.

Отчего? Как так получилось⁈ Почему?.. Кто осмелился убить его обожаемую дочурку?

Неважно. Должно быть, Марьянку предали и ткнули чем-нибудь под ребро. Обычное дело для зазевавшегося монарха. Главное, что ее сердце, наконец, перестало биться, а значит, дар Крови вернулся к ее бабушке.

Теперь у него есть все. Башня. Золото. И долгожданная Принцесса, что сидит на цепи в своей опочивальне…

— Дарья… Дарья!!! — рыкнул он, врываясь к ней в спальню. — Вот оно. Вот оно! ВОТ ОНО! Маменька, посмотри на меня! Посмотри на меня!

Увидев обрубок цепи, смятую постель, трупы и настежь открытое окно, Василий удивленно похлопал глазами. Затем расхохотавшись, понюхал воздух.

— Где-то недалеко…

И облизнувшись, кинулся к окну. Там все полыхало от молний.

Процесс превращения он завершил, ползя по стене Анти-Башни. Это было ужасно больно, но вместо того, чтобы кричать, Василий хохотал. С самого детства он мечтал стать драконом, и вот этот час настал!

— Мое время пришло, маменька, — прошипел он, выгнув длинную шею, что плавно переходила в чешуйчатое тело и заканчивалась длинным-длинным хвостом. — Надеюсь, ты теперь будешь гордиться мной!

Внизу город утонул в магическом сиянии битвы. Улицы напоминали бурлящий котел, в который какой-то безумный маг все сыпал и сыпал взрывоопасный порошок. Того и гляди все взлетит на воздух.

В Анти-Городе никто и никогда не надеялся встречать неприятеля, и поэтому этот город-лабиринт стал смертельной ловушкой для населяющих его монстров. Но он же был настоящим кошмаром и для штурмующих. Каждая улица, каждый закоулок…

Здесь ордынцы найдут свою смерть.

— Безумцы! Вы все здесь умрете. Все!

Никто не верил, что они пойдут на такое. Призвать Орду⁈ Согласиться отдаться им в руки, дабы спастись от Изнанки? А ордынцы согласились войти в чужое измерение, чтобы помочь своим злейшим врагам отбиться от них?

— Думаете, поймали меня?.. — прошипел Василий и, взмахнув крыльями, которыми можно было обнять Анти-Башню, отдался ветру. — Думаете, загнали меня в угол⁈ Нет…

В нутре уже давно бушевало пламя, рвущееся наружу. Ему не терпелось сжечь дотла всех врагов.

Терпение… Сначала маменька. Раз она не хочет смирно сидеть у себя в комнате, значит, в животе у Дракона ей точно понравится.

Исторгнув из себя грозный рев, он устремился к вершине Башни. Он знал, куда направится беглянка.

К зеркалу! Конечно! Попробует во второй раз!

— Нет, маменька! — шипел змей, взмывая все выше. — Ты моя. Навечно! Навечно моя! Не твоя внучка, так ты!

В Башне.

— Артур… — коснулось сознания Зайцева, и он открыл глаза. Кажется, это был голос Марьяны.

Он все еще стоял на ступенях, залитых тьмой. Больше не было никаких ворот, никакой Башни. Только ступени, только тьма и…

Его меч, наполовину вбитый в камень. Он держал его рукоять мертвой хваткой. Убрать руки он не мог, ибо оба запястья были прикованы к нему цепями. Он попытался вытащить клинок, но тот уселся настолько плотно, что и за век не вытащишь.

— Сука… Корвин, мразь… — прошипел Зайцев. — Использовал меня как последнего…

В ответ послышался то ли крик, то ли смех черного рыцаря, который когда-то предал и убил основателя рода Зайцевых, а теперь предал и почти убил и его потомка.

Сжав зубы, Артур дернул меч. Зараза!

— Артур, — опять послышался голос Марьяны. — Спаси, прошу. Мне так страшно.

Оглядевшись, он не увидел ничего, кроме кольца тьмы, которая, кажется, стала уже. Затем снова дернул меч. Никак… Сука, никак!

— Артур… Артур… Артур… — все звучал голос в его ушах, а он все пытался вытащить клятый меч.

И снова где-то то ли кричал, то ли смеялся Корвин. А потом Марьяна звала его безответно. Вскоре их голоса слились в один.

Исходя потом, Зайцев все тащил и тащил меч. Ничего иного ему не оставалось. Он дернул еще раз. А потом еще и еще. И…

Кольцо тьмы смыкалось.