Второй раз по моим правилам

Глава седьмая Серые Крысы

Вскоре мой экипаж подкатил к небольшому дому на окраине города. Голубой забор и такого же цвета ворота отделяли территорию от проезжей части. Светлое двухэтажное здание выглядывало из-за деревьев. Расторопный слуга распахнул створки, впуская наш транспорт.

Мощеная камнем дорожка вела к высокому крыльцу дома. В палисаднике начинала зацветать сирень. Ее запах бередил воспоминания.

Бальд хорошо понимал, что старый менталист имеет на меня большое влияние и прекрасно разбирается в людях, поэтому сразу стал вбивать клинья мной и Нревелионом. Причем, делал это очень осторожно. Можно сказать, филигранно.

До сих пор в голове крутятся фразы, что на разные лады повторял Бальд:

«Он, конечно, друг твоего деда, но его взгляды на жизнь устарели»;

«Ты не задумывалась, почему он живет один без внуков и детей? Из-за дурного характера»;

«Он так и будет тебя поучать и обижаться, потому что ты не следуешь его советам…»

И все это постоянно, по кругу. Разговоры о том, как Нревелион поссорился со своими детьми и внуками; как он выгнал дочь из-за того, что та решила открыть свое дело; как лишил сына всякой поддержки, потому что тот женился по любви; как третирует прислугу и тому подобное. А я всему этому верила.

Через два месяца после нашей с Бальдом свадьбы, здоровье старого менталиста пошатнулось, и он вынужден был уехать на лечение в какой-то пансион. Оттуда его забрал сын. Возможно, вдали от столицы под приглядом родственников Нревелиону действительно стало лучше. Но этого я так и не узнала.

Последний раз, когда мы виделись с менталистом, он выглядел откровенно плохо. Серая тонкая кожа, синяки под глазами, усталость во взгляде… А я обижалась на мнимое самодурство Нревелиона и цедила сквозь зубы слова сочувствия.

Какая же дура! Глупая, бесчувственная, не способная видеть дальше своего носа.

Когда я заметила доброго старика, сидевшего в саду в беседке, накатило обжигающее чувство стыда. Он первый в этом мире протянул мне руку помощи, хотя не был обязан что-то делать ради незнакомки. Благодаря Нревелиону я богата, и не думаю о том, как свести концы с концами. И что в ответ? Презрение, взгляды свысока, инфантильное, глупое желание казаться умнее.

— Александра? — менталист снял очки и поднялся.

— Простите меня, мастер, — с чувством сказала я, взяв Нревелиона за руку. — Вы во всем оказались правы. Бальд — двуличный лгун, и помолвка с ним — ошибка. Простите! Вместо того чтобы слушать вас, человека, который столько сделал для меня, я поверила пустым обещаниям мерзавца. Мне так стыдно…

— Ну, тише, тише! — запричитал Нревелион.

Я знала, что он не о громкости слов. Будучи менталистом, старик ощущал мои чувства.

— Ничего страшного не произошло. Я слышал, что ты застала Бальда с содержанкой, и хочешь разорвать помолвку. Очень хорошо, что ты узнала о его натуре сейчас, а не когда вышла замуж.

У меня вырвался печальный вздох. К сожалению, узнала я об этом гораздо позже.

— Чувствую себя предательницей, потому что думала о вас плохо, мастер.

— Думы — это еще не действия.

Я снова тяжело вздохнула, вспоминая, как отвратительно вела себя в прошлом варианте будущего.

— Отставить страдания, а то у меня сейчас мигрень начнется! — Нревелион потер виски. — Рассказывай подробней, что произошло.

Специально я это не планировала, но как-то само собой получилось, что рассказала все. Вообще все. О будущем, о своем возвращении, о мыслях, о том, что планирую сделать.

— Дела… — пораженно протянул Нревелион, выслушав мою исповедь. — Конечно, я помогу, прислугу проверю и новых работников, которых будешь нанимать. А насчет того, что задумал Бальдеран, не переживай. Есть еще время, чтобы его остановить. Я тоже кое с кем поговорю. У меня есть связи.

От менталиста я возвратилась, когда уже стемнело. Чувствовала себя одновременно уставшей и вдохновленной. Поделившись проблемами, я словно сбросила часть груза и с оптимизмом смотрела в будущее.

Дома меня уже ждали.

— С возвращением, леди Крайс! — поклонившись, произнес Тис.

Я застыла, разглядывая новый образ бывшего раба. Он был одет как слуга в богатом доме. Темно-серые брюки, такого же цвета жилет, светлая рубаха и серые нарукавники. Только ворот не был застегнут до конца: шею прикрывал белый платок.

— Господин Ливоль сказал, что секретарь в приличном доме должен выглядеть соответственно, — словно оправдываясь, тихо произнес Тис. — Из-за ошейника рубашка до конца не застегивалась, вот и…

Бывший раб поправил платок.

— Тебе очень идет! — искренне похвалила я. — Оружие и одежду подобрали?

— Да, только управляющий недоволен. Он считает, что вы задумали что-то опасное.

Я сразу направилась в лабораторию, Тис пристроился рядом.

— Вижу, что ты тоже так думаешь.

— Разве мы ошибаемся?

— Смотря что считать опасным. Ничего по-настоящему рискованного я не планирую. Просто нужно пройтись по неблагополучным районам.

— Зачем?

— Хочу найти логово Серых Крыс.

Тис сразу понял, о чем я говорю, хотя обычно о таком не знали.

— Вы решили связаться с преступниками. Зачем?

— Лучше них никто не поставляет нужную мне информацию. Но я не собираюсь соваться к ним неподготовленной. Нужны артефакты, поэтому сегодня ты будешь мне ассистировать.

Я открыла дверь лаборатории и продолжила:

— Для начала помой руки, а затем протри вот эти пластины спиртовым раствором. Он на полке в зеленой бутылке. Я сейчас переоденусь и вернусь.

Создание амулетов и артефактов заняло нас надолго. Мы провозились до полуночи и на следующий день с семи утра снова принялись за работу. Закончили около двух часов дня. Возможно, конечно, я параноик, но зато наш поход будет полностью безопасен.

Дядюшка Ливо явно не одобрял мою вылазку, но отговаривать не стал.

Пообедав, мы выдвинулись на поиски. Три первых адреса результата не принесли, а вот последний вариант, неожиданно для меня самой, сработал.

Нужный нам дом прятался за высоким забором с ободранной краской. Хотя этот адрес находился в купеческом квартале, то есть во вполне приличном районе, вряд ли какой-нибудь законопослушный гражданин захотел бы дом в таком месте.

Во-первых, от бойких торговых точек тут было далеко, во-вторых, окрестности, мягко говоря, не впечатляли. С одной стороны, дом соседствовал со складами, с другой — находилась старая свалка и полуразрушенная стена, которая в далекие времена защищала город, а позади участок обрывался крутым спуском к реке.

Зато для всякого рода преступных элементов такой домик был просто подарком небес. Нет любопытных соседей, рядом река, а по ней удобно быстро уходить и прятать следы, большой участок, да и само здание, несмотря на внешнюю неказистость, крепкое. И, как я подозреваю, с глубоким подвалом и тайным ходом, даже, возможно, и не одним.

На то, что мы нашли обиталище Крыс, указывало сразу три факта. Первый: ненавязчивая слежка, которую я почувствовала сразу, как мы вошли в переулок.

Второй: очень грамотная защита. Мой опытный глаз артефактора сразу выделил стойки ворот, якобы покрытые ржавчиной, но на самом деле связками рун; отблеск на высоком дереве за оградой — похоже, следилка; кочки, куст, пень, какой-то драный мешок с мусором, если приглядеться, находятся на равном расстоянии друг от друга. Хм… Неужто сигнальная сеть? Не исключено, что не только сигнальная, могут быть и атакующие артефакты.

В прошлом варианте будущего здесь стоял кирпичный забор, и, полагаю, сеть тоже имелась, но узловые артефакты прятались между кирпичей.

К слову, о защите. Возле складской стены напротив ворот огромный, заросший детина неплохо изображал пьянчужку. Его выдал острый взгляд в нашу сторону, и повернулся он так, чтобы удобно было вскочить, если что.

Ну и третий факт: на заборе внизу у самой земли серой краской кто-то схематически, но весьма похоже изобразил крысу, стоящую на задних лапах и словно бы прислушивающуюся. Рисунок небольшой, сантиметров семь в высоту и около трех в ширину и бледный. Если не знать, что искать, очень легко не заметить.

Что ж, мы нашли Крыс, теперь надо как-то проникнуть внутрь. А вот это я как-то не продумала, потому что, откровенно говоря, считала, что шанс застать Красавчика и его подопечных на прежнем месте исчезающе мал.

— Кто вы такие и что вам надо? — раздался хриплый голос из-за забора.

— Мы к Красавчику Джо, — ответила я.

— Нет тут такого. Идите прочь!

Ожидаемо. Надо срочно придумать, как пройти.

— А я думаю, он есть. И мы не уйдем, пока не поговорим, — в моем голосе звучала уверенность, которой на самом деле я не ощущала.

— Хех, — хмыкнул неизвестный, — тогда вам помогут.

Я почувствовала, как резко накалилась атмосфера. Нужно было сделать что-то, чтобы Крысы признали нас достойными разговора. Точно!

— В нашем мире никто не может остаться чистым, — склонившись к двери, четко произнесла я. — Серые Крысы…

Фраза повисла в воздухе. Кажется, незнакомец за забором удивился.

— … лишь находят тех, кто сильно замарался, — продолжил мой невидимый собеседник. — Значит, вы пришли от Паучихи?

Первым желанием было согласится, в надежде, что нас пропустят. Но напряжение никуда не ушло, оно чувствовалось в воздухе. Тот громила, что притворялся перебравшим забулдыгой, только и ждал сигнала, чтобы ударить в спину. И, полагаю, что не он один. Надо не торопиться. Ошибка будет дорого стоить.

Итак, что я знаю? Серые Крысы обособились от остальной организованной преступности где-то тридцать лет назад. Причем, инициатором и первым смотрящим была женщина по кличке Паучиха. Полагаю, к началу правления Красавчика, она либо отошла от дел, либо умерла.

— Нет, не от Паучихи, но мы помним ее мудрость.

— Хех! Ну что же, не будем держать вас снаружи. Заходите.

Дверь приоткрылась таким образом, что пройти мог только один человек. Понятно. Крысы пока не слишком доверяли нам, поэтому хотели разделить. Вместо того чтобы ринуться вперед, я сделала шаг назад, прижимаясь спиной к Тису, и откидывая голову ему на плечо. Тот вздрогнул, но не отстранился.

— Обними меня и иди вперед, — прошептала я еле слышно.

Бывший раб сразу сообразил, что надо сделать. Не просто обнял, а приподнял, притиснул меня к себе и ломанулся вперед. Все произошло так быстро, что Крысы не успели среагировать. Мгновение — и мы уже внутри.

Правда, далеко уйти нам не дали. Во дворе стояли пятеро молодцев, и четверо из них были вооружены и готовы уничтожить нас немедленно. Тис отцепился от меня и постарался прикрыть собой, но я не дала этого сделать, встав вровень с ним.

Дверь сзади беззвучно закрылась.

«Теперь они могут нас убить, и никто этого точно не увидит! — промелькнула у меня паническая мысль, — и трупы легко спрятать, тут как раз река есть».

Главное, не показывать страха.

— Кто вы такие? — спросил единственный невооруженный человек.

Именно его голос мы слышали из-за забора. Говорящий оказался низкого роста, среднего возраста, сутулый, плешивый и со светлой щетиной.

— Мы очень полезные люди, — стараясь не делать резких движений, начала я. — Можем создавать артефакты, амулеты, знаем руны, немного владеем магией. А от вас нужна информация. Готовы заключить сделку к обоюдной выгоде. Деньгами заплатить, услугами…

— Услугами, вот как, — протянул сутулый, задумчиво потирая щетину на подбородке. — По чьей вы наводке?

Опасный вопрос. Каждый из Крыс мог приглашать в логово того, кого посчитал полезным. Однако ответственность за приглашенного полностью ложилась на плечи наводчика.

В прошлый раз Тис привел меня к Крысам и сам представил Красавчику. Так что надо назвать такого уголовника, проверить приглашение которого нельзя.

Ответ на этот вопрос я продумала заранее:

— Лысый из Карута дал наводку. Правда, мы не сразу смогли прийти.

Карут — крупный город к югу от столицы. Организованная преступность там чувствует себя весьма вольготно. А Лысый — это довольно распространенное погоняло для Крыс. Обязательно найдется какой-нибудь уголовник с такой кличкой.

— Лысый? Это тот, который крышует бабочек?

Бабочками тут называли проституток. В теории, мой придуманный Лысый вполне мог быть сутенером, боевиком, прикрывающим «девочек», или даже смотрящим, контролирующим публичные дома. Но помня о том, что Сутулый устраивает ловушки, однозначно соглашаться не следовало.

— Не знаю, — протянула я, изобразив растерянность, — не могу сказать, чем Лысый занимается. Мне показалось, что он пастух, но однозначно утверждать не стану.

Пастух — это рэкетир, тот, кто пасет купцов. Карут — приморский город, торговля там бодрая, есть сразу несколько больших рынков. Вполне вероятно, что там есть и уголовник с такой кличкой.

Сутулый хмыкнул, снова пошкрябал заросший щетиной подбородок и, наконец, пробурчал:

— Идите за мной и без глупостей.

Он повел всю нашу процессию не к парадной двери, а к какой-то другой с торца здания. Причем, похоже, что эту часть пристроили недавно.

За дверью оказался узкий коридор, пришлось идти друг за другом. Готова спорить, что в стенах этого прохода спрятаны артефакты, проверяющие наличие опасных вещей у пришедших. Надеюсь, ничего такого у нас не засекут. Мои поделки были неплохо экранированы от подобных проверок.

Коридор вывел нас к лестнице. Поднявшись наверх, Сутулый ушел на доклад к начальству. Ждать пришлось недолго, дверь в просторный кабинет распахнулась, впуская меня с Тисом и двоих человек из охраны.

За монументальным столом сидел большой, тучный мужчина лет пятидесяти, с длинными волосами морковного цвета, конопатый, с одутловатым лицом и рыжей бородой. Что это за тип?

Вот зараза! Я как-то не подумала, что кроме Паучихи, до Красавчика у Серых Крыс мог быть другой смотрящий. Хотя могла бы сообразить: десять лет — большой срок, особенно среди уголовников.

— Значит, это вы знатоки артефактов? — сразу перешел к делу рыжий.

— Да.

— Отлично, сейчас проверим.

Мужик за столом повернул голову к Сутулому и повелительно кивнул.

Тот откуда-то достал экранирующий сундучок, в каких обычно хранили опасные артефакты, поставил на стол и откинул крышку.

Один из сопровождающих несильно подтолкнул меня в спину, видимо, в его представлении это такое приглашение подойти и разобраться. Что ж, похоже, посмотрим.

В сундучке лежали два шарика, похожих на погремушки для кошек или собак. Ажурно сплетенные серебряные нити, словно смотанные в клубок, а внутри просматриваются мелкие элементы, которые звенят, когда шарик катится.

— Любопытная техника, — оценила я, пытаясь определить «наполнитель» этой штуки.

В зависимости от него определялось предназначение артефакта.

— Мне нужны экранирующие перчатки. Могу я достать их из сумки?

— Шурш вам поможет, — ответил рыжий мужик.

Тот тип, что нас привел, ловко сдернул сумку у меня с плеча, раскрыл ее, хмыкнул и услужливо показал смотрящему.

— Надо же. Действительно, артефактор, — заключил толстяк, рассматривая содержимое.

Шурш вытащил перчатки и протянул мне. Я быстро их надела и аккуратно подцепила шарик. Наполнитель лениво звякнул внутри, а меня прошиб пот.

— Откуда вы это взяли? — тихо спросила я, борясь с желанием сбежать из дома подальше.

— Где взяли, там больше нет, — хмыкнул Шурш. — Итак, что это?

— Атакующий артефакт, взрывающийся, если активировать и бросить, — ответила, продолжая всматриваться в шарик. — Опасен для нечисти и нежити из-за мелких серебряных брызг, разлетающихся при детонации. Наполнитель внутри называется Семена Грома. Это магически измененный минерал, довольно редкий. Сейчас не используется, есть более дешевые аналоги. Мне сложно определить возраст этой штуки, но никак не меньше трехсот-четырехсот лет, но и не больше шестисот.

— Сможешь активировать? — поинтересовался Рыжий.

И тут я поняла, почему смотрящий предложил исследовать взрывоопасный артефакт мне — незнакомой, подозрительной девице. Шарик оказался с браком, кое-где серебряная нить прерывалась, поэтому стандартные средства активации не работали. Но всегда можно придумать нестандартные.

— В теории могу, но на это требуется время и инструменты. Вы уверены, что хотите активации? Взрывом разнесет весь кабинет.

Вместо ответа Рыжий и Шурш переглянулись, и смотрящий взял слово.

— Замечательно. Вы прошли проверку, дорогая…

— Умница, — подсказала я.

Именно под этой кличкой меня знали Крысы.

— Да, конечно, Умница, — Рыжий толстяк растянул губы в неприятной улыбке. — Думаю, мы сможем договориться.

У меня под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия.