Второй раз по моим правилам

Глава вторая Раб

Ну что сказать? Никогда не думала, что докачусь до такого, но, видимо, судьба. Теперь официально я — рабовладелица. На моем запястье потертая кожаная полоска, с вышитыми особыми нитками рунами, а на шее черноволосого парня со смуглой кожей и темно-зелеными глазами такой же кожаный ошейник. В руках я держала бумаги, подтверждающие собственность, и смотрела на Тиса. По крайней мере, когда мы познакомились с ним в прошлом варианте моего будущего, он так себя называл.

А сейчас… я выхватила взглядом строчку с именем и удивленно подняла брови. Антик. Ну и имечко, блин. Интересно, кто придумал ему такое? Впрочем, неважно, нам некогда прохлаждаться. Тису все хуже и хуже.

— За мной, — скомандовала я, и повела всю нашу компанию к трактиру.

Раб достался мне дешево, практически за бесценок. Правда, сначала что-то распознав в моем тоне, торговец заломил такую цену, что я пришла в бешенство. Этот толстый боров наживается, продавая других людей, разлучая семьи — братьев и сестер, детей и родителей. Причем норовит обмануть и загрести себе побольше! У меня автоматически включился режим «жадная стерва».

— Вы хотите такую сумму за строптивого, необученного раба? — скептически подняв бровь, спросила я.

— Почему необученный⁈ Он воин!

— Да что вы говорите! И бумаги есть? Ну-ка, дайте глянуть.

— А вот и дам! — выпятил пузо толстяк, потом покопался за прилавком и важно вытащил толстый сероватый лист, сложенный пополам. Документ был зачарован от влаги и не мялся.

Видимо, продавец хотел просто помахать бумагой у меня перед носом, но не на ту напал. Я ловко выхватила ее из толстых пальцев, и, конечно, никаких пометок о боевых навыках не нашла.

— Вот значит, как! Обманываете покупателей, ну-ну.

— Почему же обманываю? — взвизгнул толстяк, — вот же написано: «Взят в плен на поле боя». То есть был в армии!

— А с чего вы взяли, что он там бойцом был? Может, он новобранец и не знает, с какой стороны за меч браться? А может повар? Или какой-нибудь пятый помощник ученика целителя? Или мальчик для утех?

Тис ожег меня ненавидящим взглядом.

— Пленен на поле боя и получил боевые навыки — это не одно и то же, — напирала я. — А вы задрали цену до небес! За что тут платить⁈

— Зато он молод, красив, хорошо обучен и умел в постели. Будет вас лелеять и ублажать, — сладким голосом пообещал толстяк.

Он видел перед собой юную девушку. Судя по отсутствию особого головного убора и браслета, незамужнюю и неискушенную, вот и решил сыграть на этом. Ох, сейчас я его обломаю.

— Что⁈ — сощурилась я. — Он же не девка! Без его желания там ничего не встанет, а специальное средство стоит, как он сам! И великие умения в постели, даже если они у него есть, в чем я сильно сомневаюсь, он применять не захочет. Правда, цыпленок? Будешь меня лелеять и ублажать?

— Да пошла ты в бездну, сука хрардова! — сплюнул Тис.

Я прям умилилась. Молодечик! Здорово скинул цену.

Правда, чего я не ожидала, так это того, что толстяк взбесится. Он мгновенно покраснел, снял с пояса черную плеть и ударил. Звук хлыста, кажется, остановил все разговоры. Тис со стоном упал на четвереньки, рубашка на его спине порвалась, брызнуло кровью. Толстяк снова замахнулся, но ударить не успел.

— Это что еще⁈ — воскликнула я, как будто случайно встав между рабом и торговцем.

Просторная рубаха, оказывается, скрывала другие незажившие раны от кнута. Я задрала ткань и ахнула. Спина исполосована, воспалена, кое-где даже нагноение началось. Похоже, Тису никто не оказывал помощь, как минимум пару дней.

— Да он же подохнет завтра! — проорала я, злясь на жестокость и тупость толстяка. — Вот, значит, как! Мало того, что врал про его умения, так еще и больного хотел подсунуть! Его лечить надо недели две, тратиться на лекарства, артефакты или магию! Все, хватит, доврался, любезнейший! Сейчас получишь за все! Я иду к начальнику ярмарки, или кто тут главный!

— Зачем? — проблеял толстяк.

— Как зачем? Жаловаться на вашу ложь! Документы у меня есть! — Я помахала бумагами, — свидетели тоже…

Вокруг как раз собрались зеваки, привлеченные моим ором. На их лицах явно читалось желание проучить ушлого торговца.

— А ты поднимайся, — Я дернула раба за локоть, помогая ему встать и одновременно переливая ману.

Глаза у Тиса округлились. Ну да, редкая способность. Конечно, это не обезболит, но его поддержит, добавит сил и слегка подстегнет регенерацию.

— Поднялся? Отлично, а теперь идем к главному!

— Я никуда не пойду! — взвизгнул толстяк.

— Тогда я приведу уважаемого начальника сюда! И поверьте, к тому моменту он будет очень зол! Уж постараюсь подготовить…

— Не надо! Готов сделать большую скидку! Тридцать процентов! Нет, сорок!

— Семьдесят! — заявила я, скрестив руки на груди.

— Что⁈ Да он мне дороже достался!

— Вот именно! Сейчас ты можешь сберечь хотя бы часть вложений в раба, а уже через несколько часов останешься вообще без прибыли, — я скептически оглядела посеревшего Тиса, у которого кровоточили раны на спине. — Он еле стоит на ногах, и без помощи целителя скоро подохнет. А лекарства нынче дороги. Ярмарка уже почти закончилась, кому-то в оставшийся час ты его не продашь.

— А вот и продам!

— Вряд ли. Или ты думаешь, что к начальнику я не пойду? Ошибаешься.

— Это… это… — толстяк хватал ртом воздух, — грабеж!

— Или так, или никак. Сделка, или я иду и жалуюсь⁈

Торговец весь как-то скособочился, скривился, но через силу произнес:

— Сделка.

— Надеюсь, что никаких ошибок с управляющим браслетом или ошейником не будет? — уточнила я.

— Не будет.

И не солгал.

Может, надо было еще поторговаться, чтобы хоть нормальную одежду для раба из этого толстосума выбить, но Тис едва держался на ногах, и мне не хотелось растягивать его страдания. Я планировала поесть в трактире, вызвать туда местное такси и отправиться домой.

Однако сейчас со мной раненый мужчина, который, судя по его состоянию, не доедет до особняка в сознании. Надо срочно лечить. У меня есть необходимые навыки, но их нельзя показывать Тильде и этому охраннику… Как его? Эдуард, кажется.

Они знают, что я попала сюда всего полгода назад, и пока не разобралась со своей магией. Если начну вдруг демонстрировать несвойственные для меня умения — это насторожит женишка. Учитывая, что я и так веду себя нетипично…

Еще объявит меня одержимой и натравит инквизицию.

Значит, нам с Тисом надо уединиться. А для этого лучше всего снять комнаты.

В трактире, куда мы скоро пришли, было шумно и многолюдно, бегали подавальщицы, пахло жареной картошкой, чесноком и свежей выпечкой. Живот заурчал, напомнив, что последний раз я ела еще утром.

— Добрый день! Вы сдаете комнаты? — первым делом поинтересовалась я у высокого всклокоченного мужика за стойкой, который что-то объяснял девчушке лет тринадцати.

— Сдаем, но сейчас свободных нет.

— Совсем? Мне ненадолго, — я окинула взглядом бледного раба. Вполне возможно, кроме ран на спине у него есть еще какие-то… — может, час, максимум полтора. В принципе, даже полноценной комнаты не надо, достаточно какой-нибудь каморки с кроватью, или даже с тюфяком.

Хозяин пожевал губами, а потом назвал сумму. Даже не слишком большую, если брать комнату в аренду на сутки в ярмарочный день, но за два часа, конечно, дороговато, поэтому я предложила:

— Если в эту сумму вы включите сытный, но простой ужин на четверых мы договоримся.

— Хорошо. Сделка. Только еда будет примерно через полчаса.

— А сейчас совсем ничего нет? — вырвалось у меня.

— Вот, у Лары пирожки купите, — мужчина слегка подтолкнул к нам девчушку.

Только тогда я рассмотрела у нее корзину с выпечкой. Так вот откуда так вкусно пахло! Мы скупили все, что остались у девочки. Уж очень аппетитно выглядели пироги, да запах говорил сам за себя. Компот нам предложил хозяин, после того, как я оплатила комнату. Он же попросил несколько минут, чтобы все подготовить.

Теперь надо избавиться от соглядатаев.

— Значит, так, — обратилась я к охраннику, — вы с Тильдой сейчас перекусите пирожками, а потом пройдетесь до ближайшей палатки с одеждой и купите вещи для раба.

— Прошу прощения, но я по договору должен неотлучно находиться рядом с вами, поэтому никуда пойти не могу.

Что ж, от него избавиться не получилось.

— Тогда пойдет только Тильда.

— Но… я…

— Что?

— Не знаю, где палатка…

— Спросишь! В этом нет ничего сложного. Купишь штаны, две рубашки, жилет, шляпу и нижнее белье. И чтобы все приличное. Обувь у него вроде нормальная…

— Но размер…

— Разберешься. Опишешь продавцу примерный рост и вес.

Дальше я выдала служанке деньги, и, не обращая внимания на обиженно поджатые губы Тильды, слопала пирожок, запивая компотом. Вскоре к нам подошел худой, голенастый мальчонка, который пообещал проводить меня в снятую комнату.

Да уж, одно название — комната. Это было небольшое, темное полуподвальное помещение с тюфяком на полу, единственным стулом и вешалкой. Видимо, тут спал какой-то работник, даже в углу остался более светлый квадратный след на полу. Похоже, там стояла тумбочка с личными вещами.

Ну, что сказать? Хозяин себя не обделил: по цене неплохой комнаты на сутки в ярмарочный день сдал мне вот это на час-полтора. Хотя… я ведь сама сказала, что согласна на каморку? Глупо привередничать.

— Пойдет! — вынесла вердикт я, и пока мальчишка не убежал, озвучила новый приказ: — принеси сюда таз с водой и две чистые сухие тряпки вот такого размера. Да и еще пустую кружку или стакан. Понял?

— Сейчас все будет! — с широкой улыбкой ответил парнишка, видимо, обрадовался, что я не стала предъявлять претензии за выделенную комнату.

Обернувшись, я оценила выражение лиц моих сопровождающих: раб презрительно скривился, Тильда, приоткрыв рот и распахнув глаза, с ужасом смотрела на меня, а охранник лишь поднял брови.

— Но это… — пролепетала служанка, — леди, неужели вы готовы в этом убогом месте предаться любовным утехам…

— Каждый думает в меру своей испорченности, — перебила я. — У тебя есть задание, Тильда, вот им и занимайся.

— Но…

— А ты, Эдуард, сядь за этот столик и жди наш заказ. Отсюда как раз видна дверь в каморку. Доедайте свои пирожки, и за дело.

— Мне пирожки не положены? — насмешливо спросил Тис.

— Пока нет.

— Не заработал? Не боитесь, что я буду немного не в форме?

— Боюсь, что после некоторых моих манипуляций тебя стошнит.

Тис с опаской вошел в каморку, и я закрыла дверь, с удовольствием отрезая нас от зрителей. Сразу стало темно.

— Снимай рубашку, — приказала я, расстегивая сумку и вытаскивая магический светильник.

Недаром купила две штуки в лавке, хотела для собственной мастерской использовать, но и тут сгодятся. Активировать их несложно особенно с моей магией.

Через пару минут в каморке зажегся яркий свет, теперь надо бы осмотреть страждущего. Пока я возилась с артефактом, Тис расстегнул рубашку и попытался снять, но не тут-то было. Кровь из ран засохла, кое-где ткань прилипла к спине. Когда раб дернул, раны вновь закровоточили.

— Подожди, — остановила я. — Как-то не подумала об этом. Сейчас мальчик с водой появится, тогда размочу. А пока…

Магия мне досталась необычная. Я не могла создавать фаерболы, управлять погодой, мгновенно выращивать растения, не умела говорить с животными, лечить прикосновением ладоней или читать мысли. Зато накапливала и отдавала ману так, что она практически не рассеивалась в пространстве. Мой резерв был огромен и наполнялся довольно быстро.

Проще говоря, я — батарейка, способная заряжаться без электричества. У меня не так много вариантов использования дара: черчение рун, создание артефактов и варка зелий. Не слишком мощная и «медленная» магия, но и с этим можно многого добиться.

Руны наносили разными способами: вышивали на ткани, вырезали и выжигали на поверхностях, или просто рисовали специальными красками. Иногда использовали кровь. И раз раны открылись, почему бы не воспользоваться?

Для рисования я купила особую кисть, но сейчас не стала искать ее в сумке, просто пальцем начертила несколько диагностических рун на спине у раба.

Хм… Все не так плохо, как мне казалось, но чем раньше я окажу помощь, тем лучше. Сейчас проверим, есть ли у него внутренние повреждения.

Руны, нанесенные на живот, показали вполне оптимистичную картину. Почки ему, конечно, слегка отбили, но внутренних кровотечений не было, желудок и кишечник в порядке. Значит, Тиса можно покормить.

— Ты давно ел? — поинтересовалась я, одновременно рисуя руны на предплечье.

— Два дня назад.

— Хорошо. Можешь взять два оставшихся пирожка. Понимаю, что ты очень голоден, но постарайся тщательно пережевывать. Во фляге вода, обязательно запивай.

Вдруг дверь коморки распахнулась. На пороге застыл мальчишка, держа в руках таз с водой. Я развернулась так, чтобы загородить руны, нарисованные кровью на животе Тиса, однако подавальщик пялился не на них, а на артефакт.

— Ух, ты! Как светло! — воскликнул он.

— Таз ставь на пол, кружку давай мне, а тряпки повесь на стул, — распорядилась я. — Кстати, комната как-то запирается?

— Ага! — простодушно кивнул мальчишка, — вот тут на ручке двери привязана веревка, а здесь на стене вбит гвоздик. Накидываете на него веревку и, вот так, закручиваете.

Понятно, оказывается, запор типа «сортир деревенский» известен и в другом мире.

Выпроводив подавальщика и закрыв дверь, я вновь занялась рабом.

— Штаны снимать? — поинтересовался Тис.

— А у тебя есть раны на ногах? Или, может на… хм… ягодицах?

— Только на икрах. На меня в первый день собак спустили, когда убежать пытался.

Вот как. И, видимо, наказали за неповиновение, лишив еды. Тщательно отмерив дозировку, я налила воду в кружку и развела в ней краску для рун. Уже не кровью, а краской нарисовала диагностические руны на икрах ног. Тут тоже началось воспаление, раны, конечно, выглядят не так страшно, как на спине, но запускать их не следует.

Однако, прежде чем приступить к лечению, на стены и дверь я нанесла особую связку рун.

— Что это? — поинтересовался раб, заглядывая через плечо.

Он незаметно подошел так близко, что я спиной почувствовала тепло его тела.

— Это чтобы нас не подслушали, — ответила я, дорисовав последние штрихи. — Видишь ли, мои сопровождающие не должны узнать о том, что тут происходит. Они уверенны, что я не владею рунной магией, и разубеждать их для меня опасно.

— Почему?

— Потому что служанка и охранник на самом деле доносят обо всем моему жениху. Развернись спиной.

Тис молча выполнил приказ. Я окунула тряпку в воду и стала аккуратно размачивать приставшую к окровавленной спине рубашку.

— Бальд очень хочет прибрать к рукам мое приданое и редкий дар, — продолжила я. — Не в его интересах, если будущая жена будет иметь какие-то амбиции и заниматься магией, а не детьми и домом. Глупую, ничего не умеющую супругу легче контролировать. Тем более, Бальд планирует настрогать парочку детишек, а после… после я ему не понадоблюсь.

— Разве нельзя просто разорвать помолвку?

— Можно, но сложно. Мы подписали договор о намерениях. И род жениха мне помог. Бальд решил вопросы, связанные с возвращением и восстановлением моего наследства. Там довольно большое хозяйство. И я, признаться, не знаю нюансов. Как только женишку станет известно о моем желании разорвать договор, поддержка прекратится. Сначала, конечно, он станет шантажировать, а потом может и вовсе разорить. В общем, Бальд любыми способами будет добиваться своего.

— Из-за приданого?

— Не только. Еще потому что упрям, и уверен, что я уже принадлежу ему. Мне необходимо найти другого покровителя, достаточно сильного, с кем Бальд не стал бы связываться. И в первую очередь нужны верные люди, а не те, кто докладывают врагу о каждом моем шаге.

— Так уж и врагу?

— Да. Человек, который хочет меня использовать, а потом убить определенно враг.

— И откуда сведения о том, что задумал жених?

Судя по скепсису в голосе, Тис не верил в то, что Бальд настолько плох.

— Кое-что подслушала, кое-где подсмотрела и сделала выводы.

— Вот как. Значит, и меня планируешь использовать в шпионаже?

— А это как получится. Все. Рубашку я отлепила. Теперь давай на лежанку. Животом вниз, руки вдоль туловища. Да, вот так. И помолчи. Лечение не моя специализация, но кое-что я сделать могу.

Да. Кое-что. Совсем немногое.

Целительских артефактов и амулетов у меня не имелось, руны в этом деле не слишком помогали, но я собиралась использовать побочный эффект переливания маны — ускорение регенерации. Однако разгонять метаболизм во всем теле неправильно. Достаточно нарисовать руны узконаправленного действия. Таким образом, можно увеличить регенерацию только на определенном участке. Это здорово экономит силы, но и тут есть нюансы.

Сначала необходимо почистить раны, продезинфицировать и хотя бы немного снять воспаление. Конечно, все это можно сделать целительскими артефактами, но и руны сгодятся.

Лечение я закончила почти через два часа. Как-то забыла, что в это время еще недостаточно поднаторела в рисовании рун. Руки не привыкли к таким нагрузкам, мазки получались неточные, часто приходилось перерисовывать. Запястья даже побаливали от напряжения. Но ладно, основное подлечила, спину обезболила.

— Все. Я закончила. Приедем в поместье, займусь ногами и закончу со спиной, — пробормотала я, тяжело вставая с коленей.

Фух! Можно чуть размяться, а то тело затекло. Два часа ползать на коленях и рисовать руны непросто. Видимо, выглядела я не слишком хорошо, поэтому Тис поинтересовался:

— Ваш резерв пуст?

— А? Нет, даже третью часть не использовала. Просто такой способ требует практически постоянной концентрации. Да еще и устала, есть хочу ужасно…

Я позвала мальчишку и приказала накрыть здесь же. Потом мы быстро поели, Тис обмылся в уличном душе для слуг и переоделся в обновки, Тильда договорилась с извозчиком. Еще часика полтора на дорогу, и будем дома. Ура! А пока едем, я помедитирую, резерв восстановлю.

К сожалению, этот немудреный план реализовать не удалось.

От автора: представьте, что случится, если она с ним уединится.

Ну и хотелось бы показать, как примерно выглядит Тис