Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Глава 43

Внутри пространственного кармана пробегали минута за минутой, но благодаря Флавию и его дару времени у нас было навалом. Можно отдышаться, прийти в себя, залечить раны: теперь у нас появился целитель. Во внешнем же мире пройдут секунды.

Лесли как мог подлатал Ронана — жуткие раны затянулись, правда, наверняка останутся уродливые шрамы, ведь Лейс пока неумело пользовался силой, действовал по наитию, и некому было подсказать, как лучше обращаться с даром. Главное — он справился. И теперь выглядел почти таким же бледным и замученным, как Рон.

— Так, я слышал, что сахар помогает восстановить силы, — сказал Ярс и вынул из внутреннего кармана куртки шоколадку в золотистой обертке. Зная Ярса, я ничему не удивилась, а вот Лесли вытаращил глаза. — Жуй давай!

Веела сидела рядом с Ронаном, топила снег в ладони и по капле вливала в приоткрытые губы Рона. Лицо Рона было цвета снега бесплодных земель — серое, без кровинки, но он дышал. Вель застывала после каждого выдоха и смотрела на замершую грудь любимого, и сама задерживала воздух до тех пор, пока Рон с усилием не делал новый вдох. Рону есть ради чего оставаться в этом мире, он не сдастся без борьбы.

Лесли доел шоколад — он жевал его как кусок хлеба, — и занялся следующим тяжелораненым — Тивером. Тот так и сидел, скорчившись, обхватив живот.

— Ложись, я погляжу, — подступил к нему Лейс.

Я смотрела на самого трусливого члена команды и не узнавала его. Кто бы мог подумать, что именно эти вечно трясущиеся руки окажутся так важны? Да, он все еще боялся — крови, смерти, стонов раненых, — но на лице Лесли появилась незнакомая решительность. Этот новый Лесли не забьется в угол. Надеюсь.

— Тивер, дай посмотреть рану! — громче повторил он.

— Да пошел ты! — огрызнулся тот, покачиваясь от боли.

Тай и Ярс обменялись взглядами и без предупреждения навалились на Тивера. Тайлер нажал на плечи и удерживал белобрысого на земле, пока Ярс распахивал куртку, давая Лесли доступ к ране.

— Какого фига ты сопротивляешься, придурок? — прошипел Тай. — Сдохнуть решил?

— А что, если и да? — глухо спросил Тивер, глядя в небо. — Я убил этого парня…

Он застонал, то ли от боли — Лесли как раз осторожно надавил на края раны, — то ли от мучившего его чувства вины.

— Я все думаю… Фрейн убеждал нас, что нет другого выхода… Но что если он был? А предложенное решение было самым простым и быстрым?

Я огляделась. Лейтенанты молчали, опускали головы, отводили глаза. И каждый из них наверняка думал: «Что, если был другой путь?»

— Тив, сдохнуть никогда не поздно, — сказал Ярс. — Вот только твоя тупая смерть точно никому не поможет и ничего не докажет. Подумай о тех, кого ты можешь спасти, продолжая жить.

Тивер качал головой, сжимал губы, но не спорил.

— Слушайте, — тихо сказал он. — Я собирался сообщить Фрейну… после закрытия Разлома. Думал… Думал доказать… что достоин его уважения и признателен за дружбу.

Тивер говорил с трудом, ловя воздух побелевшими губами, пока Лесли, нахмурившись, аккуратно изучал повреждения, запустив кончики пальцев в рану. Здесь недостаточно просто нарастить кожу, сначала надо починить внутренности. Если Лейс вернется в Академию, он получит наставника из целителей, изучит каждую косточку в человеческом теле, каждый орган, но сейчас Лесли действовал наобум: разорванное соединить и залатать.

— Тебе не обязательно говорить сейчас. — Тайлер сжал плечо белобрысого. — Отдохни.

— Нет. Я хочу. Мне так легче. Полковник Вир…

— Что полковник Вир?

— Это он распространял листовки... Он среди тех, кто готовит переворот…

— Как ты узнал? — Голос Тайлера сделался жестким. — Кто еще в курсе?

— Долгая… история… Он доверял мне. Сказал, что может предоставить убежище, если после закрытия Разлома я захочу перейти на нужную сторону… Так и сказал — нужную… Пока никто не в курсе.

Тивер приподнял голову и обвел мутным взглядом оставшихся в живых членов отряда.

— Мы не выдадим, — сказал за всех Флавий.

В матовом пространстве кармана повисла тишина. Я могла лишь надеяться, что среди нас не окажется предателя, но повлиять на это никак не могла. А вот на что я все еще могла повлиять — Разрыв.

Время пришло.

Я подошла к Вель и села рядом.

— Веела, ты слышала про убежище. Полковник Вир спрячет тебя и Ронана. Ты не обязана выходить замуж за Брайса.

Она вскинула на меня отчаянный взгляд, прикусила губу. Я видела по ее глазам, что ей очень хочется послушаться.

— А как же ты, Аля?

— Не думай обо мне! Честное слово, мне будет намного легче, когда я буду знать, что ты рядом с Ронаном и вы в безопасности! Хотя бы для кого-то невозможная история любви должна закончиться хорошо…

Я собиралась встать, но Вель схватила меня за руку и прижала мою ладонь к своей щеке, мокрой от слез.

— Аля… Аля… Я не знаю, что сказать. Спасибо тебе за все. Мне жаль… Так жаль, что я хотела тебя убить.

— Ты не хотела, — покачала я головой. — У тебя не было выбора. И к тому же…

Я посмотрела на Тайлера и улыбнулась.

— Видимо, все, кто меня любит, сначала хотят убить.

Я поднялась в полный рост и возвысила голос:

— Я выхожу. Разрыв надо закрыть сегодня. Кто со мной?

— Ты еще спрашиваешь? — усмехнулся Тай. — Без меня ты никуда не пойдешь. Ярс и Флавий останутся, чтобы поддерживать укрытие. Раненые тоже.

Рядом с нами вставали одаренные с легкими ранениями и те, что чудом остались невредимы. Как их мало! Из всего отряда — пять человек. Пять человек, Тайлер и я.

Тай взял меня за руку и тихонько сжал: «Мы вместе, я всегда рядом».

— Флав, твой дар закольцевал время, но я слышал, что некоторые хроноры умеют его ускорить. Когда мы выйдем, ты сможешь перетащить укрытие вперед на несколько минут, когда мы уже уйдем вдоль Разрыва?

Тайлер подумал о том, о чем я забыла. Вель не сможет скрыться от отца, если снаружи пройдет несколько секунд.

— Да, я смогу, — кивнул Флавий. — Сделаю.

— Сколько времени сможете продержать укрытие? — Тай с тревогой посмотрел на Рона: он еще не скоро придет в себя.

— Несколько часов сможем, — ответил Ярс. — Не думайте о нас.

Тайлер протянул руку Ярсу, а другой сжал плечо друга.

— Мы еще увидимся!

Я видела по лицу Ярса, что он разрывался пополам. Он не мог уйти — и не мог остаться.

— Не вздумайте там погибнуть! Вы оба! Поняли? — грубовато бросил он.

— Поняли, дружище.

Мы нырнули в туманную завесу и оказались снаружи укрытия. Последние сингураны все еще сыпались в пропасть. На краю Разрыва стоял князь Лэггер и, сложив руки на груди, смотрел на мое приближение.

— Продолжим? — с вызовом спросила я и вытащила из ножен серебряный кинжальчик.