Вне зоны доступа

Глава 22

Глава двадцать вторая.

Высшие силы.

Ноябрь 1995 года. Город. Проспект Автора бессмертных душ.

Хотелось сказать в ответ что-то пафосное, в стиле Верещагина, мол я денег не беру, мне за державу обидно или что-то подобное, но тут не перед кем было метать бисер.

Я махнул рукой на «бородатого», уточнил у Николая наличие понятых, успел услышать шепот со стороны «бородатого» какие-то проклятия, записав узелок на память, после чего мы с Демоном шагнули в киоск, чтобы через минуту вынырнуть наружу.

— Давай понятых сюда и…- я оглядел двух висящих на решетке парней: — И вот этого отстегни.

— Зачем? — удивился Николай.

— Ну, если ты хочешь ящики ворочать, то не смею препятствовать, а если не хочешь, то отстегивай этого и пусть работает.

Парень, которого Николай отцепил от решетки был похлипче своего напарника, да и выглядел более растерянным, а снять несколько ящиков с фруктами с верха штабеля у него здоровья должно было хватить.

Южные хитрецы, пока парни ломились к ним в будку после отказа открыть дверь, спрятали свой запретный товар в ящик с испорченными фруктами, от которого сильно пахло гнилью, а ящик задвинули в самый низ штабеля.

— Бабушкам бесплатно раздаем…- бормотал парень, пока мы не извлекли из кучи мятых плодов пакет с упаковками героина. Когда мы выносили пакеты с изъятыми наркотиками, и забирали задержанных, «бородатого» уже не было, исчез вместе со своим «Мерседесом», лишь двое смуглых парней стояли метрах в двадцати от нас, настороженно поглядывая в нашу сторону, поэтому я приказал бросить киоск, как есть, не заботясь о сохранности товара.

Заречный район. Бывшая квартира Маркиной.

— Не знала за тобой привычки наряжаться. — Ирина заперла за собой входную дверь, позволила мне снять с ее плеч короткую замшевую куртку, отороченную мехом и только тогда обратила внимание, что я стою у зеркала в новом костюме.

— Да…- мне стало неудобно, никогда не любил костюмы, предпочитая одежду попроще, но Ира засмеялась, поцеловав меня холодными с мороза губами.

— Тебе идет…Купил?

— Да, заехал по дороге в бутик «Итальянская мужская одежда», купил в комплекте с парой рубашек, да еще мне девчонки в магазине заранее галстук завязали.

— Ну, за такую цену…- Ира выудила из пакета кассовый чек и сунула его в записную книжку: — Они могли одним галстуком не ограничиться.

Мне было видно, что ей неприятно, но, не от суммы, которую я оставил в этом псевдо-бутике, а от неизвестных девчонок, завязывающих покупателям галстуки. Возле бутика я оказался случайно — проводил рекогносцировку района в поисках новых торговых точек «Бородатого», причем, делал это демонстративно — парковал джип напротив торговой точки, неторопливо вылезал из теплого салона, записывал адреса близлежащих домов, для ориентира. В конце концов, я добился своего — на почтительной дистанции меня стала сопровождать японская иномарка, набитая земляками «бородатого». А следующие по моему маршруту торговые точки по продаже фруктов, к моему приезду, оказывались закрытыми на учет.

— А галстуки я и сама умею завязывать, между прочим. — Ирина была чем-то накручена еще до прихода домой и поэтому не желала «слезать» с опасной темы.

— Я тоже…- пробормотал я: — Только, если картинку перед глазами вижу, а вообще, я разорил нашу семью не просто так, а по поводу. Меня завтра на запись телепередачи зовут, а послезавтра — встреча с трудовым коллективом на Заводе. Вот я смотрю на этот понтовый пиджачок и не знаю, стоит ли на завод в этом наряде идти или одеться во что-то попроще.

— Может быть, тебе на завод в форме поехать?

Я поморщился.

— Ира, ну ты же знаешь, как у нас народ на ментов реагирует.

— Паша, ну ты, как говориться, либо трусы сними или крестик надень. Ты, вроде бы, сейчас на весь Город афишируешь, что ты крутой мент, такой рыцарь без страха и упрека, комиссар Каттани на минималках. Так какой смысл прятаться и дальше шифроваться? Лучше сразу подготовиться к неприятным вопросам, чем тебе их все равно будут задавать, только в тот момент, когда ты не будешь готов.

— Ну, в анекдоте, как я помню было все наоборот…

— В каком анекдоте? — не поняла девушка.

— Про крестик снять, или трусы надеть.

— А я так и сказала. — пожала плечами Ирина: — Давай, вешай костюм в шкаф и иди на диван, выстраивай и продумывай версию и вопросы. Думай, что у тебя будут спрашивать, какие провокации будут и как ты будешь на них отвечать, а я пойду ужин готовить, а то замерзла на этом вождении, как собака.

Ирина на днях заканчивала курсы вождения, поэтому по паре часов каждый день проводила на автодроме автошколы. Их инструктора вождения опасались выезжать на улицы Города в зимний гололед, поэтому все время отводили вождению на автодроме, поэтому и мне приходилось большую часть выходных проводить в машине, скрипеть зубами на Иринину манеру вождения и упираться ногами в пол, в поисках несуществующих педалей. НО, постепенно, Ира перестала бояться, «тупить» и стала «видеть» дорогу. Мне перестало быть страшно, но зубами я скрипел по-прежнему.

Выстраивание сценария выступления на Заводе не хотело складываться в моей голове. Сначала отвлекали вкусные запахи с кухни, затем громкое чавканье собак, которых моя хозяйка позвала ужинать первыми, отчего желудок просто сдавило спазмом. Появилась даже мысль ворваться на кухню и добыть себе еду в борьбе с опасными животными, тем более, что каша с мясом готовилась для четвероногих вполне вкусной, только несоленой.

Моя беседа с рабочим коллективом приснилась мне ночью. Правда, сон закончился на минорной ноте — последнее, что я помнил, вынырнув из тягучей пучины страшноватого сна, была сцена, в которой члены рабочего коллектива гнались за мной, чтобы спросить с меня за невыдачу кому положено спецмолока, хотя я изначально был против такой экономии и пару раз спорил с директором…. Но, большую часть вопросов мне и моих ответов из сна я, чудом, но запомнил, и даже часть записал, сразу, как проснулся, поражаюсь своему остроумию и политической смелости, проявленной во сне.

Дорожный район. Отделение по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.

На службу я не решился надеть новенький костюм, мало ли что может произойти до моего визита на телестудию. Вообще, удивительно, что меня пригласили на этот канал, с которым я перестал сотрудничать, причем даже денег не попросили. Вряд ли меня ждет что-то комплементарное, скорее, наоборот, но, мне кажется, благодаря сегодняшнему сну, я был готов ко всему.

На утреннем совещании у начальника РОВД, на его намек, что позавчерашнее задержание двух мигрантов за торговлю наркотой — это прекрасно, но по итогам года мое отделение находится в глубокой попе, отчего тянет по своей линии порученный ему райотдел, я клятвенно пообещал приложить все сверх усилия, чтобы до Нового года вырваться с последнего в Городе места, поэтому в кабинет своих оперов я ворвался крайне мотивированным на работу.

— Парни, что у кого есть? Надо на этой неделе еще один «сбыт» закрыть.

— Паша, ну можно «людей» послать по этим фруктовым киоскам…- бодро начал Борис.

— Нет, Боря, не вариант. — я отрицательно помотал головой: — Я вчера их хозяина хотел замотивировать на плотное сотрудничество с нами, но, мне кажется, добился прямо противоположного результата. Вчера его киоски начали активно закрываться, а за мной пустили «ноги». Они, кстати, уже сидят у нашего отдела, в серой «двойке», виноград, суки, кушают.

— И что хозяин? Готов работать?

— Пока, видимо, не дозрел. Мнется, прямо, как девочка. Но ничего, думаю, что мы его дожмем. Сейчас на фруктах выхлоп не меньше, чем на наркотиках, он долго не сможет киоски закрытыми держать, его старшие товарищи не поймут. О том, что проще всего положить меня на крыльце нашего отделения сосредоточенным огнем из пары автоматов, я старался не думать. С одной стороны, такой демонстративной расправы не поймут в нашей системе, даже те, кто меня очень сильно не любит, и бизнесу «бородатого» придет конец. Так что, мне остается только ждать какое «бородатый» примет решение — сдавать мне своих конкурентов или привлечь административный ресурс.

— Так, парни, берите нашу машину и езжайте в Город, посмотрите, открыты фруктовые киоски, идут ли к ним наркоманы, ну и вообще, по нашей теме пошукайте…- я задумался, вспомнив, что вчера узнал, что покойный Брус самой наркотой не торговал, зато «крышевал» сеть «барыг», торговавших в центральных районах нашего Города. Надо будет позже пробить, кто возьмет теперь под свое крыло, оставшихся без догляда, наркоторговцев.

— Ладно, езжайте. Если что — звоните или сбрасывайте на пейджер.

«Пиджак» позвонил мне перед самым обедом. Судя по разговору, он действительно являлся только посредником между мной и «бородатым», который видимо, проанализировав ситуацию, решил прогнуться под меня, но сделать это максимально в неудобном мне виде.

— Через час к дому, где расположен кооперативный магазин подвезут груз для местного барыги. Машина людям точно неизвестна, возможно, что черная «Нива». Вас устраивает такая информация?

— Вообще-то нет. Я не верю, что информация у вашего знакомого появилась только что, а значит, он ее специально придерживал и сообщил в самый последний момент, чтобы я не мог ей воспользоваться. Тем более, что наш общий знакомец вчера попытался меня крупно подставить — при свидетелях, посреди улицы, стал громогласно предлагать мне взятку. Это «косяк» с его стороны, поэтому жду новой, стоящей информации, иначе фруктовым киоскам придется торговать исключительно утвержденным районной администрацией ассортиментом товаров.

Вот так вам ребята. Не знаю, кто слушал и «писал» этот телефонный разговор, а что его «писали», я даже не сомневался, но что-то предъявить

мне за него будет нечего.

Несмотря на то, что я сказал, что полученная информация негодная, я все же решил выехать на место и попробовать хотя-бы срисовать номера пресловутой черной «Нивы», так как полноценно воспользоваться этой информацией я действительно не мог. Сейчас в здании РОВД буквально шаром покати. Опера, следователи, дознаватели, даже отдел кадров — все разбежались на обед и собрать полноценную группу захвата нет никакой возможности, людей просто нет. Я конечно скину на пейджер своим ребятам телефон дежурной части, а «дежурке» скажу, чтобы отправляли парней во двор кооперативного магазина, но когда это будет, а у меня даже оружия нет. Закрепленные стволы на экспертизе, а полноценный автомат или снайперскую винтовку мне дежурный просто не даст, и будет прав, вдруг я и этот ствол отправлю на экспертизу, оставив дежурную часть без тяжелого оружия, я бы, на месте дежурного по РОВД, мне бы ничего не выдал. Остается только работа в стиле «лайт» — скрытое наблюдение с безопасного расстояния.

Двор нужного мне дома выходил на ряды кирпичных капитальных гаражей, и задворки хозяйственного двора Института точных измерений, сам же двор был маленький, спрятать мой громоздкий джип там было негде, поэтому я пристроился кормой к одному из гаражей, мол, хозяин приехал по делам, и, пустившись в удобном кресле пониже, стал ожидать дальнейшего развития событий.

То ли я разомлел от ровного гудения «печки», то ли устал в последнее время, но я очень быстро впал в какую-то дрему, борясь со сном и желанием хоть на секунду прикрыть глаза. Может быть я и прикрыл их, так как осознал себя в момент, когда какие-то мужики самого деревенского вида выгружали из распахнутого багажника автомобиля полмешка, видимо, с картошкой, а высокий худой парень с черными длинными волосами, немного богемного вида, этот мешок принимает на плечо и несет в сторону среднего подъезда. И только когда, парень скрылся за входной дверью, а мужики, захлопнув багажник, начали садиться в автомобиль, я понял, что машина перед моими глазами именно «Нива», а цвет очень похож на черный.

Не особо рассуждая, я бросил рычаг коробки-автомата в положение «Драйв», а руки вывернули руль, разворачивая джип, потому что с моей наблюдательной точки номерных знаков черной машины не было видно.

Мужики на «Ниве», видимо, были в этом адресе в первый раз, потому что спокойно покатили вперед, пока не уперлись бампером в бетонный блок, выглядывающий из кучи снега, что надежно отделяли этот двор от соседнего, нарушая существующие правила пожарной безопасности. Мужики в три действия развернули свою «Ниву» на небольшом пятачке, но, к тому времени, во двор ворвался, как разбуженный медведь –шатун, черный джип со мной за рулем и развернувшись, полностью перегородив выезд к свободе.

Пока ничего не предвещало. Мужики могли быть обычными «мирными» владельцами приусадебных соток, которые развозили картошку по покупателям, чтобы немного подзаработать — подобные объявления — «Овощи с доставкой, недорого», я видел на стенах домов постоянно, информация «бородатого» могла быть полнейшей туфтой, а появление черной «Нивы» в этом дворе — банальным совпадением. Да и я мог оказаться просто «новым» русским, который тупо не умеет водить свою дорогую машину или с утра уже успел нажраться «фирменным» алкоголем. Мы еще могли бы разойтись краями, но на черной «Ниве» не было государственных регистрационных знаков, а значит мне придется вылезать из теплого салона и идти проверять документы.

Оставив джип загораживать выезд со двора, я заглушил двигатель, щелкнул брелком сигнализации и двинулся навстречу своей судьбе в лице двух крепких молодых мужиков, одетых по-простецки, в темные фуфайки.

— Здорово, земляки. — я улыбнулся как можно искренне: — Картошкой торгуете?

— Ну…- не очень любезно подтвердил мою версию один из «коммивояжеров».

— А купить у вас можно? У меня как раз картошка дома кончилась. — я приблизился еще на пару шагов.

— Эта картошка вся расписана, ее люди ждут. Запиши номер, позвони, мы завтра тебе хоть десять мешков привезем во сколько тебе удобно.

— Мужики, ну мне сегодня очень надо. Давайте, вы из очереди кого-нибудь подвинете на завтра, а я вам доплачу, сколько скажете. — продолжал я изображать нового русского, которому просто загорелось сегодня откушать поджаристой картошки с салом, и он готов за этот каприз платить.

— Нет, мужик, у нас с этим строго. — отрицающе помотал головой мой собеседник: — Если сказали, что сегодня привезем людям, то в лепешку расшибемся, но привезем, так что только завтра.

— А посмотреть вашу картошечку можно? Вдруг гнилье одно или фитофторная она у вас.

— Смотри. — равнодушно пожал плечами «картофелевод», поднял дверь багажника, размотал веревку на одном из небольших мешков и отступил назад, приглашая меня убедиться в качестве товара, чем меня и переиграл.

Я шагнул к багажнику, увидел лежащие сбоку от мешков автомобильные номера, потянулся к горловине мешка, судорожно запоминая черные цифры и буквы на белых пластинах, когда кто-то из «продавцов» ударил меня сзади и серо-серебристый бампер «Нивы» с космической скоростью рванул мне навстречу.

Очнулся я от холода снега, в который погрузилось мое лицо. Шея и голова болели нестерпимо, сознание туманилось, и я не чувствовал своего тела. Паника, что я опять парализован ниже шеи пронзила меня и привела в чувство, я попробовал пошевелиться, и у меня получилось.

— Ты зачем это сделал? — голос человека, доносившийся сверху, был мне незнаком.

— Да это мент, что на наркоту охотится и братву, чуть ли не пачками, на глушняк валит. — а вот голос второго собеседника я узнал, я с ним про картофель договаривался.

— Я его в телевизоре пару раз видел, в новостях, и его рожу легавую запомнил. — вот она, оборотная сторона славы. Я, как говорится, стал медийной личностью, но известность, как оказалось, несовместима с моей службой.

— И че делать будем? — это снова «первый»: — Здесь бросим и поедем?

— Ты что дурак? — Рявкнул «глазастый»: — Он нас срисовал и потом обязательно найдет, вот сто пудов, а я снова на зону не хочу. Вроде никто не видел. Сейчас затащим его в подъезд и шею свернем, после чего поедем. Надо его обыскать, может что ценное есть.

Как я понял, говорить парням, что к ним я подходил с закрытыми глазами или у меня зрение «минус восемь», и я их противные рожи не запомнил, бесполезно? Физически я сейчас могу сделать только одно, но напакостить моим убийцам капитально. Как жить то хочется, просто до ломоты в зубах. Только все налаживаться стало, новые горизонты открылись, поклонники появились… Родителей жалко, второй раз они, пожалуй… Я приоткрыл глаза и сквозь опущенные ресницы сориентировался в положении моего тела, после чего, отточенным десятками повторений, единым движением вытащил ключи от машины из кармана куртки и поворотом кисти закинул их в приямок подвального окна, где они и канули, издав легкий металлический звук, слегка задев за решетку.

— Это что было? — видимо мои убийцы пропустили этот момент, выглядывая возможных свидетелей, а теперь их машина останется здесь надолго.

— Я не понял. — озадаченно пробормотал мой поклонник и утробно хекнув, рывком перевернул меня на спину.

— А! — заорал я в лицо врагу, так громко и отчаянно, что мужик в телогрейке, в испуге, отшатнулся, поскользнувшись на снегу и чуть не упал.

— Помогите! — продолжал орать я, трубно игромко, как сирена, но только недолго. Второй «картофелевод», ударом сапога по ребрам, оборвал мой крик.

— Заткнись, сука, а то убью! — зашипел он, примеряясь для второго удара. Ага, напугал! А вы меня что, отпустить собирались? — это я успел подумать, скручиваясь в калачик от боли в боку, а вверху раздался еще один, смутно знакомый, голос.

— Мужики, а что у вас тут происходит? О, Паша!

Двор дома на улице Лысого вождя с встроенным магазином ОблКоопТорга.

— Вы здесь откуда? — меня подняли на ноги, но ноги меня не держали, все время подгибались и меня просто усадили в сугроб. Двое неадекватов в серых фуфайках, лежали у кормы «Нивы», громко и некультурно матерясь, я поменялся с ними местами, только у гостей нашего района руки были скованы стальными браслетами за спиной.

— Парни, у этих пид…в в багажнике мешки с картошкой уложены. Там, под картошкой, должна быть наркота…

— За пидо…а ответишь падла! — сплевывая снег с разбитых губ, заорал гад, который меня опознал: — А в машину лезть без санкции прокурора не имеешь права!

— Ты, Паша, про наркоту откуда узнал? — склонился надо мной Небогатов. Угу, «бородатый», конечно, меня подставил, сообщив свою информацию в самый неподходящий момент, но я озвучивать этот источник информации при задержанных не собираюсь. Я пожевал губами, делая вид, что собираюсь с мыслями и выдал правдоподобную версию:

— Мимо ехал, по нужде захотелось, заехал в эти гаражи поссать. Все дела сделал, сел в машину, гляжу, а тут знакомый барыга у этих «гавриков» картошку мешками покупает. Вот в голове у меня и щелкнуло, что этот наркалыга сейчас картошкой точно не интересуется, но если ему в таких мешках, под картохой, товар привозят. Хотел просто государственный номер посмотреть, а эти хитрованы их поснимали…

Я боялся, что сейчас парни начнут уточнять, что их «дежурка» РОВД направила на этот адрес, по моему сигналу, что сразу разбивало вдребезги мою версию, но опера повели себя странно — хором заржали. Как стоялые жеребцы, так что громко матерившиеся задержанные изумленно замолчали.

— Пахан, ты просто не представляешь, насколько тебе сегодня повезло. Мы после обеда, после столовки Речной академии, в отдел уже поехали, и тут Борька стал орать, что ему в туалет надо позарез, и до отдела он не дотерпит. А тут реально, уединиться некуда, и я в эти гаражи Борьку и повез. Мы сначала не поняли, а Артур начал блажить, мол, там Пашкин джип стоит, а еще два мужика кого-то месят. Ну, я наплевал на крики Борьки, что на обратном пути заедем, а ему невтерпеж, свернул сюда.

Я откинулся спиной в снежную кучу и вежливо улыбнулся. Нет, парни, это не везение, — это просто одна девушка вчера меня в храме отмолила, вырвала из лап Костлявой, или моего ангела –хранителя из отпуска отозвала, не знаю, что конкретно и у кого она просила, но я знаю точно, что это была Ирина, внезапно попросившая утром отвезти ее в святое место.

На въезде во двор, кто-то сердито засигналил — видимо какой-то жилец хотел припарковаться в родном дворе.

— Парни, не в службу, а в дружбу, кто-нибудь достаньте ключи от джипа из приямка и отгоните машины в сторону, а то у меня от этого бибиканья голова разламывается.

Небогатов шагнул к приямку, с сомнением заглянул в него:

— Паша, тут ничего не видно. А как твои ключи тут оказались?

— Коля, меня же эти твари убивать собирались, и я ключи туда, в снег, выбросил, чтобы они не смогли мой джип с места сдвинуть и на своей «Ниве» отсюда уехать. Если ключи не видно, вы по колесику моей машинки аккуратненько пните, «сигналка» сработает и под снегом брелок будет светиться и пищать. Потом поднимитесь в подъезд, и по следам влажных подошв найдите квартиру барыги. Они еще высохнуть не должны успеть, а после него сюда никто не входил. Дверь смело сразу выбивайте, пока он не успел наркоту в унитаз спустить, и тащите его сюда. Он такой — высокий, худой и волосы черные, длинные, ниже плеч, не ошибетесь. Давайте парни, работайте, а то мне еще на телевиденье успеть надо.

— Паша, у тебя кровь с руки капает, давай перевяжем…

— Коля, ну реально нет времени, работайте, а я правда, сейчас, ни петь, ни свистеть не способен. Если пистолет дадите, смогу застрелить этих гавриков при попытке побега. — я посмотрел на правую руку. Она действительно сильно кровила, видимо, уроды наступили мне на кисть подбитым подковкой с шурупами, каблуком сапога. Боли в руке я не чувствовал, но сунул кисть глубоко в снег, чтобы кровотечение хоть немного остановить.