Дурнушка для герцога

Глава 48

Завтрак, как обычно, Клэр ожидала провести с миссис Дулитл. На появление Орландо она уже даже не рассчитывала, но каково же было ее удивление, когда в столовой появился не только он, но и герцогиня.

Всем пришлось подняться, а Орландо подступил к Клэр и, взяв ее руку, многообещающе улыбнулся ей. Леди Босуорт умиротворенно сложила перед собой руки и мягким тоном произнесла:

- Вчера я узнала, что мистер Росси и мисс Флетчер обручились. Это очень мило. В честь их помолвки я хочу устроить небольшой праздник. Я всегда ценю людей, которые не жалеют сил, чтобы помочь мне и моему сыну, а мистер Росси и мисс Флетчер сделали то, что не сделал ни один доктор. Они вернули Эдриану вкус к жизни. И они продолжают помогать ему. Примите этот вечер как знак моей благодарности к вам. В восемь я буду ждать вас в бальном зале. Так же приедут гости, чтобы поздравить вас. Надеюсь вы не будете разочарованы устроенным мной приемом. Мисс Флетчер, сегодня вы освобождаетесь от работы. Можете спокойно подготовиться к вечеру. А мистер Росси будет занят только до обеда. У него тоже будет возможность отдохнуть.

Орландо выразил благодарность за то, что вместе с Клэр удостоился высокой чести быть приглашенным Ее Светлостью на бал, после чего леди Босуорт снисходительно кивнула и покинула столовую.

После ее ухода миссис Дулитл было уже не остановить. Она говорила тысячу слов в минуту, то восторгаясь добротой миледи, то выражая беспокойство за подготовку к приему. Особенно она переживала за Клэр, поэтому сразу после завтрака отправилась с ней в ее комнату, чтобы помочь ей советом и посмотреть, что та собиралась надеть.

Клэр даже и не думала отказываться от помощи миссис Дулитл, так как знала о балах только из фильмов.

Как она должна вести вести на приеме? Что могла говорить, а что нет? А если ее пригласят на танец? Она же не умеет танцевать! Или для сиделки это нормально?

Миссис Дулитл оказалась неоценимым источником информации. Она в мельчайших подробностях рассказала Клэр о том, как проходили приемы и что от нее ожидалось. На вопрос про танцы была немедленно приглашена служанка, обучившая Клэр двум самым распространенным - полонезу и контрдансу. На их разучивание ушло несколько часов, после чего экономка отправила Клэр принять ванну с душистыми травами.

Позже, когда Клэр вернулась и служанка помогала ей собираться на бал, пришел Орландо и подарил набор из серег, колье и кольца с сапфирами.

Восхититься этим великолепием Клэр не дали, так как миссис Дулитл быстро выпроводила итальянца из комнаты, сказав, что у них нет времени, вернула Клэр на стул, приказав служанке продолжать заниматься ее прической, а украшения положила рядом с платьем, оценивая, насколько они гармонировали.

Склоняя голову то на правый бок, то на левый, вскоре миссис Дулитл озвучила свой вердикт.

- Все отлично сочетается! Милочка моя, от вас будет невозможно оторвать глаз! Сегодня вы будете выглядеть ничуть не хуже всех этих леди!

Клэр тоже думала, что это был ее звездный час. Но в мыслях она наряжалась не для Орландо или гостей леди Босуорт, а для Эдриана. Ей хотелось, чтобы он хоть чуть-чуть пожалел, что променял ее на Розмари.

К восьми часам Клэр была полностью готова.

Высокая замысловатая прическа, блеск драгоценных камней, сложный макияж, шикарное темно синее платье с золотой вышивкой - все это подчеркивало ее достоинства и сглаживало недостатки. При умелой огранке даже в девятнадцатом веке она смогла преобразиться настолько, чтобы понравиться себе. Орландо еще сильнее убедится, что не такая уж и серая мышь ему досталась в невесты, а Эдриан… Эдриан будет локти себе кусать.

Стук в дверь прервал мысли Клэр, но она была этому рада, так как не должна была в такой час думать о ком-то кроме жениха.

Служанка сообщила ей, что мистер Росси ждет ее у лестницы, чтобы сопроводить в бальный зал. Клэр приподняла пышную юбку и без колебаний отправилась к нему. Страха она не чувствовала. Наоборот. Ей владело предвкушение. В таком виде грех было чего-то бояться. Ей не терпелось оказаться в центре внимания и поймать на себе взгляд…

Дура! Прекрати!

Слова, которыми Орландо встретил ее, можно было записать в блокнот и сложить в красивую любовную песню. Клэр еще больше уверилась в своей неотразимости, и, под руку с женихом отправилась в зал.

- Любимая моя, хочу тебя предупредить, что этот вечер не закончится только этим приемом, - прошептал ей на ушко Орландо. - Я не успокоюсь, пока не получу твой поцелуй, который снится мне каждую ночь. Клэр, если бы ты знала, как я мучаюсь без тебя. Эти дни были для меня настоящим кошмаром. Но сегодня никакие силы не помешают нам быть вместе. Я не отпущу тебя.

- Я и не собираюсь убегать.

- У тебя это и не получится. Ты только моя.

Последние слова резанули слух Клэр. Эдриан говорил ей тоже самое. И вот что из этого вышло. Теперь она принадлежала другому мужчине. Одинаковые слова, но абсолютно разный смысл. Один видел ее женой, а другой любовницей. Один хотел возвысить, а другой унизить. Но слова одного не проникали в сердце, а слова другого прочно засели в нем.

Герцогиня расположилась на другом конце зала в окружении гостей. Рядом с ней находилась Розмари, а вот Эдриана Клэр не видела, но стоило гостям расступиться, как узрела его в коляске, стоявшей неподалеку от матери. Клэр опустила взгляд и нервно сглотнула, так как заметила, каким пораженным выглядел Эдриан. Пока она шла в его сторону, он несколько раз менялся в лице, и, чем ближе она подходила, тем мрачнее становилось его выражение. Он явно был не рад ее присутствию.

В отличии от него, леди Босуорт была необычайно великодушна и добра к Орландо и Клэр и приветствовала их как равных себе, а затем торжественно представила остальным гостям, объявив, что это и есть тот самый мистер Росси и та самая мисс Флетчер, которые обручились и ради которых все здесь и собрались.

Наступило время представления гостей и принятия поздравлений.

Памятуя о советах миссис Дулитл, Клэр старалась вести себя как положено девушке девятнадцатого века и стоять с не слишком широкой улыбкой, но и не слишком вялой. Нужно было найти середину и улыбаться сдержано. Но все больше улыбка Клэр выглядела натужно, особенно когда замечала пронзительный, тягучий и буравящий взгляд Эдриана.

Клэр боялась, что он заметит фальшь в ее глаза, и поймет, что она не влюблена в Орландо так, как должна. Она не хотела давать ему повод торжествовать над собой, будто бы именно он смог повлиять на ее отношения с женихом.

Из всех гостей только Розмари не проявила учтивого внимания к обрученной паре и не подошла к ним, а когда с поздравлениями было почти покончено, загородила Эдриана от Клэр и увлекла беседой.

За гулом голосов Клэр не могла слышать о чем они говорили, но была уверена, что они чувствовали себя гораздо счастливее ее.

После официальной части наступила очередь танцев. Орландо пригласил Клэр на контрданс. Она согласилась, но решила перестраховаться и сразу сообщила:

- Предупреждаю, что я плохо танцую. Я могу перепутать движения и оттоптать тебе ноги.

- Ради тебя я готов пойти на любые жертвы. Но тогда и ты будь ко мне снисходительна, так как танцы англичан мне тоже в новинку.

- О, меня это устраивает! Ошибаться вместе не так стыдно.

Клэр приняла руку жениха и вместе с ним отправилась на середину зала.

Сейчас больше чем когда-либо она ощутила с ним родство душ. Они оба были чужаками и оба плохо вписывались в общество.

Танец мог бы понравиться Клэр, если бы при каждом повороте она не сталкивалась со взглядом Эдриана, который не мог не подмечать все ее промахи и неверные шаги. Наверняка он считал ее неуклюжей старой коровой. Об этом ясно свидетельствовали его глаза, в которых не было и доли снисхождения к ней. Только враждебность.

Второй танец Клэр пропустила, так как не знала его, а третий, и последний для нее, снова исполнила с женихом.

Эдриана все это время развлекали гости и Розмари, неотступно следующая за ним если он менял место дислокации.

Клэр ничуть не удивилась бы, если бы герцогиня сделала еще одно объявления и сообщила всем о помолвке сына и мисс Мур. Они ни на минуту не расставались друг с другом.

Благодаря Орландо, Клэр постоянно отвлекалась от наблюдения за Эдрианом, а ближе к концу вечера, когда было выпито много пунша, шерри и вина и гости стали вести себя более шумно, а зал запомнился снующими туда-сюда дамами и господами, Орландо незаметно увлек ее в коридор и с жаром выдохнул:

- Я больше не могу ждать, любимая!

Он взял ее за руку и повел наверх в ее комнату.

Для Клэр настал час икс.

Она предвкушала поцелуй с Орландо. Ей хотелось расслабиться и перестать думать об Эдриане. Чтобы прикосновение этих мужских губ заставили ее обо всем забыть и стерли воспоминания других желанных губ.

Добравшись до ее покоев, Орландо втянул Клэр внутрь, сгреб в охапку и с неудержимой страстью накинулся на нее.

Он не давал Клэр даже вздохнуть, полностью завладев ее ртом и с напором исследуя его. Ей не было противно, но поцелуй и не кружил голову. Губы Орландо оказались чужими, незнакомыми. Они не разжигали внутри огня. В какой-то степени ее тело реагировало на его близость, но чувства оставались нетронутыми.

Но Клэр не собиралась делать поспешных выводов. Обвив руками его шею и ответив на поцелуй, она хотела воспользоваться этим шансом, чтобы влюбиться в Орландо.

В ответ на ее уступчивость он подхватил ее на руки и отнес к кровати. Не на секунду не прекращая целовать ее, он уложил Клэр на постель, лег сверху, а затем пальцами принялась перебирать подол платья, задирая его все выше и выше, обнажая ее ноги.

*

Эдриан совершил по комнате уже не один десяток кругов. Да, он ходил. Не так твердо как до падения, но и не рискуя свалиться на пол. Ноги стали его союзниками, а не врагами. Обретя силу, они подчинялись ему. Но это была одинокая радость. Грустная. Ведь он ни с кем не мог ее разделить. Иначе его успех тут же обернется трагедией. Потерей. Он уже ощущал запах неудачи, так как не уследил за Клэр. Он лишь на секунду отвлекся, как потерял ее из виду. Не было в зале и Росси.

Отмеривая комнату тяжелыми шагами, он представлял Клэр в объятиях итальянца. Какой же красивой она сегодня была! Никто из девиц не мог и близко с нею сравниться! И такую женщину имел право целовать Росси, а он, Эдриан, не имел права им мешать. Клэр сделала выбор. Она отвергла его.

Но как же для него были мучительны минуты, в которые она получала удовольствие!

Грудь разрывало от боли, а голова раскалывалась от напряжения. Когда же напряжение стало невыносимым, Эд схватился за голову, протяжно застонал и рухнул на кровать. Он лежал как мертвец. Он мечтал заснуть, провалиться в бессознательное состояние, но вместо крепкого сна пришло забытье.

Он метался в беспокойных видениях пока ему не начали сниться губы и руки Клэр. Губы целовали его лицо, а руки касались груди. Во сне Эд был на седьмом небе от счастья и хотел большего, но когда девичьи пальцы скользнули вниз, он неожиданно очнулся.

Сон прошел, а ощущения нет. Рядом с ним на самом деле лежала женщина.

Неужели Клэр?!

Эд был готов выкрикнуть ее имя и заключить в объятия, как в лунном свете увидел лицо гостьи.

Розмари!

Это она забралась к нему в постель и ласкала его тело.

Он мог как оттолкнуть ее, так и притянуть к себе. Он хотел не ее, но мог воспользоваться ее услугами. Потеряв любимую, он имел возможность получить разрядку и физическое удовольствие. От него почти ничего не требовалось, так как Розмари сама предлагала ему себя.

Чтобы принять решение, Эдриану не потребовалось много времени.

Он протянул руку, обхватил ладонью ее затылок и, приподнявшись, стремительно приблизился к ее губам.