Вот только кое-что еще все никак не давало мне покоя.
— Но как же Адалин? — задала я тревожащий меня вопрос, — Неужели она действительно должна была умереть в муках, чтобы на ее место пришла я?
Судьба бедняжки была печальной. И мне не хотелось верить в то, что я теперь строю счастье на пепелище чужой трагедии.
— Как я уже сказала, мы не имеем право вмешиваться напрямую в жизни здешних людей, —вздохнула богиня, — Но ничего не помешало мне немного подтасовать карты и сделать так, чтобы Адалин переродилась в другом мире, — довольно усмехнулась она, — В том мире время течет иначе. И Адалин успела не только родиться, но еще и вырасти, стать взрослой женщиной. Хочешь взглянуть, как сложилась ее новая жизнь?
— Конечно, хочу, — кивнула я поспешно.
Богиня поманила меня к себе. И когда я опустилась на диван по левую сторону от нее, прохладные пальцы опустились на мои виски.
— Просто закрой глаза, и ты все увидишь, — тихим шепотом произнесла женщина.
Послушно смежив веки, я прислушалась к собственным ощущениям. Несколько долгих мгновений не происходило ровным счетом ничего. Но потом, потом я увидела ее. И не только ее…
Картина, вдруг всплывшая перед внутренним взором, была наполнена атмосферой уюта и любви.
Темноволосая женщина лет тридцати в странной одежде сидела прямо на полу, на какой-то мягкой шкуре у камина. Она улыбалась, с любовью и лаской во взгляде наблюдая за двумя близнецами лет пяти, весело хохочущими, растянувшись на полу.
А мужчина, обнимавший ее, смотрел на женщину с такой нежностью и таким обожанием, что даже мне стало немного завидно.
Но это была белая зависть. И я была рада, что в новой жизни все мечты Адалин Дэшш сбылись.
Картина, представшая перед мысленным взором, стала бледнеть и медленно растворяться.
— Живи счастливо, Адалин, — одними губами прошептала я напоследок.
Распахнув глаза, я вдруг ощутила покой, какого давно не бывало. Теперь на душе не было груза. И больше меня ничего не гнетет.
Пожалуй, мне действительно нужно было это увидеть.
— А хочешь увидеть кое-кого еще? — хитро прищурившись, поинтересовалась у меня вдруг Грета.
— И кого же?
— Твоего бывшего мужа. Узнать, как у него сложилась жизнь, — произнесла она с ехидными нотками в голосе.
Это она про Влада? Пожалуй, да. Мне бы хотелось, чтобы и он получил по заслугам.
— Сейчас все увидишь, — произнесла леди Кисарея, вновь прикасаясь пальцами к моему лбу.
На этот раз картина была не одна. Их было множество. Они быстро сменяли друг друга, словно калейдоскоп. И я смогла увидеть гораздо больше, чем рассчитывала.
Что ж, могу сказать наверняка, что Владу сухим из воды выйти не удалось.
Оказалось, что у той аварии нашлись очевидцы. Старик, выгуливающий собаку, и соседка, поздно возвращающаяся с работы.
Дедок даже сумел запомнить номера машины. И полиция быстро вышла на любовницу Влада. А потом всплыло и все остальное…
Доказали ее сговор с моим мужем быстро. И мотив у этой парочки был неоспоримый.
В общем, посадили обоих надолго. И даже любовнице бывшего мужа наказания избежать не удалось. Ведь, как оказалось, беременность у нее была липовая.
А что касается моего наследства…
Все, чем я владела, и все, чтобы было записано на меня, после моей смерти перешло к Алине.
Со всей этой беготней в новом мире я совсем забыла, что еще лет пять назад проходила в клинике плановое обследование. Тогда у меня нашли рак. Как оказалось, ошибочно. Но пока шли повторные результаты анализов, я успела сходить к нотариусу и написать завещание в пользу дочери Юли, моей старшей сестры.
Своих детей у меня не было. А Влад, как я тогда считала, не обеднел бы и без моих денег. Зато они достались бы племяннице.
Результаты вторых анализов, которые опровергали наличие рака, пришли уже на следующий день. И, облегченно вздохнув, Владу я ничего говорить не стала. А потом и сама забыла об этом.
Похоже, моя забывчивость пошла всем на пользу. И справедливость, наконец, восторжествовала в обоих мирах.
— А теперь, Адалин, нам пора прощаться, — произнесла леди Кисарея, когда я вновь распахнула глаза.
— На этот раз уже навсегда, — добавила Грета и, весело подмигнув мне, произнесла, — Не подведи меня.
— Не подведу, — прошептала я, но уже в пустоту.
Богиня и ее младшая сестра уже испарились в воздухе. И в гостиной вдовствующей императрицы осталась я одна.
Когда я вышла за дверь и известила императрицу и лорда Рейнхарда о том, что богиня и ее сестра отбыли, Ее Величество лишь спокойно кивнула в ответ.
И если герцог был мужчиной, который никогда не терял самообладания и сохранял трезвый рассудок в любой жизненной ситуации, то спокойное поведение леди Тамиры казалось мне странным.
— Вы знали, кто на самом деле такая леди Кисарея? — осторожно уточнила я у вдовствующей императрицы.
— Скажем так, мы уже сталкивались, — загадочно произнесла она, — Много-много лет назад.
И в этот момент мою голову посетила совсем уж абсурдная мысль. А не могла ли быть императрица такой же попаданкой, как и я сама?
Ведь и со мной она себя вела совсем не так, как обычно монаршие особы ведут себя с подданными, и с сыновьями общалась так, словно они самая обычная семья, а не императорская династия, что крайне странно для дочери монарха, и развод вдруг у императора в свое время затребовала, когда это вообще казалось невозможным.
Кто может вспомнить в истории хоть одну женщину, разводившуюся с монархом? Если не считать современного мира и примера принцессы Дианы, конечно.
Так, может, и не такая уж это и абсурдная мысль?
Посмотрела на Ее Величество внимательно, словно пытаясь найти несоответствия или подсказки. Но леди Тамира никаких странных признаков не подавала. Улыбнулась, как ни в чем не бывало, и поспешила удалиться, сообщив, что ее еще ждут важные дела.
Похоже, если я и оказалась права, то никогда этого не узнаю…
— Насыщенный день, не правда ли? — приобнял меня герцог, едва мы остались наедине.
— И даже очень, — не могла я с ним не согласиться.
— Что ж, — вздохнул он, — Пока я буду переваривать все открытия сегодняшнего дня, предлагаю заняться делами поинтереснее, — чарующим голосом выдохнул он мне прямо в губы.
Я тут же вспыхнула, уже предвкушая то, что последует дальше. Но лорд Рейнхард оказался поистине коварным соблазнителем.
Мгновенно отстранившись, он пригладил пиджак и чопорным тоном произнес:
— Я говорю о назначении даты свадьбы, леди Адалин. А вовсе не о том, о чем вы сейчас подумали.
Но судя по хитрому блеску глаз законника, одним обсуждением торжества мы явно не ограничимся…