Ты даешь мне крылья

Глава 46. Внутренний голос

Пока Лиэль приходила в себя, а Эрхан усиленно отдыхал, Талана и Горхель усердно копались в книгах. Им помогал десяток молодых грифончиков, складывая в отдельную кучу то, что явно не подходило по теме. Дела шли довольно бодро.

На третий день Талана нашла зацепку. Заинтересовавшись одной из сказок о злом маге-демоне, она с удивлением обнаружила в конце страницы рукописное примечание: «Несмотря на то, что данная история считается легендой, существуют летописи, указывающие на существование магов-демонов. Наиболее известен из них Круш, урожденный младшим сыном императорской семьи страны Руху. Его жизнеописание весьма интересно. Он оставил подробные дневники, дающие представление о жизни человека, одержимого демоном».

— Есть! — с азартом хлопнула девушка по книге.

Грифон мгновенно подскочил к ней и уставился на примечание.

— Однако! — удивленно протянул он. — Кто бы мог подумать! Книга сказок!

— Теперь придется ехать в Руху, — задумчиво протянула девушка. — Кто бы мог подумать…

— Класс! — обрадовался Горхель. — Это мы мигом!

— Да ну? — прищурилась Талана. — Мы? Ты предполагаешь направиться ко двору короля Руху вдвоем? При том, что они грифонов на подлете отстреливают?

Грифон мгновенно загрустил. Он не хотел получить стрелу в свой золотой зад.

Итак, кому-то придется быстренько уехать. Талана в своем положении просто жаждала смыться от опеки дядюшки. Однако последнее слово все равно оставалось за Эрханом. Да, Эрхан предпочел бы отправить грифона. Да, Талану следует запереть на семь замков под присмотром Эрин (угу, запирай конюшню, лошадь-то уже убежала, насмешливо подумала Талана). Но из поселения грифонов до страны Руху было два дня пути (на слоноящерах) или сутки полета на грифоне. А грифоны благоволили Талане. Для них она была в священном положении. Итак, Талана отправилась ко двору короля Руху, снабженная необходимыми сопроводительными грамотами (изготовленные Эрханом в максимально сжатые сроки, зато с оригинальной подписью первого советника). Следом за ней, но втайне от неё, Эрхан, немного подумав, отправил воина. Для охраны, да. А ближайшим воином, которому Эрхан доверял, оказался, как ни странно, капитан Арвур…

Лиэль очень расстраивалась, что Талана уехала. Ей сразу же стало одиноко и страшно. «Внутренний голос» оптимизма не добавлял. Пару дней он молчал — зато потом Кисс понесло. Вначале она вздумала обсуждать «стати» Эрхана. По её мнению, он вполне годился. Впрочем, демонесса не была наделена избытком скромности. Для её целей годились и мужчины, и женщины, и грифоны. В результате Лиэль стала искать в книгах по демонологии способы отнять у демона голос. Немного поуспокоившись (когда кончились знакомые и пригодные), Кисс начала придумывать способы убийства Безымянной. Ох, и не повезло бы черноволосой, попади она в хваткие руки демонессы! Потом Кисс заставила Лиэль опробовать некоторые из известных ей заклятий.

Призыв предметов, нанесение легких телесных повреждений и азы целительства у Лиэль получались и раньше, во время практики в университете. Лиэль попросила Кисс учить её защите против приемов т'ига. Увы, Безымянная, по мнению демонессы, превосходила в магии даже наиболее сильного из известных девушке магов — Таара-Тариэля. «Кроме того, — говорила Кисс. — В минуты ярости Истинные превращаются в животных, и никакая магия их не берет. С одной стороны, это их слабость — борьба переходит в свалку, и все зависит уже от ловкости и силы. Зато любого мага они просто загрызут. Понятно, что в таком состоянии трое истинных куда сильнее одного. Поэтому если борьба идет между своими, главное — это холодная голова и внимание. Магия есть магия, специализация у всех разная, силы тоже. Тироль запросто положит трех-четырех т'ига магией. Но если они «обратятся», то ей останется только спасаться бегством. Проблема еще в том, что обращение требует немало сил. Кто сильнее — тот быстрей превратится. Тироль много времени не нужно, да и зверь она сильный — волк. Семейное. Я в кошку обращалась, рыжую. Немаленькую такую кошку. Пожалуй, Тироль пару неприятных моментов доставила бы, но не более. Таар — её двоюродный или троюродный племянник, он тоже волк».

Некоторое время Лиэль представляла, в какое животное обратилась бы она. «В грифона, ясно дело, — не сомневалась Кисс. — Только ты не сможешь. А если сможешь, с моей помощью, конечно, то обратно уже никак. В тебе слишком много от грифонов».

— Как насчет зеркальной магии? — поинтересовалась у демона Лиэль.

— Мимо, — вздохнула Кисс театрально. — Ты, конечно, здорово её ошарашила появлением из ниоткуда в прошлый раз, но она же не дура. Уж будь уверена, Тироль вовсю уже изучает упущенное.

— Что же я смогу сделать?

— Ни-че-го, — отрезала демонесса. — Абсолютно. Тебя она в порошок сотрет, даже не поморщившись. Так что решай — или убиваем малыша Эрхана, или она убивает тебя, а потом Эрхана.

— А отец? В смысле Таар? Он что-нибудь сможет сделать?

— Он? Возможно. Он всегда отличался от нас. Может, за триста лет он и научился чему-нибудь ценному.

— Научился, — раздался рядом голос Тариэля.

Лиэль обернулась и взвизгнула от радости. Тариэль стоял у входа, чуть ссутулившись — для его роста шатер был низковат.

— Кисс? — удивленно спросил он. — Потрясающе! Но как?

— Таар, — кисло пробормотала демонесса. — Приветствую. Что ты здесь забыл?

— Шел мимо, услышал голос Истинной. Решил посмотреть, кто еще выжил, а тут…

— Ты хочешь сказать, что есть кто-то еще? — мгновенно сообразила Кисс.

Тариэль нахмурился и покачал головой:

— Если б и были — ты последняя, кому бы я об этом поведал.

— Ясно, конспирация, — весело заключила Кисс. — Нет, ну правильно.

— Но как, Кисс? — с состраданием спросил т'ига.

— Нормально, — буркнула демонесса. — Откуда я знаю, как? Взяла мое тело, запихала в какую-то машину. Потом я уже в банке. Потом над банкой эксперименты ставила… Я уж не знаю, как и описать… А потом хоп — и я в девочке, связанная по рукам и ногам. Видеть не вижу, слышать не слышу, только сполохи… Ну магию чую, я ж сама — квинтэссенция магии. И немного — мысли этого чудного создания. Даже не мысли, а… то, что она говорит. Так сказать, что идет изнутри. И не надо меня жалеть! — неожиданно взвизгнула Кисс. — Было бы тело, а подчинить его вопрос времени! Магия при мне.

— Только не это тело, — холодно сказал Тариэль. — Я её скорее убью, чем отдам тебе.

— Знаю, — нехотя буркнула Кисс. — Мы научимся.

— Ты как? — он погладил по волосам дочь.

— А то ты не знаешь, — пробормотала Лиэль. — Ты ж в моей голове.

— Не знаю, — удивился Тариэль. — И я тебе не слышу — только её. Мы же одной крови… А ты еще и грифон.

— Точно, — внезапно закричала Кисс. — Она же на треть грифон! А грифоны…

— Неуязвимы к нашей магии, — закончил Тариэль, сверкнув глазами. — Бинго!

— А что такое бинго? — поинтересовалась Лиэль.

— В общем, это такой выигрыш, — смутился Тариэль. — В лотерею…

— А что такое лотерея? — вкрадчиво поинтересовалась девушка. Ей показалось, что основная мысль Тариэля связана с деньгами. А деньги никогда не бывают лишними!

— Отстань, зайчик мой, — отмахнулся Тариэль. — Не до этого. Надо думать, как тебя защитить.

— И как отвязать демона, — мурлыкнула Кисс. — Хотя на этот счет у меня есть мыслишки…

— И какие, позвольте полюбопытствовать? — нахмурилась Лиэль. У неё тоже были… мыслишки… и она надеялась, что Кисс не придет этого же в голову.

— Ну если ты забеременеешь… Я, пожалуй, смогу вырастить себе новое тело и отделиться от тебя, так сказать, естественным путем…

— Черт, — пробормотала Лиэль.

— Обалдела? — возмутился Тариэль. — Чтобы Лиэль да своего ребёнка! А душу его ты куда денешь?

— Ша! Не шуми, папаша, — фыркнула демонесса. — Никуда не дену! Ты что, биологию не изучал? В самом начале можно зиготу разделить. Так получаются однояйцовые близнецы. Вот я и разделю.

— Из моего тела и из тела моего мужа, — угрожающе начала Лиэль. — Ты хочешь создать себе тело? Чтобы являться моим ребенком по крови?

— Дура, — прокомментировал голос. — Считаешь, что будет хуже, чем теперь? Подумаешь, тело! Подумаешь, силы! На каких-то девять месяцев…

— Я против!

— Да пожалуйста! — хищно усмехнулась Кисс. — Не хочешь иметь деток и не надо! Так и помрем вместе!

— Для начала вам надо разобраться с Тироль! — резко крикнул Тариэль. — Это — главная проблема!

— Нет, — покачала головой девушка. — Это твоя главная проблема. А моя главная проблема — выжить.

— Пусть так, — кивнул Тариэль. — Но не забудь, Тироль, может быть, и не сможет воздействовать на тебя, а на неё сможет.

— Послушай, Таар-Ри-Элль, — вкрадчиво произнесла Кисс. — А ты и в самом деле хочешь её убить? Её? Тироль? Черноволосую звезду?

Тариэль усмехнулся. Триста лет он думал, что потерял её, и грезил о ней, но как только обрел — испугался. Да человеческие женщины в миллион раз нежнее, красивее и очаровательнее её! Арра, Рейла, Эмма-Ли, Коранна, Лиэль, Эрин, Юлия — любую из них он бы смело поставил против Тироль. Вот интересно было бы сравнить их, поставить в рядок и выбрать, кто красивее.

— А вот это, дорогой, я тебе устрою, — раздался тихий шелест ветра. — Устрою… Не поминай мое имя всуе…

— Слышала? — побледнев, спросил Тариэль у дочери.

— Слышала, — кивнула она. — Ох, папа, мне страшно! Мне так страшно! Защити меня!

Тариэль стиснул дочь в объятиях, сжав зубы. Да он все отдаст ради неё, всё! А это мысль! Не потерять её, отложить в самый укромный уголок.

— А Корт? — тоненьким голоском поинтересовалась Лиэль. — Он ничего не просил мне передать?

— Эмм… — замялся Тариэль.

— Ясно, — поникла Лиэль.

— Да нет, дело не в этом, — тяжело вздохнул т'ига. — Я его… гм… выгнал. Из университета. Можно так сказать.

— Выгнал? — изумилась Лиэль.

— Тебе все равно расскажут во всех подробностях, — пожал плечами мужчина. — Так что лучше я первый.

— Знаешь, — задумчиво сказала Лиэль, выслушав рассказ Тариэля. — Я думаю, он все продумал. Ему нужен был предлог убраться из университета.

Тариэль подумал, что это все глупости, но если ей так легче — пусть.

— А ты с ней спал? — поинтересовалась Лиэль. — На самом деле?

— Дочь! — возмутился т'ига. — Это не твое дело!

Спал ли он с Коранной! Спал. И надеялся, что Корт об этом никогда не узнает…

Внезапно Тариэль почувствовал себя дурно. Накатилась слабость, колени подогнулись. Он тяжело осел на подушки, позеленев. Некоторое время ему потребовалось, чтобы сообразить, в чем дело, и он расслабился, допустив другого в свой мозг. А Лиэль живет с этим постоянно!

— Коранна пропала! — ворвался в его мозг голос Борея Громовержца.

— Что значит «пропала»?

— Я откуда знаю? — рявкнул Борей. — Возвращайся и сам посмотри! Не её нигде! Зато там, где она могла быть — следы портала.

— Может, Корт?

— Какой Корт, дубина? — завопил Борей. — Ни он, на Молния на такое не способны! И Эрин!

— Что Эрин? Тоже пропала? — в ужасе вскричал Тариэль.

— Нет. Но её тоже пытались… Но она справилась.

— Сейчас буду.

Тариэль поцеловал на прощанье дочь и испарился.

Лиэль в растерянности стояла посреди шатра.

— Что же мне делать? — удивленно спросила она.

— Беременнеть побыстрей, — прошипела Кисс. — Чем быстрей мы разделимся, тем в большей мы будем безопасности.